Ничего личного

      Тревор приходит в себя медленно. Успевает вспомнить, что произошло, хотя абсолютно не понимает, где он.       Шарит руками, деревянный пол, очень грубый. Сквозь затхлый запах давно не проветриваемого помещения доносится аромат земли и листьев. Тревору кажется, он за городом, в каком-то домике.       Голоса говорят не на английском, похоже на китайский, но Тревор не очень разбирается в восточных языках. Звуки приглушены будто бы дверью. Значит, они в другой комнате.       Голова кажется тяжелой и кружится, Тревор осторожно приподнимается. Его тошнит, и он ждет, когда придет в себя. Не произносит ни звука. Продолжает тихо шарить руками. Надеяться, что Кэмерон где-то здесь.       В соседней комнате звонит телефон, голоса затихают, Тревор тоже замирает. Его слух острее, чем обычно у людей, поэтому он напряженно вслушивается. Сначала тишина, но отвечают звонящему на английском:       — Да, всё в порядке. Их было двое, мы взяли обоих. Конечно. Да. Они проспят не меньше часа. Да, фото сделаны. Отсылать?       Говорящий еще какое-то время слушает телефон, потом нажимает кнопку и продолжает разговор на китайском. Тревор понимает, что фото наверняка пошлют отцу — кому же еще? Интересно, Томас уже успел надавить, чтобы закончить шантаж? Хотя Тревор не сомневается, отец и так сделает всё, чтобы вернуть сыновей.       Видимо, выскользнувшая раньше времени игла ограничила ту дрянь, и Тревор пришел в себя раньше. Он не знает, почему его не связали. Может, решили отложить на попозже, чтобы не нарушать кровоток. Как заботливо.       Тревор продолжает тихонько шарить руками, в голове всё больше проясняется. Наконец, он натыкается на мягкую ткань рубашки. Он не знает, какого она цвета, зато узнает фактуру одежды Кэмерона. Руки Тревора птицами взлетают к лицу брата. Тот лежит на боку, его лицо кажется расслабленным, глаза закрыты, дыхание спокойно. Он в отключке.       Тревор упрямо ощупывает брата, ему надо убедиться, что он в порядке. С удивлением ведет по руками к запястьям — на них веревка. Кэмерона связали.       Узлы сложные, замысловатые, Тревор сначала внимательно их ощупывает, потом начинает медленно распутывать. Виток за витком. Выходит медленно, узлы никогда не входили в число увлечений Тревора, но его пальцы достаточно ловкие.       Видимо, слепого мальчика не посчитали опасным. Решили, он беспомощен. С узлами тоже не справится.       Тревор упрямо сжимает губы и продолжает работу. Он уверен, отец позаботится обо всем, но и сидеть в ожидании не намерен. Если Тревора недооценили, то слепота может стать преимуществом.       Веревка отпускает запястья Кэмерона. Тревор аккуратно трет их, потом перемещает ладони к щекам брата. Легонько похлопывает, надеясь, этого будет достаточно, чтобы привести Кэмерона в чувство.       Голоса стихают, потом возобновляются чуть дальше. Но не уходят.       Кэмерон негромко стонет, и Тревор торопливо зажимает его рот ладонью. Прислушивается, но не улавливает изменений голосов. Не услышали. Кэмерон слабо шевелится, и Тревор сильнее зажимает ему рот. Наклоняется, хотя не уверен, точно ли на ухо шепчет:       — Пожалуйста, тихо.       Кэмерон порывисто вздыхает, но больше не пытается говорить. Некоторое время он лежит молча, потом поднимает ладонь и убирает руку Тревора. Молчит. Осторожно прочищает горло и шепчет, так хрипло, что его не сразу можно понять:       — Ты в порядке?       — Да. Конечно.       — Здесь темно.       — Тихо. Они рядом.       Кэмерон покорно замолкает. Его слух не так острый, он верит брату. С новой информацией Тревор снова прислушивается и наконец-то понимает, что его сразу смутило в голосах: направление. Они приглушенные, будто из-за закрытой двери, но еще как будто чуть выше.       — Мы в подвале, — говорит Тревор. — Надо выбираться. Сможешь?       — Да.       Кэмерон садится на пол, Тревор осторожно ему помогает. Брату явно вкололи по полной, так что Кэмерон с трудом соображает. Цепляется за Тревора… не сразу тот понимает, что брата темнота дезоринтирует. Он не привык к ней. А уж после той дряни тем более теряется.       