Он не человек

Продолжать разговор дальше не было смысла, да и Ван-Дог не позволил. Схватив ящера под локоть, он злобно затопал в глубь леса. При желании, Шинса мог высвободиться из этой "хватки", но его не было. Святик, бросив патрульным: "Не то, что бы я рад был с вами познакомиться, но удачи вам", побежал следом. Стоило Тигеру и Элизе скрыться за деревьями, как Винни отпустил ящера и не менее злобно зашагал дальше, накинув на голову капюшон и засунув руки в карманы. - Что с тобой? - всё - таки решил поинтересоваться ящер. - Спать хочу, - огрызнулся Ван-Дог, и как бы в подтверждение своих слов остановился, чтобы хорошенько зевнуть. Святик сделал то же самое, но с ещё более злобным выражением лица. - А мне ещё к Ханне нужно идти, отчитываться. Она здесь, так сказать, глава лагеря... Кстати, мы почти пришли, - Парень кивнул в сторону огней, то загорающихся, то гаснущих среди ветвей. - Ха! Смотри! - Святик толкнул ящера локтем, ну как толкнул? Пихнул слегка, и указал рукой на одно из многочисленных деревьев. Там на ветке, вальяжно развалившись сидел кудрявый паренёк, сверкая в предзакатном сумраке своими ядовито-зелёными глазами. - И там ещё! - юный охотник указал на тропинку между кустами, там стоял ещё один парнишка. Причём, он был как отражение похож на первого. - Стекольщики, - объяснил Святик, хотя Шинса всё равно ничего не понял. Судя по всему, ему доставляло немалое удовольствие всё разъяснять именно ящеру. Может, потому что Шинса действительно ничего не знал об этой "новой" стороне мира, на которой он, на секундочку, родился, то ли потому что он действительно умел слушай. В большинстве случаев он, конечно, умело делал вид, но ведь важен сам факт наличия потенциального слушателя, верно? - Умеют воспроизводить множество своих зеркальных копий, - продолжил Святик, то и дело указывая на одинаковых парнишек в разных частях леса. - И все они подчиняются одному мозгу, - он кивнул в сторону первого патрульного, сидевшего на дереве. Кстати, из всех "отражений" глаза горели только у него, из - за чего Шинса сделал логический вывод, что он и есть оригинал. Парень смотрел куда-то в сторону. абсолютно не обращая внимания на прямо говоря, пялящегося Святика. – Правда, едины у них, только разум и зрение. Он может портить свои отражения, как только пожелает, и ему ничего от этого не будет, разве что, может быть, психологическая травма. Это просто потрясающе... - Эй! Вы идёте!!? - от этого рявканья даже стекольщик чуть не свалился с дерева. Ван-Дог стоял уже почти у самых огней, когда заметил, что его товарищи "немного" отстали. *** Лагерь расположился в небольшом лесочке, на травянистой вершине. Неподалёку вниз по склону бежала мелкая речушка, но была она довольно быстрой, и один из склонов, на котором расположились беженцы, был обрывистым. Палатки и шатры стояли таким образом, что образовывали идеальный круг, а центром этого круга был низкий открытый шатёр, и Шинса сделал вывод, что именно к нему Винни их и ведёт. В разные стороны ходили люди, что - то таскали, переносили, носились куда - то. Хотя нет, постойте. Это были НЕ люди. Нелюди. Маги, Шинсе показалось, что он видел парочку эльфов, какие - то совершенно не известные ему самому существа, со странными отростками, необычным цветом кожи. У ящера жутко чесался нос от запаха клубники, поэтому Шинса то и дело шмыгал, пытаясь не чихнуть. Ящер вертел головой из стороны в сторону и никак не мог сфокусироваться на чём-то одном. Для Шинсы всё происходящее было в новинку: искусные мастера меча, упражняющиеся в размахивании своего оружия, светящиеся, будто цветные витражи на восходе, глаза, и в целом внешность некоторых особей, хотя трёхметровый ящер с исцарапанным мордой, последний, кому стоит задумываться о внешности других. Шинса хмыкнул собственным мыслям. Он знал, что морду теперь украшает большой шрам, ящер не раз проводил вдоль него пальцами, пока тот ещё болел, после чего благополучно о нём забыл. Шинса даже не представляет, как он выглядит на его морде. Сам же ящер удостаивался лишь беглого оценивающего взгляда. Но всё – таки равнодушие незнакомцев относительно твоей внешности лучше нескрываемого отвращения, и презрения. Шинса даже смущался, когда ему удавалось поймать ошарашенные и восхищённые взгляды. Эти широко раскрытые глаза, полные восторга невольно напоминала ящеру дом. Такими глазами на него смотрел Люциус. Из раздумий ящера вывел Святик. Парень споткнулся о хвост Шинсы, который тот старался держать как можно ближе к земле, чтобы как раз-таки избежать подобных конфузов. Святик точно бы растянулся на земле и разодрал всё что можно было, если бы не застыл прямо в воздухе, в довольно забавной позе. - Если бы он упал, это никого бы не расстроило, - язвительно заметил Ван-Дог, обращаясь к близнецам, сидевшим в тени палатки на больших мешках. Тот, что выглядел на фоне второго более уставшим и потрёпанным сверкал в предзакатном сумраке бледно-розовыми, почти белыми глазами. Над