В джазе только лилии

             Лили лежала на чём-то мягком. Это что-то мерно покачивалось под ней. Она что, на корабле? На мгновение ей показалось, что она слышит глухой плеск волн и назойливые крики чаек. При её «исключительном везении», пока Лили дрыхла без сознания, в Конгрессе вполне могли решить избавиться от неё, сплавив первым же паромом в Великобританию — в заботливые руки Министерства Магии. Она резко открыла глаза — и тут же зажмурилась: яркий свет больно ударил по роговицам, вызвав сильную резь. Комната то наклонялась, то медленно возвращалась в равновесие, словно её сознание пыталось удержаться на зыбкой грани реальности. Лили моргнула несколько раз, заставляя себя сфокусироваться.       Лазарет.       Она в лазарете.       У неё сильное головокружение, а крики чаек — всего лишь мерзкий гомон в голове. К горлу подступила тошнота. Она лежала на больничной койке в лечебнице Конгресса. Чёрт. Лили ненавидела всё, что связано с лечебницами. Старые страхи медленно поднимали голову из закоулков сознания. Она сделала несколько глубоких вдохов и выдохов в попытке успокоиться, прислушалась к собственным ощущениям. В целом, у неё ничего не болело. Ощущения сносные, не считая тошноты и головокружения.              Очень хотелось пить.              Вторая попытка открыть глаза принесла не меньше дискомфорта, но она проигнорировала жжение и слезоточивость. Осмотревшись, Поттер поняла, что одна в палате. Несмотря на пережитый ужас, память, как ни странно, не отшибло даже временно — она прекрасно помнила последние события, предшествовавшие обмороку. И потому немного удивилась, что её оставили одну. А что, если она снова слетит с катушек и разнесёт всё здание МАКУСА? На долю секунды эта мысль показалась ей очень заманчивой. Лучше бы память всё-таки помахала ей ручкой хоть ненадолго. Ей не помешал бы покой от назойливого вороха мыслей.       Пить.       На тумбочке, недалеко от койки, стоял графин с водой, но дотянуться у неё не вышло.       — Есть здесь кто-нибудь? — прохрипела Поттер.       Тишина. То ли её слабый голос никто не слышал, то ли поблизости и вовсе никого не было. Делать нечего — придётся самой. Лили с трудом приподнялась на подрагивающих локтях. Кое-как ей удалось принять сидячее положение, но комната вокруг закружилась с удвоенной скоростью. Она сжала зубы, борясь с желанием лечь обратно. Выждав несколько минут, осторожно развернулась и свесила ноги — одну за другой. «Вот так, умница. Главное — не торопиться, ага.»       Каждое движение давалось с трудом. Одной рукой она ухватилась за спинку кровати, другой — потянулась к тумбочке.       Первый шаг.       Второй…       И тут всё поплыло перед глазами. Мир перевернулся, и она рухнула на колени. «Дерьмо!»              — Лили?       Девушка подняла голову на голос, встречаясь взглядом с главным аврором, замершим у входа в лазарет.       — Что ты делаешь?!       — Да так, проверяю пол на прочность.       Пэриш ошарашенно уставился на неё. Затем опомнился и бросился на помощь.       Он усадил её обратно на кровать, бережно поддерживая за спину.       — Ты чего встала, ненормальная? — не удержался он от упрёка.       — Пить хочу.       — Чёрт, конечно, сейчас.       Пэриш засуетился вокруг неё: помог прислониться к спинке кровати и вытянуть ноги, заботливо поправил ей подушку и расправил одеяло. Затем принёс ей воды, попутно ворча под нос что-то о непутёвых медсестрах, отсутствующих на месте.       — Ну как ты, Веснушка?       Утолив жажду, Лили вгляделась в главного аврора. Было непривычно видеть его таким растерянным и помятым. Лицо мужчины осунулось, под глазами залегли тени.       — А вы? — неожиданно для себя спросила она.       — Я? — кажется, своим вопросом она огорошила его не меньше.       — Выглядите неважно, — смущённо пожала плечами рыжая.       — А… — неловко выдал он, запустив пятерню в яркие лохмы. — У нас тут завал в отделе, отдыхать было некогда. Да и ты не на шутку нас напугала. Двое суток в отключке.       — Сколько?! — ужаснулась Поттер. — Я спала два дня?       — Два с половиной, если точнее, — знакомая ухмылка изогнула губы Пэриша. — И не спала, а валялась без признаков сознания. Как бесполезное растение. Как…       — Я поняла-поняла, — прервала его девушка, пока он не придумал ей новое прозвище. — Что происходило, пока я была без сознания? Как там Тина и Куинни? А мистер Грейвс? Меня будут судить за нападение на него?       — Все они в порядке, не беспокойся. И никто не будет тебя судить, — сказал он резко, даже немного сердито, как ей показалось.       — Но как же…       Глава аврората помрачнел лицом, и полушутливый тон мигом улетучился.       — В том, что произошло, есть и наша вина, Лили, — мужчина отвёл взгляд и нахмурился. Он говорил, но будто обращался больше к себе, уходя мыслями далеко за пределы этой палаты. — Вся эта история с медальоном, Колдуньей-в-Маске и нападениями… Мы отвлеклись от задачи первостепенной важности.       — Что может быть важнее нападений и…       — Ты, — тяжёлый взгляд Пэриша опустился на неё, придавливая к месту. Ей стало неуютно от такого пристального внимания. — Ты важнее всего, Лили.       Она съёжилась, очень некстати вспомнив, что похожа на Мерил Миллер — кузину Пэриша и его невесту. И Колдунью-в-Маске, как считала Поттер.       Словно почувствовав, в какое русло завернули мысли девушки, Джонатан отвернулся, прерывая затянувшийся зрительный контакт. А может, ему самому стало слишком неуютно. Он устало потёр шею.       — Ты — путешественница во времени, которая преодолела не какие-то там пару часов, а целую эпоху. Нам стоило отнестись к этому с большим вниманием.       — Куда уж большим? — не удержалась Лили.       — Мы постарались обеспечить твою безопасность, — невозмутимо согласился Джонатан, — и, по всей видимости, так и не дождёмся благодарности от мелкой нарушительницы порядка, но я сейчас не об этом. Ты и сама знаешь, что есть ограничения по безопасному пребыванию в прошлом, после чего вступают в силу необратимые последствия, в первую очередь в том, что касается здоровья путешественника. А ты, Потеряшка, побила все мыслимые и немыслимые рекорды в покорении времени и пространства.       — Да, но мы уже выяснили, что я здорова и не собираюсь стареть и скукоживаться в одночасье.       Пэриш вдруг изменился в лице, словно испытывал трудности, подбирая следующие слова.       — Ох… Даже не знаю, как тебе это сказать…       — Что? — Лили всерьёз перепугалась. — Что такое? Ради Мерлина, говорите как есть!       — Просто пока ты тут лежала, мы заметили у тебя несколько седых прядей, — обеспокоенно признался мужчина. — И этих морщин вокруг глаз у тебя совершенно точно раньше не было…       — О Боже! — краска мгновенно слетела с лица девушки. — Всё очень плохо? Но я чувствую себя нормально… Мне нужно зеркало!       Уголки губ Пэриша подозрительно дрогнули. А затем он громко расхохотался, окончательно вгоняя её в ступор.       До неё медленно начало доходить.       — Вы! Да вы просто… — она захлебнулась возмущением, а её лицо почти сравнялось цветом с волосами, что ещё больше развеселило Пэриша.       — Видела бы ты себя! — Он вытер проступившие на глазах слёзы.       Лили невольно улыбнулась в ответ, хотя её сердце всё ещё отбивало чечётку от волнения. Однако ей пришлось признать, что главный аврор здорово разрядил обстановку. Она больше не ощущала той липкой неловкости от его внимания.       — В общем, что я хотел сказать. Пусть на первый взгляд ты и не пострадала, но нельзя игнорировать возможный ущерб твоей психике. Этот необычный переход во времени, постоянный стресс и волнения…       — Так, погодите, — снова начала злиться девушка. — Я в своём уме! Я бы знала, если бы сходила с ума.       — Все психи так говорят.       — Вы это не всерьёз! — разволновалась Лили. — Я ведь объяснила всё мистеру Грейвсу… Это была не я! Я бы никогда не…       — Тихо-тихо, Веснушка, я всё знаю, просто пошутил, — успокаивающе улыбнулся главный аврор.       — Да вы своими шутками точно вызовете у меня новый припадок! — окончательно разозлилась Поттер.       — Вот и славно, что мы пришли к согласию, — улыбка мужчины стала шире. — Мне бы пришлось долго прорываться сквозь твою непроходимую ту… упрямство, объясняя простые истины. Грейвс рассказал мне, что твоё сознание подверглось… внешнему воздействию, — Лили заметила, как он намеренно обошёл упоминание о Рыжей Ведьме. — Также он поведал, что этому предшествовало сильное потрясение. Ты была ранена и эмоционально истощена. Вот почему твой разум оказался уязвим. По крайней мере, так считает Перси, а я склонен ему верить.       Лили почувствовала невероятное облегчение и со вздохом откинулась на подушку. Грейвс и Пэриш ей верят — это определённо хорошая новость. Она задумалась о словах главного аврора. И хотя язык зудел от желания спорить с ним до посинения, но уже скорее по привычке, нежели потому, что ей было что возразить. Если задуматься, так и есть: чужие назойливые эмоции пробуждались в ней именно в те моменты, когда она уже была чем-то глубоко расстроена.       — Что теперь будет, сэр? — хмурая бороздка залегла между её бровей. — Меня изолируют? Ведь я могу навредить людям.       — Мы ведь согласились, что ты наиболее подвержена потере контроля, когда испытываешь сильное потрясение. Очень сомневаюсь, что заключение под стражу поднимет тебе настроение. Нет, тебя не посадят под замок. Но принять дополнительные меры безопасности придётся, даже не спорь!       — И не собиралась, — недовольно буркнула рыжая.       Она действительно не собиралась препираться по этому поводу после того, как едва не убила Персиваля Грейвса. Внутри что-то болезненно сжималось, стоило вспомнить о нём. О том, что произошло в Особой Секции архива. Перед глазами всплыла яркая сцена: мужчина падает на колени, отчаянно борясь за глоток воздуха.              — Эй, Потеряшка, ты здесь? — Пэриш щёлкнул перед её носом, возвращая в реальность.       — Мистер Грейвс… — Лили сглотнула, виновато потупив взор. — Он ведь правда в порядке?       Джонатан понимающе улыбнулся.       — В полном. Даже не сердится, что уже само по себе чудо. А в отделе никто ничего не знает. Так что, не мучай себя. Тебе сейчас необходимо отдохнуть и взять себя в руки.       Он встал, бросив взгляд на дверь.       — А мне пора уходить. Дел невпроворот, к тому же к тебе там кто-то ломится.       Лили прислушалась: и правда, за дверью в лазарет шёл ожесточённый спор, кто-то шипел и шикал, требуя впустить их. Девушка просияла, узнав дорогие сердцу голоса, и с надеждой обернулась к Пэришу.       — Вы же их пропустите?       — Кто я такой, чтобы стоять на пути у великой дружбы, — хмыкнул он. — Пойду разберусь, пока младшая Голдштейн не пустила в ход свои женские чары.       Он задержался на мгновение, прежде чем открыть дверь.       — Поправляйся, Потеряшка. Нам предстоит много работы.       — Спасибо, сэр!              Не передать словами, как Лили была рада Голдштейнам.       Там, в архиве, она испытала настоящий ужас, когда Грейвс заявил, что отныне им запрещено видеться. Ведь Тина и Куинни стали ей намного ближе, чем просто подругами. В какой-то момент, незаметно для себя, она начала воспринимать их как семью.       — Слава милосердной Изольде, ты в порядке! — причитала Куинни.       — Мы так испугались, — согласно кивала Порпентина.       От них Поттер узнала, что по официальной версии она натолкнулась на старое, упущенное из виду проклятие в давно непосещаемой части архива и теперь восстанавливается в лазарете.Это всё, что сообщили её коллегам. Что ж, по крайней мере, на этот раз она избежит косых взглядов и ядовитых шепотков за спиной. Неплохие новости. Но куда больше её порадовала весть о том, что за помощь Лили Голдштейны отделались всего лишь выговором. Наказать их строже при всём желании не могли — возникал риск раскрытия инцидента с Лили. К тому же, в сложившихся обстоятельствах их отдел не мог позволить себе лишиться ни одного сотрудника, тем более аврора. Они ещё не разобрались с Колдуньей-в-Маске, а на горизонте по прежнему маячила угроза в лице Гриндевальда. Вдобавок за последние два дня, что Лили провалялась в беспамятстве, на улицах Нью-Йорка участились случаи мелкого магического хулиганства: два ограбления, три случая несанкционированного применения магии и пьяный дебош с участием волшебника в местном не-магическом клубе (память пришлось стирать всему заведению).              — Мистер Грейвс считает, что эти события — попытка отвлечь наше внимание и разделить наши силы, — поделилась Порпентина.       — Рыжая Ведьма собирается нанести удар? — эти новости обеспокоили Лили.       — Возможно, — хмуро кивнула Тина. — Все участники происшествий были опрошены, за ними следят. И хотя никакой связи с разыскиваемой колдуньей не установлено, такая внезапная активность не может быть случайностью.              Вскоре медперсонал всё же соизволил явиться, и Голдштейнов вежливо выпроводили из лазарета. А Лили, напоенная восстанавливающими — и, Мерлин знает, какими ещё — зельями, провалилась в сон без сновидений.       Вечером, к её приятному удивлению, навестить коллегу пришла целая толпа из аврората. Даже Рудольф Брэм явился — один из немногих, кто знал истинную причину, по которой Поттер угодила в лапы колдомедиков, и взгляда которого рыжая избегала с чувством жгучего стыда. Но, кажется, он совсем не злился на непутёвую стажёрку. Джошуа Кинг и Виктор Эгертон, по которым она успела сильно соскучиться, Эмбер Лейм и ещё несколько авроров, с которыми она была не особо близка, но всё равно рада их видеть.       Не пришёл только тот, кого она одинаково сильно хотела и боялась увидеть. Может, Пэриш солгал, чтобы утешить её, и мистер Грейвс всё-таки винил Лили в случившемся? Или ему просто неприятно видеть ту, из-за которой он чуть не сменил место жительства на пентхаус в загробном мире. Она могла его понять. Если бы не уволили миссис Норман — палача, которая едва не привела в исполнение её казнь, — Лили бы тоже всеми силами старалась избегать эту женщину.              На следующий день, до того как выбелённые стены, запах стерильности и лекарственных отваров окончательно свели Поттер с ума, её выписали, взяв с неё обещание не переутомляться и беречь себя до полного восстановления. Перед этим с ней провели несколько медицинских тестов: проверили мышечные реакции, зрение, слух, психическое состояние и прочее, и, похоже, пришли к удовлетворительным результатам. Никаких признаков надвигающегося срыва или бесконтрольного магического выплеска. Лили же была готова пообещать и согласиться на что угодно, лишь бы оказаться подальше от колдомедиков.       На выходе из лазарета её встретили Тина и двое новоназначенных стражников. Они смерили друг друга взглядом, лишённым удовольствия, и смиренно вздохнули. Очевидно, мужчины были не в восторге от своих новых обязательств так же, как Лили была недовольна необходимостью их присутствия.       — Люди заметят, что меня повсюду сопровождают два здоровяка.       — Пэриш объявил всем, что ты некоторое время можешь быть подвержена внезапным приступам буйства, — пожала плечами Тина, — ну знаешь, последствия проклятия.       — Просто великолепно! Теперь я ко всему прочему ещё и буйнопомешанная.       — Зато никто не растеряется, если такое в самом деле произойдёт.       Поттер предпочла промолчать, тем более что возразить было нечего.              К счастью, проводив их до аврората, конвой испарился в неизвестном направлении. Поскольку был разгар рабочего дня, Лили сразу приступила к обязанностям. Сегодня тут было малолюдно. Группа авроров отправилась на вызов в соседний штат, Коннектикут, из-за разразившейся среди бела дня магической дуэли, а ещё часть отсутствовала по специальным поручениям. В аврорате повисло густое напряжение, вызванное стойким подозрением, что во всех недавних происшествиях замешена Колдунья-в-Маске, которая определённо пыталась ослабить внимание работников, заставив их рассредоточиться по стране. Но особого выбора не было — нельзя игнорировать нарушения общественного порядка, неважно, какого калибра, особенно если это происходит на глазах у маглов. Лили, тем временем, ни к чему по-настоящему серьёзному не подпускали, поручив помогать с рапортами, протоколами и прочей бумажной волокитой. Опять. Она выполняла работу почти на автомате, не в силах выбросить из головы мысли о Рыжей Колдунье. Неужели она настолько могущественна и вездесуща? Почему же в таком случае Лили никогда не слышала о ней в своём времени? Но сколько бы она ни старалась, ни слова о ком-нибудь подобном в истории магии ей не удавалось припомнить.       — Распоряжение мистера Грейвса, — невозмутимая Эмбер подсунула ей очередную стопку документов.       Кстати о мистере Грейвсе. Он ни разу не попадался ей на глаза. Лили не могла отделаться от мысли, что он намеренно её избегает, но, конечно, это просто чушь — всего лишь её домыслы. Мужчина, скорее всего, по горло погребён в делах, и ему некогда появляться в аврорате. Он даже думать о ней забыл. Лили проигнорировала неприятный укол обиды, вонзившийся в сердце при этом предположении.       За ворохом бумаг день пролетел незаметно. Друзья собрались недалеко от выхода из Вулворт-Билдинг. Через улицу раскинулся роскошный парк с высоченными многолетними деревьями и аккуратными деревянными скамейками, между которыми наперегонки неслись ребятишки. Их звонкий смех искристым шлейфом скользил в сгущающихся сумерках.       Вдоль дороги зажигались первые фонари. Мимо степенно проносились автомобили маглов причудливой формы. Лили всё никак не могла привыкнуть к тому, что её окружало. Ей всё казалось, будто она очутилась на съёмочной площадке магловского фильма.       Она прикрыла веки, подставляя лицо нежному ветерку. Морозный воздух приятно холодил кожу, разгорячённую от долгого пребывания в помещении. Лили полной грудью вдыхала свежесть и яркие ароматы вечернего города. Ей не хотелось думать о том, что, возможно, это теперь и есть её реальность. Что она больше никогда не увидит на улицах ни современных машин, ни магловских гаджетов, ни подростков в рваных джинсах, цветных топах и кедах, прорезающих толпу на скейтбордах и роликах… Ни светодиодных рекламных экранов и видеовывесок на зданиях.       И ещё много чего не увидит. И много кого.       Сердце тоскливо заныло, и Лили попыталась отогнать тревожные мысли.       — Сладкая доставка! — Джошуа протиснулся мимо прохожих с лучезарной улыбкой и высоко поднятыми руками, в которых сжимал бумажные пакеты с кое-где проступающими масляными пятнами.       Лили втянула безумно вкусный аромат свежей выпечки и невольно улыбнулась. Она никогда не могла устоять перед тёплыми и невероятно мягкими булочками с шоколадной начинкой, а в полюбившемся ей бистро недалеко от Вулворт-Билдинг их определённо умели печь. Тина и Виктор рассеянно поблагодарили Джошуа, продолжая что-то оживлённо обсуждать между собой.       — Спасибо, Джо, ты лучший! — настроение Поттер мгновенно взлетело на несколько градусов. — И где носит нашего неутомимого трудоголика? Долго ещё его ждать?       Пэриш должен был, как обычно, проводить их до дома. Тем более что с некоторых пор он и сам там поселился.       — Неутомимый трудоголик? — раздалось прямо у неё за ухом. — Ты Грейвса, что ли, ждёшь?       Друзья вздрогнули, одновременно разворачиваясь к ухмыляющемуся главному аврору. Лили чуть не уронила свою выпечку.       — Когда вы подошли? — выдохнула она.       — Неправильный вопрос, Потеряшка. Какого боггарта вы допустили, что я незаметно подкрался к вам?       Улыбка сошла с насмешливого лица, глаза сурово сузились. Пэриш обратился к парням и Тине:       — Вас не пузо набивать приставили к Поттер!       — Да будет вам, мистер Пэриш, — Лили качнула головой в сторону, где, в каких-то пяти шагах, прислонившись к зданию, ожидали двое её новых стражей. Со стороны могло показаться, будто они скучают, но это было далеко от истины. — Эти двое громил не выпускают нас из виду с самого аврората. Всё под контролем.       — Что не даёт вам повода расслабляться и терять бдительность, — парировал главный аврор.       — Расслабишься тут, — вполголоса проворчала стажёрка, плотнее запахивая полы пальто.       Стало заметно холоднее.       — Может, пойдём? Я себе отморозила уже всё, что только можно было отморозить.       — Ну почему же. Язык, вон, ещё работает, — Пэриш потянулся к пакету в руках Джошуа. — Надеюсь, там есть для меня что-нибудь с корицей?       