Он не человек

У инквизиторов всегда с собой множество артефактов. Конкретно у этого - скрывающий камень. Название, конечно не очень, но любой, надевший хотя бы осколок этого камня, будет невидим для проклятий ведьмы. Инквизитор далеко забрался, я даже не сразу его нашёл, пришлось изрядно попотеть. Но если я добуду этот чертов камень - беженцы смогут спокойно добраться до Вариакки. А сейчас самое главное, чтобы они оказались в безопасности. Когда я стал таким благородным? Чёрт! Самому противно, но всё равно лезу через каменную стену прямо на территорию тюрьмы. Даже не тюрьмы, а тюремки. Она до невозможности маленькая, по сравнению с теми, в которых я сидел. Вспомнив это, неосознанно касаюсь шрама на груди. С моей силой, он всё равно не зажил. Даже не знаю, кого ненавижу больше, ловцов или инквизиторов. Первые создают безумные машины, вторые безумно их используют. А ещё нас монстрами называют... Но вернёмся к тюрьме. В подобные места обычно ссылают, тех, о существовании которых хотят забыть. Ну или тщательно спрятать. Охрана хилая. С часовыми я справился на раз два, и напялил одежду одного из бедолаг. Велика немного. Зря они перешли мне дорогу, очень зря. Теперь нужно найти инквизитора. Лысый в чёрной робе. Они все как на подбор, тридцать три богатыря, блять. Маска во всё лицо, неудобный кожаный камзол и узкие штаны. Как они вообще их носят?Теперь я даже не уверен, что охранники здесь мужчины. Каменные коридоры были практически пусты, если не считать одного единственного надзирателя, пулей пролетевшего мимо. Спустившись по лестнице в подсобные помещения, поворачиваю направо, прямиком в хранилище. Инквизитор должен быть где-то здесь. Слева и справа от меня стояли низенькие шкафчики, доверху наполненные бумажками. Тюрьма хоть и была маленькой, но отчётность наверх всё равно должна была поступать. Меня всегда восхищало устройство жизни людей. Как они это называли? Политика? Им всегда нужно всё контролировать. Вся жизнь людей основана на контроле. Друг друга, нелюдей - в общем всех. Если человек чего-то не знает - он начинает нервничать. А людям не нравится нервничать. Да и мне тоже. На столе за чередой шкафчиков тоже валялись бумаги. Поверх всех лежала папка, которая привлекла моё внимание. "Заключенный N•30989. Особо опасен" тридцать тысяч... А тюрьма, судя по всему очень старая. Ещё со времён первой войны. Сейчас она переживает не самое лучшее время, камеры пустовали. Не знаю, какой чёрт меня дёрнул открыть эту папку, но я ни секунды об этом не жалел. Досье было практически пустым, кроме расы, места и время поимки. Так же к папке прилагался пакетик. И я его открыл, ну а что? Внутри была цепочка с маленькой ящеркой. Мысли осами закружились в голове. Я бросил быстрый взгляд на номер камеры и как ужаленный, этими самыми мыслями - осами помчался наверх. *** Шинса снова не смог уснуть. На этот раз из-за мальчишки. Нет, не потому что он всё время храпел во сне - спал он как котёнок - а из -за того, ЧТО этот парнишка сказал, перед тем как отрубиться. Если война действительно началась, то сколько же ящер здесь сидит? Что стало с Люциусом и Мартой? Он надеется, что они в безопасности. Ничего, кроме надежды ему и не остаётся. Сбежать отсюда не получится: стены, пол, потолок - всё слишком плотное. Даже если он сумеет выйти, куда ему идти? Он даже не знает, где эта тюрьма находится. Он не знает. Шинса ненавидит чего-то не знать. Это щемящее чувство беспомощности, преследующее его на протяжении всей жизни. Он не хочет больше это чувствовать, ему это надоело. Шинса сполз с полки и приложил голову к стене, пытаясь "остудить мысли" и разложить их по полочкам. Сзади послышалась возня. Мальчишка проснулся. Шинса посмотрел на него через плечо. Он сладко потянулся. Ни единого синяка, или царапины не осталось. Может это и есть его "магия". Магия исцеления, как у Робеуса Шинсы, которого ящер встретил так давно и только сейчас понял, что именно имел в виду мужчина, говоря о том, что скоро всё изменится. Маги давно замышляли