А как чувствуешь ты?

Слабые солнечные зайчики весеннего солнца просачивались сквозь лёгкую тюль, вместе с прохладным ветерком в просторную комнату. Мастер нежился в кровати, так и не открыв глаза после пробуждения. - Вставай… - раздался голос в голове, который настойчиво будил парня уже не первую минуту. - Да погоди ты, сегодня такая хорошая погода… - тихо и чуть лениво ответил Фредерик, вытянувшись во всю свою длину поперёк кровати. - Вставай говорю. Сегодня должны привести пациентов… - вновь недовольно пробубнил голос. - Точно… - с неохотой и обречённостью в голосе произнёс парень. Он лениво поднялся с кровати, зевнув, медленно побрёл к кухне. Фредерик работает дантистом в местной больнице, которая принадлежит управляющему тюрьмы Дагерфола, города, где и живёт наш Мастер. В своём кабинете он принимает заключённых, приводит их в порядок по состоянию внешности и здоровья, так же забирает некоторых к себе домой на реабилитацию, и сегодня у него очень важный день, приведут самого опасного из них. На сколько знает парень, его посадили за каннибализм, а точнее, за то, что он съел собственную семью, жену и полугодовалую дочку. - Честно... не хочу сегодня на работу идти… - задумчиво проговорил парень, попивая чаёк на кухне. – Жутко мне… - Ну естественно, он тебя растерзает и бровью не поведёт. – чуть усмехнулся голос. - Да не в этом дело… - Фред, чуть вздохнув, тихо проговорил. – Я ж сам его об этом попрошу… - Всё ещё смирится не можешь? – осторожно поинтересовался голос. - Ну… - сам себя оборвал парень, поняв, что скрывать бесполезно. – Да… конечно уже легче, но всё же осадок стоит на месте… - допив чаёк, парень пошёл одеваться и собирать инструменты на работу. - Я тут, собственно, из-за этого остатка и сижу… но почему бы тебе не позабыть о Мари и… - голос не успел закончить, как парень резко возразил. - Нет, об этом даже думать забудь, я не перейду на парней… - словно ножом отрезал Мастер. - Ну-ну… посмотрим… - усмехнулся голос. Дер, закатив глаза, не спеша вышел из дома и побрёл на остановку. ****** Холодные стены тюрьмы отражали звонкие шаги управляющего, который пришёл на ежегодный осмотр тюрьмы и для того, чтобы под строгой охраной сопроводить всех заключённых к доктору. Всего всех тех, кого надо вести, пятеро, поэтому можно обойтись и отрядом ОМОНа, который стоит около выхода, сдерживая тех, кого уже выпустили. Глава осторожно подошёл к трём дверям в ряд, которые сдерживали того, кого все прозвали зверем. По приближению к клетке, можно было различить звяканье цепи и тихие, слабые порыкивания. - Ну что, зверюга, готов выйти на свет? – ехидно поинтересовался мужчина средних лет, а в ответ прозвучал лишь злобный рык. Управляющий, звякнув ключами, открыл клетку, и туда, единым потоком, двинулись охранники. Первая волна забежала с электрошокерами-дубинками, окружив довольно мощного парня, который был буквально привязан цепями к полу, и их едва хватало, что бы парень мог сесть, таким образом, не давая ему резко двигаться, а вторая волна нагрянула с удавками на палках (правильное название – Данко петля) петли которых накинули парню на шею и притянули со всех сторон, что бы тот не смог убежать, сам парень не двигался, лишь изредка рыча на тех, кто перетягивал ему шею, волосы закрывают добрую часть спины и лица, так что его толком нельзя разглядеть. Кажется, что ему в затылок уже впились ремни от целого, литого намордника, в котором всего пара маленьких отверстий для дыхания. Управляющий, присев рядом, освободил шею парня от тяжёлого ошейника, который с громким стуком упал на пол, после сцепив его руки с торсом наручниками, мужчина с усмешкой посмотрел на парня. - Эх… так охота что бы ты тут и сгнил… но репутация самой лучшей и неприступной тюрьмы для меня дороже… выводите его и не давайте рыпаться… Отряд из 10 человек кивнул и одним монолитом пошагали к выходу из холодного здания, парень, с трудом вставший на ноги, слабо переступал с одной ноги на другую, почти четыре года в сидяче-лежачем режиме дали о себе знать, как бы парень не пытался поддерживать себя в форме. Если сравнить его одиночку с камерами других преступников, то другие содержались в принятых условиях, койки, уборная, раковина… не то что его абсолютно пустая камера, без окон, с одним дверным проёмом и в полной темноте и сырости, так что состояние «Зверя» желало лучшего. Как только его вывели к остальным, парень зажмурился от солнца, глаза болели, уже непривычные звуки города отдавались болью в его голове, так что тот зарычав, постарался стряхнуть с себя шлейки удавок, но те лишь сильней затянулись, а по телу разлился ток от пяти электрошокеров. Остальные заключённые попрятались за щиты омоновцев, ведь по всей тюрьме ходили недобрые слухи, что, «зверь» растерзал пару охранников, а это заключённые, и только Один знает, что будет, если он доберётся до них. Загрузив своих подопечных, начальник сел в бронетранспортер, к стене которого приковали цепями зверя. - Не бойся… - ехидно протянул начальник. – Это ведь не могло произойти по твоей вине, так? Ты не мог ошибиться. Наверняка, там просто не было нужного повода чтобы придумать причину. Или может с тобой был напарник, который дал тебе неправильную дозу неправильного лекарства, из за чего у тебя снесло крышу. Это не могло быть твоей виной. Ведь ты – хороший человек. Это не может быть твоей виной… - начальник, усмехаясь, смотрит на зверя, у которого на глазах наворачивались слёзы и застрял комок непонятной обиды и вины в горле. А глава продолжал. – В конце концов, кто знает, кем были те люди, которых ты разорвал. Убийцы, мучители, чудовища. Давай, придумай ещё какую-нибудь причину, почему они должны были погибнуть. У тебя это отлично получается… Начальник победоносно усмехнулся, когда парень повис на цепях, не собираясь сопротивляться.