Когда мы любуемся звездами.

С момента того разговора на крыше прошло несколько месяцев и уже наступила снежная зима, а из головы Сакуры всё не шли откровенные слова сенсея. Слова, которые что-то затронули в ее душе и теперь никак не давали покоя. Она была удивлена тем, что с недавних пор стала наслаждаться временем, пусть даже коротким, проведенным с Какаши. Пусть это и могли быть рабочие разговоры или внеплановые медицинские осмотры Хокаге. По какой-то странной причине, Сакура стала еще сильнее беспокоиться о здоровье сенсея. Бывали случаи, когда, услышав о ранении Какаши, Харуно не могла удержать себя на рабочем месте и всегда лично мчалась проверять состояние мужчины. Правда, зачастую эти новости оказывались пустыми слухами или куноичи просто неправильно понимала слова знакомых ирьенинов. Но даже это не останавливало ее от внезапной проверки. Ведь когда дело касалось Какаши, ее мало что могло остановить. Она просто не могла позволить себе потерять человека, который был ей так безумно дорог. И как Хокаге, и как бывший учитель, и как просто человек, которому девушка бесконечно доверяла. Они до того сблизились в последнее время, что Сакура буквально предвкушала каждую новую встречу. Встречи, для которых Какаши выкрадывал время из своего плотного рабочего графика: вечерние прогулки домой, совместные проверки в больнице, посиделки в Ичираку. Или просто ненавязчивые беседы в кабинете Хокаге, когда Сакура немного дольше положенного докладывала о проделанной работе, отчетах... и о себе... Харуно была очень рада тому, что теперь ее связь с бывшим учителем стала еще крепче. И эта новая связь была самым лучшим и как никогда нужным лекарством для Сакуры. Нельзя сказать, что таким способом она пыталась забыть Саске, который ушел, оставив ей туманные обещания и мистический «тык» в лоб. Она, скорее, была очень признательна моральной поддержке сенсея. Какаши так искренне старался помогать Сакуре во всем, о чем она говорила, пусть даже мельком и неосознанно. Его отзывчивость и доброта покорили девушку настолько, что она не заметила, как в душе зародилось совершенно новое чувство. Чувство, отличное от постоянной горечи и разочарований, что она испытывала, страдая от мучительной любви к Саске. Что-то светлое и невероятно нежное начинало цвести в ее сердце, несмотря на бушевавшие на улице суровые метели... И вот одним таким зимним вечером Сакура как всегда возвращалась домой, невероятно уставшая после долгого рабочего дня. Перед праздничной Неделей Чувств в больнице настоящая суматоха: все стараются закончить незавершенные дела, разобраться со сложными случаями, выписаться из больницы именно сегодня, перед Желанником, первым днем выходных. В этот день стало принято делиться своими мечтами и желаниями в кругу близких людей. Доверительная атмосфера, домашний уют как ничто лучше располагают к тому, чтобы открыть свое сердце дорогим людям и самому выслушать сокровенные желания любимых людей. И всем обязательно необходимо было согласие или совет Сакуры Харуно, заместителя главврача больницы Конохи. «Большая должность — большая ответственность» — как говорила Цунаде-сама, передавая ей эту должность полгода назад. Но кто бы мог подумать, что номинально, в праздничные дни, Сакура была официально и главврачом. Цунаде непонятно где отмечала и просто не появлялась на посту. Хорошо хоть, что сегодня обошлось без эксцессов. Сакуре очень уж не хотелось столкнуться с дуралеем, спрыгнувшим с крыши от неразделенной любви, или с очередным случаем перелома костей. Ну как дети малые! Сказано ведь, что зимой передвигаться по крышам домов опасно. Вроде бы шиноби, а иногда делают такие глупые вещи. Хотя, кто бы говорил. Сама ведь никак не могла выкинуть из головы Саске, который не проявлял к ней никаких чувств, кроме презрения. Но уже было намного легче: от юного мстителя и след простыл. Так же, как и от детских чувств девушки к нему. Для того чтобы отпустить эту любовь, ей нужно было еще чуть-чуть времени. Ведь подобное так просто не забывается... На улице кружился пушистый снег, игриво скользя около лица девушки, но упорно не касающийся ее. Она попыталась поймать снежинку в ладони, но та проворно ускользнула, так и не тронув кожи. Харуно тихо засмеялась, поймав себя на мысли, что эта снежинка очень похожа на Какаши. Он точно так же всегда находится рядом, но избегает прямого прикосновения с того вечера откровений на крыше. — Интересно, почему? Сакура вздохнула и оглянулась, так как углубившись в свои мысли не уследила, куда идет. Сама того не заметив, она оказалась около резиденции Хокаге. Видимо, ноги по привычке