переворот. Послышалось пару щелчков ключа в замке. Тяжёлая дверь со скрипом открылась. В проёме стоял высокий широкоплечий мужчина, один из надзирателей. Маску он никогда не носил. Своей могучей тушей он загородил весь проход. За ним торчала голова второго надзирателя. Вот он-то как раз и был в маске. - Мелкий, на выход! - грозно сказал бугай. - Инквизитор желает тебя видеть. Святослав зашёлся крупной дрожью, часто задышал. В воздухе повис кислый аромат страха. - Не надо, - пролепетал мальчишка, вскакивая на ноги. - Пожалуйста. Его голос дрожал, сыну Эрудиля было страшно. Шинсу окатило какое-то странное чувство при виде этого трясущегося мальчишки. Бугай не собирался повторять дважды, он вошёл в камеру и направился прямо к Святику. Второй надзиратель, вооружившись арбалетом, на всякий случай, продолжал стоять в дверном проёме. Парнишка упал на пол и хотел было отползти к стене, но бугай стиснул свою лапу на тонком предплечье. Одним рывком он поднял сопротивляющегося парня и потащил его в сторону выхода. Шинса старался, честно старался не двигаться, не реагировать. Этого мальчишку он вообще не знает, и чего тогда ящера так трясёт? Видимо, просто стоять, было выше его сил. Надзиратель хоть и был здоровым, с Шинсой тягаться не мог. Ящер буквально вырвал мальчишку из рук бугая и спрятал за спину. - Он сказал "пожалуйста", - процедил Шинса, в ответ на ошарашенный взгляд надзирателя. - Да мне срать, - бугай поднял руку, сжав кулак, его приятель прицелился, готовый в любой момент выстрелить ящеру в голову. Он хотел ещё что-то сказать, но отвлекся на свист и глухой стук: тело второго пригвоздило к двери болтом арбалета. В проеме тут же появился человек, среднего роста, худощавого телосложения, экипированный по всем правилам. Разве что костюм немного висел. Пока надзиратель не успел ничего предпринять, неизвестный выпустил ещё один болт прямо в его голову. Всё произошло настолько быстро, что Шинса только и успел, что ощетиниться. Через секунду он почувствовал запах клубники, приятно щекочущий ноздри. Человек в проёме замер, но потом медленно опустил арбалет. Из-за маски нельзя было сказать, куда он смотрит, и почему Шинса чувствует себя так спокойно. За спиной завозились, и ящер пришёл в чувства. Он старался не выпускать ёрзающего мальчишку из-за спины. - Кто ты такой? - спросил Шинса. После того как незнакомец, не дрогнув расправился с двумя надзирателями, сомнений не оставалось, что он не местный. - Что же ты, Шинса, не узнаёшь старого друга? - человек отстегнул маску. Острые черты лица, резкие скулы и карие глаза, в которые хотелось смотреть вечно. Как ящер не старался отогнать нахлынувшие воспоминания - ничего не получалось. Он продолжал видеть в этом юноше маленького мальчика, который пристал к нему на улице, и это было так давно, что заставило сердце пропустить удар. - Вы знакомы? - из-за спины Шинсы показалась любопытная, черномазая голова Святослава. От былого ужаса и страха не осталось и следа. - Ван-Дог? - неуверенно спросил ящер, игнорируя любопытные взгляды со стороны галчонка. Он всё ещё сомневался, слишком уж этот человек не сочетался с тем образом, что остался у Шинсы в памяти. - Рад тебя видеть, дружище, - Дог вошёл в камеру, переступая через труп надзирателя. - Как ты здесь оказался? Хотя, ладно, потом расскажешь, а сейчас - вытащим тебя отсюда. - Святослав, сын Эрудиля, охотник за головами в девятом поколении, - парнишка выскочил из-за спины всё ещё не пришедшего в себя ящера и с улыбкой протянул руку молодому магу. Тот её пожал. - У тебя талант заводить странные знакомства, - с улыбкой отозвался Ван-Дог. Шинса и раньше редко видел, как он улыбается. Он просто изголодался по этим эмоциям. - Годы тренировок, - ответил ящер. - И как ты собрался вытаскивать НАС - Шинса выразительно посмотрел на сына Эрудиля, тот одобрительно кивнул. - отсюда? - Просто идите за мной, - Дог вытащил у мёртвого надзирателя болты для арбалета и засунул из в нагрудный карман. Он натянул маску и выставив оружие вперёд