головами молодых магов висел гамак, из которого торчали ноги третьего. - Меня, я не выношу вида крови, - ответил тот, чьи глаза светились, обнажая два рядя идеальных клыков. Имеется в виду, что парень действительно имел два ряда заострённых в форме равнобедренного треугольника зубов. Делалось ли это вручную, или же маг с рождение имел челюсть пираньи, понять было практически невозможно. У самого ящера клыки были далеки от идеальных и по форме, и по цвету. Шинса на секунду начал ему завидовать. Манера речи у этого паренька была какой – то странной, но за одну фразу ящер не смог понять, что именно ему пришлось не по – душе и решил, молча наблюдать за разговором. Ван-Дог с лицом, выражающим великую думу, оглядел всех собравшихся, бросил беглый взгляд на шатёр, после чего снова обратился к магу: - Слушай, Эдди, мне нужно срочно зайти к Ханне… - Сочувствую, - перебил его молодой маг. - Заткнись, а? – плюнул Ван-Дог. – Этих двоих нужно умыть, накормить и переодеть. Сделаешь? Для меня? Шинса с лёгким прищуром посмотрел на Винни, но тот лишь злобно отмахнулся, будто от назойливой мухи. Тогда ящер решил поискать поддержки у Святика. И только при детальном рассмотрении Шинса понял: парень не просто повис в воздухе, он застыл, затормозил на полпути, прихватив с собой опавший лист и едва поднявшиеся пылинки. Будто само время вокруг него остановилось. Ящер невольно засмотрелся на это зрелище. - Не думаю, что могу тебе помочь, - продолжил Эдди. – Просто понимаешь, я не в настроении кому – либо помогать, так что… - уставший, морально измотанный Дог гортанно зарычал, да так что, даже Шинса передумал что – либо говорить. - Так что… - Эдди начал лихорадочно соображать. – Вот смотри! – Он ударил свисающую из гамака ногу, - Судя по моему завтрашнему состоянию зимней спячки, мне это ничем не грозит. Вчерашний Эдди в хорошем настроении и думаю, ему будет только в радость проводить твоих друзей. - Он указал на своего более ухоженного и приветливого близнеца, улыбающегося такой же клыкастой улыбкой. – Правда, Эдди? - Я посчитал это за честь, Эдди, - с улыбкой ответил вчерашний Эдди, которого ящер принял за брата-близнеца. Это выглядело очень странно, будто какая-то особая форма раздвоения личности. Точнее «растроения»: вчера – сегодня – завтра. - Мне всё равно, как ты будешь это решать, - хрипло ответил Ван-Дог и пошёл в сторону большого шатра. Шинса остался стоять рядом со Святиком. – Я сам тебя потом найду, - бросил Мортимер старший, обращаясь к ящеру. - Решать будет он, - будто сам себе сказал Эдди, снова ударив по ноге спящее «завтра». – Я решаю, а ты уже решил, верно? - За мной, - вчерашний Эдди поднялся на ноги и направился в сторону обрывистого берега реки. Настоящий Эдди будто прокрутил невидимую ручку в воздухе и Святик вернулся в «идущее» положение, до падения. Потом маг времени щёлкнул пальцами, и сын Эрудиля пошёл дальше, как ни в чём не бывало, но резко остановился, когда понял, что потерял компанию из виду. Он ошарашено огляделся. - Что за… - непонимающе прошептал охотник, увидев спину ящера, который двигался совершенно в другом направлении. Святослав побежал за ним, лихорадочно соображая, где он мог заснуть, и что интересного он пропустил. За спиной парень услышал тихое хихиканье. *** - Абсолютно тупая и бесполезная способность, - сказал Святик, натягивая белую футболку. Она была почти три раза больше самого охотника, но он особо не жаловался: попытался заправить её в короткие штаны, бросил это дело и оставил всё как есть. Обуваться парень не стал, он просто залез под небольшое покрывало, и собрался было лечь спать, но посчитал необходимым высказаться по поводу особенной силы Эдди, о которой ему поведал Шинса. – Останавливать время… Это так тупо и бессмысленно, будто она может спасти тебе жизнь… - Мы точно живём в одном мире? – спросил ящер, разглядывая своё отражение в луже, набежавшей с импровизированного карниза палатки, в которой их разместили. Чистый и вымытый. Слегка жутковатый. Ну, если бы Шинса увидел своё отражение в зеркале посреди ночи, он бы точно испугался. Так бывало, ещё в доме Мори, ящер горько вздохнул, вспомнив, сколько зеркал он в то время побил. Шрам начинался с левой стороны, рассекая верхнюю губу и обнажая несколько острых зубов, он тянулся через переносицу и заканчивался под правым глазом, чудом не задевая нижнее веко. Множество мелких, едва заметных царапин разбросаны по всей коже, чешуйки, там, где они были, местами откололись, оставив после себя непривычные розовые пятна. - Если этот придурок всё ещё не может соединить себя в одной личности – он никудышный маг! – ворчал Святик, пытаясь расположиться в своём углу. Шинса заключил, что такое поведение парня обусловлено тем, что ему не особо понравилось быть подвергнутым чужой магии, без собственного согласия. – Ограниченный во времени, ограниченный в понимании собственных сил. Да и думаю, ему капец как сложно было объяснить своим родакам, почему это вдруг их