принесли ее именно сюда. Девушка быстро приметила, что окно в кабинете главы селения еще горело. Ну как так?! Сегодня же канун Желанника, а он все еще корпит над бумажками. Харуно покачала головой и улыбнулась. — Ну что ж, раз я здесь, то почему бы не зайти погреться? И хотя на улице было совсем не холодно, она уверенными шагами двинулась к зданию, привычным движением открывая дверь. Поднимаясь по лестнице, была уверена, что застанет Какаши за работой. Хотя, конечно, он читал свои извращенные книжки. Но ведь и Хокаге нужно отдыхать, и Сакура даже не ругала его за это. Хотя могла бы! Не подавляя чакру, девушка открыла дверь в кабинет, и тут же остановилась как вкопанная. Какаши спокойно спал, неуклюже подложив одну руку под щеку, а другую свесив со стола. И он даже не шелохнулся, когда поблизости оказалась чужая чакра. Или она уже не была такой чужой, чтобы немедленно просыпаться, вставать в защитную стойку и готовиться к бою? Вероятно, второе. Сакура смущенно удивилась своему предположению и осторожно закрыла за собой дверь, прогоняя сквозняк. Затем девушка медленно подошла к мужчине, сама не зная зачем. Его волосы были смешно растрепаны, одна выбившаяся прядь лежала возле носа и при каждом выдохе ритмично поднималась. Это выглядело так мило, что Сакура едва не прыснула со смеху. Но она мужественно сдержалась, чтобы не разбудить Какаши. Видать, он так переутомился, работая даже в предвыходные дни, что уснул прямо на бумагах. Девушка мельком глянула на документы и поняла, что осталось доделать самую малость. Сакура бережно накинула на плечи сенсея мантию, висевшую на спинке стула, и нежно улыбнулась. Этому мужчине явно не хватает отдыха и тепла, что необходимо было срочно исправлять. А уж с этим Сакура умела справляться просто прекрасно. Вспоминая свой недавний опыт работы с Цунаде, девушка быстро начала раскладывать бумаги по аккуратным стопкам. Повезло, что печать и подпись главы на всех бланках были уже проставлены. А значит, он уже со всем ознакомился, но не успел сложить и просто уснул. Бумажные кучи превращались в аккуратные столбики на столе Хокаге, мирно спящего и ничего не слышавшего. Расправившись с бумагами, розоволосая подняла взгляд на Какаши, удивляясь его безмятежному сну. Такой шиноби, как он, с острым обонянием и идеальным чувством чакры, давно уже должен был проснуться и спросить, что здесь происходит. Однако, этого не происходило уже минут двадцать. Что ж, с бумагами покончено. Теперь нужно что-то решать с сенсеем. Если он продолжит спать в такой неудобной позе, то точно проснется наутро с болью в спине и шее. А этого она точно не могла допустить по двум причинам: во-первых, как ниндзя-медик, а во-вторых... она просто переживала за него. Собравшись с духом, Сакура как можно тише приблизилась к мужчине и, наклонившись близко к лицу мужчины, застыла на месте. Девушка сосредоточенно раздумывала, как же переместить его на кровать. Она с легкостью дотащит его до дома, но как сделать это, не разбудив сенсея? Задумавшись, она не заметила прямой и теплый взгляд, направленный прямо на нее. Очнулась только от легкого прикосновения к щеке, вскинула глаза и испуганно отпрыгнула. Какаши тихо рассмеялся, поднимаясь и разминая шею. Сакура улыбнулась, быстро оправившись от испуга, и с легким упреком произнесла: — Доброй ночи, досточтимый Хокаге. Мужчина смущенно сверкнул заспанными глазами и, неуверенно почесав затылок, ответил: — Извини за это, заработался... — он подавил зевок и уже увереннее повернулся к Харуно, озадаченно спросив: — На моем лице рисинка или что-то типа того? Сакура так же озадаченно посмотрела на него в ответ и спустя какое-то время проговорила: — Да вроде бы нет ничего... — А что тогда ты так сосредоточенно высматривала на моем лице? Сакура на секунду задумалась и тут же смутилась: — Ну... Я просто думала, как завалить вас в кровать и поэтому не заметила, что приблизилась... — Завалить... меня в кровать??? Какаши удивленно поднял бровь и очень странно улыбнулся. О том, что он улыбнулся, Сакура могла только догадываться. Но спустя долгое время общения с ним, она научилась угадывать эмоции Какаши даже под его маской. И теперь она поняла, что пляшущие чертята во взгляде сенсея появились там совсем неспроста. Девушка осознала двусмысленность сказанного и тут же быстро протараторила: — То есть я имела в виду, что спать в такой позе вредно для здоровья спины... и, и... я хотела как-то дотащить Вас до кровати и уложить нормально спать! Вот! Какаши усмехнулся и, отмечая странный порядок на своем столе, встал. — Ну, у тебя еще есть все шансы сделать это, Сакура. «Тем