Часть 12
26 марта 2022 г., 22:06
Премьера фильма в большинстве случаев — это здорово. Это возможность вновь встретиться со всеми теми, кто был задействован в создании, возможность окунуться в ностальгию по атмосфере фильма, повспоминать забавные случаи со съемок. Конечно, не все воспоминания были приятными и не все съемки проходили гладко, но часто время, проходившее между съемками и премьерой, сглаживало впечатление, и к моменту сбора всех, кого задействовали в промоушене, я чувствовал предвкушение от предстоящей встречи.
Конечно же, с Тими мы договорились встретиться заранее — мы не виделись до этого целый месяц, и впервые за такое долгое время встретиться под объективами камер было бы неразумно.
Он вышел из ванной в одном полотенце на бедрах, и я улыбнулся, окидывая его взглядом. Я чертовски соскучился по нему, особенно в таком виде, особенно, когда чувствовал леность после недавнего секса.
– Сходим куда-нибудь поужинать или останемся в номере?
– Лука ведь предлагал встретиться? – удивился Тими, оторвавшись от поиска новой одежды в чемодане. А я надеялся, что он останется в таком виде до конца дня.
– Точно, – кивнул я и поднялся чуть выше по подушкам, прошипев, когда оперся на больную руку.
Тим настороженно глянул в мою сторону, но я отмахнулся — здоровой рукой.
Секс из-за травмы был слегка неловким — не привык я пользоваться левой рукой, когда нужно было направлять член. Да и вообще, любое действие казалось странным. Никогда не дрочил себе левой, даже из любопытства. И Тим из-за этого старался вести себя осторожно, лишь бы не задеть руку — даже в позе наездника осторожничал, опасаясь, что из-за его движений и пружинящего матраса мне будет больно. Мне было совершенно плевать на это — мы так давно не занимались сексом, что я был готов к любым последствиям. Я бы даже согласился трахнуть его без смазки, если на то пошло.
– Вернись в постель, – попросил я. Тим с укором глянул на меня, но я не собирался сдаваться: – Тими... ублажи травмированного человека, – я мило улыбнулся, и Тим рассмеялся, но все же сел на кровать, надев трусы. – Мог бы и голым лечь, – заметил я и огладил его член через ткань трусов.
– Мне кажется, или ты стал еще более зависим от секса? – хмыкнул он, пододвигаясь ближе и устраиваясь у меня под боком.
– Сказать, когда я последний раз трахался?
– Если это было не со мной, то нет, спасибо, – чуть нахмурился он, и я мысленно выругался. Действительно, не стоило напоминать о Лиз даже таким образом — мы даже о малыше не говорили, и я понимал, почему Тими не хотел ничего об этом слышать. Он поздравил меня, конечно, еще в день рождения Форда, но больше эта тема не поднималась. Мне и самому не хотелось это обсуждать.
– Как раз с тобой.
– Правда? – улыбнулся Тими и провел ногтями по моей щетине. – Ты все это время блюдешь целибат?
– Если не считать дрочку, то да. Поэтому, я бы с удовольствием отказался от приглашения Луки и вместо этого провел бы весь вечер в постели с тобой, – я легко шлепнул его по заднице.
Тим облизнул губы и опустил взгляд на мой член — я, в отличие от него, все еще был обнажен — за исключением бандажа на руке.
– Ты поднаторел в минете, – вырвалось у меня, и Тим рассмеялся.
Тем не менее, это было правдой — он каким-то чудом научился делать горловой минет, и я был безумно этому рад. Судя по его настрою до этого, он и вовсе собирался ограничиться только им, чтобы не беспокоить мою травмированную руку, и ему это почти удалось — я не ожидал от него такой глубокой ласки и едва не позволил себе наплевать на все и забыться в удовольствии.
– Я учился на дилдо. Тренировался каждый вечер перед сном.
– Тим, – протянул я, прикрыв веки и представив его у кровати с дилдо, который помнил по всем тем видео, которые мне присылал Тими.
– Я не виноват в том, что у меня не было возможности тренироваться на тебе, – невинно улыбнулся он, водя кончиком пальца по моему члену. От одних только фантазий и таких незамысловатых прикосновений у меня вполне себе мог встать.
