Дьявол не любит Рождество (с)

      Хлоя проснулась довольно поздно. Она не смотрела на часы, даже не открывала глаза — ей было лень. Просто чувствовала, что спала дольше обычного — но ничего страшного, сразу же мелькнула мысль, сегодня у неё ещё был выходной.       Медленно в памяти всплывали последние события, вчерашний вечер, минувшая ночь — Хлоя наблюдала за картинками перед внутренним взором спокойно, как будто смотрела фильм. И как будто кто-то отключил все мысли по поводу произошедшего.       Может, это было странно, особенно учитывая то, сколько она убегала от Люцифера, и как резко протрезвела однажды утром, осознав вдруг, что лежит в его кровати. Но вот прямо сейчас Хлоя ни о чём не жалела — и у этого была причина. Чувство, которого она не испытывала уже давно — защищённость. Декер всё ещё ощущала на своих плечах тёплые сильные руки, сонно прижимающие её к груди. Люцифер был рядом, он не сбежал и не собирался исчезать после того, как получил желаемое. Он не скрылся из её дома в ночи, не бросил работу в полиции, и не сменил десяток номеров, чтобы она не могла его найти. Можно было, конечно, подумать, что Денница просто не успел ещё всё это сделать — но Хлоя его знала. Если бы он вообще собирался так поступить, то сбежал бы ещё ночью.       Наконец, она глубоко вздохнула и подняла веки. Напарник и правда был рядом: он ещё спал, но даже во сне обнимал её. Декер осторожно высвободилась, чуть отодвигаясь на подушке, но не разрывая объятия окончательно. Получилось так, что одеяло потянулось за ней, и слегка сползло с тела Люцифера, оставляя живот и бёдра непокрытыми. Хлоя решила это исправить — приподняла ткань, согретую их теплом, и подтянула её повыше, до талии напарника. Остановилась — не потому, что передумала укрывать его, а потому, что увидела вдруг шрам на животе. Ночью она чувствовала его под ладонями, но в полутьме, а потом и в полной темноте, разглядеть не успела — да и не до того было. Люцифер не истекал кровью, не останавливался и не замирал от боли, значит, неудобство было несущественным.       Сейчас Хлоя могла рассмотреть след, оставшийся от пули. У неё тоже такой был, на плече — уже старый, подзаживший. Да и её рана была не такой серьёзной. Декер осторожно прикоснулась к шраму, чуть погладила, едва касаясь кожи. Люцифер сонно засопел — было непонятно, стало ли ему больно, или Хлоя просто едва его не разбудила. Девушка притихла, и напарник не открыл глаз, только притянул её поближе.       Хлоя взглянула на него, оказавшись совсем рядом. Не сдержала улыбку, заметив на ухе у Люцифера знакомую ленту с застёжкой — подаренная вчера бабочка, которую она, кажется, впопыхах отложила на тумбочку или на край подушки, зацепилась за ухо Денницы, и сейчас смешно свисала сбоку.       Декер тихо, осторожно освободила руку от одеяла и скользнула по плечам к его шее. Хотела просто убрать бабочку, но не сдержалась — прикоснулась к щеке Люцифера. Кожа под её пальцами была мягкой, живой — совсем не такой, какой казалась на дьявольском лице. И вот что удивительно — раньше Хлоя не замечала, что у её напарника столько веснушек. Честно говоря, она даже не замечала, что они вообще есть — ну, видела пару родинок, но… Серьёзно, темноглазый, черноволосый — и весь в веснушках. Они настолько плотно покрывали пространство, что сливались в единый тон, и только по крошечным светлым островкам становилось понятно, что это на самом деле их цвет, а не цвет кожи.       Хлоя рассматривала лицо Люцифера так, словно видела его в первый раз. Веснушки, родинки, длинные ресницы — это было даже мило. Такой спокойный, тихий. Совсем не похожий на монстра, которым он себя считает. Совсем непохожий даже на самого себя прошлой ночью.       Декер уже собиралась убрать руку с щеки напарника, снять бабочку, но неловко пошевелилась — и Люцифер вздрогнул, просыпаясь от её прикосновений. Хлоя на секунду замерла, поймав на себе взгляд тёмных глаз.       — Доброе утро, — сказала она. Денница согласно что-то промычал, расслабленно и ещё сонно улыбаясь. Хлое показался его взгляд изучающим — казалось, он тоже рассматривает её. Ну, она ведь этим только что занималась — пусть смотрит. Вот только надо бы всё-таки убрать эту бабочку, раз он сам не чувствует ленту на ухе — а то Хлоя рассмеётся в самый неподходящий момент.       Коротко чмокнув напарника в щёку, Декер приподнялась и потянула ленту к себе. Люцифер не пошевелился, что было странно — только скосил глаза, пытаясь разглядеть, что щекотало его шею.       Увидев в руках у Хлои яркую бабочку, Денница будто бы вздрогнул. Декер почувствовала — что-то поменялось. Люцифер часто заморгал, тоже приподнялся, сел. Разумеется, одежды ни на себе, ни на Хлое он не обнаружил. Тепла и покоя как ни бывало.       — Что… — Денница потряс головой, рывком отстраняясь.       — Люцифер? — безмятежно позвала Хлоя, вытягиваясь в полный рост на кровати.       — Как… как это случилось? — Люцифер обернулся к ней, комкая в руках одеяло, не в попытках прикрыться, а будто пытаясь соотнести свои воспоминания с реальностью. — Почему ты…       — Люцифер, всё хорошо, — Декер зевнула, тоже приподнялась, но не села, а лишь обхватила руками шею напарника, пытаясь уложить его обратно. Им нужно было поговорить, но спокойно, и может быть…       Денница не подчинился её рукам, оставшись сидеть — даже не пошевелился, как скала. Хлоя моргнула, вспомнив о его нечеловеческой силе.       — Почему мы здесь? — спросил он, опираясь одной рукой на постель и чуть наклоняясь, чтобы Декер не повисала на его шее, будто заставляя его остаться с ней — это было бы неприятно.       — Ты не помнишь? — Хлоя приподняла брови. Денница покачал головой.       — Помню. Даже слишком хорошо помню. Но как… как ты допустила это? Как ты позволила мне…       — Я не позволяла, — девушка отодвинулась и села. Отнимать у напарника часть одеяла было бы бесполезно, так что она приметила на другой стороне кровати что-то из одежды, и пересела туда. — Я сама этого хотела, Люцифер.       — Хотела чего? — голос напарника не выражал сейчас ничего хорошего — так он разговаривал скорее на допросах, чем с Хлоей. Он никогда с ней так не говорил — и Декер, натянув футболку, обернулась к нему. Странно, как она сразу этого не поняла — Люцифер был в ярости, губы, мышцы лица подёргивались, пряча готовность ко взрыву. Ещё секунда — и Хлоя вдруг осознала, что ярость Люцифер направлял не на неё, а на самого себя. — Хотела чего?! — повторил свой вопрос Денница. — Чтобы я тебя… — вспышка злости, — изнасиловал?       — Что? — последнего слова Декер точно не ожидала. — Ты с ума сошёл? Никакого насилия не б…       — А как ещё это назвать? Всё, что не является добровольным, называется «насилием», — пауза, — детектив. Тебе ли не знать об этом!       — Нет, стоп, — прервала его поток ненависти к себе Хлоя. — Ты не заставлял меня. Никто меня не заставлял, понятно? Я хотела близости с тобой, и тебе ли не знать, — беззлобно передразнила она его, — как выглядит эта близость?       Люцифер молчал несколько секунд, глядя на неё так, как будто она сморозила полный бред.       — Близости? — наконец, медленно сказал он. — Со мной? Близости? — губы дрогнули опять, он фыркнул. — Ты забыла?       — О чём? — непонимающе спросила Хлоя. Денница ещё помедлил, глядя ей в глаза, словно выискивая в словах подоплёку.       — Ты хотела близости вот с этим? — секунда — и лицо Люцифера преобразилось. Хлоя вздрогнула от неожиданности, увидев вместо веснушчатой кожи красную, обожжённую. Волосы исчезли, даже нос, казалось, изменил форму — но это лишь из-за раны, будто бы скола на переносице — глубокого старого ожога, который Декер не заметила в прошлые два раза.       Но вот алые глаза смотрели на неё по-прежнему. Хлоя вдруг подумала, что даже если бы не знала, кто перед ней находится, то по взгляду бы угадала Люцифера.       В этот раз он смотрел не испытующе, а так, будто ожидал подтверждения своим мыслям, в которых не сомневался ни минуты. Что же, пусть так — а Хлоя больше не хочет прятаться в ужасе от ран человека, с которым хотела быть вместе. Лицо ведь не было настоящим — девушка это точно знала, она трогала только что тёплую светлую кожу, такую же реальную, как и у неё. Эта маска отражала состояние Люцифера, то, как он к себе относился — или, может, как к нему относился его Отец. Декер не разбиралась в божественном настолько, но сейчас как никогда была уверена в том, что это лицо было просто раной. Не только — или не столько, — физической, сколько душевной.       Набравшись смелости, она придвинулась к напарнику и осторожно прикоснулась к горячей щеке. Было жутко делать это, но не из-за страха перед Люцифером — Хлоя боялась, что причинит вред изуродованной коже. Но она была жёсткой, словно бесчувственной — если бы Люцифер не видел, что делает Декер, он бы этого, казалось, и не ощутил. Но он видел — и чуть отстранился, выпрямляясь, будто не веря, что это и правда происходит. Декер, упрямо глядя ему в глаза, провела рукой по его щеке и шее. Денница приподнял брови — их вроде как не было, но Хлоя поняла это по движению мышц.       — Да, — сказала она, отвечая на заданный вопрос, — хотела, — придвинувшись ещё ближе, Декер поцеловала его в уголок губ, не вынуждая отвечать, но подтверждая свои слова. Потом отстранилась, снова посмотрела в красные глаза напротив. — И всё было прекрасно, Люцифер. Ты был самим собой. Я поверила тебе, и не чувствовала себя кем-то… — слово сорвалось прежде, чем Хлоя его обдумала, но оно было самым подходящим: — очередным. Я не «позволила тебе», а сама сделала выбор. Теперь ты должен решить, чего хочешь — потому что я ясно выразилась этой ночью, — наконец, она отвернулась. Люцифер ухватил её за руку.       — Это мог быть Санта, — неуверенно сказал он, уже чуть менее виновато глядя на неё. — Или мой Отец. Он мог лишить тебя возможности сопротивляться мне. То есть… ты действительно уверена, что у тебя был выбор?       Хлоя пожала плечами.       — Так выясни это, — предложила она, вновь спокойно и без страха глядя в лицо Дьяволу. — Спроси.       — Он мог отнять это на время, — ещё менее уверенно пробормотал Люцифер. — Ну, я… — Хлоя освободила свою руку от его хватки, чтобы самой провести кончиками пальцев по тыльной стороне ладони напарника, подталкивая его к нужному вопросу, почти как вчера. Он быстро моргнул, чуть хмурясь, собираясь со всеми своими сверхъестественными силами. — Д-дет… — и вдруг передумал: — Хлоя, — лицо всё ещё было дьявольским, но имя Люцифер произнёс мягко, ласково, — скажи, чего ты… — с губ уже собиралось сорваться последнее слово, и Хлое, честно говоря, самой было бы интересно проверить, действительно ли она до сих пор способна сопротивляться его чарам, но в тишине комнаты вдруг громко зазвонил телефон.       