любимого сынулю размножило! – наткнувшись на насмешливый взгляд ящера, Святик понял, что не убедил ящера и продолжил: - Короче, у него та же проблема, что и у того пацана – скорохода, собственно, как и у любой телесной магии – они быстро устают. А истощение приводит к смерти. Так что магия – дерьмо, я всё сказал! Парень накрылся с головой покрывалом. Показывая, что разговор окончен. Шинса усмехнулся и решил, наконец, насладиться тишиной в полумраке, затушив парящий огонёк. Вчерашний Эдди ушёл к нынешней версии себя, как только отдал ящеру сменную одежду, сказав, что они не могут долго находиться на расстоянии друг от друга, это чревато. Но вот чем это чревато, Шинса решил не спрашивать. Неприятно было вести разговор с тем, кто говорит обо всё в прошедшем времени. Местами, даже жутко. - Хотя, - садясь на импровизированной кровати без ножек и подперев подбородок рукой, сказал Святик. Шинса обречённо провыл, прикрыв глаза руками. – У моего дяди было что-то подобное. … Только он мог воспроизводить события прошлого в виде бестелесных образов. Он долго практиковался и, в конце концов, смог свои собственные мысли воспроизводить в виде образов. Может, если бы этот Эдди больше практиковался, то смог бы…. Ну, хотя бы расширить зону охвата, я не знаю…. Над этим стоит подумать…. - Ну, ты пока думай, а я схожу, проветрюсь, - сказал ящер, но Святик его уже не слушал, погружённый в свои мысли. Шинса вышел из маленькой палатки и оглядел весь лагерь. С этого места он был как на ладони. Солнце уже зашло, поэтому, то тут, то там загорались фонари и парящие огни. Особенно ярко было на противоположном краю лагеря – там ходила девушка, которая буквально пылала синим пламенем. Ящер отвлёкся от ходячего огонька на треск веток. Трещали кусты, сплошным рядом скрывавшие обрывистый берег быстрой реки. Не то что бы Шинса испугался, это было просто неожиданно. Он повернул голову по направлению звука и принюхался. Из-за удушающего запаха клубники невозможно было отличить остальные. Из-под куста на ящера смотрели два больших зелёных глаза. Минуты три они просто пялились на Шинсу, потом вдруг глаза рванулись с места. Не успев как следует подумать, ящер побежал за ними, чуть не свалившись в речку. Они нередко играли в эту игру с Люциусом и Мортимерами – просто сработала мышечная память. Среди кустов было сложно разглядеть носителя этих глаза, но ящер упорно следовал за кисточкой хвоста подглядывающего. По покатому склону они начали спускаться ближе к реке на песчаный пляж у мелководья, где течение было в разы медленнее. Трава была ящеру почти по пояс. Сказать, что Шинса был удивлён, когда увидел, наконец, носителя этих светящихся зелёных глаз, ничего не сказать. По песчаному берегу побежала маленькая девочка, совсем маленькая. На макушке, среди коротких спутавшихся каштановых волос, торчали два кошачьих уха, а из-под платья торчал длинный хвост с кисточкой. Когти на ногах делали обувь для неё бесполезной. Ящер прекратил преследование, огромной скалой возвышаясь над кустами, рядком проходившими вдоль песчаного пляжа. Девочка стрелой пробежала через пляж, ближе к воде, и схватилась за ногу молодой девушки. Та отвлеклась от созерцания водной глади, посмотрела на девочку, потом перевела взгляд на ящера. Сперва она испугалась, но потом прищурилась, что-то разглядела и приветливо помахала. Шинса не понял, что именно она в нём увидела, но тоже потряс в воздухе рукой. На всякий случай он тоже внимательно разглядел себя и понял. На белой майке, что ему выдал вчерашний Эдди чем-то, красным был криво нарисован символ. У девушки он был во всю спину. - Шинса, - на вершине склона стоял недовольный Ван-Дог. Парень успел переодеться и даже постричься под короткий, неровный, будто рваный ёжик. Выглядело не очень, ящеру он чем-то стал напоминать Святослава. Хотя сын Эрудиля сильно похорошел, когда искупнулся в реке. – Что ты там делаешь? Шинса не стал отвечать. Бросил взгляд на девушку, которая продолжила рассматривать воду, после ящер молча поднялся наверх. Винни уже лежал на поваленном бревне, прикрыв глаза рукой, когда Шинса дошёл до него. Ящер подошёл и сел рядом на землю. - Какой-то ты недовольный сегодня, - решил прокомментировать Шинса. В ответ Ван-Дог лишь широко зевнул. - Работы много, - сказал парень, переложив руку с глаз за голову. – Что Виктория от тебя хотела? - Да ничего, - Шинса заключил, что ту девушку на пляже зовут именно так. – Я случайно на них наткнулся. - А, ясно, - хмыкнул Винни. По всей видимости, парень решил оставить своё мнение при себе. Он сел прямо и изучающе глянул на ящера. - Выглядишь получше, - улыбнулся Ван-Дог. – Во всяком случае, уже можно выводить на публику. - Да, если ты хочешь смотреть на их дерьмо, - выдохнул Шинса. - Воу, откуда такие словечки, - Винни ударил ящеру в плечо. Но тут же вернулся к разговору. – А почему? - Они обделаются со страху, - прошептал Шинса. При всём желании, Винни не мог не прыснуть, ящер же напротив старался держать