вышел из камеры и направился по коридору. Их ждёт очень долгий разговор. Сколько лет прошло? Как Винни здесь оказался? Почему так легко убил человека? Что вообще происходит? Где Андрей? Как их родители? Как Люциус с семьёй? Но это всё потом, позже, сейчас нужно выбраться отсюда. У Шинсы в первые за последнее время появился стимул выжить - узнать, что случилось, пока он сидел здесь. Он хватался за это, как за тонкую соломинку. Так и не дождавшись идиотов из охраны, инквизитор решил проверить, что задержало надзирателей. В коридорах было подозрительно тихо и пусто. Сердце будто паучьи лапки сдавили. Инквизитор вернулся в пыточную. Он прислушался, не то чтобы это могло ему помочь хоть как-то разобраться в ситуации. По коридору разносились тихие, шуршащие шаги, будто кто-то крался, или хромал. Инквизитор подошёл к двери, ведущей в основной коридор из корпуса с пыточной. Он осторожно, трепетно повернул ручку, понимая, что за дверью стало слишком тихо. Дверь открылась, стукнув о глухую каменную стену, а на пороге оказался один из надзирателей, но что-то в нём было не так. А что именно инквизитор додумывал уже припечатанный к противоположной стене. Псевдо надзиратель сжал руку на шее служителя закона. В пыточную тут же вбежал парнишка - маг, он подошёл к одному из столов и взяв небольшого размера клещи, задрал майку и начал ковыряться ими в пломбе на груди, прямо на уровне солнечного сплетения. Рука на шее стиснулась сильнее привлекая всё внимание инквизитора к её обладателю. - И что теперь, ты убьёшь меня? - насмешливо хмыкнул инквизитор в лицо магу. А то, что мёртвой хваткой его вдавил в стену именно маг, не было никаких сомнений. Инквизитор надеялся потянуть время, пока кто-нибудь из охранников не опомнится и не прибежит на помощь. В такой ситуации он абсолютно беззащитен. Не принимая во внимание арбалет, что маг стискивал в левой руке, пока судя по всему, не собираясь применять его. Шинса чуть пригнувшись вошёл в относительно просторный зал с низкими потолками. Куча столов со всяческими изощрёнными приспособлениями и странные механизмы предназначенные явно не для детской площадки. - Учти, моя жизненная энергия связана ещё с двумя просветителями, - продолжил хрипеть инквизитор. Винни... С трудом можно назвать то, что Шинса сейчас видел детским прозвищем "Винни". Дог. Дог сжимал шею инквизитора до побеления пальцев, но всё же оставил ему способность дышать. - О моей смерти узнают и вы не успеете сбежать, вас найдут и... - Заткнись, - Дог сдавил сильнее и приставил к лицу мужчины арбалет. - Ты до смешного жалок. Вы думаете, что контролирует нас, ставите себя на место тиранов и угнетателей и искренне верите в это, - Шинса перевёл взгляд на галчонка. Парнишка с тихим шипением вытащил из груди длинную, тонкую словно волос иглу, начинающуюся чем-то вроде шайбы. Останется шрам. - Но вы разбудили монстра, - Дог сорвал с шеи инквизитора амулет с прозрачным камнем в чёрной оправе и отошёл. Гроза всех колдунов и магов сполз по стене и потирая шею сел на пол. - Он твой, - сказал Дог Святику, у которого глаза опасно загорелись. Инквизитор загнанно задышал, наблюдая за тем, как у парня глаза начинали светится тёмно синим, словно океанское дно. - Но помни, - продолжил Дог, направляясь к двери, где до сих пор стоял Шинса, молча наблюдая за всем происходящим. - Месть не вернёт того, что ты потерял. - Я знаю, - ответил Святик. Инквизитора подбросило вверх и его тело так и застыло в воздухе в нескольких сантиметрах от потолка. Он начал хвататься за шею, будто что-то душило его и беспорядочно перебирал ногами. Шинса и Дог завороженно наблюдали за этим действием. - Мне вот интересно стало, - проговорил Святик, как-то безэмоционально, непривычно для него. Глаза парнишки превратились в два океана, а из дырочки в груди, откуда ещё недавно торчала пломба, которую галчонок держал в руке, лился свет. - Как сильно растянется твой позвоночник, прежде чем ты умрёшь?.. Всё тело инквизитора странно напряглось и вытянулось. Он жадно