Я положил ладонь на его затылок, и Тими тут же среагировал: подтянулся выше и поцеловал меня, уже всей ладонью оглаживая член. Я был бы не против и просто целоваться с ним какое-то время — по обычной ласке я тоже соскучился, но Тими явно был настроен на большее, хотя пару минут назад сам упрекал меня в неумеренном желании секса. Он отполз ниже по кровати, оставляя поцелуи на груди и животе, пока не добрался до члена и без промедления взял его в рот. Я обожал, когда мне начинали делать минет еще до того, как у меня вставал. Было в этом что-то нереально приятное — то ли из-за того факта, что член увеличивался по мере ласки прямо в чужом рту, то ли из-за создания впечатления, что меня настолько хотели, что готовы были ускорить наступление эрекции.
Я впутался пальцами в волосы Тими, и он поднял взгляд, проводя языком по члену от основания к головке. И выглядел он при этом настолько пошло, что мне захотелось сказать что-нибудь соответствующее, но с языка сорвалось только:
– Да, соси, детка.
Не знаю, хотел ли я продемонстрировать и почувствовать свое превосходство над ним или просто поиграть в сутенера и его шлюшку — воплотить в жизнь одну из фантазий, что периодически появлялась в моей голове, но Тими повел себя совсем не так, как я ожидал, и не вписался в отведенную ему роль: вместо того, чтобы последовать приказу, он усмехнулся и отстранился от члена, принявшись ласкать его ладонью.
– Хочешь, чтобы я отсосал? – он облизнул влажные губы, и я проследил за его языком, чувствуя, как все наметившееся превосходство тут же растаяло.
– Очень, – наверняка голос бы прозвучал отчаянно, если бы я не ответил шепотом. Хотя, наверное, все и так было написано на моем лице, потому что на лице Тими нарисовалось самодовольство. Как-то мы быстро поменялись местами.
– Тогда умоляй, – он сел рядом со мной, не разрывая зрительный контакт и не прекращая ласку на члене. – Хочешь, чтобы я сделал тебе минет — умоляй, – ухмыльнулся он.
Я опешил. Такого Тими я прежде не видел. Когда он появился? И что стало этому причиной? Куда делся тот Тими, который беспрекословно следовал моим желаниям во время секса?
– Что такое? – улыбался Тими. – Арми Хаммер не способен заткнуть свою гордость ради горлового минета?
– Ты говоришь с травмированным человеком, – попытался сыграть на его совести я, но Тими это не проняло:
– Сдается мне, травму ты получил по той же причине — из-за гордости. Так ты хочешь, чтобы я отсосал тебе, или мне можно начать готовиться к предстоящему ужину? – он посмотрел на мой член, и его улыбка стала шире — да, пожалуй, не только ласка его ладони привела к такой быстрой эрекции, но и его поведение сыграло свою роль. Оно было охренительно сексуальным и одновременно с этим порождало желание опрокинуть его на спину на этой кровати и трахнуть — если не грубо, то точно так, чтобы он понял, кто кого тут превосходил.
– Если бы не рука — ты бы уже стонал подо мной, малыш.
Тими закусил губу, но не сдержал смех.
– Так ты еще и трахнуть меня хочешь?
– Ты не меньше хочешь вскочить на этот член — даже не пытайся меня обмануть, – чуть прищурился я.
– Может быть. Но я все еще жду, когда ты начнешь умолять сделать тебе минет.
Я улыбнулся, но промолчал — гордость не позволяла даже попросить его, и это с условием, что это была просто игра, просто его глупое желание хоть на секунду почувствовать преимущество в постели. И я знал, что еще немного, и он спасует, решит, что перегнул палку, и почувствует себя уязвленным, просто потому что я не подыграл ему и не смог заткнуть свою гордость.
– Хочешь меня трахнуть?
Теперь Тими был ошарашен: маска нахальства и самодовольства слетела, и он уставился на меня с приоткрытым ртом. И снова мы поменялись ролями.