Лили уговаривала себя промолчать, но неуёмный кусок мяса у неё во рту, похоже, в самом деле жил своей жизнью.       — Но, сэр, вас ведь тоже приставили ко мне не булки с нами уплетать.       Виктор поперхнулся, таращась на неё во все глаза.       — Угомонись, Поттер. Не доросла ещё взрослому дяде язвить.       Лили могла поклясться, что увидела на лице Пэриша улыбку, прежде чем тот отвернулся и зашагал вдоль улицы к проулку, откуда они обычно трансгрессировали поближе к дому. В кои веки она потушила в себе желание продолжить словесную перестрелку. Разбег у Пэриша от шутливого расположения духа до угроз — всего пара неверных слов, которых у Лили в резерве нескончаемый поток. Лучше пока не рисковать своим душевным покоем. Вдруг в голове снова щёлкнет переключатель — и она размажет главного аврора по асфальту на глазах у целой толпы. Рыжая ехидно хихикнула своим мыслям и последовала за Пэришем. Здоровяки-охранники двинулись следом, отставая на несколько шагов.              Едва они вышли на дорогу, ведущую к дому миссис Эспозито, Лили прибавила шагу, поравнявшись с Джонатаном.       — Мистер Пэриш, эти парни будут сопровождать нас каждый день? Боюсь, нашу хозяйку хватит удар, если она столкнётся с моей постоянно растущей личной гвардией.       — Не беспокойся об этом, Веснушка. С гневом этой бесконечно милой женщины, — с насмешкой выделил он, — я справлюсь, чего не могу утверждать про тебя. Если уж ты в ярости чуть Грейвса не придушила, то мне с тобой определённо понадобится помощь. Персиваль был лучшим на курсе подготовки авроров.       — Вы до скончания веков мне это будете припоминать, да?       — Я молюсь всем святым, чтобы это был единственный случай, который можно тебе припоминать, Злючка, — мужчина окинул её довольным взглядом, ожидая реакции на новое прозвище.       Прямо как лис, безнаказанно слопавший жирную курочку.       «Не реагируй, — убеждала себя девушка, — просто не реагируй».       Пэриш вдруг резко остановился и выбросил руку перед Лили, тормозя её. Все его тело окаменело, цепкий взгляд прошёлся по улице, а вторая рука сжала волшебную палочку в кармане.       — Что не так? — тихо спросил Джошуа, настораживаясь.       — Нет людей, — ответил кто-то.       Лили ойкнула от неожиданности, не сразу сообразив, что заговорил один из их сопровождающих. До сих пор они не проронили ни слова, и Поттер уже было решила, что им запретили. Оба здоровяка вплотную подошли к ним, хмуро осматриваясь по сторонам. Точно — улица была совершенно пустынна: ни людей, ни автомобилей.       Что здесь происходит?       — Доставайте палочки, — почти шёпотом приказал Пэриш.       С минуту ничего не происходило.       А затем Лили заметила несколько фигур в тёмных мантиях, выходящих на дорогу из темноты между тесно расположенными домами по обе стороны улицы. Но её вниманием завладела лишь одна из них. Воздух рваными рывками покидал лёгкие, пока она смотрела, как женщина в чёрном плаще выходила из дома миссис Эспозито. Тяжёлые рыже-красные локоны покоились на высокой груди. Она ступила в лужицу света, разлитую уличным фонарём, и сердце Лили гулко забилось под горлом. Белая маска закрывала половину лица, а в прорезях двумя лазуритами хищно сверкали глаза. Разве существуют настолько синие глаза?       У Лили закружилась голова.       Леденящая волна страха омыла всё внутри, мысли лихорадочно завертелись в черепной коробке. Рука непроизвольно взлетела к виску в защитном жесте, словно это могло остановить Колдунью-в-Маске от вторжения в её разум. Краем зрения она уловила, как авроры обступают её с Куинни защитным полукругом, зеркаля действия неизвестных волшебников в мантиях, окруживших Рыжую Ведьму. Их лица скрывались под широкими капюшонами. В руках каждый сжимал палочку, готовясь атаковать.       Женщина остановилась. Её губы растянулись в пугающей полуулыбке. Она смотрела прямо на Лили — только на неё. Этот взгляд пронзал Лили, словно остриё кинжала, проникая в самую глубину её сущности. В такие потаённые уголки её естества, о существовании которых она даже не подозревала.       На неё накатил страх, которого она прежде ещё не испытывала.