Когда заходит солнце

POV. Данила Поперечный

Оказывается, я (в особенности мой организм) очень не любим «Б-52». Этот странный состав, консистенция, его привкус на моих губах. А после- рвотные позывы каждые пять минут. Нет, хорошо, «Б-52» здесь не причём. Каюсь, сначала был пресловутый виски-кола дома, чтобы в баре меньше денег оставить, потом был «Лонг-Айленд» дважды, потом «Куба Либре» чей-то за стойкой, но я уже не соображал ничего. Бухающая музыка, и меня кидало вместе с толпой от одного динамика к другому, сабвуферы били в барабанные перепонки, я сливался с толпой, мы- единое целое, пьяно двигающееся в такт дикой музыке. И тогда я решил взять «финалочку»- «Б-52». Это был самый последний коктейль в барной карте, и к тому же в его составе были какие-то непонятные ингредиенты: калуа, бейлиз, куантро. Сейчас-то я понимаю, что последние два- ликеры, но в пьяном угаре я прочитал калуа как калуга, а бейлиз- берлин, очень удивился и выложил на стойку 400 рублей. Моя голова сильно отяжелела, я - не я. Я не помнил, сколько пью, в честь чего и с кем. Да это, впрочем, было и не важно. Главное- до дома дойти, а там уж... Утро я встретил на улице в какой-то подворотне. Холод пробирал до костей, хотя вчера ещё было лето. Влажный камень под боком доставлял дискомфорт, я хотел стать этим камнем, чтобы только не вставать, в который раз чувствуя себя безвольными. Голова моя тяжелая, во рту пересохло, язык прилип к небу. Я открыл глаза- все мутно. Ещё одна попытка протереть глаза. Действительно, грязная подворотня, а я в ней, как мусор, валяюсь у помойных баков. Раздались негромкие протяжные гудки. Пароход, глупо подумалось мне. Но потом я увидел камаз, выруливающий на меня. А, это мусоровоз. Ой, везите меня тоже на свалку, потому что с такой головной болью, мне, простите, только в утиль! Но все же пришлось уползти от греха подальше. Встал. С горем пополам поднялся на ноги. И тут до меня дошло, почему мне холодно- на мне нет моей футболки, в которой я пришёл в бар! Я лежал на асфальте в одних трусах. Немыслимо! Таааак, стояночка! Сейчас меня вырвет. Или нет? Секундное колебание. Все же вырвет. Не вырвало. Телефона, разумеется, нет. И надо же было так напиться? Оставил на барной стойке? Да уж верно. Посмотрел на адрес- черти сколько до дома! Выругался. А дальше что? Голова соображала туго, а особенная проблема у меня с адресами. Знал я лишь то, что до дома друга тут рукой подать. Собрался с силами- побежал. Люди, да не оборачивайтесь! Что вы такого увидели? Ну да, летом голый мужик бежит по Питеру. И что? Жарко стало, отвалите. А ты что пялишь, малолетка? А, это наверное мой зритель.

Су-ка

Вот его подъезд, забежал внутрь, сразу, конечно же, столкнулся с консьержкой. — Молодой человек, вы кто и к кому? Видимо, мой вид ее уж очень смутил. — Данила к Руслану в двести десятую. — Да?— прищуренный взгляд. — А что вы одеты так, молодой человек? — В фонтане купался. А Руслан никуда не уходил, не знаете? — Знаю, на то и сижу здесь!— обиделась. — Тут он, дома. А вы кем ему приходитесь? — Двоюродный брат,— соврал я, взбегая по лестнице вверх. А вот и его квартира. Позвонил. Руслан появился на пороге в халате, растрёпанный, заспанный. — Даня?— удивленный взгляд. — Рус, пусти,— пробормотал я.— И давай без сарказма! Блогер отступил, и я вошёл. Снова аккуратная квартирка, минималистично обставленная. — Ты чего приперся-то?— спросил Руслан, не дав мне хорошенько насладиться спокойствием. — Я... И тут я понял, что сейчас блевану. Не так, как в подворотне, а точно, по-настоящему. Я оттолкнул Руслана, бросился к туалету и навис над унитазом. Мое тело корчили сильные спазмы. Я блевал. Тогда-то мне и пришла в голову мысль, что мой организм очень не любит «Б-52». На Руслана это произвело сильное впечатление. Он испугался. За меня или за свой туалет- не знаю, но в глазах его промелькнул ужас. Затем он взял себя в руки и поспешил помочь мне. Он аккуратно поднял меня с пола и усадил на низкую табуретку у унитаза, не знаю, зачем так со мной возиться, но спасибо. Я ничего не сказал, лишь прохрипел что-то в салфетку. Затем Руслан нашёл активированный уголь и дал мне его и воду. Меня потом ещё несколько раз сильно скрючивало. Вероятно, я отравился. А вкупе с похмельем- убойная смесь. Руслан особенно вопросов не задавал, он лишь качал головой и, если мне что-то было надо, приносил это. Но вот я полностью опустошил свой желудок, и теперь не угрожал чистоте Усачевского ковра. И Руслан повёл меня в комнату на диван, а я повис на его плечах, чувствуя себя отвратительно. Тёплый диван радушно принял меня в свои объятия, мои веки сразу стали тяжёлыми, но перед тем, как погрузиться в сон, я понял, что именно с этой кровати встал Руслан из-за моего звонка в дверь. Постельное белье пахнет Русланом или Руслан- бельём- я не разобрался, потому что меня клонило в сон, а сопротивляться я смысла не видел.