– Когда-нибудь думал об этом? Представлял меня под собой? – я пододвинулся ближе и заглянул в его глаза в паре дюймов от своих. – Потому что я последнюю пару месяцев думал об этом. Представлял, как это будет. Что почувствую. Что почувствуешь ты. Прошлый опыт был не очень, но я хочу попробовать с тобой. – Тими нахмурился на этих словах, но и я не мог не сказать об этом — я не был уверен, что готов включить такое распределение ролей в наш секс на постоянной основе. – Поэтому... тебе решать, считать ли мое нежелание умолять о минете проявлением гордости, когда я прошу тебя трахнуть меня, – я улыбнулся и поцеловал его.
Я правда в последнее время часто думал об этом. Поначалу только в теории: как бы это могло быть, как бы отреагировал Тим на мое предложение, но чем больше я думал об этом, тем более детальными становились фантазии, и они начали меня возбуждать — я даже пару раз дрочил на них, а однажды, лежа в ванне, я и вовсе принялся ласкать анус, думая о Тими. И я хотел попробовать такой секс с ним — для меня сами такие мысли отчасти казались дикостью, но когда-то и мысли о минете ему были для меня под запретом, а сейчас я не видел ничего ужасного в том, чтобы приласкать его член ртом. Более того, мне это нравилось. Может быть, понравится и это — Тими так кайфовал во время анала и ни разу не отказывался от возможности почувствовать в себе член, и я не видел причины, почему для меня не могло быть так же.
Я лег обратно на подушки, не разрывая поцелуй, но Тими отстранился сам, нависнув надо мной.
– Ты правда хочешь? И позволишь? – чуть слышно спросил он, глядя в мои глаза с нескрываемой надеждой, и я едва не рассмеялся от того, насколько отчаянным он казался.
– Хочу узнать, что же ты так стонешь каждый раз, – улыбнулся я, стаскивая с него трусы одной рукой.
У него уже стоял, и я обхватил ладонью член, вдруг подумав, что он, может, и не порноактерских размеров, но я точно почувствую, как он растягивает мышцы ануса. И эта мысль отозвалась приятным волнением внутри.
Тим поставил колено между моих бедер, и я развел ноги шире в стороны, позволяя ему устроиться удобней.
Черт подери, я что, в самом деле решил отдаться ему?..
Тим возобновил поцелуй и одновременно с этим продолжил ласку на моем члене — он будто не хотел торопиться, но я был уверен, что думал он только о том, как бы поскорей перейти к моменту, когда его член окажется во мне. И я решил помочь ему и показать, что уже можно переходить от прелюдии из вежливости к самому действу, и спустился ниже по подушкам, сгибая ноги в коленях. Тими удивленно посмотрел на меня, и я улыбнулся, заставляя его прижаться ко мне членом.
– Я ведь могу и передумать, пока ты будешь строить из себя джентльмена, – я взял оба наших члена в ладонь и выразительно посмотрел Тими в глаза.
– Или ты так сильно хочешь, чтобы я тебя трахнул, – прищурился Тими, но послушно дотянулся до лубриканта и презервативов.
Он сел на пятки, а я опустил взгляд на его слегка раскачивающийся член, вновь почувствовав приятное, будоражащее волнение и даже предвкушение. Тим прикоснулся влажным пальцем к анусу, и я невольно задержал дыхание — он следил за моей реакцией, и я улыбнулся ему, выдыхая, но не выдержал и рассмеялся, когда он осторожно ввел палец.
– Не переживай ты так — я не фарфоровый.
– То есть, не стоит?.. – он не закончил вопрос, а я, подумав, кивнул. Я не был уверен, что фингеринг действительно поможет моей заднице подготовиться к его члену. Может быть, лучше сработала бы простая ласка, но я не был готов тянуть — мне, пожалуй, действительно не терпелось почувствовать его член внутри.