лицо, чтобы сохранить этот импровизированный спектакль. Зачем? Он и сам не знал, просто чувствовал, что так надо. Что всё, что сейчас происходит – правильно. Так и должно быть. Но тень сомнения уже давно закралась в его сознание и сидит там, внутри, очень глубоко. Стонет и визжит, не давая насладиться моментом полностью. Шинса, точнее его, после долгих лет наведения нашёл старый друг, сейчас они в безопасности говорят о чём-то абсолютно не важном, тогда что долбится из грудной клетки на волю, тихо завывая? - Это уж точно, - с улыбкой сказал Винни. – Знал бы ты, как я задолбался всем объяснять, что ты со мной. А нет! Обязательно кто-то подойдёт, да спросит, - Ван-Дог снова закипел от злости. – Уффф, задушил бы! Шинса невольно умилился этой картине. Ван-Дог часто бесился, но, как помнил ящер, в этом чаще всего был виноват Андрей. Даже не верится, что тот пропал вот так. Последний раз парень вручил ему палочника и ушёл домой. Шинса кажется, что Андрей всё ещё там, составляет гербарии или препарирует лягушку, попутно пересказывая Ван-Догу прочитанную недавно книгу о морских монстрах. - Ты, кстати, так и не рассказал, что это за место, - настроение у Шинсы упало и он решил всё-таки немного прояснить в целом ситуацию, которая происходит в мире. - А, точно, - Винни тоже заразился серьёзностью ящера. Поёрзав на бревне, он принял более удобное положение. – Сейчас ты находишься во временном лагере. Надолго мы здесь не задержимся, от силы дней двадцать. Все, кого ты здесь видишь – беженцы. Многие из них были на краю гибели, когда их нашла Ханна, как, например, мы с Андреем. Ханна ведьма. Люди из инквизиции предложили ей работу, ещё до официального объявления войны, но она им отказала. За это лысые в робах сожгли на костре её дочь. Ну и тогда стало понятно против кого она будет драться. Ханна собрала вокруг себя небольшой круг доверенных лиц, я в него вхожу, и когда один маг, его, кажется, Сайрус зовут, он телепат, и он объявил об образовании сопротивления, тем самым начав открытую гражданскую войну, у Ханны уже был свой отряд, готовый к наступлению. Но нам поручили другое задание. Последние три года мы только и делали, что пачками отводили беженцев в безопасное место. - Безопасное место? – спросил Шинса. Он не знал, как реагировать на услышанное. Кто мог подумать, что за каких-то три года могло произойти такое. - Значит, так, смотри, - после минутной паузы сказал Ван-Дог. Из нагрудного кармана жилетки он достал небольшой свёрток. Когда парень развернул его, стало понятно, что это карта. Винни разложить её на земле и указал на небольшой участок леса. - Мы сейчас здесь. Местечко тихое, свалить можно быстро и легко, в случае чего. Мы передвигаемся небольшими группами по десять- пятнадцать человек, идём сюда, - палец переместился на маленькую нарисованную крепость, стоящую практически на краю огромного пятна, занявшего почти половину карты. И посреди этого пятна каллиграфическим почерком выведены слова: "Тёмный лес". Шинсе тут же вспомнилась книга, которую он зачитал до дыр, интересно, а тот ли это Тёмный лес? Под крепостью же была видна другая надпись: "Вариакка" и подрисован маленький дракон. - Последний оплот мирной жизни в этом королевстве, - торжественно и слегка печально произнёс Ван-Дог. Шинса весь погрузился в слух, улавливая резкую смену настроения друга, и пытаясь понять, шутка это, или в жизни Винни произошло что-то ещё. - Великий город - Вариакка, некогда бывший столицей этого не менее великого королевства, центром всех торговых путей мира... - после этих слов голос вновь изменился, поник и приобрёл нотки сожаления. - Теперь же пустынная крепость на самом краю Тёмного леса. Она утратила былое величие и блеск. Но стала пристанищем для тех, кто ищет мира в этой войне... Короче, говоря, оборонный пункт сопротивления, - под конец этой тирады Ван-Догу, видимо надоело изображать вселенную скорбь. - Ещё его называли городом драконов, - вставил своё слово Шинса. - Потому что туда съезжались охотники на драконов со всего мира. Пока всех змеев не перебили. - Ты не мог раньше сказать, что знаешь, что это за место? - раздражённо прорычал Ван-Дог. - Но ты с таким чувством рассказывал, я не осмелился тебя прервать, - с улыбкой сказал Шинса. В справочнике по выживанию в Тёмном лесу, почти целая глава была выделена городу драконов, его жителям и героям - Нардокам, самым выдающимся из которых был Бальтор. Первый чернокнижник, которому пришло в голову описать магическую сторону мира. - Как мило с твоей стороны, - Винни из маленького затворника молчуна превратился раздражительного ворчуна, и ящер ещё не решил, скучает он по тому времени, или его всё устраивает и так. - Ладно, раз уж ты в курсе, решим, с кем ты и твой лохматый друг пойдёте. - А как насчёт того, что бы великий охотник пошёл отдельно? - спросил Шинса. - Да без проблем, - усмехнулся Ван-Дог. - Тогда ты пойдёшь в "конвое" со мной и Тигером, помнишь, того, прозрачного? - ящер