хватал ртом воздух. Послышался хруст костей и потрескивание суставов. Глаза закатились, язык вывалился. Шинса не мог поверить своим глазам. Неужели это всё делает этот маленький, худощавый, да что уж говорить, жалкий парнишка? Вдруг раздался оглушительный щелчок и тело инквизитора рухнуло на пол с пробитой болтом головой. - Эй, - непонимающе скривился Святик. - С него хватит, - махнул на него Дог, направляясь к двери и засунув амулет за пазуху. - Мы должны быть выше этого. Иначе, чем мы отличается от наших палачей? *** После того, как троица покинула территорию тюрьмы, практически не встретив сопротивления, никто из них не проронил ни слова. В гордом молчании они шли вдоль реки по небольшому каменному берегу. Справа - река, слева - сосновый бор. Шинса никогда не видел так много сосен. Нос приятно щекотал их запах, а глаз радовало обилие красок и цветов. Гальки приятно похрустывала под ногами. Вместо серого потолка - тёмное, ночное небо, с перистыми облаками, вместо духоты и пыли - приятный летний ветерок. Хотя, может быть и весенний. Ящер не знал, свобода ли это. Ведь он вынужден идти в полном молчании, сам боясь его разрушить, за человеком... Или магом, такой родной и одновременно совершенно чужой. Шинса помнит Винни, маленького мальчика и длинными, сальными волосами, который без своего брата никуда и шагу не сделает. Он боялся темноты и пауков. А чего боялся Дог - Шинса не знал. Он вообще не знал об этом человеке ровным счётом ничего. Где его брат? Куда он их ведёт? Что вообще происходит с этим миром? - Слушай, ковбой, притормози, - решил нарушить молчание, идущий в конце Святик. Дог остановился и повернул голову назад. Шинса отошёл чуть в сторону, открывая магу вид на парнишку. Хоть и из-под маски невозможно было понять, куда он смотрит. - Значит так, во первых: вы знакомы, окей, молодцы, но я то тебя не знаю. Ни кто ты такой, ни как оказался в этом богом забытом месте, ни куда нас ведешь. Во вторых, - по закону жанра Святик выдержал долгую драматичную паузу. - Я голоден, как тысяча русалок в солёном море после спячки. Недолго думая, Дог ответил: - Хорошо, сейчас разведём костёр, телепат наловит рыбы и с радостью отвечу на все вопросы. *** - ... Мне нужен был этот артефакт, а то что вас вытащил было чистой воды совпадением, - закончил Дог, пытаясь не обжечься об ещё не остывшую рыбёшку насаженную на палку. - А среди ваших беженцев, девочки есть, - подмигнул Святик и тут же получил подзатыльник сильным ударом хвоста. - А чё? У всех свои потребности. Можно подумать, что ты никогда... Кстати, а как вы познакомились? - Разве это теперь так важно? - увильнул от щепетильной темы Дог. - Ну ты и бука, конечно, Дагги, - зевнул Святик. - Ладно, я спать. Не сидите допоздна - а то клещи сожрут. Хотя и во сне сожрать могут... Парень встал на ходу собирая себе ложе: лианы, веточки, листья сплетались между собой, образовав подвесной гамак. Паренек залез в него и всего через мгновение тихо засопел. Над поляной повисло неловкое молчание. Два старых друга боялись его нарушить. Боялись спросить. Ван-Дог совершенно не узнавал то существо, что сидит перед ним. Это уже не тот Шинса, что был раньше. Поломанные шипы, динамику роста которых так тщательно наблюдал Андрей, многочисленные шрамы, бледная сухая кожа. Даже его размеры не внушали доверия, а уж тем более его досье. Убийство должностного лица. Так было написано. Рекрут инквизиции был зверски разорван на куски. Не будь Шинса ящером, его бы давно уже казнили. Но такие экземпляры хранили, до поры, до времени. Это было четыре года назад. Он провёл четыре года за решёткой и света белого не видел. А если этот Святослав - единственный с кем Шинса общался, то от ящера можно было ожидать чего угодно. Этой ночью Дог решил не спать. - Так странно, - решил нарушить затянувшееся молчание Шинса. - Ты о чём? - не понял Дог. - В целом, - пояснил ящер, ложась на землю возле потухающего костра. - Ты маг. Так непривычно, что даже странно. Как хоть колдуешь, Дог? Ван-Дог посмотрел