Colormix: Вирусы не делают нашу жизнь лучше

      – Хей, хей, что это с тобой? – замахав руками, будто это могло помочь, спросил Инк.       Фигура обернулась, похоже только заметив, что рядом с ней есть еще кто-то. Приглядевшись, Инк увидел классическую Фриск с прикрытыми глазами, но на ней было слишком безразмерное худи. Оно было даже слишком велико для ребенка.       – Ты почему тут плачешь? – спросил Инк, наклонившись в дыру, и звук его голоса эхом отразился от стен.       Вздрогнув от неожиданно громкого голоса, Фриск осторожно подняла руки, как бы давая намек на то, что хочет вылезти и поговорить нормально. Инк понял это и отошел слегка в сторону. Фриск просунула одну ногу в отверстие, наклонила туловище и хотела уже твердо встать на ногу, но подскользнулась на траве и грохнулась на бок.       – С тобой все в порядке? – подбегая к девочке, а в этой AU Фриск была именно девочкой, как он уже успел разглядеть, выкрикнул скелет.       – Ай-яй, – тут же появилась полоса здоровья и уменьшилась на несколько ОЗ.       – Так это плохо, сейчас, — Инк порылся в карманах и протянул доброженое, которое он успешно купил по дороге сюда, – Вот, поешь.       Он протянул доброженое, мягко улыбнувшись, и совсем не обратив внимание на то, что строка здоровья была несколько больше обычного. Девочка подналась и села на колени, поглаживая руку. Не ответив на вопрос Инка о самочувствии она недоверчиво смотрела, как он протягивал ей мороженое и улыбался. Пауза затягивалась, а Инку становилось все более неловко. Однако, спустя еще пару мгновений раздумия, Фриск осторожно вынула из костлявых пальцев сладость и принялась её медленно слизывать, стараясь чтобы не одна капля не упала, или не измазала ей руки.       – Отлично, так может теперь расскажешь почему ты плакала, Фриск?       Протагонист дернулась и поднала голову.       – Откуда вы знаете моё имя? Вы похожи на Санса, но он не одевается так.. так странно.       Мысленно хмыкнув: "Это кто еще странно одевается", Инк выдохнул.       – Я объясню тебе все, только для начала скажи ты, почему плакала?       Девочка опустила глаза, стала чертить на земле какие-то непонятные линии. Все признаки нервозности на лицо. Постоянное покусывсние губ, бегающий взгляд несколько раз было заметно, что она порывалась что-то сказать, но останавливалась. Тяжело вздохнув, Инк мысленно проклял себя за эту просьбу. А отвертеться никак нельзя. Он же, в конце концов, именно для того здесь, чтобы выяснить что происходит. Сейчас начнутся горестные вздохи, натужно-жалостливый голосок. Инк не любил такое. Конечно, не интересоваться самочувствием человека было бы не совсем правильно, но кто сказал, что сегодня он пил подходящие краски. Когда ты не можешь самостоятельно испытывать какие-либо эмоции тяжело бывает вникать в проблемы других. Но теперь это и его проблема тоже, обязанности хранителя никто не отменял. Подняв голову вверх и закрыв глаза, скелет тихо вздохнул. Затянувшееся молчание начинало раздражать.       – Ну дума...       Звук спокойного голоса тут же был перебит помехами, вдруг взявшимися из неоткуда. В следующее мгновение Инку пришлось задействовать все свои рефлексы и быстро увернуться от удара какой-то палкой или посохом, он не успел разглядеть. Если бы у него была кожа, он бы почувствовал легкий ветерок от удара на ней. А так ему просто показалось, что он видит саму амплитуду. Но опомниться и разобраться, что к чему не дали последующие удары в разные части тела. Один угодил ровно во флакон с зеленой краской и он разбился, оставляя пятно на одежде Инка и несколько капель на дорожке.       – Ты чего делаешь? – в недоумении спросил скелет, подняв разномасые глаза.       – А что не видно? Собираюсь уничтожить тебя. Ты мешаешься, – усмешка слетела с губ Фриск. Хотя, похоже это была уже вовсе не она. Несмотря на этот глупый наряд, всегда можно было различить захлопнутые глаза и милую прическу-карэ. А в данный момент на скелета смотрели глаза, в который то и дело проскакивала ошибка в коде. В глазах девочки буквально скакали зеленые цифры, то и дело сбиваясь, но продолжая прыжки. Одежда тоже изменилась. Вместо мешковатого худи, на девочке висели какие-то темные тряпки. А в руках сверкал черный посох с острым камнем на конце. Видимо, именно он разбил зеленый флакон. С кончика продолжали стекать остатки, падая в зеленую траву и сливаясь с ней.       