кивнул. Попробовал бы он забыть такое зрелище. Ван-Дог странным нажимом выделил имя невидимого мага. Но Шинса решил не заострять на этом внимание, хотя и по разговору, который состоялся у самого подхода к лагерю, было ясно, что между этими двумя что-то происходит. - Будем идти позади всех, выходим через восемь дней. - Почему так долго? - Шинсе было непонятно, почему нужно так тянуть, если необходимо добраться как можно скорее. - Я же сказал "небольшими группами" - проворчал Ван-Дог. - И прежде чем отправятся другие должны пройти хотя бы сутки, чтобы та группа успела отойти подальше. Иначе, в чём прикол? Но сначала нужно предупредить начальника нашей группы, чтобы не вышло какой-нибудь ерунды. - И кто же начальник? - поднимаясь на ноги спросил Шинса. - Сирела, - Ван-Дог, нехотя, с тяжёлым вздохом всё-таки сумел придать своей туше вертикальное положение. - Пошли, я покажу. Ван-Дог пошёл вниз по склону, вглубь лагеря. Для того, кто ворчал от усталости, Винни выглядел вполне себе бодрым. - А что Святослав? - следуя за Ван-Догом на другой конец лагеря, Шинса все-таки решил проявить странную для себя заботу об этом северном чуде. Чудике. - О, Господи... - простонал Ван-Дог, уворачиваясь от летящего бревна. Видимо молодые маги практиковались. - Пускай дрыхнет, он меня достал. Шинса всё-таки ударился головой об это самое летящее бревно, мимо с извинениями пробежали двое мальчишек. Чем ближе Дог и ящер подходили к центру лагеря, тем сильнее в нос ударял этот, уже до тошноты противный, запах клубники. Шинсе даже захотелось найти эту чёртову поляну с ягодой и выкосить её, потому что от «аромата» практически невозможно было дышать, и ящеру пришлось на время отключить свои рецепторы. Об этом трюке ему рассказал Андрей, и дышать стало действительно легче. - … Сейчас в войне есть три стороны, - поравнявшись с ящером, на ходу продолжил Ван-Дог. – Маги, к ним присоединяются все нелюди, чьи права, жизнь или самолюбие были как-либо задеты. На другой чаше весов стоит инквизиция, которая хочет истребить нас, призывая на службу нечеловечески расы, и людей, практикующих магию. Борются, так сказать, огнём с огнём. Чем только не завлекают, и обещаниями долгой и счастливой жизни, иногда родственниками шантажируют. Они говорят, что хотят нас спасти от самих себя. По-моему, же людям тупо свойственно убивать. Им всегда нужно кого разделывать. Драконы закончились вот они и принялись за тех, кто на них не похож. - Не отвлекайся, - Шинса уже слышал нечто подобное от Андрея и повторятся не хотелось, потому что потом обязательно ящер начнёт загоняться, и ему станет ещё хуже, чем сейчас. – А кто на третьей стороне? - Власть, - гавкнул Ван-Дог. Он вложил в свой голос отвращения больше, чем мог бы оценить Шинса. – Эти уроды, с коронами на башках, которые и слова боятся вставить против инквизиции. На их стороне ловцы, но они не особо спешат их использовать, потому что не могут нормально определиться на чьей стороне они хотят воевать. Просто стоят с краюшку и смотрят, как погибают не только маги, но и люди. Бездействие хуже любого действия… - И опять он распространяет свой негатив по окружающей среде, - к Ван-Догу обратился парень. Прямо паренёк, стоящий в небольшой компании. Шинса отметил, что большинство в этом небольшом лагере, были моложе тридцати лет, и он никак не мог понять, с чем это связано. - А ты не лезь в мою голову, и всё будет прекрасно, - проворчал Ван-Дог, подходя ближе к костру, вокруг которого собралась компания. Там сидели Виктория и та девочка с пляжа. Кроме них ещё трое маленьких детей, которые восторженно вытаращили глаза на ящера. - Прости, чувак, трудно падать, когда умеешь летать, - этот странный парень произвёл на ящера не самое приятное впечатление. Он надменный и зазнавшийся. Даже Святик на его фоне смотрится божьим одуванчиком. Молодой паренёк, облачённый в длинный чёрный плащ, плотные тёмные джинсы, белую футболку с рисунком сопротивления, и имеющий довольно заурядное телосложение (ростом он был почти с Ван-Дога) перевёл взгляд своих крысиных глазок (Шинсе почему-то пришла в голову только такая аналогия) на ящера. - Ну с такой бандурой наши тылы точно будут прикрыты, - усмехнулся парень, оглядев Шинсу с ног до головы. У ящера появилось резкое и навязчивое желание врезать, пока безымянному, пареньку в морду. - Что? – Шинса сдержался, и только угрожающего глянул на потенциального обидчика, как бы предупреждая, что к нему лучше не лезть. - Шинса, это Сирела, - пояснил Ван-Дог. - Я думал Сирела – это девушка, - вся озлобленность в миг испарилась, когда послышались не сдерживаемые насмешки детей. Они хохотали во весь голос, и тыкали в Сирелу пальцем. Шинса почему – то не сразу понял, что над ним насмехались точно так же, и улыбался вместе с малышами. - А ты не думай, здесь это буду делать я, - Сирела повернул голову и зыркнул на Викторию. Та в несколько шиканий угомонила распалённый детей. – И так, что тут у нас? – парень снова переключил внимание