Не её ты любишь

Питер не считал себя избалованным и изнеженным. Со смертью дяди Бена всё стало сложнее, счета только накапливались, тётя Мэй пыталась как-то с этим разобраться. С момента зачисления в школу «Горизонт» Питеру приходилось одновременно учиться и много работать, потому что взвалить оплату огромных счетов за обучение только на тётушку он ну никак не мог: ещё одну работу она бы просто не потянула. Питеру тогда повезло, что Макс Моделл не дал ему совершить глупость и пошёл навстречу, позволив устроиться на должность помощника лаборанта. Работа на Моделла позволила Питеру спокойно доучиться. Хотя он всё понимал: не в традициях «Горизонта» было терять перспективных учеников, скорее школа открывала им всем новые горизонты науки. И с МТИ Питеру тоже повезло. Если уж быть честным, то Питер и сам не особо верил в успех: ни в то, что сдаст успешно экзамены; ни в то, что сможет пройти собеседование и доказать, что им нужен именно он. Конечно, рекомендации Макса Моделла сыграли свою роль, но на собеседовании были важны не только ум, знания, сданные на высший балл экзамены. На таких, как он смотрели крайне внимательно, важны были не только ум и знания, но и личные качества, желание учиться. Приёмная комиссия жёстко отсеивала всех, как им казалось, не подходящих кандидатур. Среднестатистически из более чем десяти тысяч поступающих в МТИ принимали лишь 16%, если не меньше. Питер же сумел не просто поступить, он смог получить стипендию — целый грант от Тони Старка на обучение, что само по себе было почти невыполнимой задачей. Ну а уж первое занятие и вовсе составило тень в сознании Питера. Он не был эгоистом, не привык идти по головам, но… Их преподаватель обвёл аудиторию тяжёлым взглядом, сказал посмотреть на соседа слева, на соседа справа, а после припечатал: — Один из вас не доучится до конца. Так что, ради стипендии Питеру пришлось переступить через себя. Потом, конечно, ему было мерзко и тошно, но позволить себе тратить больше сорока тысяч долларов на обучение и проживание в другом городе он всё равно не мог. И между принципами и дипломом Массачусетского технологического он выбрал диплом. Питер привык выкладываться на полную: он учился не жалея себя, занашивал одежду до дыр, питался едва ли не раз в сутки. Он не покупал себе ноут — собрал из сломанных и выкинутых плат себе что-то новое, что тщательно берег всё ещё как дорогую память. Он выживал на одном кофе, и всё ради того, чтобы повторить подвиг Тони Старка и окончить университет экстерном. Пару раз сумел засветиться на обложке Technology Review, издаваемого при полной поддержке МТИ. И конечно же пропадал в лабораториях, помогая в разных проектах: всё, лишь бы хоть как-то снизить собственные затраты на обучение. И он чётко осознавал, что его заметили только поэтому. Именно то, что он закончил раньше, учился как проклятый, получил ещё при поступлении грант и прошёл дополнительный курс введения в психоанализ, сыграло свою роль. Так что не было ничего удивительного в том, что Питер получил должность сначала стажёра, а после и личного помощника Тони Старка. Хотя, конечно, мисс Поттс отчаянно отговаривала его от карьеры личного помощника и предлагала начать с лабораторий, присоединиться к проектам в качестве стажёра… Но Питер хотел другого, он упёрся тогда, твёрдо для себя решив, что хочет только к Тони Старку, каким бы разочаровывающим опытом это для него ни стало. И не сказать, что жизнь в Башне его как-то изменила: его личность сформировалась под гнётом учёбы, необходимости зарабатывать деньги, постоянным следовании за тенью Тони Старка даже в собственных мыслях. Он не менялся, он оставался твёрд в решениях, готов был идти на жертвы, обходиться малым. Чёрт возьми. Даже перенимать плохие привычки и снова жить на одном кофеине, вырабатывая стойкую зависимость. Но, открывая шкаф, Питеру каждый раз хотелось поскорее его закрыть. Вот оно, главное свидетельство совершённой ошибки. Питер очень сильно сглупил, сказав несколько лет назад: «Да, мистер Старк, Вы можете купить мне всю необходимую одежду». Питер тогда точно не думал, что такое расплывчатое определение выльется вот в это вот. А стоило, чёрт возьми. Года два назад он сделал попытку отдать часть вещей в приют. Джарвис проинформировал Старка, и не прошло и суток, как шкаф снова был полон. Так что Питер просто не мог отдать одежду на благотворительность, они уже это проходили: полки снова будут ломиться от вещей, большинство из которых Питер даже не наденет, а потом он будет чувствовать себя ещё более неловко от мысли, что сумма, которая тратится на его содержание, растёт и растёт. И винить-то, по сути, было некого, кроме себя. Вещи там появлялись, потом в произвольном порядке исчезали, словно в шкафу появился настоящий проход в Нарнию. И в этом определённо было что-то зловещее. Питер был уверен, что сейчас, после новостей о Хэппи, Тони Старк был сильно не в духе, разговор снова откладывался на неопределённое время. Да и не представлял Питер, учитывая весь предыдущий опыт их общения, как скажет мистеру Старку, что всё, хватит, больше одежды ему покупать