Часовой ангел

— Доброе утро всем! — поприветствовала друзей Василиса рано утром на следующий день. Они собрались в Солнечной зале, где был накрыт стол, как всегда, наполненный всякими вкусностями. — Привет, Василис. Ты что-то хотела? — хитро прищурившись, спросил её Люцифер. — Да, узнать планы на день. — У меня никаких, — отозвался из-за газеты Рок. — Тоже, — ответил ей Примаро, не отрываясь от наблюдения за растениями в оранжерее. — Как насчёт попутешествовать? — в столовую влетел Аббадон, почти выкрикивая своё предложение. За ним плёлся демон лжи, не успевающий за своим напарником. — Марк! Вечно ты пропадаешь, я же скучаю… — Да-да, я понимаю, но у меня тоже были дела. — И это как-то связано с моим братцем? — заинтересованно спросила его Василиса, хитро прищурившись. — Конечно, — усмехаясь, сказал Ляхтич. — Так что там насчёт путешествия? — строго спросил Рок, на секунду отрываясь от чтения. — Мы хотели с Нортом поучаствовать в собрании Райского сада… в Интере, — сообщил парням Аббадон. — Что? — потрясённо пробормотал Люцифер. — Мы хоть и демоны, но приняли сторону ангелов, — пояснил пришедший минуту назад Норт. — У меня нет слов… Это же хорошо, да? — Скорее всего, — задумчиво ответил Фэш, испепеляя взглядом Марка. — А я смогу увидеться с отцом? — Это должно было быть сюрпризом, так что да, — нехотя рассказал Ляхтич. — Ну и славненько. Когда выдвигаемся? — Минут через пять, — ответил ей Норт. — Ты идёшь? — уточнила Огнева у своего возлюбленного. — Договор… — начал говорить Фэш, но его перебил Примаро. — Не позволяет мне появляться на таких собраниях. — Хм, не знала… Расскажешь потом? — Обязательно, — Принц Ада неопределённо кивнул. — Норт, ты ответственный за неё. — Как всегда, — хмыкнул демон, после чего получил лёгкий подзатыльник от своего возлюбленного. — Готовы? — с нетерпением уточнил Ляхтич, раскрывая крылья для переноса. — Да! — секунда и …       Интер был небольшим городом, имеющим каменные стены и много дивных мест. Большие площади, выложенные разноцветными мозаиками, сияющими под вечным светом солнца. Были и дома, правда, в основном двухэтажные, без окон и дверей. На клумбах, газонах растут странные растения, не похожие на те, что живут в мире людей: есть экземпляры огромные, размером с великана, или мелкие, что меньше мизинца. Самые разные листки, цветки и переплетения создают нечто необычное, яркое и неповторимое.       По улицам ходили и демоны, и ангелы, хотя видеть их вместе — большая редкость. Странная неприязнь появилась ровно тогда, когда был найден Ключ от рая (Дьявол публично заявил об этом). Тут тихо, пока безопасно и очень спокойно… — Добро пожаловать в город и ангелов, и демонов! — радостно прокричал Марк. — Вау… — Тут всегда так красиво, — объяснил ей двоюродный брат, задумываясь о чём-то своём. — Что это? — Огнева указала на странный браслет, похожий на кандалы на своей руке. — Ну… людям так просто нельзя попасть сюда. А если и бывают такие исключения, то они не остаются незамеченными. Для таких случаев придумали специальные наручники, соединяющие руку того, кто пришёл, и его сопроводителя. Если они из жемчуга — в тебе больше добра, если чёрные, то ты состоишь из зла или грехов. — Классно. Нечего сказать, — хмурится. — Расслабься, мы здесь ненадолго, ничего страшного. — Хорошо… Пойдём? — Папа! — Василиса кинулась на ангела с объятиями, ведь они не виделись очень-очень давно. — Постой, ты меня сейчас же задушишь, — сдавленно прошипел он. — Прости… Просто я очень волновалась. — Не стоит, милая. Всё хорошо, — к ним подошла Рахмиэль, поприветствовав всех присутствующих кивком. — Здравствуйте, тётя Диара. Не знала, что Вы ангел… — хмурясь, сказала Василиса. — Тогда это был секрет, а сейчас… — Мы на пороге серьёзных перемен. Не забывайте, зачем мы здесь, — в разговор вмешался один из Сгоревших звёзд, нетерпеливо разминая свои крылья. — Да-да, конечно, — виновато кивнула Диана, присматриваясь к ним. — Пообщайся с Дейлой, — почти приказал Разиэль дочери. — Почему? — Это не твоя война… — попыталась вмешаться Диара, защищая свою бывшую подопечную.  — Может, я хочу вам помочь? — Василис, послушай своего отца, — к ней обратилась новая гостья, возникшая из Сада Воронов. — Синтия? — неуверенно спросила Огнева. — Я пришла от Короля Воронов. По известной всем причине он не может попасть в этот город. — И что? Стратегии вообще дело не… — с нескрываемым сомнением ответил ей Константин, хмуро поглядывая на Райский сад. — Я никуда не уйду. Это мой приказ, и я обязана его выполнить. — Ну ты даёшь, Синтия… Не ожидала увидеть тебя, — произнесла Огнева, когда они с Нокс отошли от всех ангелов и демонов, чтобы просто поговорить. — Они тоже. Кстати, — её зелёные глаза сверкнули в полутьме беседки знойным малахитом, — можешь считать нас подругами. И называть тоже. — Спасибо… — Не за что, ведь так и есть. А сейчас… надо тщательно обдумать, как победить демонов раз и навсегда.       В голосе Синтии не было больше тех тёплых нот, которые проскальзывали при разговоре с Василисой или Ро. Только холодная ярость, словно выточенная в камне, застывшая в глубокой ненависти. В её взгляде не было той сладостной преданности, что была там, когда девушка находилась рядом с Королём. Ледяная сталь, готовая убить любого, кто встанет на её пути. — Мы закончили. Ну, если быть точнее, то почти, — говорил Норт спустя несколько часов после начала их собрания. Было скучно, если честно, поэтому Василиса спокойно поболтала с двоюродной сестрой и Ярисом. — Сейчас мы спустимся на Землю, — чётче сформировала его мысль Ворона, — Надо найти место, где будут войска. — Можно я поеду домой? — спросила у отца. — Ну, Василис, — заныл Норт, — ну, побудь ещё с семьёй. — Ладно, — нехотя согласилась дочь Разиэля. — Куда мы отправимся? — Скорее всего, в Долину невесомых ночей. Там удобно скрыть армию, дабы враг не увидел их. — В том месте очень красиво? — Наверное…       Переход занял одно мгновение, и вот они стояли в мирной зелёной долине, рядом были горы и река, несколько деревьев — вот и всё. — Чёрт… — Синтия злилась, смотря на ворона, сидевшего перед ними, — мне надо уйти срочно. — Пока, — прощалась Огнева, обнимая Нокс напоследок. Отстранилась, нахмурилась, ведь в голове появилась непонятная боль. Странное тепло в солнечном сплетении, что почти обжигает нутро. И…

***

— Что происходит? — в какой-то момент мир стал другим. Сложно сказать, когда именно это произошло. Непонятно, где очутилась она. Только что была вместе с семьёй, а теперь одна… — Ты видишь призраков… призраков… — хор голосов, идущий из абсолютной пустоты. Страшно до дрожи в коленях и помутнения в глазах. Василисе хочется вернуться домой, прижаться к телу своего возлюбленного и почувствовать себя в безопасности. А пока… — Я ничего не понимаю, — почти скулит девушка. — А это и не нужно, милочка, — Елена появляется внезапно, что само по себе является ужасным. Огнева точно не хотела видеть её до скончания веков. — Елена? Я думала, ты мертва. — Так и есть, Ишим. Ничего не меняется… даже ты. Как и оставалась глупой, так такой и осталась, — зло рассмеялась женщина, напоминая собой психопата. — О чём ты? — хмурясь, гневно шипит на демонессу Огнева. — Ты посмела полюбить Люцифера, Сына Утренней звезды. Так вкуси же горечь этого безрассудного поступка. — Я не понимаю, о чём ты говоришь… — Исчадья Ада не способны любить! — Но Фэш не такой! — кричит его возлюбленная. — Ты уверена? — ухмыляется Мортинова, наполовину принимая облик демона. — Призраки… призраки… они идут! — заорали во всю мощь голоса, разбивая на тысячи кусочков сознание Василисы, которое с каждой секундой всё больше растворялось в этом непонятном месте, не имея шанса что-то понять. Темнота… — Ты не знаешь на все сто процентов, любит ли он тебя… — ехидно пропела бывшая мачеха, смотря за её слабостью. — ОНИ ИДУТ! — завизжали существа, окружающие их. Страшно. — И способен ли вообще любить? Он же Принц Ада… — фраза остаётся незаконченной, потерянной и обессмысленной. Фигура Демона растворилась в воздухе, будто её и не было. Ничего не важно, кроме… — Очнись! «Призраки существуют. И я это знаю. Что-то привязывает души умерших к месту, как это происходит со всеми нами. Для некоторых это клочок земли, на котором однажды пролилась их кровь, свершилось убийство. Но есть и другие: их удерживают чувства, желания, потеря, месть… или любовь. Эти призраки не исчезнут никогда.»