на ящера. Сирела смотрел Шинсе прямо в глаза на протяжении пяти минут, ничего при этом не говоря. Его лицо поначалу выражало самоуверенность и равнодушие, потом сменилось на недоумение и негодование, а после он усмехнулся, делая шаг назад, будто признавая своё поражение. Правда какое поражение, ящер так и не смог сообразить. Но видеть, как Сирела покорно опустил голову было приятно. - У него врождённая защита, - вставил своё слово Ван-Дог. В памяти ящера тут же всплыли слова Андрея, что-то о врожденном иммунитете, что Шинсу не возьмёт ни одна магия, либо яд. - Иммунитет я раскалываю, как орешки, - Сирела снова натянул на морду высокомерие, и посмотрел на Ван-Дога, будто тот новорождённый оленёнок, ничего не понимающий в происходящем. Навязчивое чувство вернулось к ящеру. – Здесь что-то другое, - Сирела снова смерил Шинсу оценивающим взглядом. – Кто бы не был телепат, наложивший на тебя блок, он силён. Был силён, я чувствую, что его нет в этом мире. А блок остался, и я не могу его пробить. Шинса слышал слова, что говорил Сирела, но не мог понять их смысл. Какой ещё телепат, наложивший на его разум блок? Ящер и обычных-то магов не видел, до недавних пор, а этот надменный парнишка вообще первый телепат, в жизни Шинсы. Может речь идёт о Робеусе Шинсе? Тот что предсказал войну или вселил в сердце ящера надежду? - Ну да, это не так важно, - выплюнул Сирела. – Я просто буду меньше тебе доверять. А тебя, Дог, ждёт бессонная ночь, потому что я хочу всё знать об этом парне. Сирела засунул руки в карманы плаща и широкими шагами направился к центральному шатру. К ящеру подошла Виктория, она погладила его по руке, по коже побежали мурашки. - Не бери в голову, - сказала, пряча кисти рук в карманы платья. – Он просто боится, вот и перестраховывается. Я Вика. Шинса пожал протянутую ему ладонь. Та была настолько маленькой, что практически утонула в лапе ящера. - Шинса, и я не особо волнуюсь, - потому что вообще не понял, что произошло. Озвучивать последнюю фразу, ящер, конечно же не стал. - А уже чувствую его присутствие в моей голове, - сказал Ван-Дог, вертя головой из стороны в сторону, будто пытался из неё что-то вытрясти. – Это гад даже не шифруется, хотя можешь же, гадёныш. - Хочешь, я наложу блок? – осторожно спросила Виктория. Как понял Шинса, Сирела не смог прочесть его собственные мысли, из-за этого самого «блока», поэтому он решил узнать о ящере через воспоминания и мнение Ван-Дога. - Спасибо, не надо, - отмахнулся Винни, закрывая уши руками. – Чтобы воспоминания читать, он ещё не дорос, в мои мысли всё равно рано или поздно до него дойдут, потерплю как-нибудь. - А я – Арктур, - пропищал маленький белокурый мальчишка, важно подходя к ящеру. Выглядел он весьма комично, задрав голову вверх и подперев бока руками. В Арктуре было от силы метр роста и парочка килограммов, рубашка мешком висела на его худеньком тельце, а штаны то и дело норовили сползти, поэтому мальчик всё время их подтягивал. Шинса посмотрел на ребёнка сверху вниз. Он молчал, пытаясь понять, что он чувствует: отвращение или страх? Завывающее чувство снова вернулось, и ящер никак не мог осознать, откуда оно? Арктур не уловил задумчивости в этом взгляде, для него это выглядело несколько пугающе: двухметровая глыба почти минуту смотрела на него жёлтыми глазами с вертикальными зрачками, не издавая ни звука и вообще не двигаясь. Из позы ребёнка исчезла уверенность. Он втянул голову в плечи, цепляясь за резинку штанов, как за спасательный круг. Ван-Дог продолжал статично стоять, зажав голову руками, он о чём-то перешёптывался с Викторией, которая, судя по всему пыталась его успокоить. Как понял ящер, помощи ему ждать не от кого. - Так… - неуверенно протянул Арктур, натягивая штаны до самых плеч. – Ты дракон? Шинса был, мягко скажем, шокирован этим вопросом, и даже не нашёлся сразу, что ответить. Трое малышей собрались в кучу и с боязливым интересом смотрели на ящера и самого смелого из них. Шинса на секунду умилился этой картине. Как ни крути – это нечеловеческие дети. Они ничего не сделали самому ящеру, почему он не может просто им подыграть? - Да, я дракон, - реакция последовала мгновенно: дети облегчённо выдохнули, кто-то заахал, кто-то похлопал в ладоши. Девочка с пляжа замахала руками, призывая Арктура к дальнейшим действиям. - А ты умеешь летать? – чуть осмелев спросил мальчик, по его лицу расплылась воодушевлённая улыбка. - К сожалению, нет, - выдохнул Шинса, садясь на корточки перед Арктуром. – Я их потерял. - Как же так? – разочаровано выдохнула девочка с обычной человеческой внешностью, но она тут же испугано закрыла рот ладонями и спряталась за спинами остальных детей. Они боятся ящера и от осознания этого ему стало противно. - Я знаю, они заново вырастут, - с полной уверенностью в голосе сказала малышка с пляжа, сделав при этом такое самодовольное лицо, будто сто раз видела подобное. - Ты чо, он больше на кулицу похош, - проворчал маленький пухлый мальчик. И