не надо. Он обеспечен всем необходимым для проживания в Башне. Оставалось пожинать плоды своей глупости. И нужно было хотя бы попытаться найти спортивный костюм. Он перерывал полку за полкой, удивляясь вещам и, по сути, впервые в жизни знакомясь с содержимым шкафа. Раньше он почти не глядя хватал с полки чистые трусы, футболку, джинсы и рубашку, а сейчас приходилось оценивать и анализировать, в чём можно было бы явиться в зал. И ужасаться, как далеко зашёл Тони Старк в желании обеспечить необходимым. Вот зачем Питеру были нужны трусы с принтом Звёздных Войн!? Это вообще не попадало под определение «необходимое». Он даже в шестнадцать не носил такого! Питеру очень хотелось верить, что всё это на самом деле проделки Джарвиса, проявление его способности иронизировать. На несколько секунд Питер застыл, закрыв лицо рукой. Костюм. Ему нужен был всего лишь спортивный костюм. С тяжёлым вздохом он снова стал перерывать содержимое шкафа. Но в какой-то момент просто не выдержал и начал скидывать на пол аккуратно разложенные вещи. Он знал, что потом придётся убирать: в комнату он не пускал даже роботов, что говорить о домработнице. И Питер прекрасно понимал, что единственный, у кого ещё был допуск — это Старк. Который, в свою очередь никогда в жизни не признается, что лично заносит и раскладывает вещи в его шкафу. Но, чёрт возьми, Питер абсолютно не ориентировался, что и где лежало, не знал даже, что там есть, а чего нет. И последнее, что он не собирался делать — звонить Старку и спрашивать, есть ли вообще спортивный костюм в шкафу. Спортивный костюм нашёлся с трудом. Красные треники сидели удобно и не стесняли движений. Футболку Питер сменил на простую белую, понимая, что после зала всю одежду придётся стирать, чтобы от него не несло потом, и пачкать лишний раз ту, что с принтом, не хотелось. Несмотря на всё, он успел спуститься в спортзал вовремя, ровно через полчаса. К его разочарованию, Натали уже была там — сидела на матах в центре зала. При виде неё Питера передёрнуло: тётя в своё время занималась йогой, и он понимал, что это одна из асан сидя, но всё равно при виде закрученных ног (правая лодыжка Натали прижималась к левому бедру, а левая — к правому) и сцепленных в замок рук за спиной ему было не по себе. Ну не мог нормальный человек, с точки зрения Питера, вот так вот закручиваться и искать нирвану, или что там йоги делали. На Натали был облегающий комбинезон чёрного цвета, похожий на костюм для йоги. Питер готов был поспорить, что он из спандекса, и что там есть специальные кевларовые вставки. Сейчас уже не казалось странным говорить про Натали и насилие в одном предложении. Она выглядела опасно. — Мисс Натали? — неуверенно позвал Питер, не зная, стоит ли её отвлекать. Хотя, конечно, была договорённость. Натали мгновенно открыла глаза и одним плавным движением оказалась на ногах. По спине Питера пробежал холодок. — Уже пришёл? Иди сюда, — Натали махнула рукой, подзывая. Питер подошёл ближе. В спортзале он бывал ровно тогда, когда сюда приходил сам Тони Старк. Обычно тот просто устраивал спарринги с Хэппи. Сейчас боксёрский ринг куда-то исчез, и его место заняли маты, часть тренажёров испарилась без следа, а оставшиеся были сдвинуты к стенам. — Вы приказали убрать тренажёры? — вопрос был глупым, и так понятно, что, если тренажёров нет, значит, их убрали. И сделать это распорядился или сам Тони Старк, или Натали. Но Питер просто не знал, чем заполнить тишину. — Да, нам с тобой нужно было место. Ты уже чем-то занимался? Какой-то борьбой? — он замялся под её взглядом, почти что смутился и неопределённо пожал плечами. — Хорошо. Тогда давай сделаем так. Ты попытаешься меня ударить. Хочу увидеть, что у тебя с техникой. И на что ты способен. — Ну, я… Очередной взгляд Натали заставил замолчать. Питер сделал так, как сказали: без всякого запала замахнулся. И через секунду оказался на матах в нелепой позе, не до конца осознавая, что произошло. В голове ещё гудело, волоски по всему телу стояли дыбом. Он моргнул, чувствуя себя крайне глупо, потому что самого удара не заметил: Натали отреагировала молниеносно. Она подала ему руку, помогая встать. Губы Натали были поджаты, глаза чуть прищурены. Весь её вид едва ли не кричал, что всё плохо. Но вслух Натали сказала только: — Ещё раз. Серьёзней, Питер. Вторая попытка закончилась так же: стоило только замахнуться, и он оказался на матах. Его не спасали ни чутьё, ни рефлексы. Натали смотрела серьёзно, молча подала руку. — Давай. Ещё раз. Питер прищурился. Нужно было действовать быстрее и не так в лоб. Третья попытка вызвала у Натали скупую улыбку. Удар ногой она заблокировала, а потом хитро извернулась. У Питера не было и шанса увернуться от метящего в лицо локтя. Только в последнюю секунду он успел хотя бы отвернуться, спасая нос от перелома. — Ты как? — в голосе Натали слышалась насмешка. — Жить буду, — буркнул в ответ Питер. Хорошо он себя не чувствовал: удар пришёлся на скулу, и боль отдавалась в щеке. — Ну, если будешь, то вставай. Ты мой на ближайшие два часа. Из которых не прошло и десяти минут. Питер застонал. Его ждал ад.