Момент был испорчен. Декер вздрогнула, зрительный контакт был разорван, Люцифер опустил голову, мощь, исходящая от алых глаз и низкого голоса, сошла на нет. Хлоя отодвинулась, позволяя напарнику найти мобильник по звуку. Наверное, это было справедливо — им постоянно портили важные мгновения телефонными звонками, вообще странно, что сегодня ночью ещё никто не названивал — а может, и названивал, только они не услышали. Или их спасло только то, что старый мобильник Хлоя сдох без подзарядки, а новый она ещё не успела настроить.       Люцифер нащупал свой телефон и ответил на звонок. Отвернулся боком, сидя на краю кровати, тихо кому-то что-то ответил. Декер решила, что наступил самый подходящий момент для того, чтобы найти что-нибудь, чтобы одеться, наконец, по-человечески. Вытянула из-под одеяла свои домашние брюки, в которых была вчера, и вдруг заметила, как её напарник рывком выпрямляется, а лицо его приобретает нормальный вид. Но не просто обычный, человеческий — Хлоя даже сначала подумала, что ей показалось из-за разницы в цвете кожи, но потом до неё дошло: Люцифер и правда побледнел.       — Нет, она… Она не звонила мне со вчерашнего дня. Я думал, что… — голос у него слегка дрожал, и Хлоя почувствовала — что-то случилось. — Н-нет. Я не смог поехать, и… Как это произошло? Вы нашли его? — Декер, быстро натянув брюки, обошла кровать и села рядом с напарником. Он действительно был бледным, только тёмные глаза полыхали болью и злобой. Люцифер скользнул по ней взглядом, и тут же отвёл глаза, как будто побоялся случайно обжечь. –Я могу… могу поговорить с ним?.. — ему что-то сказали, и Хлоя услышала, как затрещал мобильник в руках Денницы — с такой силой он его стиснул. — Да, гражданский консультант полиции Лос-Анджелеса. Хорошо, мы сделаем запрос, — Люцифер стискивал зубы, был в бешенстве — Декер удивлялась тому, как легко он согласился с человеком на том конце провода, что бы тот ему ни сказал. Она услышала гудки — собеседник сбросил звонок, но её напарник всё ещё не шевелился, глядя в одну точку и держа телефон у уха.       — Люцифер? — осторожно позвала его Хлоя. — Что случилось? — Денница опустил руку с мобильником, закрыл на секунду глаза, делая глубокий вдох. — Люцифер?..       — Еву убили в Нью-Йорке, — глухо сказал он, не поднимая головы. Девушка замерла.       — Что? Как?       — Какой-то ублюдок в ночном клубе. Опоил её, вывел с вечеринки, ограбил и убил.       — Ограбил…       — Я дал ей пару карточек. И у неё были украшения, очень ценные, некоторые ещё с гробницы, где она была захоронена, — Люцифер выдохнул-рыкнул, отбрасывая мобильник в сторону и закрывая лицо руками.       — Нет, я понимаю… Но ведь можно было просто стянуть их, зачем было нужно убивать её? — Хлоя глубоко вздохнула, осторожно прикасаясь к плечу напарника. — Послушай, Люцифер, — начала она, — мы разберёмся с этим.       — Его уже задержали, этот недоносок не заметил камеру прямо возле того места, где напал на неё, — Люцифер вдруг затих, будто только что понял, что именно ему сказала Хлоя. Отнял руки от лица, взглянул на неё — недоумевающе-испытующе. — Ты хочешь помочь мне разобраться с убийством… моей бывшей? Я имею в виду… — Денница окинул взглядом сбитую постель, — после того, что мы…       — У неё никого нет на Земле, кроме тебя, — возразила Декер. — О ней больше некому сейчас позаботиться, Люцифер. Я не настолько эгоистична, чтобы отказаться понимать это. В конце концов, — она ободряюще улыбнулась ему, — не доставать же нам с небес её бывшего мужа, верно?       — Верно, — помедлив, согласился Денница. Хлоя погладила его по плечу.       — Хорошо. Давай сейчас мы поедем в участок, и там со всем разберёмся. Я быстро заскочу в душ, пока ты будешь одеваться, — и, не давая больше напарнику время на размышления или споры, Декер быстро поднялась и направилась в ванную комнату.       Через полчаса они оба уже были в участке. Люцифер отмалчивался, не поднимая больше ни одну из тех тем, что они могли бы обсудить, и Хлоя пока что не настаивала. Ей самой, чисто по-человечески, было жаль Еву — она плохо знала её, и на самом деле в глубине души считала, что девушка плохо влияет на Люцифера. Думала, что Ева разрушает всё, что сама Декер с таким трудом выстраивала в последние годы. Но какой бы она ни была, такой участи точно не заслуживала — и Хлоя действительно хотела наказать убийцу.       Потому она сама связалась с участком в Нью-Йорке, попросила помощи у лейтенанта, сделала официальный запрос — и им почти сразу же выслали материалы по делу. Фотографии улик, краткий протокол допроса подозреваемого — парень, в принципе, и не отрицал своей вины. Это было бессмысленно — его отчётливо было видно на видеозаписи с камеры наблюдения в переулке возле парковки клуба.       — Это она, — ровным, будто механическим тоном сообщил Люцифер, когда Хлоя показала ему фотографии убитой девушки. Декер, честно говоря, и сама не сомневалась в этом — знакомое белое платье, шубка под цвет, длинные тёмные волосы, испачканные в крови. Но полицейские с Нью-Йорка, с которыми они сейчас беседовали по видеосвязи, настаивали на том, чтобы Люцифер опознал её лично.       — Мы можем поговорить с задержанным? — спросила Хлоя, отодвигая ноутбук так, чтобы убрать Денницу из кадра. Её собеседник замялся.       — Вина и так полностью доказана, детектив, мы не думаем, что это имеет смысл, — наконец, ответили ей. Хлоя почувствовала движение рядом с собой — Люцифер куда-то вышел из допросной.       — Протокол допроса был неполным, — заметила Декер, — только выдержки. Я не претендую на раскрытие дела, вы сами сказали, что оно практически закрыто, но…       — Парень не особо разговорчив, — придвинувшись к камере ближе, доверительно сообщила Хлое молодая девушка, чем-то немного напоминающая её саму. — Он ничего не отрицал, и рассказал всё слово в слово, как мы и думали: увидел богатую красотку, напоил, напал, не рассчитал силы.       — Но эта история может быть нечистой, — сказала Хлоя. — Вам не кажется странным то, как легко он согласился со всеми обвинениями? То есть, конечно, записи с камер, показания свидетелей, но он ведь даже не попытался потребовать адвоката, или…       — Хорошо, — сдалась девушка, — я постараюсь поговорить с лейтенантом. Недолго, ладно?       — Спасибо, — кивнула Хлоя. Девушка выключила камеру и звук — и вернулась только через десять минут, уже в серой комнатке, такой же, как и та, в которой находилась сама Декер.       Допрос и правда длился недолго. Ничего полезного убийца не сообщил — угрюмо повторял то же самое, что сказал полицейским в Нью-Йорке. Хлоя всё чаще поглядывала на дверь допросной, пока беседовала с ним — боялась, что Люцифер может услышать голоса и вернуться, разнести тут всё, пообещать ублюдку самой мучительной смерти и худших пыток после неё. Но Денница не появлялся.       Хлоя чувствовала — что-то с этим делом было не так. Слишком кукольно-идеально всё складывалось. Но ей ничего не удалось добиться допросом — и она смирилась. В конце концов, убийца был задержан, его ждал суд, и вряд ли его было возможно оправдать. Всё закончилось — разве что нужно было договориться по поводу похорон Евы, но это уже другой вопрос. Сейчас, пока дело ещё не закрыто, никто им тело не отдаст. Казалось правильным вернуть её тело в ту гробницу, о которой мельком упомянул утром Люцифер, где бы она ни была — но это уже решать ему.       Опустив крышку ноутбука, Хлоя глубоко вздохнула и вышла с допросной. Ей не пришлось оглядываться в поисках Люцифера — он сидел за её столом, разглядывая фотографии с места убийства Евы. Декер помедлила, прежде чем подойти и поставить ноутбук на место.       — Ты как? — тихо спросила она, стараясь не спровоцировать взрыв. Опустилась прямо на стол, чтобы увидеть лицо напарника. Но Люцифер уже не был зол — или, по крайней мере, хорошо себя контролировал. Он пожал плечами, убирая фотографии подальше. — Слушай, ты… ты должен понимать, что не виноват в этом. Я знаю, что ты так не думаешь, но это правда. Ты не мог знать обо всём заранее, правильно?       — Не мог, — согласился Денница, качая головой.       — И в конце концов, Ева… — Хлоя оглянулась, понизила голос, — Ева сейчас там, где больше не чувствует боли. Какой бы жуткой ни была её смерть, она…       — А вот в этом я не уверен, — перебил вдруг её Люцифер. Девушка умолкла.       — В чём? — уточнила она на всякий случай. Денница пожевал губами, глядя куда-то мимо фотографий и даже стола, а потом поднял взгляд на неё.       — Она сбежала с Небес. Да к тому же — из-за меня. Кто сказал, что её пустили обратно?       — Думаешь, она может быть… в Аду? — это Хлоя сказала практически шёпотом. — Но за что?       — Она отрывалась тут, как могла. Не работала, не думала о ком-то другом, кроме меня и себя, — Люцифер будто бы описывал совершенно чужого человека, загибая пальцы, — и выбрала вместо Первого мужчины — Дьявола, как тебе такой расклад?       — И ты думаешь, что…       — Я думаю, что мой Отец мог наказать её за это, — Люцифер вдруг замолчал на полуслове, глядя на Хлою. Декер прекрасно поняла, о чём он думает, но поднимать эту тему не стала — ей сейчас хотелось окончательно разобраться с историей Евы. Она не забыла ни о чём из того, что произошло между ними, но это неожиданное несчастье могло бесконечно мешать, встревать в самый неподходящий момент. Хлое было нужно, чтобы эта история кончилась, чтобы в ней стояла жирная точка — и, как человек по сути своей не злобный, Декер вовсе не желала Еве вечных мучений.       — Значит, нужно узнать, где она? — спросила девушка. Люцифер задумчиво кивнул. — А в чём проблема?       — Я не могу подниматься в Серебряный Град. То есть, в теории — могу, может быть, но никто меня туда не пустит.       — Ты ведь говорил, что у Аменадиила снова есть крылья, — вспомнила Декер. –Так попроси его узнать, где она.       Денница невесело усмехнулся, поднимаясь со стула и снова нарушая их соотношение в росте. Теперь он был, как обычно, выше неё. Стоял близко, серьёзно смотрел в глаза.       — Ты не обязана поддерживать меня в этом, ты ведь в курсе? — спросил он. — Ты не должна делать вид, что ничего не было. Я хочу разобраться в произошедшем, но…       — Сейчас мы должны помочь невинной душе избежать наказания, — перебила его Хлоя. — Ты прав, мне не особо это всё нравится. Но Ева не заслужила того, что с ней случилось. Я отношусь к этому, как… к обычному делу.       — Но тебя не оскорбляет то…       — Что ты с ней спал? — Хлоя приподняла брови. Пожала плечами. — Люцифер, каким монстром надо быть, чтобы ненавидеть невинно убитого человека? Ты был со многими, я сама допросила сотню твоих партнёров, но, как я говорила утром — мне не кажется, что ты воспользовался мной. И мы обязательно обсудим это, и решим, что нам делать дальше. Но не сейчас, ладно? Сейчас нужно закончить с… назовём это так — работой. Я могу подождать, — Декер, совсем как утром, накрыла его ладонь своей — пытаясь не удержать, а, скорее, подтолкнуть к действиям.       — Ладно, — кивнул Денница. Хотел шагнуть назад, развернуться, уйти, но прежде, чем сделал это — бросил взгляд на свою руку. Секунду подумал, потом осторожно коснулся запястья Хлои, потянул к себе — Декер не сопротивлялась. Посмотрел на девушку, будто выжидая — остановит она его или нет. Быстро коснулся губами, отпустил. — Спасибо, — тихо сказал он. Потом, наконец, глубоко вздохнул, отвернулся и пошёл к выходу, по пути вынимая из кармана пиджака мобильник и набирая сообщение, видимо, брату.       Элла, наблюдающая за ними через прозрачную стену, подняла вверх чашку со сладким кофе, как бокал.       — Сподобились наконец-то! — произнесла она для самой себя тост, а потом отхлебнула горячий напиток.       Хлоя вернулась домой. Больше оставаться в участке не было смысла, Люцифер уехал к себе, в Люкс, Дэна на работе тоже не было — он всё ещё оставался с Трикси у своих родителей.       Для самой себя Декер решила, что вечером, если Денница не объявится сам, она заглянет к нему. Ей не хотелось навязываться, бегать за ним, но и прятаться тоже было бы глупо. Оставлять его наедине с виной, которую Люцифер пытался спрятать, было бы ещё глупее.       Главное, чтобы он никуда не исчез, как тогда, когда сбегал в Вегас.       Хлоя, в общем-то, не торопилась. Поискала, что у неё осталось с прошлого дня — было лень готовить что-то на обед для одной только себя. Глянула на часы, когда нашла остатки какого-то салата — вспомнила, что не успела сегодня позвонить дочери. Села пообедать-позавтракать, и заодно — настроить мобильник, подарок Люцифера. Уже через пятнадцать минут смогла набрать номер Трикси.       — Привет, мамуль! — дочь ответила почти сразу, и по голосу её Хлоя поняла — всё было в порядке, праздники у бабушки с дедушкой проходили отлично. — С Рождеством!       — С Рождеством, милая. Как у вас там с папой дела? — Триш начала щебетать что-то о носках на камине, чудесной ёлке, новом ноутбуке, о том, как они собирались завтра в поход — Дэн взял несколько дней в счёт отпуска, чтобы провести с ней праздники. Хлоя поддакивала, слушая дочь, и добивая салатик. Пару раз ответила слегка невпопад — и Трикси вдруг умолкла, оборвав речь на середине.       — Мамуль? — позвала она, когда Хлоя не задала никакого вопроса. — Мамуль, что-то случилось?       — А? — очнулась Декер от своих мыслей. — А, нет, дорогая, все хорошо.       — Расскажи, — настаивала девочка. Хлоя глубоко вздохнула. — Что-то с Люцифером? — догадалась она. — Вы поругались вчера? — наивно предположила Трикси.       — Нет, нет, всё в порядке, мы не поругались. Просто у него кое-что случилось, ему… пришлось уехать домой, чтобы разобраться со всеми проблемами. Ему сейчас нелегко.       — Ты же всегда говоришь, что, когда людям тяжело, им очень нужно, чтобы друзья были рядом, — полувопросительно сказала Трикси. Раздался какой-то звук, потом весёлые голоса, и девочка замолчала, будто отвлеклась от телефона.       — Отдыхай, мартышка, — сказала Хлоя, быстро сворачивая разговор. — Бабуля с дедулей тебя ждут. Пока.       — Пока, мамуль, — отозвалась Трикси. Декер подождала, пока дочь сама не сбросила звонок, а потом отложила телефон в сторону. Включила телевизор, решив посмотреть какой-нибудь фильм, чтобы убить время до вечера. Правда, это ей не особо удалось — где-то через полчаса мобильник снова ожил, зазвонил. Хлоя поморщилась, вспомнив, что не поменяла стандартный рингтон на нечто более приятное и привычное уху.       Она взглянула на экран. Недаром потратила время, перенося контакты — определился номер дочери. Тревогой кольнуло сердце. Что случилось?       — Алло? — сделав потише телевизор, ответила девушка. — Триш? — может, просто Трикси решила позвонить ей, чтобы закончить разговор?       — Привет, — раздался голос Дэна. И он не выражал ничего хорошего. Декер напряглась.       — Что случилось? — спросила она.       — Ты только не волнуйся, — предупредил её бывший муж, а потом, без паузы, вывалил информацию: — Трикси сбежала.       — Что? Как? Куда?       — Это самая моя любимая часть, — фыркнул Дэн, — она оставила записку. Уехала к Люциферу. Спёрла мой мобильник, вызвала, видимо, такси, и уехала в Люкс.       — Подожди, но мы же разговаривали с ней буквально полчаса назад, я… — она вспомнила, о чём шла речь, и глубоко вздохнула, закрыв лицо рукой. — Чёрт…       — Не знаю, о чём вы там говорили, но после этого она собралась и вылезла через окно. Я просто в восторге, — Хлоя услышала хлопок двери машины.       — Подожди, ты хочешь ехать за ней прямо сейчас? — Декер вспомнила об ангельских делах, которые Люцифер собирался решать вместе со своим братом, и сообразила, что Дэн может это неправильно понять. Даже за дочь она переживала меньше — уж при ней Денница не стал бы вытворять ничего, что могло бы напугать её, или причинить ей вред. Но вот Дэниэл…       Хлоя выключила телевизор, уже понимая, что о спокойном вечере ей не стоит и думать.       — Естественно, я еду за ней, Хлоя! — возмутился Дэн. — Мне что, оставить её на другом конце города?!       — Погоди, постой, не торопись. Я ведь ближе к Люксу — сейчас соберусь и съезжу за ней сама. Когда приедешь, заберёшь её, хорошо? Не волнуйся, — Хлоя сбросила звонок, сунула телефон в карман и поспешила выскочить из дома. Ну, что же — она и сама туда собиралась, верно? Подумаешь, часом раньше, часом позже…       