Тим тут же переключился на собственный член и презерватив, а я все же огладил анус пальцем, мысленно пожелав нам обоим удачи. Тими склонился для поцелуя, скользнув влажным от лубриканта членом по промежности — я остановил его напротив ануса и сразу почувствовал давление головки. Отвечать на поцелуй в такой момент стало невозможно, и я сосредоточился на ощущении растягивающихся мышц ануса. Не могло не быть приятно, но все же боль была ощутимой, и я остановил Тими, настойчиво отталкивая его от себя — он отстранился и с испугом заглянул в мои глаза. Мне просто была нужна небольшая передышка: я сжал мышцы ануса и огладил их пальцем.
– Все?..
– Да, – прервал его я и коротко поцеловал, вновь взяв его член и направив в себя — Тими послушался, и в этот раз я не позволил ему остановиться до тех пор, пока его член не оказался во мне на всю головку. Забавно, я чувствовал его пульсацию — или мне так казалось, или это и вовсе был мой собственный пульс, но больше всего меня занимало, конечно, то, что мышцы ануса, казалось, были растянуты до предела, и первым желанием было попытаться вернуть их в прежнее положение. Тими прошипел, когда я попытался их сжать, и я усмехнулся — глупая, нелепая реакция, но я не мог сдержаться. Не один я страдал.
Он вновь поцеловал меня, и я почувствовал, как его член проникает глубже, и он не остановился, пока я не ощутил, как он прижимается ко мне яйцами — только после этого Тим заглянул в мои глаза, но я тут же прикрыл веки, потому что именно этот момент он выбрал для того, чтобы почти полностью вынуть член, и это было настолько охренительное ощущение, что я не мог вынести его, глядя Тиму в глаза.
– Блядь, – выдохнул я и нахмурился, вновь почувствовав давление проникающего в меня члена. – Блядь, Тими, – я обнял его здоровой рукой, и он уперся лбом в подушку над моим плечом и чуть слышно промычал от ощущений — он уже не останавливался, и едва его яйца касались моей задницы, он подавался назад и тут же вновь входил до основания. Медленно, но скорее не из-за осторожности, а из-за необходимости самому привыкнуть к ощущениям.
Неприятные и одновременно с этим очень приятные ощущения от растяжения мышц не отступали, и я только и делал, что успевал дышать, материться на выдохе и оставлять рваные поцелуи на плече Тими. Дополнить ощущения прикосновением к члену оказалось прекрасным решением, но я не удержался и скользнул пальцами ниже, оглаживая кожу вокруг ануса, пытаясь представить, насколько сильно сейчас он был растянут. Конечно, я прекрасно знал размер члена Тими, но все же ощутить это было одновременно дико и нереально приятно.
Тими чуть ускорился, и я вновь выругался, вернув ладонь на член и принявшись ласкать себя. И снова, это было чертовски неудобно и необычно, но мысли об этом заняли всего секунду — слишком много я испытывал в один момент, чтобы у меня осталось время на что-то подобное.
Тим выпрямил спину и с закушенной губой уставился вниз — хотел бы я видеть то, что видел он. Надо будет обязательно снять это в следующий раз...
Я едва не рассмеялся от того, что уже думал о следующем разе, хотя сам же сказал Тиму, что не уверен, буду ли готов повторить.
Тими встретил мой взгляд, и какое-то время я даже не моргал. Господи, он трахал меня. Я все-таки позволил ему трахнуть себя! И, блядь, я наслаждался происходящим, мне нравилось чувствовать движения его члена в себе, нравилось даже ощущение, когда его яйца шлепались о мою задницу, нравилось видеть удовольствие на его лице — я вдруг подумал, что мне стоило бы отдаться ему хотя бы ради последнего. Нет, у нас каждый раз был замечательный секс, и Тими всегда был доволен, и все же сейчас он явно испытывал удовольствие другого толка и, возможно, в этом было немного самолюбования. И я не имел ничего против.
Он кончил раньше меня. Схватил меня за бедра и снова опустил взгляд, закусывая губы и ускоряясь. Почувствовать это было невероятно. Полное безумие — ощущать, как его член так быстро движется внутри. Мышцы ануса горели, и я не смог промолчать, когда он замедлился — настолько ощущения разнились. И едва он вынул член, я тут же попытался сжать растянутые мышцы, и это породило приятную дрожь по всему телу. Я обвел анус и протолкнул пару пальцев внутрь — сделать это оказалось гораздо проще, чем в тот раз в ванне.