Шинса снова не нашёл, что ответить, ещё никогда его не сравнивали с курицей, или куницей? Дети в один момент будто ожили. Они начали бегать вокруг ящера, громко кричать и спорить, на кого больше похож ящер. Он сам не знал, что делать и с эти «разразившимся пожаром», Шинса просто выпрямился и отступил на пару шагов, признавая свою беспомощность. Дети начали толкаться и спорить громче и яростнее, будто от этого спора зависит их жизнь. - Эй, а ну тихо! – сказала Виктория, оторвавшись от Винни, и спокойно посмотрев на малышей. Её взгляд был мягким, но впилила его в собравшихся в кучку детей. Те в один миг прекратили спорить и абсолютно безучастным взглядом уставились на Викторию. Шинса невольно сглотнул, зрелище было слегка жутковатым. Но через секунду дети снова ожили, но теперь уже не говорили ни слова. Они просто стояли на месте и перешёптывались. Виктория подошла к детям и присела пред ними на корточки. - Вы время видели? – с улыбкой спросила девушка. Её взгляд снова обрёл былой блеск. – Мне кажется, вам уже пора спать. - Нет, мы не хотим спать, - заныла девочка с кошачьими ушками и хвостиком. Шинса смотрел на этих детей что-то непонятное заныло у него в груди. В памяти всплыла ночь, когда Люциус едва не выпал из окна. Он точно так же ныл и жаловался, разве что был чуть помладше. Тоска, вот что за чёртовы завывания кружились у него внутри. Он тоскует. - Нет, Эзра, я уверена, вы хотите спать, - глаза Виктории снова стали холодно-спокойными и на секунду мелькнули небесно-голубым. Дети посмотрели будто сквозь неё, а через секунду начали зевать, и сонно тереть глаза. По одному они развернулись и пошли в стоящую неподалёку палатку. Увиденное выдернуло ящера из воспоминаний, и он ошарашено уставился на девушку. Произошедшее в прямом смысле повергло его в шок, что это за магия, способная приказывать другим? Виктория поднялась на ноги и не поняла, почему ящер на неё так странно смотрит. -А, - выдохнула девушка, широко улыбаясь. – Дог говорил, что ты только постигаешь законы магии, прости что напугала. Просто я могу внушить другому свою волю. Если его разум, конечно, не защищён. - Ого, - выдохнул Шинса. – И они даже не догадываются? Ящер точно помнил, что значит быть подверженным чужой воле, следовать чужим приказам, и он не хотел испытать этого снова. - Нет, - ответила Виктория. Она перестала улыбаться, когда поняла, что Шинса не в восторге от услышанного. – Они думают, что это их собственные мысли. И я не вижу в этом ничего плохого, если это не идёт им во вред. Не дожидаясь ответа ящера, девушка вздёрнула подбородок и ушла в палатку, где скрылись дети. Шинса остался стоять в недоумении. - Чувак, так нельзя… - послышался за спиной голос Ван-Дога. Он говорил с лёгкой отдышкой, будто поднимался по лестнице. – Она же теперь обиделась на тебя. - Я не хотел её обидеть, это вышло случайно, - ящер искренне не понимал, что такого он сделал или сказал. - А выглядело это так, будто ты презираешь её силу… - прокряхтел Ван-Дог, с болеющим видом растягиваясь на земле. Шинса решил не отвечать, потому что тема достаточно скользкая, чтобы на ней поскользнуться и свернуть шею, себе или кому-то ещё. Ящеру не нравилась эта магия. Никто не должен иметь такую власть над чужими поступками и мыслями. Но с другой стороны, Виктория в этом не виновата, она не вбирала, какой родиться. Да и не ящеру об этом судить. - Винни, мне нужно тебе кое-что сказать… - неуверенно начал Шинса. Он всё ещё сомневался, стоит ли ему делать, то что подкидывает его больной разум. Если Ван-Дог решит отговорить ящера, это у него, скорее всего, получится с огромным успехом. - Мне уже не нравится твой тон, - прохрипел парень, закрыв лицо рукавом. Шинса догадывался, что этот разговор слышит Сирела, но это не останавливало ящера, хотя и было неприятно. - Я хочу вернуться, - решив не ходить вокруг да около, выдал Шинса. Ван-Дог убрал руку с лица и чуть повернул голову, чтобы нормально разглядеть ящера. Он с секунду разглядывал его морду, а потом решил принять сидячее положение, приложив ладонь к затылку. - Вернуться, в смысле, в тюрягу? – поморщившись спросил Винни. - Нет, вернуться домой, - выдохнул Шинса, садясь рядом с парнем на траву, костёр неподалёку почти потух, из последних сил создавая длинные тени. – В Отмирей. Ван-Дог посмотрел ящеру в глаза, пытаясь там что-то разглядеть, жёлтые глазницы светились в темноте, придавая образу некую опасность, но усталость на самом дне этих самых зрачков разбавляла эту картину. - Иди, - пожал плечами Винни, доставая из-за пазухи туго связанную пачку с самокрутками. Он вытащил одну трубочку и зажал губами, потом протянул руку к тлеющему костру и вытащил оттуда горящий сучок и прикурил от него. - И это всё? – Шинса снова впал в ступор. Во-первых, от того, что малыш Винни теперь курит, во-вторых от его пофигизма и безучастия. Сам ящер не знал, какую реакцию он хотел получить, но точно не эту. И если уж на то пошло, то Отмирей – и его дом тоже, у него