Для Тревора мрак всегда был другом. Здесь нет толпы, они вдвоем, а темнота уютна и понятна.       Усевшись поудобнее, Тревор не отпускает брата, но пытается прислушаться. Не к голосам, а к другим ощущениям. Запах прелой листвы. Пыли. Затхлость. Вот оно! Едва уловимое даже для Тревора дуновение. Он следует за ним, осторожно тянет брата.       Маленькое окошко под потолком, даже если бы Тревор искал на ощупь, ушла бы целая вечность, чтобы отыскать его.       — С той стороны что-то прислонено, — шепчет Кэмерон. — Никогда бы его не увидел…       Он отпускает Тревора, возится с окном, пытаясь открыть. Тревор волнуется, ему кажется, звук слишком громкий. Но голоса не торопятся к ним. Это пока. Стоит поспешить.       — Есть! — шепчет Кэмерон. Тут же спохватывается и продолжает куда тише. — Попробую выбраться.       Тревор подсаживает его, как часто бывало в детстве. Кэмерон отправляется на неизведанную территорию, чуть шумит.       — Давай ко мне. Только аккуратно.       Руку Тревора привычно охватывает ладонь Кэмерона. Тревор меньше, легче, более юркий, его проще вытянуть наверх.       От свежего воздуха после затхлости слегка кружится голова, Кэмерон рядом в такой же растерянности.       — Что за дрянь они вкололи, — шепчет Кэмерон. Его голос раздается чуть ниже, как будто он уперся руками в колени. — Меня сейчас стошнит.       — Привлечешь внимание.       Тревор прислушивается. Шелест листвы, какие-то животные, птицы… ему кажется, чуть в стороне шуршат шины об асфальт. Тревор тянет туда Кэмерона, и тот покорно следует.       Пока сам не останавливает брата.       — Дорога! Эй-эй, подождите! Нам нужна помощь!       Он почти кричит, и Тревор слышит сначала шелест шин, а потом звук тормоза.       Кэмерон всегда волнуется за Тревора.       С момента порезов на его запястьях и откровений той ночью. Кайли более… легкая и в то же время уверенно держится на ногах. Кэмерон, конечно же, переживает за нее, но не так, как за слепого одинокого Тревора.       Потом еще Тревор уехал, начались проблемы на работе… Кэмерон сам не заметил, как перестал спать. Позже таблетки помогли, но вся эта история с угрозами только подстегнула неврозы.       Он подозревает, поэтому Тревор остается в Лондоне. Конечно же, заявляет, что это из-за фонда, но Кэмерон подозревает правду. Теперь Тревор волнуется за него, и это… необычно. Удивительно. Маленький брат вырос достаточно, чтобы учредить собственный фонд, уверенно стоять перед похитителями и волноваться за старшего.       Кэмерон замечает, что вторую неделю спокойно спит без таблеток.       Их любимое кафе «У Бо». Кайли традиционно опаздывает, Тревор сидит неподвижно, сложив руки на коленях и уставившись в одну точку где-то над плечом Кэмерона. В отличие от него, Кэмерон теребит ремешки кожаных браслетов на запястьях: сегодня он оделся неофициально, хотя пришлось заехать в офис.       — Всё в порядке? — спрашивает Тревор.       Замерев, Кэмерон оставляет в покое браслеты, вспомнив, что брат слышит подобные действия. Те моменты в темноте подвала и в лесу впечатлили Кэмерона, если бы не слух и ощущения слепого Тревора, кто знает, когда бы они выбрались, и какие последствия были.       Но куда важнее то, что сам Тревор впечатлился. Стал как будто более уверенным.       — В порядке, — говорит Кэмерон. Он не врет. — После того, как нам удалось так быстро позвонить в полицию и сообщить о похищении, азиаты присмирели и пошли на переговоры. Ты знаешь. Они приняли наши условия, хоть и с оговорками.       — Прекрасно.       — А сегодня Беккер наконец-то официально продал свою часть акций. Не знаю, как отец его заставил.       — Изначально Томас.       — Томас надавил прекратить шантаж, грозясь, что сольет свои сведенья. Отец всегда мыслил более… стратегически.       На губах Тревора появляется намек на улыбку. Кэмерон думает, брат привычно промолчит, но тот говорит:       — Как и ты.