Тим снял презерватив и бросил его у кровати, только после этого посмотрев в мои глаза и устроившись у меня под боком. Он лениво поцеловал меня и заменил мою руку на члене своей — я был откровенно благодарен: дрочить левой все еще было неудобно.
Было чертовски странно кончать, чувствуя горящую растраханную задницу, но в этом, пожалуй, тоже что-то было.
Тими вновь поцеловал меня и вопросительно глянул в глаза — я не удержался и устало рассмеялся.
– Как-нибудь обязательно повторим, – ответил на немой вопрос я.
К черту. Было приятно — немного странно, но приятно, и я не собирался самостоятельно отказываться от удовольствия.
Тим улыбнулся и перевернулся на спину, уставившись в потолок.
– Не думал, что ты когда-нибудь согласишься.
– Я должен был хотя бы попробовать, так что все равно бы предложил рано или поздно.
– Так ты что-то решил относительно своей ориентации?
– Ну, – вздохнул я, – я точно не стопроцентный гетеросексуал. Я никогда не запрещал себе оценивать внешность мужчин, но и никогда не рассматривал их, как сексуальный объект.
– Но со мной это изменилось?
Я повернул голову в его сторону, но Тими игнорировал мой взгляд.
– Я думал, что это очевидно.
– Я думал, что ты экспериментируешь, – пожал плечами Тими.
– Уже больше полугода? – усмехнулся я.
Тими все же посмотрел в мои глаза, и я чуть улыбнулся.
– Ты же понимаешь, что и для меня это уже давно не просто потрахушки?
– Понимаю?
Я легко рассмеялся и вытянул шею для короткого поцелуя.
– Давно пора было понять, кретин. И вообще, думаешь, я позволил бы отыметь себя — просто ради эксперимента? – на секунду мне захотелось сдать назад и перевести все в шутку, но я остановил себя и продолжил уже серьезно: – Практически с самого возвращения в Штаты из Италии, я живу на два побережья. Я бешусь от одной только мысли, что у тебя может появиться кто-то еще — я знаю, что это несправедливо, но ничего не могу с собой поделать. Я прилетаю к тебе и не хочу покидать. Черт, ты не представляешь, как мне сложно каждый раз садиться в такси и ехать в аэропорт. Мне хочется наплевать на все на свете и остаться, – я положил ладонь на его шею и обвел пальцем кадык. – Ты меня с ума сводишь, малыш. – Это наверняка не то, что он хотел услышать, и я еще не был готов признаться ему в любви, но я надеялся, что сейчас ему будет достаточно и этого. Я готов был ответить на его чувства, да и на деле давно уже отвечал на них, понимал он это или нет, но сказать этого вслух я еще не мог.
Тими улыбнулся и вновь поцеловал меня — чувственно и нежно, и с довольным лицом завершил поцелуй.
– Так и что, мне все равно придется умолять сделать минет в следующий раз, или?..
– Какой же ты кретин, – со смехом прервал меня Тими, рухнув обратно. – Придется умолять. Господи, как же тебе придется умолять меня, – покачал головой он, отсмеявшись. – Каждый чертов раз. Весь день придется уговаривать, и я еще подумаю, снизойти ли до минета вечером или не стоит.
– Даже если я предложу себя оттрахать?
– Тогда я тем более не подумаю отсасывать тебе, – фыркнул Тими и сел, дотягиваясь до салфеток и бросая пару на мой живот. – Хватит в таком случае с тебя и моего члена в заднице.
– Ты жесток, – вытирая сперму с живота и лубрикант между ягодиц, произнес я.
– А ты кретин. Ты пойдешь в душ? – резко сменил тему он. – Нам и правда пора собираться на ужин.
– Составишь компанию? – заманчиво предложил я.
– Хочешь еще одну травму заработать? – удивился он. – Нет уж, по очереди, – не дожидаясь моего ответа, добавил Тими и поднялся с кровати, подхватывая использованный презерватив. – И раз ты не хочешь — я пойду первым, – он скрылся в ванной, а я уставился в потолок, бросив салфетки на тумбу у кровати.