более, я знаю много вещей, полезных для здоровья, которые можно делать на кровати...» — мысленно продолжил свою фразу Какаши и тут же себя оборвал, негодуя на влияние «Ича-Ича». — Но ведь теперь Вы можете дотащить себя сами. — Сакура, ну сколько раз уже говорил, не называй меня на Вы, — Хатаке мягко глянул на девушку, снимая мантию с плеч. В кабинете не было холодно, но накидка почему-то оказалась на нем. — Мы с тобой через такое прошли, что здесь уже автоматически всякие уважительные обращения снимаются. Ты столько раз спасала мою жизнь. Стала так дорога мне... — Какаши немного помолчал и уже тише добавил: — Да и ты уже не моя... ученица. — Всё не так просто... Но я буду иметь в виду, Какаши-сен... — секундная пауза. — Какаши. Девушка недоуменно наблюдала за собирающимся мужчиной, стараясь не показывать своего смущения от последних слов. Осталось придумать, как быстро сбежать домой: иначе она тоже могла что-нибудь такое ляпнуть. Ведь ее миссия исполнена, и она даже помогла ему с бумагами. Какаши слегка замялся, но невозмутимо продолжал гнуть свою линию: — А вдруг я по пути усну в сугробе? — Какаши-сенсей! — тут настала уже очередь Сакуры возмущаться. — Это точно использование моего врачебного долга в корыстных целях! Хатаке рассмеялся, потрепал девушку по макушке и направился к выходу со словами: — Да шучу я, конечно, — он повернулся и уже более серьезно добавил: — Да и негоже несовершеннолетней девушке бродить по ночам в квартире взрослого мужчины. Пусть даже этот мужчина и Хокаге. Какаши открыл дверь и пригласительным жестом пропустил Харуно. — Но, — девушка смущенно возразила, наблюдая за тем, как Какаши закрывает дверь кабинета. — Вы... ты тот Хокаге, на которого можно положиться и даже проводить до кровати. Ты же точно ничего плохого не сделаешь. Я доверяю тебе как никому другому. У мужчины даже ключ из рук выпал, и Хатаке резко присел, спрятав волнение за челкой и делая вид, что упорно его ищет. — Сакура, я, конечно, польщен твоим доверием... Но люди просто могут не понять того, что Хокаге приглашает ночью к себе домой свою несовершеннолетнюю ученицу, пусть и бывшую. Какаши наконец поднял ключ и дверь была закрыта. Они направились вдоль по коридору, не нарушая воцарившуюся неловкую тишину. Только пройдя некоторое время по заснеженным улочкам Конохи, Сакура осторожно остановила сенсея за рукав куртки и предложила: —Тогда, я приглашаю тебя на завтрашний праздничный обед с моей семьей. Все-таки на носу первый день Недели Чувств, а ты, — девушка укоризненно посмотрела на учителя, отчего тот слегка стушевался, — наверняка, даже не отдыхал в предпраздничные дни. Какаши вздохнул и с грустью сказал: — Это ведь будет семейный праздник, к которому я не имею никакого отношения. Сакура тут же ухватила мужчину за руки, сжав их вместе и чуть сердито ответив: — Какаши-сенсей, вы, — девушка помотала головой, — точнее, ты — тоже часть моей семьи и очень важный человек в моей жизни! Не будет ничего плохого, если ты придешь к нам в гости! Я уверена, мама и папа будут только рады видеть тебя в нашем доме, — она слегка покраснела, добавив: — И я буду тоже очень рада. Тебе просто необходимо иногда отдыхать. Хокаге должен быть отдохнувшим, сильным и здоровым! Харуно устремила взгляд на мужчину в ожидании ответа. Какаши улыбнулся и как-то виновато сказал: — Должен быть отдохнувшим, а не спящим на бумагах, да? — Именно, Какаши-сенсей! Хатаке вздохнул и, бережно накрыв голые руки девушки своими, согревая, решился: — Ну, думаю, один день Коноха может побыть и без своего Хокаге. Да и правда, праздник завтра как никак... Глаза Сакуры радостно заблестели, и она быстро заключила Какаши в объятия. — Я так рада, что ты согласился! В последнее время ты выглядел таким уставшим. Тем более, завтра у меня нет смен в больнице, — она восторженно посмотрела на мужчину. — Видишь, как все хорошо сходится? Какаши кивнул и, неожиданно наклонившись, мягко поцеловал ее в макушку. — Спасибо, Сакура. Девушка тут же словила румянец и была настолько удивлена, что на мгновение потеряла дар речи. Большее, на что ее хватило, это на неловкий лепет под аккомпанемент все более краснеющего лица. — Н-не за что... Хатаке торопливо отстранился и, смущенно пихнув руки в карманы, как ни в чем не бывало проговорил: — Давай, я провожу тебя... Пойдем. И Харуно, быстро кивнув, резво зашагала рядом с ним, чувствуя, как горит ее макушка. Вскоре беседа приняла обычное направление и девушка расслабилась. Как же хорошо, что в канун больших праздников она решила навестить Хокаге. В ту ночь Сакура спала невероятно хорошо и с улыбкой на устах.