***

Песня для этого фрагмента — Invincible (Ruelle) — Куда мы идём? Почему я тут… — потерянно прошептала Синтия, затравленно озираясь по сторонам, боясь каждого шороха. Ночь вступила в свои права, украшая небо убывающим диском Луны. Где-то далеко стрекотали цикады, бродили неизвестные звери, выли волки, но ей было всё равно на них. Мир стал стремительно уменьшаться, застывая на хриплом дыхании рядом. Непривычно страшно. Гулять по неизведанному лесу в тёмное время суток — рискованное дело, но что делать, если у тебя нет выбора? — Зеркало, — коротко и неясно ответил ей Король. По голосу было ясно, что тот взволнован сложившейся ситуацией, пока непонятной Нокс. С каждым мигом становилось всё темнее: тучи закрыли небесное светило, наливаясь свинцом. Первые капли повисли в воздухе, потом ещё и ещё. Плотная завеса воды мешала путникам, размывала землю, превращая её в грязь, делала тяжелыми ветви деревьев. — Что с ним? — настороженно спросила Ворона, не зная, чего и ожидать. Дрожит. На улице уже холодно, а она исчезла из долины, даже не прихватив тёплой накидки. Лишь бы не заболеть после этой чудной ночной прогулки по Драголису во время дождя. — Сейчас увидишь, — загадочно говорит Ро, заворожённо смотря на небеса. Хмурится, что совершенно ему не идёт. А всё из-за нежданного ливня, не вписывающегося в их планы. Замечает, как вздрагивает Нокс, и хочет её обнять, согреть, возможно, любить и никогда не выпускать далеко. Это мечта каждого, но, как известно, не всем мечтам суждено сбыться.       Поляна с Артефактом светилась изнутри, создавая волны магии, неизвестной этому отражению. Смутная тревога осела где-то под ребрами, страх увеличивался, сдавливая горло. Молния ударила со всей силы, затем последовал гром — и так несколько раз. — Так не должно быть, — грустно сказал парень, обводя взглядом серебряную раму, которая словно постарела на несколько лет. Да уж… что-то не так, ведь обычный запах леса и аномалий сменился на аромат благородной корицы, каких-то специй для готовки… Так пахло и в её родном мире, в кухне дома семьи Муэрта… — Ро, ты не знаешь, что это значит? — пытается не обращать внимание на нахлынувшие воспоминания. Не сейчас. — Да. Кто-то хочет тебя увидеть по ту сторону, — сказанные слова привели девушку в глубокий шок. — Протяни руку, — она боится той неизвестности, что таится за сияющей стеклянной гладью. — Не бойся, я буду рядом, — он ободряюще сжимает её ладонь: мол, всё будет в порядке. Благодарно кивает и подходит ближе к своему отражению, попутно касаясь Зеркала второй рукой. По нему прошла мелкая рябь, и излучение белого света тут же прекратилось. Отражение бледнокожей блондинки сменилось на другое: чуть выше, шире в плечах, смуглая кожа и ярко горящие зелёным пламенем глаза, белоснежные волосы до плеч. — Санта Муэрта… — шипит Нокс, узнавая эту девушку. Её сестра, только намного старше, чем она помнит.       