Не её ты любишь

На следующее утро у Питера болело всё тело, словно он не с Натали занимался два часа в спортзале, а под асфальтоукладчик попал. Не то чтобы Питер оказывался на пути асфальтоукладчика: как-то не тянуло проверять, какие повреждения будут у него после этого и какие у машины. Но за эти годы многое случилось, и ощущения были знакомы: обычно так он себя чувствовал после предельных нагрузок. Комната так и осталась неубранной: у Питера просто закончились силы. Было даже всё равно, что Джарвис скажет Тони Старку, если, конечно, уже не сказал. Игнорирование, бесспорно, плохая стратегия, но при мысли о том, что и сегодня его тоже ждёт Натали, Питеру становилось плохо. Он буквально рухнул обратно на кровать, понимая, что морально не готов к подвигам. Но знал, что расписание уже составлено, и Натали не станет ничего менять. — Почему нельзя взять, всё отменить и просто подумать об этом завтра? — пробормотал он. — Смею заметить, мистер Паркер, что мисс О'Хара плохой пример для подражания. Мисс Рашман сегодня отменила Ваши занятия, мистер Старк ждёт Вас и свой кофе в мастерской. Питер заглушил смешок подушкой. Джарвис имел своеобразное чувство юмора. Очень часто, практически всегда, при разговоре с ним Питер испытывал чувство лёгкой неполноценности. И оставалось только гадать, каким Джарвис был при жизни. А потом до него вдруг дошло: Тони Старк ждал в мастерской. Питера буквально подкинуло на кровати. Он соскочил на пол, натянул на себя первые же попавшиеся из выкинутых из шкафа вещей толстовку и джинсы. Едва не рухнул, пока прыгал на одной ноге, пытаясь попасть в штанину. — Больше мистер Старк ничего не говорил? — Чёрный без сахара, мистер Паркер. Питер, чудом не споткнувшись, издал едва слышный смешок: Тони Старк говорил либо сам с собой, либо давал распоряжение Джарвису запустить кофеварку. Потому что Питер, вообще-то, не готовил кофе. Но уточнять у Джарвиса он не стал, кофе так кофе. Чёрный без сахара, значит, чёрный без сахара. И всё же он был прав: на кухне один из Марков боролся с кружкой, пытаясь поставить кофе на поднос. Явно под руководством Джарвиса. Рядом с кофеваркой стояла ещё одна. Рядом Питер подметил пустую одноразовую упаковку сливок и несколько белых капель на столешнице. Ну да, скорее всего, Джарвис сделал именно так, как он любил: кофе с молоком, две ложки сахара. — Спасибо, дальше я сам, — Питер подхватил поднос и кружку, пока кофе не расплескался. Марк отступил на шаг, голубые светящиеся глазницы уставились в упор на Питера. Тот вопросительно приподнял бровь, пожал плечами и направился в сторону мастерской. Пришлось немного задержаться у панели доступа, вводя код: Тони Старк в некоторой степени был параноиком. Полный доступ был только у него самого, а остальные могли попасть в закрытые зоны введя свой собственный код. В мастерской было тихо: должно быть, Джарвис отключил звук у динамиков. Обычно тут играл тяжёлый рок, и Питер ничего не имел против. — Доброе утро, мистер Старк. Надеюсь, эта ночь не была для Вас бессонной. Ваш кофе, сэр. Он поставил кружку сбоку, там, где Старк случайно не смог бы смахнуть её локтем. Старк кивнул, не поворачиваясь к нему, на автомате протянул руку и, нащупав ручку кружки, поднёс к лицу и прихлебнул. Видимо, что-то сосредоточенно обдумывал. Питер окинул его беглым взглядом, отмечая уже не чистую футболку, кучу открытых голограмм — проекции каких-то чертежей, несколько трансляций с новостями в тихом режиме. И вздохнул, чётко понимая, что ночь Тони Старк, скорее всего, провёл в мастерской без сна. Обогнув стол, Питер направился к своему рабочему месту: ещё в самый первый год, как его наняли, Старк позволил тихо сидеть в уголочке и заниматься своими разработками. Что тоже было непонятно Питеру: ему не запрещали заниматься тем, чем он хотел и тогда, когда он хотел, хотя сам Питер предпочитал не выпускать Тони Старка из поля зрения. Обычно работодатели предпочитали контролировать сотрудников, но это был точно не его случай. По старой, приобретённой ещё в «Горизонте» привычке Питер содержал свой стол в абсолютной — неестественной по мнению Тони Старка — чистоте. Питер поставил кофе на свой стол и с наслаждением упал в удобное кресло. Действие поступившего от слов Джарвиса в кровь эпинефрина подходило к концу, и Питер снова начинал ощущать боль в каждой клеточке тела. Он скользнул взглядом по чертежам на голографическом экране. И чуть нахмурился. — Двигатель на джеты для Шестой интервенционной тактико-оперативной логистической службы, мистер Старк? — Питер из принципа отказался сокращать. Да, «ЩИТ» звучало короче и круче, но потакать чужому эго он всё равно не собирался. Потому что, во-первых, ему вполне хватало в жизни Тони Старка, во-вторых, ЩИТ напоминал чемодан без ручки, от которого больше проблем, чем пользы. Он сунул руки в карманы толстовки, подавляя желание тяжело вздохнуть. Питер не представлял, как заставить Тони Старка отправиться спать. Да и то, что он уже принёс ему кофе, делу не помогало. Старк наконец-то оторвался от чертежей. И фыркнул, окинув Питера насмешливым взглядом: — Хороший синяк. Со