Прошло...

      Батур Паша всегда был человеком чести. Мужчина с самого детства посвятил себя государству. Сначала учеба, потом служба. Благодаря своему уму и упорству, он быстро поднимался по карьерной лестнице. На женщин времени не было, да они его и не интересовали. Осознание интереса к жене падишаха поразило его до глубины души.       Батур много слышал о красоте и стати знаменитой Хасеки Хюррем Султан, но и подумать, что эта женщина его зацепит.       Отчет о проделанной работе занял более двух часов, в большей степени потому что мысли мужчин были заняты не делами государства, а обладательницей огненно-рыжих локонов. Причем они не знали, что думают об одном человеке. Когда с делами было покончено, Батур, отдавая папку с документами повелителю, неожиданно даже для себя спросил: — Повелитель, прошу прощения за свою дерзость, но что же случилось? Я говорю про ваши отношения с Хюррем султан. Я слышал, ваша любовь сильнее всего, что может быть на свете, о ней слагают легенды. Многие также говорят, что госпожа приворожила вас, что она ведьма. Однако вчера вы сказали, что она вам более не жена… — Довольно, Батур. Дела моего гарема касаются только меня. Хюррем скоро остынет и все будет как прежде. Не стоит так переживать. Кстати, ты с завтрашнего дня состоишь в Диване. Подготовь все документы. — Как на то ваша воля, повелитель. Батур решил отвлечься от мыслей о прекрасных глазах, отправиться в кабак выпить и забыться в окружении прекрасных и разных девушек, хоть и понимал, что не выйдет, что это просто невозможно. Султанша единственная женщина, которая смогла привлечь его внимание. В саду, уже уходя, он заметил Хюррем. Такую красивую, волшебную. Чуть дальше от неё стоял Великий Визирь. У Батура неожиданно взыграла ревность к Ибрагиму. " Успокойся, он её не посмеет тронуть. Она принадлежит султану и только ему. Никто не вправе мечтать о ней. Даже если она развелась с султаном.» — убеждал себя мужчина. Он резко повернулся и на всех парах ушел в кабак. Как и ожидалось, кабак совершенно не помог. Подходящую девушку он найти не смог. Единственный критерий был «похожа на Хюррем султан». Батур всю ночь про вел в мыслях о Хюррем. Под утро мужчина решил написать ей анонимное письмо. Сев за стол, он достал лист бумаги и перо, начал писать. За ночь отпали все сомнения. Ему было все равно на гнев повелителя. — Надо же. Похоже правда, что любимая женщина может разбудить в мужчине поэта. Теперь надо придумать, как подложить его госпоже, чтобы никто не понял. Что же, подумаю об этом позже.- пробормотал Батур, закончив писать. Необходимо было подготовиться к совету. Возможно, повелитель объявит о походе, янычары уже давно негодуют из-за отсутствия боев и денег. *** Сулейман сидел за резным дубовым столом в своих покоях и читал документы перед Диваном. Близился вечер, султану не хотелось проводить его в раздумьях, которые уничтожали его изнутри. Только вот Хюррем он позвать не мог. Он принял решение позвать Фирузе. Встав из-за стола, падишах подошел к огромным дверям, сам их открыл и приказал стражникам привести её, а после снова сел за стол и продолжил. Он не думал, что будет, если Хюррем прознает. Он хотел расслабиться. Пока султан закончил с бумагами, Фирузе уже стояла возле покоев. Получив разрешение, она вошла. — Повелитель, я так рада снова быть с вами. Видеть и слышать вас самая большая радость в моей жизни. Повелитель молчал.Он молча встал, молча подошел к ней, молча скинул с нее платье и так же молча поцеловал. За ночь он не вымолвил ни слова. Ужинали они тоже в полной тишине. Фирузе это совсем нравилось и она попыталась разрядить обстановку. — Повелитель, вы чем-то расстроены? Если хотите, я могу спеть или станцевать для вас. Только скажите. — Пожалуй, я приму предложение. Станцуй мне. По приказу повелителя слуги унесли стол. Султан лег на подушки и Фирузе начала свои плавные движения. Она манила его руками, двигала бедрами. Постепенно Сулейман забыл обо всем плохом. Было так спокойно, что он просто не хотел думать о плохом. Фирузе все танцевала и танцевала. Сулейман полностью ушел в свои мысли. Эту ночь он провел в объятьях своей наложницы.