Эйра печально улыбнулась и протянула своей младшей сестре то, что было в её руке. Говорит строгим голосом, словно воспитывает шкодливого ребенка: — Возьми, — и свёрток оказывается в их реальности. — Что это? — с удивлением Синтия смотрит на меч в своих руках. Знакомый эфес с надписью на древнем языке, гласившая: «Vincere aut mori — Или победить, или умереть». Удобная рукоять, сделанная специально для неё… Нетронутое ничем остриё, которое отражало свет недавно проявившийся луны. Забытое прошлое обязательно вернётся… — Смертельное милосердие… — чуть ухмыляется старшая Муэрта. Нервно оборачивается и ищет кого-то взглядом, после чего отступает в серое пространство позади неё. — Не уходи… я скучаю… — Я тоже, Алекси, — снова воспоминания о детстве. Так называли Синтию только сестра и мама. — Будь осторожна и помни… — О чём? — О нашей обречённости, — неоднозначный ответ, не приносящий ясности в картину их жизни. — Эйра… — растерянно шепчет её сестра, понимая, что перед ней снова её отражение. Беззвучные слёзы давно текли по щекам, размазывая тушь и макияж… Она устала за сегодняшний день. Слишком много слов, ещё больше действий и мрачных загадок… — Не плачь, — Король прижимает всхлипывающую девушку к себе, пытаясь успокоить её. Несмело передает ему свой клинок, доверяя от и до. — Пойдём домой? — почти неслышно спрашивает Нокс, обхватывая руками свои плечи. С каждой минутой становится всё холодней, ветер завывал свои симфонии, созвучные с дождём и грозой. — Конечно. Я рад, что ты зовёшь наше жилье домом. Это о многом говорит… «Поэтому запиши себе: дом — здесь, лето — будет, этого человека — люблю.» — Ты будешь чай? — заботливо интересуется Ворон, когда они были дома, греясь возле камина. Его подданная дрожала, как осиновый лист на ветру, то и дело шмыгая носом. — Нет… — просипела Нокс, кладя белобрысую голову на плечо парня. — Ты можешь заболеть, — мысленно отвечает, что она уже умудрилась подхватить простуду. — Давай налью. — Чёрный с фруктами, хорошо? — Конечно, милая, — и он уходит заваривать ей тёплый чай. Впервые заботится о ком-то помимо себя или своих братьев.       Возвращается нескоро, ведь из кухни можно незаметно наблюдать за полусонной безмятежной Синти, не подозревающей о внимательном взгляде Короля. Она ёжится — тёплое одеяло, ненамного спасающее её от холода, спадает и открывает обзор на хрупкое плечо. — Что это? — Ро коснулся её ключицы ледяной рукой, вызывая стаю мурашек. На коже едва виднелась татуировка, которую он не замечал до этого. Заметив его интерес к себе, Синтия тут же закуталась плотнее в одеяло. — Правило нашей семьи, или что-то в этом роде. — Vincere aut mori — Или победить, или умереть. На эфесе Милосердия написано то же самое. — Да… А ещё раньше у меня была руна. — И что с ней случилось? — В один момент она просто пропала, — безразлично рассказывает Ворона. — Я так и не узнала её значение… — Значит, она не так уж и важна. — А что сейчас важно? — с хитрым прищуром спрашивает блондинка, двусмысленно касаясь его подбородка. Что будет потом — ни капельки не волновало, нужно жить здесь и сейчас.       Вместо ответа — настойчивый поцелуй, лишённый всяких коварных мотивов. Страсть вспыхнула почти моментально, опаляя чёрные крылья за спиной, оставляя глубокие царапины и жадные укусы. Пламенное безумие охватило обоих, погружая в плотную пелену желания. «Не важно, сколько нам лет, нам всегда нужно место, которое можно назвать домом, потому что без людей, которых ты любишь больше всего, ты всё равно будешь чувствовать себя одиноким.»