Я позволил себя трахнуть, почти признался в любви... Охренительная вышла первая встреча с ним в новом году. Интересно, что было бы, если бы мы перед этим не виделись два месяца? Я бы с порога заявил, что хочу, чтобы он отымел меня и признался бы прямо в процессе? А ведь я мог бы...
***
В ресторане мы с Тими, конечно же, сидели рядом. Освещение в зале было слабым, и это позволяло нам дурачиться у всех на виду: то он касался внутренней стороны моего бедра под столом, то я проделывал то же самое; или я клал ладонь на его спину и пальцем забирался под ворот рубашки, или ненадолго впутывался пальцами в его волосы на затылке, или оглаживал шею в том месте, где едва не оставил засос сегодня днем. Он тоже позволял себе глупости, какие проделывал еще в Креме, вроде попытки кормить меня или когда совершенно беззастенчиво взлохмачивал мои волосы, и все это замечали и все сводили это к шутке о вхождении в роль — точнее, невозможности выйти из нее. И с каждой подобной нашей проделкой мне все больше хотелось увести его куда-нибудь в укромное место, где нас никто не застанет, и, как минимум, зацеловать. Мне настолько сносило крышу, что я не удержался и достал телефон. «Хочу тебя трахнуть. Взять сзади. И снять это на телефон». Телефон Тими издал сигнал, и он достал его, тут же открывая уведомление. Я вновь положил ладонь на его бедро, пока он читал сообщение, и скользнул к паху, оглаживая его член через ткань брюк. Тими стрельнул взглядом и убрал телефон в карман, но не попытался оттолкнуть руку, наоборот, шире раздвинул ноги и натянуто рассмеялся над шуткой Луки. Я судорожно пытался отыскать взглядом подходящее место для уединения, но единственным вариантом был туалет — здесь даже не было места для курения, но я не был уверен, что Тими согласиться хоть на что-то в туалете — кажется, он был категорически против любой деятельности там, кроме той, для которой туалеты создавались. Тим убрал от себя мою руку и поднялся из-за стола — ширинка заметно топорщилась, но Тими прикрылся салфеткой, которая до этого лежала на его колене. – Прошу прощения, – тихо извинился он и ушел — я проследил за ним взглядом, пока он не скрылся за стеной, и вздохнул, стараясь сосредоточиться на разговоре за столом. Он сейчас подрочит, а я буду мучиться до конца ужина. В моем кармане завибрировал телефон, и я достал его — на экране висело уведомление о сообщении. «Скажи, что пошел курить, но приходи ко мне. Я в туалете». Господи, господи, спасибо, господи! Я извинился перед остальными и вышел из ниши, в которой располагался наш стол — как только я скрылся из виду, я был уверен, никто не станет проверять, действительно ли я пошел курить или прямиком направлюсь к Тиму. Он открыл, стоило мне постучаться и тихо позвать его. – Извращенец, – прошипел в мои губы Тим и прижался к моему паху своим, целуя с такой дикостью, что я засомневался, откажется ли он от секса здесь. – И не мечтай, что я соглашусь трахаться в этом гадюшнике, – он оттолкнул меня от себя, сам прижавшись спиной к противоположной стене, тяжело дыша и глядя на меня потемневшим взглядом. – Даже если я предложу тебе минет? – мне хотелось отсосать ему. Хотелось вернуться за стол и чувствовать его вкус во рту. Тими облизнул губы и провел ладонью по волосам. – Чертов псих, – покачал головой он. Я шагнул ближе, но он остановил меня, упершись ладонью в грудь, будто опасаясь подпускать — мне хотелось надеяться, что он боялся, что в таком случае потеряет голову и согласится на все, что бы я ни предложил. – Придумай любую адекватную причину, почему мы должны уехать — вдвоем и прямо сейчас, озвучь ее за столом, и мы поедем в отель. Господи, Арми, блядь, – прошипел он и ударил кулаками по стене за собой. – Ну какого хрена? – он посмотрел в мои глаза, но не стал продолжать — шагнул вплотную, взяв меня за подбородок, и влажно, но коротко поцеловал. – Забери меня отсюда. Хочу, чтобы ты взял меня сзади и снял это на телефон, – добавил он и выскользнул из туалета. Я прислонился спиной к двери и вздохнул. Голова совершенно не работала — как я мог придумать что-то вразумительное, когда единственное, о чем я мог думать, это то, как он будет насаживаться на мой член, стоя на четвереньках?***
