Трудности совместной работы

Прошла неделя. Нельзя сказать, что они вообще не общались, нет, это было бы наглой ложью — оба писали друг другу по поводу проекта, но встретится никто не предлагал. Эррор просто засиживался допоздна в мастерской и после скидывал Инку фотографии, тщательно следя за тем, чтобы даже его тень не было видно. Это задевало. А ещё Инку было скучно, потому что ему, в отличии от брюнета, не нужно было ничего делать. Однообразные дни убивали, а случайные встречи в универе сошли на нет. Это нельзя было назвать общением, вот в чём дело — просто деловая переписка, которая медленно отравляет, если человек, который тебе, кажется, небезразличен, не желает выходить за её рамки. Инк так больше не мог. Тот чувак (не брать трубку): 19:20 Давай встретимся?

Эррорчик сладусик муа муа: 19:21 я занят.

Тот чувак (Не брать трубку): 19:21 Это по поводу проекта

Эррорчик сладусик муа муа: 19:22 мы можем обсудить всё тут.

Тот чувак (Не брать трубку): 19:22 Это нужно сделать лично Тот чувак (Не брать трубку): 19:22 С глазу на глаз Тот чувак (Не брать трубку): 19:22 Пожалуйста? Тот чувак (Не брать трубку): 19:23 Эррор? Тот чувак (Не брать трубку): 19:23 И ещё нам нужно обсудить ту ситуацию

Эррорчик сладусик муа муа: 19:23 зачем ее обсуждать?

Тот чувак (Не брать трубку): 19:23 Потому что я хочу понять, что произошло Тот чувак (Не брать трубку): 19:24 Хотя я уже и без этого всё понял

Эррорчик сладусик муа муа: 19:25 раз понял, то иди зкйиат яемн.

Тот чувак (Не брать трубку): 19:25 Что

Эррорчик сладусик муа муа: 19:25 займись делом.

Ясно, понятно, ничего нового.

***

Хуёжник которого я дримлю: 19:37 Дай номер Найтмера

Мечта удава 19:37 Зачем?

Хуёжник которого я дримлю: 19:37 Я БУДУ БИТЬСЯ ЗА СВОЮ ЛЮБОВЬ

Мечта удава 19:37 Я скинул тебе ссылку на его фейсбук, зайди в наш директ в инсте.

Ясно, понятно, ничего нового.

***

Ink, the creator: 19:40 Гони адрес общаги Эррора блять

Nightmare Tree 19:45 чё

Ink, the creator: 19:45 БЫСТРЕЕ БЛЯ

Nightmare Tree 19:46 *прикреплённый файл: гугл-карты»

Ink, the creator: 19:46 Хороший Кошмар дерева.