шкафом подрался? — Что? — рука непроизвольно потянулась к скуле, куда попал локоть Натали. При прикосновении пальцев щеку кольнуло болью. Хорошо же ему попало: если регенерация не справилась, то, вероятно, вчера была трещина. — Синяк, — повторил Старк. — Джарвис сказал, что у тебя в комнате какие-то проблемы со шкафом. Если тебе просто не понравился дизайн, Шкет, то не обязательно было устраивать драку. Но втайне надеюсь, что ты его уничтожил. Ну, знаешь, боюсь, мы проиграем в суде шкафу… Хотя можем сказать, что это была самозащита. Питер скривился в подобие улыбки. Подколы Старка он не воспринимал всерьёз, к тому же сейчас, после бессонной ночи и порции кофеина, Тони Старка едва ли можно было назвать адекватным. — Не болит? Могу подуть или подержать лёд. Питер фыркнул, уткнулся в кружку с кофе, подавляя желание залезть в кресло с ногами. Пожалуй, комфортнее было бы на диване, но тот стоял слишком далеко. — Дуют на ссадины, мистер Старк, когда обрабатывают их антисептиком. Лёд прикладывать уже поздно. Так что нет, спасибо. Я как-нибудь сам. Тони Старк поднял руки, показывая, что сдаётся. Питер фыркнул, не особо веря. Потому что, как показывал опыт, Старк не сдавался. Он отступал, чтобы перегруппироваться, и наступал снова. Питер крутанулся на кресле, поставил кружку на стол и включил свой голографический монитор. Нужно было проверить почту, свериться с ежедневником и заглянуть в новости: там явно было что-то, что заинтересовало Тони Старка. — Так что? Откуда у тебя синяк? Серьёзно, Шкет, если это Дубина, то я подарю его кофешопу, — Питер бросил взгляд на Старка, пожал плечами с неопределённым «м-м-м». — Тренировки в спортзале, мистер Старк, — пробормотал Питер, поглощённый новостными порталами. Ничего особенного там не было: Дейли Бьюгл вновь выступал с критикой Человека Паука, обсуждали будущий саммит… — Так стараешься, что синяки зарабатываешь? — Мне надо выкладываться полностью… — рассеянно ответил Питер, пытаясь сосредоточиться. С вопросами Тони Старка это абсолютно не получалось. Питер вздохнул, скривился, понимая, что от него не отстанут, пока не получат чёткий ответ на вопрос «откуда синяк», и снова повернулся к Старку. — Мисс Натали даёт уроки самообороны, мистер Старк. Повисло молчание. Оно не было неловким, но крайне странным, и Питер чувствовал что-то сродни смущению: после всего проведённого рядом с Тони Старком времени мало что действительно могло его смутить. Но сейчас взгляд у Тони Старка был слишком странным. Питер передёрнул плечами, отгоняя от себя ненужные мысли. — Мистер Старк? Что-то не так? Старк словно очнулся. Питер едва подавил желание рассмеяться. — Нет, ничего, Шкет. Джарвис, включи музыку на пятьдесят процентов громкости. Питер фыркнул, отворачиваясь обратно к монитору. Музыка успокаивала, расслабляла. Тем более у них был один вкус, так что проигрывание одного и того же плейлиста по сто раз не надоедало. Он сосредоточился, проверяя местные новости, потом новости страны и мира в целом. На всякий случай сверился с расписанием, и ничего. Мисс Натали действительно отменила занятия сегодня. Он ещё раз бегло просмотрел новости, но никаких подсказок относительно того, что случилось, не было. Питер посмотрел на Старка. Но тот пил кофе и колдовал над проекцией двигателя и чертежами, и, казалось, вообще забыл о том, что Питер тоже тут. Это было странно. Не то чтобы его не замечали, потому что на самом деле это скорее показывало, что Тони Старку комфортно в его присутствии. Но всё же казалось, что что-то не так. Что он что-то упустил. Питер сам не заметил, как разлёгся на столе, почти как в школе, откровенно пялясь. Он привык доверять своей интуиции, и она вопила, что во всем происходящем есть связь. Только вот какая именно, Питер не мог понять. Фыркнув, он уткнулся лбом в столешницу. Это было глупо, и совершенно его не касалось: ни двигатели для чертовой Шестой интервенционной тактико-оперативной логистической службы, ни причины, по которым мисс Рашман отменила занятия. — Мистер Старк, какова вероятность, что вы все же понизите мне зарплату? — тихо уточнил Питер, не особо надеясь на ответ. Он спрашивал скорее из желания поменять тему. — Скажу: не в этой жизни, Шкет. И шел бы ты на диван, видок у тебя тот еще. Даже спрашивать боюсь на каких вы с Рашман тренажерах занимаетесь... Питер издал смешок, заставил себя выпрямиться. И твердо посмотрел на Старка. — А я вот боюсь спрашивать, сколько вы спите. Мисс Поттс ясно дала понять, что ваш… — Тебе плачу я, так что забудь мисс Поттс. И сплю достаточно, чтобы функционировать. Шкет, на диван. Или прочь из моей мастерской, — в голосе Тони Старка были новые интонации. Питера вздрогнул, удивленно глядя на него. Но все же поднялся. И с «да, мистер Старк» направился к выходу из мастерской. Только на пороге обернулся, удивленный, ошарашенный собственными реакции: то, как прозвучал приказ, ударило наотмашь, и не было никаких сил сопротивляться. И в то же время странно взволновало. Старк, казалось, даже не смотрел в его сторону, поглощенный проекцией. Питер мотнул головой и вышел, гадая, что сейчас было.