Я держал его за плечо, подтягивая на себя на каждое движение моих бедер вперед. Тими запрокидывал голову назад, стонал, прогибался в пояснице и время от времени опускался плечами на матрас — вид в такие моменты был потрясающим. Я огладил его спину и остановился ладонью на бедре, большим пальцем оглаживая ягодицу. Мы даже толком не разделись: на мне все еще была расстегнутая рубашка, а джинсы с трусами болтались на одной ноге, Тими не удосужился снять носки, и на его шее висел галстук — стоило заметить, что выглядело это очень сексуально, особенно, когда он до этого лежал на спине. Я даже не удержался и схватил его за узел на галстуке — так, чтобы он оставался в одном положении и не затягивался, но и не ослабевал — и трахал Тими, держа за него, точно за ошейник. Он не был против. Сейчас я видел на шее сзади красные полосы от ткани галстука, и они наверняка будут заметны еще пару дней — и мне чертовски нравилось их видеть. Не из какого-то извращенного удовольствия, а просто потому, что я хотя бы так мог отметить его. Я кончил в него — о презервативе мы тоже не побеспокоились, нас едва хватило на то, чтобы воспользоваться лубрикантом. Я вынул член, и по промежности Тими потекла сперма — я остановил ее головкой члена, собирая какую-то ее часть, и вновь протолкнул член в Тими до основания. Мне хотелось, чтобы она осталась в нем подольше. Тими промычал, вновь подаваясь назад, стоило мне чуть отстраниться, и я улыбнулся, положив ладонь на его поясницу. Он принялся медленно покачиваться вперед и назад, насаживаясь на член, поняв, что я не собираюсь вынимать его, прежде чем Тими изъявит желание, и я только теперь вспомнил, что мы хотели это снять. Придется нам повторить. Он все-таки отстранился и лег на спину, бесстыдно раскинув ноги в стороны и положив руки под голову. – Как думаешь, они поверили, что тебе позвонил знакомый продюсер и сказал, что он сейчас в городе и хочет срочно встретиться со мной? И что предложил тебе быть посредником? – Вообще по хер, – выпутываясь из штанины, ответил я. Тими усмехнулся и закинул ногу на мое бедро, стоило мне сесть на кровать рядом с ним. – Я забыл, что мы хотели снять на камеру, – оглаживая его голень, произнес я. По лицу Тими медленно расползлась широченная улыбка. – Ты чертов сексоголик, – поддев стопой мой член, пробормотал он. – У тебя всего одна рука здоровая — как ты будешь и телефон держать, и меня? Действительно, от первого лица снять вряд ли выйдет. – Мы могли бы установить телефон на тумбе, – предложил я. – Можно даже сразу два поставить, с обеих сторон. – И ты не переживаешь, что будут видны наши лица? Я секунду подумал об этом и покачал головой. – Хочу увидеть нас со стороны. Тими сел и пододвинулся ближе, глядя в глаза. – Так ты сегодня серьезен был, когда сказал, что я... свожу тебя с ума? – чуть слышно закончил он, будто растеряв всю уверенность. – Конечно, – я даже не стал пытаться отшучиваться и сбавлять градус серьезности. Тим тепло улыбнулся и нежно поцеловал меня. Таким он сводил меня с ума даже больше, чем когда был раскованным во время секса. С таким Тими мне и самому хотелось нежничать и делать широкие жесты. – Значит, – с улыбкой отстранился Тим, лукаво разглядывая мои губы, – по телефону на каждой тумбе и — второй раунд? Я рассмеялся и потянул его на себя за галстук: – Кто еще из нас сексоголик...