там остались родители. - Я скажу тебе так, - Винни выдохнул серый дым, разглядывая свои ноги. – В своеё жизни я жалею лишь об одном: что отпустил Андрея. Из всего отряда вернулся только Тигер, и это логично, с его-то способностями… На них напали в лесу, это был пробный поход в сторону Вариакки. Мне глупо злиться на Тигера, я злюсь только на себя, мне стоило отпускать его. Но Андрей был так воодушевлён тем, что наконец увидит великий город, что я не смог ему отказать, хотя стоило, - голос парня задрожал, он продолжал делать затяжку за затяжкой, давился дымом, но останавливаться не собирался. Он держал голову как можно ниже, практически свесив её между коленями, прятал лицо от Шинсы, а тот и не стремился смотреть ему в глаза. – Я бы отдал всё на свете, чтобы не дать ему уйти в тот день… Сука, он был безумно счастлив, что идёт туда, - Винни поднял на ящера красные от слёз и дыма глаза. – Если бы у меня был шанс, просто взглянуть на него, как бы глупо не звучало – я бы умер ради этого… Я знаю, как много это для тебя значит, и прекрасно тебя понимаю, ты… ты должен вернуться, ведь твоя семья ещё жива. Но у меня будет одна просьба. - Что угодно, - будто не своим голосом прошептал Шинса. Ван-Дог сделал ещё одну затяжку, горько усмехнувшись своим мыслям. - Отцу с матерью не говори, что я не досмотрел, - Ван-Дог не мог вернуться один, без Андрея. Не потому что его будут ненавидеть родители, тем и так пришлось нелегко, когда дети пропали прямо из постелей, а потому что Винни сам ещё не справился с этой потерей. Что бы он ни говорил, ему сложно, он не в состоянии смириться со смертью собственного брата. Может это из-за того, что тела он так и не увидел, или есть ещё причины, но Ван-Дог продолжал выкуривать самокрутку, окутывая себя коконом дыма. Шинса не мог ему помочь. Они оба это понимали, Винни должен был справиться сам. - Хорошо, - сказал ящер, дым вокруг пах какими-то цветами, или, по крайней мере, создавалось такое впечатление. - Так, - Ван-Дог спустя пару минут молчания, вытер лицо рукавом и затушил сигарету в ладони. Парень поднялся на ноги и, поправив штаны, указал рукой в сторону. – Если, не сворачивая идти на север, то до вечнозелёного леса доберёшься за три дня. Через него напрямую лучше не идти, безопаснее обойти, но это ещё плюс три дня, ты ведь не торопишься? После леса идёт небольшое плато. На этом плато тебе нужно найти ручеёк. Именно там берёт начало река в лесу, где я чуть не утонул. Ну и около суток вниз по течению, Отмирей ты увидишь ещё при спуске с плато. Карта нужна? - Нет, я запомню, спасибо, - ответил Шинса. – Я хочу идти сейчас. - Ладно, - кивнул Ван-Дог, наконец разжав ладонь и выпустив пепел, что остался от самокрутки. Внутренняя сторона ладони парня покраснела, и будто покрылась чешуёй. – Пошли, хоть провожу. Они молча встали и пошли в сторону только-только загорающихся звёзд. На краю лагеря царило необычное для этого времени суток оживление: толпа гудела и свистела кому-то в её центре. Подойдя ближе, Ван-Дог и Шинса увидели, что объектом внимания собравшихся был никто иной, как Святик. Он стоял в центре толпы, держа руки в замке, его глаза едва подёрнула синяя плёнка, из-под нахмуренных бровей он смотрел на висящее в воздухе бревно. В толпе ящер сумел различить мальчишек, которые этим самым бревном чуть не сбили Ван-Дога с ног. - Давай, покажи класс, - среди всего гвалта сильно выделялся грубый мужской голос. Он принадлежал огромному, в прямом смысле этого слова, мужику. Он стоял чуть поодаль от основного скопления, но тоже с нетерпением ждал, что же сейчас произойдёт. Своими размерами мужчина мог посоперничать даже с ящером, небритая щетина и шрам на пол лица, будто от когтей, тянувшиеся по шее и под плотную куртку, придавали образу ещё больше грозности и величия. - Это Ментор, - пояснил Ван-Дог, проследив за заинтересованным взглядом Шинсы. – Который на дереве сидел. Он оборотень и возглавляет первый отряд. Тем временем толпа взревела громче, потому что Святик будто схватил невидимую ткань и разорвал её, бревно, висевшее в воздухе, тут же отреагировало на эти действия, рассыпавшись на тысячи, а может и миллионы мелких сучков. Затем юный телепат снова соединил ладони, но уже в более миролюбивом жесте. Сучки закружились в воздухе и в конце концов собрались в нечто, сильно напоминающее коня. Но толпа просто взорвалась, когда этот конь опустился на землю и начал двигаться, словно живой. Он бегал между собравшимися и гарцевал. Шинса невольно залип на эту картину. Теперь он понял, что именно парень имел в виду, говоря о «развитии своей магии», и Святик имеет полное право говорить об этом, выделывая с бревном такие трюки. - Проследи, чтобы он дошёл до безопасного места, - шепнул Шинса Ван-Догу, кивнув головой в сторону парня. - Сделаю всё, что в моих силах, - горько вздохнул парень. Святик ему не нравился, но Ван-Дог доверял ящеру, а Шинса доверял этому «пришельцу с севера», значит придётся потерпеть. Или нет.