Единственное, что понял Инк – это явно не геноцидный таймлайн. Об этом можно было подумать на первый взгляд, но если поразмыслить, становилось понятно, что это не Чара. Да и сбрасывать человек не был намерен. Тут было что-то другое. И это "что-то" не нравилось хранителю. Не нахожилось объяснения лучше, чем проделки д. Гастера. Зрачки Инка сменились со звездочек на обыкновенный черный цает. Серьезность сейчас совсем не помешает. Тем более он заметил еще одну особенность. Из-за этакого перевоплощения мир вокруг начал сбоить. Некоторые куски локации просто исчезли, оставляя вместо себя черные дыры. Все Темми разом сбежали, попутно крича что-то об университете и фотокамере. В голове Инка мысли и догадки проскакивали одна за другой. Список подозреваемых постепенно выстраивался. Первую строчку теперь разделяли Гастер и Эррор. Второй бы еще больше усугубил ситуацию. Это было бы нарушением договора, восстановленного после проблем с Кроссом. Первый был бы еще большей проблемой. И после его нетипичной "коалиции" с Гастером он старался избегать даже мыслей о нем. А теперь им возможно предстояло снова встретиться лицом к дицу. Кто знает, может он и сейчас управляет этой неповинной душой. Успокоением для Инка служило то, что теперь Фриск выглядела так, как Гастер не стал бы делать. Он был монстром, который порывался к открытиям, но в обычной жизни(если её можно представить у такого монстра, как Гастер) он придерживался определенных привычек. И такая форма совсем не походила на его предпочтения.       – Проща-ай, – на распев крикнула девочка, её одежда колыхнулась и она понеслась на скелета с посохом в руках.       Медлить Инк не стал. Быстро вынув из-за спины кисточку, он связал девочку фиолетовой нитью. Это случилось на полном ходу, поэтому Фриск со всей скорости полетела на землю. Приземлилось на землю уже маленькое тельце в оранжевой худи. ОЗ снова уменьшилось до 10/20. Подняла голову уже оригинал с разбитым носом и прикрытыми глазами. Кровь стекала по губам и размазывалась на подбородке, соседствуя с грязью. Испугавшись такой перемены, Инк быстро убрал краску и кинулся помогать девочке. Скелет быстро подбежал к тельцу и протянул руку, но его тут же откинуло на несколько метров назад. Перед глазами успели мелькнуть только темные тряпки.       Удар был довольно сильным и попал прямо в ребро скелету. Судя по хрусту в момент столкновения камня и кости, там была трещена. Смех раздался над ухом у Инка и еще один удар последовал в грудную клетку. С шумом по инерции выдохнув воздух, Инк беглым взглядом оценил ситуацию. Бруми он выпустил из рук и она откатилась куда-то в сторону. Над ним возвышалась маленькая фигура со странными глазами. Ошибки кода то и дело норовили выпрыгнуть из глаз и заполнить собой все вокруг. С подбородка капала кровь из разбитого носа, пачкая одежду. К его ребрам был представлен посох с зеленым острым камнем. Ловким движением руки он увел в сторону посох, подальше от своих костей, и толкнул девочку на землю. Не ожидая такой прыти, Фриск завалилась на бок. А тем временем, Инк быстро схватил свою кисть и обезвредил противницу. На последок издав раздраженный рык, девочка приняла своё прежнее обличие.       – А? – она сумела сказать только это и после из глаз потекли слезы боли. На этот раз художник наставил Бруми на девочку.       – Что ты творишь? Зачем пытаешься убить кого-то?       Полу выдох страха служил ответом, а после фонтаном из глаз брызнули новые слезы. Девочка все плакала и плакала, не могла вымолвить и слова. Стараясь подавить в себе сочувствие, Инк все так же стоял. Плач постепенно перерос в истерику, но за несколько минут стих и на скелета уставились прикрытые и распухшие от плача глаза. Лицо выражало крайнюю серьёзность.       – Он опять это делал?       Нахмурив брови и откирув худшие догадки, Инк ответил:       – Кто "Он"?       – В-вирус. Я не знаю его точных мотивов, но скорее всего – это подчинение мира, – серьезным голосом проговорила она.       – Какой еще вирус? Расскажи всё что знаешь, – голосом не потерпящим возражений, потребовал Инк.       – Ты не развяжешь меня? – внезапно она перешла на "ты". Видимо, монстры, которые разбивают ей нос не заслуживали уважения.       – Нет,-отрезал скелет, – Рассказывай.       – Хорошо. Вирус появился примерно пару недель назад. Я нашла его в Снежграде за двумя соединенными елями. Там просто была дыра, в которой было много цифр. Кажется я ткнула туда веткой и она тут же превратилась в двоичный код. Но я не успела отдернуть руку и немного моей ладони тоже пострадало, – она продемонстрировала ладонь лишь с тремя пальцами, – Думаю, тогда он и проник в мою голову. Сначала, он просто нашептывал что-то, я даже не понимала что это. Но потом, постепенно, руки начали двигаться сами по себе. Они даже дали пощечину Лодочнику за его песню. Мне до сих пор стыдно показываться ему на глаза. Потом ноги перестали мне принадлежать. А за ними и все тело. И вот вчера вирус снова захватил меня, и я.. я..       Немного замявшись, она продолжила:       – Он убил Стража. Поэтому я плакала. Единственное, что я смогла узнать – в его планах захватить Подземелье. Когда он берет контроль, то я ничего не могу сделать. Лишь беспомощно наблюдать. И, мне жаль, что Он тебя ударил. Прости, – закончила свой рассказ Фриск.       – Ничего. Но что сейчас делать? Если я развяжу тебя, то Он снова появится, а нам это ни к чему, – будто разговаривая сам с собой произносил Инк. – О, я знаю что мы можем сделать.