***

***

***

Эррор просто пил всю прошлую неделю. Пил, читал, пьяно рассуждал о философии эксклюзивно для сырой стены своей общаги и залипал на инстаграм Инка, всё надеясь увидеть там не фотографии его, бесспорно, шедевральных рисунков, а селфи самого парня. Глупо, да? Эррор ведь всегда считал селфи глупой штукой. У Эррора ведь у самого в инстаграмме пустой профиль и подписки на всякие модные профили, которые никому, чёрт возьми, не интересны. Горлышко новой бутылки обжигающе холодное. Стук в дверь обжигающе далёкий. — Не войдите, блять! Дверь открывается с привычным скрипом. Это место разваливается, но брюнету всегда было наплевать, где жить — главное не с этими мудаками, которых в обществе принято называть родителями. Не смотря на то, что эту комнату он делил с соседом, который заявлялся сюда раз в месяц, обкуренный до невозможности, а само помещение оставляло желать лучшего, было в той сырой твёрдой постели в углу что-то родное, тёплое и мягкое. Всё таки это именно угол Эррора, и даже со своей бешеной стипендией он съезжать не собирался. Инк оглядывается почти с отвращением во взгляде, а Эррор делает ещё один глоток. Снова из горла. Художник вздыхает и придвигает ещё один стул к письменному столу, садится рядом и открывает ещё не начатую бутылку, делает глоток, и Эррор вымученно-восхищённо наблюдает за тем, как тонкая струйка алкоголя стекает по его шее, теряясь за воротником помятой рубашки после. Он ставит бутылку на стол с громким стуком. — А чего Найтмера пить не позвал? — Не хочу. — Понятно. — Ещё один глоток. — И тебя тоже не хочу. — С усмешкой в голосе. — Как скажешь. — Пр… Проавливай! — «Проваливай», вообще-то. Они сидят так ещё несколько минут, и прозрачно-чистое стекло окна совсем не вяжется с запахом разлагающихся плинтусов. За окном — дождь, и хрустальные капли стекают по нему также, как неприлично дорогой виски по кадыку Инка совсем недавно. Воспоминание свежее, новое, Эррор ненавидит свою память, но хватается за эти кусочки, хотя разум твердит перестать — смысл? — Если ты правда хочешь, то я уйду. «А если не хочу?» — думает Эррор и неловко накручивает прядь волос на палец. Краска совсем скоро смоется, нужно будет сделать небольшой ремонт за свой счёт, совсем скоро каникулы — брюнет хочет видеть в своей голове что угодно, кроме прошлой фразы. Это странно. Эррор не привык себе врать. Инк боязливо смотрит на его ладонь, лежащую непозволительно близко, Эррор видит его взгляд — почти что чувствует, но упорно игнорирует. Вздох шатена рядом-рядом, такой усталый и осторожный, он встаёт со стула: — Проводи меня до двери. Он снова накидывает на себя эту дурацкую лёгкую куртку, оставляет на полке перчатки Эррора, а в голове одна мысль — «Я же сказал оставить себе, пожалуйста, ты же снова замёрзнешь», и студент мечтает о том, чтобы она перестала существовать в его черепушке. Это слишком. Но сам брюнет не надевает абсолютно ничего — лишь одёргивает домашнюю футболку, подаренную кем-то из девушек с факультета на рождество, быстро обувается в чёртовы пушистые тапочки и открывает дверь. В коридорах всегда пусто, к этому даже не стоит привыкать. У всех здесь свои дела, свои заботы и свои драгдилеры, свои тараканы в голове, а комнаты — так, для вида, чтобы если что показать родне (если таковая есть) мол, вот, всё отлично, а на утро очнуться в очередном притоне. Инка это пугает, а Эррора наоборот, успокаивает — одиночество приелось, но он всё ещё боится его где-то в самой глубине души. Странно, да? И на ресепшене всегда пусто по воскресеньям, потому что «кому это надо», а само здание замерло в своём старом и мёртвом состоянии. Инк нервно и грустно хватается за ручку. Поговорили, называется. «Биться за свою любовь», ага… Алкоголь ударяет в голову. Это ещё одна ошибка или то, о чём они оба никогда не будут сожалеть? — Обернись. И Инк оборачивается, а Эррор придвигается ближе, целует его быстро, зажмуриваясь так, что его ресниц практически не видно, не знает, куда деть руки, отрывается, смотрит в сторону и нервно вытирает губы, зачем — непонятно, оборачивается с тихим «пока», хочет уже уйти, вернуться в свою пропахшую не столько сыростью, сколько о д и н о ч е с т в о м комнату и напиться в хлам снова, но Инк хватает его за запястье нежно, словно потому что боится спугнуть, оборачивает к себе, прижимает к стене и целуетцелуетцелует, хочет забрать только себе, хочет снова смеяться над глупостью в какой-нибудь кафешке и бесить Эррора своими шутками, но не променяет это мгновение ни на что. Они снова отрываются друг от друга и упорно игнорируют румянец на щеках своего партнёра по любви по проекту. — Ну… Мне пора идти? — улыбка Инка виноватая, нервозная, но Эррор даже без очков видит, что он ни капельки не сожалеет о том, что только что сделал. — Зачем? — полу-хнычет брюнет, чуть вжимается в стену, потому что касания всё ещё пугают, но, чёрт, такие соприкосновения наоборот делают приятно. Что за чёрт? — Я никуда не тороплюсь. Инк улыбается. А Эррор тонет в этой улыбке. — Я тоже.