на когда-то друга снизу вверх. Попытался разглядеть в этих жёлтых глазах хоть что-то знакомое. Так и не узнав их, он мягко вздохнул, после чего запихал свою руку прямо в костёр. Шинса было дёрнулся спасать конечность парня, но остановился. Языки пламени жадно облизывали кожу, сжирая её, заставляя пойти пузырями. Но всего мгновение - и рука перестала напоминать человеческую. Грубые пластины глиняного цвета охватили кисть, будто она была пришита вместо старой. Дог вытащил руку из огня и она приняла прежнюю форму. - Вау, - только и смог высохнуть Шинса. - Это регенерация? - Нет, - хмыкнул Дог. - Моё тело может адаптироваться для выживания. Любая его часть. Но только при том условии, что я осознаю опасность. Как тогда, когда Андрей столкнул меня с камня в воду, а ты прыгнул спасать. - Ты стал амфибией, - заключил Шинса, широко улыбаясь. - Твоё тело адаптировалось. - Да, - лицо Ван-Дога в миг помрачнело. - Но однажды я всё-таки прокололся. Ловец меня заметил и нам с Андреем пришлось бежать. Прилип ко мне, как банный лист, честное слово. Мы долго шатались по разным деревушкам - искали работу, чтобы заработать на еду. Чистили свинарники и всё такое. Мне-то всё равно, чем питаться, хоть камнями, мой желудок переварить, но вот Андрей... Потом мы начали воровать, честным трудом на жизнь не заработаешь. Странное открытие для тринадцатилетнего ребёнка, согласись? А потом... Потом начались гонения. Инквизиция будто с цепи сорвалась. Бешенные деньги отваливали за головы магов. К счастью, нас тогда нашёл отряд. Отряд сопротивления. Как оказалось, нелюди уже давно готовили мировой переворот. Мы стали частью сопротивления и теперь боремся за мир, в котором происхождение не будет играть важной роли. Знаю, звучит слишком романтично, но... - Это звучит прекрасно, Дог, - перебил его Шинса. Он смотрел на Ван-Дога с непоколебимой уверенностью и сочувствием. Вот оно. Нашёл. - Поверь тому, кто жил в коробке на цепи с клеймом домашнего питомца. - Теперь всё будет по другому, - заверил его Дог. - Уверен, Андрей просто в восторге от этой идеи... - улыбнулся Шинса, мечтая наконец встретиться с человеком, который хвалился, что вырастет выше ящера. - Да, - приглушенно выдохнул Дог. - Был в восторге... - В смысле? - не понял ящер. Он приподнялся на локте, чтобы заглянуть в лицо собеседника. Глаза Дога были так пусты, что Шинсы захотелось вырвать их из черепа, лишь бы не видеть. - Он погиб, - Дог подтянул колени к груди, так кажется, что сердце находится дальше от мира... От всего этого. Парень честно старался подавить эту предательскую дрожь в голосе, но всё бесполезно. - В составе группы из восьми человек пошли на разведку и не вернулись. Никто не вернулся... В воздухе повисла зловещая тишина. Та, что давит на стенки черепа, заставляя думать о самом плохом. В горле Шинсы все слова собрались в жуткий горький комок, не желая выходить наружу. Он опрокинулся на спину и взглянул на звёзды, так хорошо просматривают с их поляны. Деревья шуршали вокруг, неподалёку бренчала река, только лёжа на спине Шинса услышал ночью жизнь разных животных и насекомых. - Ты никогда не думал, что звёзды хотят нам что-то сказать? - зачем-то спросил ящер. Он не ждал ответа. Дог посмотрел сначала на него, потом на звёзды. Втянул прохладный ночной воздух, восстанавливая дыхание от нахлынувших воспоминаний. Парень лёг на траву рядом с ящером. - Они выстраиваются в эти немыслимые конструкции, пытаясь сказать нам что-то, - продолжил ящер. - Что-то очень важное. Но мы просто не можем понять, что именно. - Или же небо - это огромный дуршлаг, а мы мы сейчас макаронинами плаваем в супе, - хмыкнул Дог. Шинса невольно прыснул. - Как думаешь, макаронина осознаёт, что она макаронина и скоро попадёт ко мне в желудок? - В тебе умер романтик, Дог, - протянул Шинса продолжая всматриваться в небо, думая о макаронах. - Винни, - поправил Ван-Дог. - Ну хоть ты-то зови меня Винни. И о чём они только думали? Два идиота. Ничего не изменилось. Это всё ещё Винни. Это всё ещё Шинса.