***

      В эту самую минуту у двух ангелов в пентхаусе Люкса шёл довольно серьёзный разговор. Они сидели за барной стойкой, обсуждая убийство Евы и планы их Отца. Аменадиил, едва прочитав сообщение брата, бросил все дела и примчался в клуб — ему даже пришлось подождать Люцифера.       — Ты как? — спросил он, когда услышал, наконец, сигнал лифта. Его брат на него даже не взглянул — подошёл сразу к бару, минуя все другие пункты назначения, вроде дивана или рояля. Только бросил на диван пиджак.       — И почему у меня сегодня все об этом спрашивают, — пробормотал он себе под нос, наливая в стакан виски.       — Люцифер, — Аменадиил почувствовал, что брат был в бешенстве, и потому приблизился к нему, положил руку на плечо. — Слушай, ты ведь сам меня позвал.       Денница выдохнул, опускаясь на высокий стул. Ярость сошла на нет, появилась усталость.       — Ну, Еву убили, — констатировал он, отпивая виски. — Я отправил её в Нью-Йорк, она просила, там на неё напали возле какого-то клуба. И мы… то есть, я, — старший ангел прищурился, уловив что-то странное в словах брата, — я подумал, что надо выяснить, где она сейчас. То есть, ты сам говорил — она пришла сюда ради Дьявола, которого помнила, и разве это одобрил бы наш Отец?       — Ты можешь сам попытаться найти её в Аду, Люци, — напомнил Аменадиил. — Если считаешь, что она там.       — Где твой грёбаный оптимизм, брат? — передразнил его интонацию Люцифер. — Не лучше ли сначала поискать её в Серебряном Граде? Если бы она вернулась, там бы все только об этом и говорили, тебе нужно смотаться туда лишь на пару минут — что, неужели, так сложно?       — Ты не хочешь спускаться в Ад? — спросил Аменадиил. Люцифер фыркнул.       — А ты хочешь? — вопросом на вопрос ответил он. — Какой прекрасный вопрос, братишка. Да, я не хочу спускаться в Ад. Я даже понятия не имею, остались ли у меня до сих пор крылья после того, как я убил Каина, и я подумал, что, раз уж ты всё равно вернулся, и согласился помочь…       — Я могу поискать её на Небесах, Люци, — наконец, согласился Аменадиил. — Но нет никакого смысла в том, чтобы скрываться от правды. Тебе не стоит прятаться, прикрываясь мной, понимаешь? Если Ева для тебя что-то значила, просто соберись с силами, и проверь, на месте ли твои крылья. Если их не будет, я найду её сам, но ты…       — Ты говоришь так, будто нашёл способ запечатать меня в Аду, — мрачно сказал Люцифер, допивая остатки виски прямо из бутылки. — И хочешь только, чтобы я спустился туда, чтобы сделать это.       — Нет, Люци, — проглотив колкие слова брата, ответил ангел. — Я просто не хочу, чтобы ты прятался от проблем. Я ведь не отказался помочь, верно?       — Угу, — буркнул Денница.       — Слушай, — усмехнулся Аменадиил, — ты ведь понимаешь, что я прав.       — Я сейчас понимаю только то, что зря… — обоих ангелов отвлёк от перепалки знакомый звук — приехал лифт. Братья одновременно взглянули в его сторону, и оба одинаково непонимающе заморгали, когда двери лифта открылись и в пентхаус ураганом ворвалась дочь Хлои Декер.       — Привет, Люцифер, — непринуждённо и весело поздоровалась Трикси — так, как будто каждый день тут бывала.       — Э-э-э… — Аменадиил, уже собирающийся молча расправить крылья и отправиться в Серебряный Град, восхвалил обоих своих родителей за то, что не успел этого сделать. Люцифер чуть нахмурился. Трикси, не обращая внимания на их реакцию, восхищённо окинула взглядом жилище Денницы.       — У тебя есть пианино! — воскликнула она, бросая сумку на пол и подбегая к инструменту.       — Да… Нет! — Аменадиил прыснул, уже предчувствуя реакцию брата — и тот действительно немедленно вскочил, стремясь защитить свою прелесть. — Прошу… Прошу, не трогай! Неизвестно, где ты лазила! — но Трикси уже и забыла о рояле.       — Посмотри, сколько тут книжек! — переключилась она, подбегая к стеклянному шкафу.       — Да, можно только смотреть! — немедленно отреагировал Люцифер. Аменадиил едва сдерживал хохот — да, такая встряска была просто необходима его брату.       — Ого, пони… — девочка оказалась возле рабочего стола и внушительной статуэтки лошади.       — Осторожно, это подарок Наполеона! — Люцифер отчаялся догнать шуструю девочку, и потому стоял, поднимая руки к небу. Трикси вернулась к дивану, где нашла внушительного размера ошейник.       — У тебя есть собачка? — удивилась она.       — Да… нет, не совсем, — Денница быстро отобрал ошейник и спрятал его за спину. Трикси снова куда-то побежала, восхитилась ступеньками в спальне, джакузи на террасе, потом прыгнула на диван, вызвав новый возглас возмущения у Люцифера — Аменадиил же, уже не сдерживаясь, смеялся в голос.       — А твоя мама знает, что ты тут?! — наконец, вклинился в поток восторга Денница. Трикси сразу же стушевалась, сползла с подушки на диване, села нормально. Виновато-вопросительно ответила:       — «Да»?..       — Тогда что ты здесь делаешь?       — Хотела узнать, в порядке ли ты… Мы с мамой решили, что тебе нужен друг, — она взглянула на Аменадиила. — Но, похоже, он у тебя уже есть.       — Привет, — добродушно улыбаясь, кивнул девочке Аменадиил. Присел рядом, и оказался под атакой из уже привычных объятий — даже обнял в ответ, сгребая малышку одной рукой. Люцифер закатил глаза.       — Ничего, если я пойду? — поинтересовался он. — Пока вы будете тут любезничать, я займусь чем-нибудь более интересным? — проворчал он. — Например, разложу костюмы по цветам, — всё ещё пышущий возмущением, но уже хоть сколько-то переключившийся с мыслей, на которых зациклился, Люцифер скрылся в своей спальне.       — Ты помогаешь ему? — раздался тонкий голос под рукой у Аменадиила. Он глубоко вздохнул.       — Я стараюсь.       — А почему он такой грустный?       — У него… у нас недавно умерла общая знакомая. Люцифер расстроен. Не волнуйся, он придёт в себя, это не его вина, — успокоил девочку ангел. Трикси закивала.       Тут снова раздался короткий звонок. Аменадиил, продолжая улыбаться, поднял взгляд, чтобы посмотреть, кто там пришёл, и замер, увидев нескольких мужчин с оружием. Улыбка пропала с его лица, когда один из них направил пистолет на него.       — Не знал, что у него будут гости, — прокомментировал тот, что явно был главным, — но свидетели мне не нужны.       Аменадиил поднялся, толкнул девочку за свою спину, прикрывая её. Заметил собственное отражение где-то в блестящей поверхности непонятно чего, и даже на секунду подумал — да, они с Люцифером точно братья. Одинаковая ярость наполняла их взгляд, когда что-то угрожало людям, которыми они дорожили.       — Люци, — позвал он, почти рыча. В них медлили стрелять, видимо, слегка удивляясь тому, что Аменадиил вообще не выглядел напуганным. Наконец, раздался выстрел — пуля попала в грудь, но ангел даже не вздрогнул, лишь отступая назад, стараясь спрятать Трикси.       Громкий звон привлёк внимание нападавших. Ещё не отошедшие от того факта, что Аменадиилу пуля не причинила вреда, они разом взглянули туда, откуда донёсся грохот. Раздалось уже настоящее рычание, ангел знал этот звук, и потому, выиграв время, оттолкнул девочку за диван, заставляя спрятаться.       — Аменадиил! –пискнула Трикси, цепляясь за его руку.       — Всё будет хорошо, — пообещал он, чувствуя, как очередная пуля отскакивает от его руки. Девочка этого не видела, но вздрогнула и сжалась, услышав выстрел. — Сиди тут! — и Аменадиил отошёл, собираясь помочь брату, который только что пробил насквозь стену и схватил за шкирку одного из нападавших.       Люди засуетились. Братья, не глядя друг на друга, разделили между собой «обязанности» — Люцифер занялся теми, что были ближе к нему, а Аменадиил настиг самых трусливых, пытавшихся броситься к лифту. Драка была быстрой, жёсткой, люди едва ли сопротивлялись, а ангелы, пришедшие в ярость от одной только мысли, что с малышкой может что-то случиться, не особо и сдерживали свои силы, нанося удары.       — Люци, Трикси! — заметив краем глаза, что девочка высунулась из-за дивана, крикнул брату Аменадиил. Люцифер понял его без лишних слов — финальным аккордом ударив двух мужчин друг о друга лбами, он быстрым шагом направился к дивану, и наклонился, оглядываясь, собираясь поднять девочку на руки и унести подальше. Аменадиилу оставалось разобраться ещё с тремя нападавшими, и он не углядел, как один из них отскочил назад, вынимая пистолет, на которые они перестали уповать уже после третьей попытки пристрелить его. Люцифер же это заметил — подхватив Трикси, рывком повернулся, закрывая её собой. Раздался выстрел, и Аменадиил вдруг услышал болезненный возглас брата. Отправив в нокаут предпоследнего противника, быстро оглянулся — Люцифер упал на колени, продолжая обнимать девочку и закрывать её от возможных пуль. Тут же вновь звякнул лифт, ангел сообразил, что происходит, гораздо быстрее, чем сам от себя ожидал — схватив мужчину с пистолетом, он выкрутил ему руку, заставляя бросить оружие.       И приветствовал Хлою Декер, вошедшую в пентахус, громким весёлым звуком — вламывая чужим лицом по крышке рояля.       — Привет, — наконец, словами поздоровался Аменадиил, отбрасывая бесчувственное тело в сторону.       Хлоя, конечно, слышала громкие подозрительные звуки, когда преодолевала в лифте последние несколько этажей, и даже успела напрячься и вытащить оружие — но такого увидеть точно не ожидала.       — О Бо… — Декер сделала ещё шаг вперёд, окидывая взглядом пять, нет, шесть тел, что лежали на полу пентхауса. — Аменадиил… Что тут произошло? Где…       Где-то сбоку, за диваном, она уловила движение. Люцифер, освободив Трикси от своих крепких объятий, которыми наградил в попытке защитить, чуть подтолкнул её. Девочка немедленно кинулась к матери:       — Мамуля! — Хлоя обняла дочь, и тут же бросила взгляд на Денницу, который так и остался полусидеть на полу, опираясь плечами на диван. Декер, собравшись с силами, набрала номер участка, а за ним — и номер телефона Трикси, который сейчас был у Дэна.       Похоже, её бывшему мужу всё-таки придётся немного поторопиться.       — Детектив, — раздался с пола сдавленный вздох. — Детектив, подойди… пожалуйста, — Люцифер тяжело сглотнул, уцепился за спинку дивана и попытался подтянуться. Аменадиил кивнул ей, поднимая на руки Трикси и унося её подальше, к барной стойке, усаживая на высокий стул. Хлоя подошла к напарнику.       — Что с тобой? — спросила она, приседая рядом на корточки. Он был напряжён, но Декер не могла понять, что происходит. Денница собрался с силами, опёрся рукой на пол, наклоняясь вперёд. Хлоя пододвинулась ближе, помогая ему, беря за руку, а потом — вздрогнула, увидев на его рубашке кровь. — Люцифер… Нужно позвонить в «Скорую»! — Декер потянулась было к карману с телефоном, но Денница ухватил её вторую руку.       — Нет, — он покачал головой, упрямо стараясь сделать голос спокойным, не выражающим боли. Может, чтобы не показаться слабаком перед братом, может — чтобы не напугать Трикси. А может, и для того, чтобы у самой Хлои не началась паника — ведь сейчас она вовсе не обязана была держать себя в руках, как три дня назад в заминированном клубе. — Нет, я был там позавчера с простреленным животом, они могут понять, что я…       — Да, да, — закивала Хлоя, понимая, что именно имеет в виду напарник. Верно, в больнице недавно видели его едва живым, описали рану — кто бы поверил, что от неё не осталось и следа, и теперь в него снова стреляли? — Хорошо. Тогда скажи мне, как… как тебе помочь?       — Нужно вынуть пулю, — с усилием делая глубокие вдохи, сказал Люцифер. — Аменадиил мог бы, но если ты уйдёшь, рана начнёт затягиваться, и…       — Она останется внутри, — сообразила Хлоя.       — Да. Ты должна вытащить её, только ты можешь… — Аменадиил предупреждающе позвал девушку по имени, давая понять, что кто-то уже вызывал лифт вниз, и сейчас полицейские вместе с Дэном должны были появиться в пентхаусе.       — Хорошо. Хорошо, конечно, — Хлоя наклонилась, закидывая руку напарника себе на шею. — Сможешь встать? Нельзя, чтобы тебя видели, — Денница и сам уцепился за край диван, с трудом, но всё же поднимаясь на ноги. Помощь Аменадиила не потребовалась — медленно, делая передышки возле окна и ступенек, стараясь не показывать Трикси раненый бок, они добрались до спальни, где Хлоя уложила напарника на кровать, а сама — отправилась на поиски пинцета или чего-то похожего, чтобы суметь извлечь пулю.       Когда она вернулась из ванной комнаты, где нашла увесистую аптечку, раздался сигнал лифта. Девушка положила чемоданчик рядом с Люцифером, лежащим на животе и обнимающим подушку, чтобы куда-то деть руки. Быстро коснулась его плеча.       — Я сейчас, — сказала она. — Быстро расскажу всё Дэну и вернусь. Обещаю. Потерпишь?       — Давай, — выдохнул Люцифер, утыкаясь в эту же подушку и лицом. Хлоя быстро сбежала вниз по ступенькам спальни и встретила своих коллег. Аменадиил, кстати говоря, тоже время зря не терял — успел привести в чувство того, кто выдал в себе лидера. Мужчина, увидев его перед собой, шарахнулся, было, но увидел полицейских в форме — и замер, понимая, что попал.       Хлоя постаралась закончить все дела быстро. Помогла Аменадиилу начать давать показания, передала Трикси Дэну, который приехал чуть позже других полицейских, и даже успела выслушать слова того самого лидера. Он показался ей знакомым, и, как выяснилось, не зря — это был Антонио, брат Марко Франклина. Того самого, что заминировал Люкс три дня назад.       — Я помогал Марко, отнёс бомбу, спрятал и ушёл. Он хотел просто отомстить, и не впутывать семью, но когда он попал в больницу, мы не стали терпеть! До копов добраться сложнее, — утирая разбитый нос, с заметным акцентом вещал Антонио. Хлоя бросила быстрый взгляд на Аменадиила — тот только виновато пожал плечами и приподнял брови, пряча самодовольную ухмылку — мол, говнюк заслужил. — И потому пришлось начать с той девки, что помогала вашей копше обезвредить бомбу. Она уехала, не знаю, домой, наверное, и мы решили…       — Это твой человек убил Еву? — неожиданно поняла Декер — несколько секунд она не понимала, о ком идёт речь, но сейчас всё сложилось. Да, верно — она сама отправила Еву помогать Элле наверху с бомбой. И вот, почему ей казалось это убийство таким идеально-постановочным — оно таким и было. Не было никакого ограбления, да и недалёкость убийцы, который не заметил камеры наблюдения, похоже, была в роду Франклин семейным признаком. А ведь Леона ей говорила — стоило послушать.       — И зачем вы пришли сюда? — подстегнул Антонио Дэн.       — Он тоже не коп, но вы все за него переживали, Марко рассказал, так что мы решили — если даже не доберёмся до вас, то сначала убьём тех, кто вам дорог… Марко теперь снова закроют, и в этом виноваты только вы четверо!       — Отличная новость, — сообщила Хлоя, стараясь говорить тихо, чтобы Люцифер из спальни не услышал, но отчётливо: — ты отправишься вместе с ним и всей своей семьёй в одну и ту же тюрьму.       Рывком поднявшись, не обращая больше внимания ни на полицейских, пытающихся утащить едва приходящих в себя сообщников Антонио, ни на Дэна, попытавшегося её удержать, Декер развернулась и ушла к напарнику. Вернее, отправилась в ванную комнату — как следует вымыть, а лучше — продезинфицировать руки и щипцы перед тем, как она полезет в открытую рану. Допрос, в общем-то, был уже окончен — Эспиноза, обняв дочь, передал дело дежурному детективу, и первым спустился вниз. За ним потянулись и все остальные — последним из пентхауса исчез, издав странный звук, Аменадиил. И Хлоя могла поклясться, что не слышала сигнала лифта, когда вдруг поняла, что они с Люцифером остались наедине.       Наконец, она смогла приступить к работе. Села рядом, прикоснулась к плечам Денницы, легонько потрясла.       — М?.. — он сразу же открыл глаза. Хлоя выдохнула — по крайней мере, не отключился.       — Надо снять рубашку, — сказала она, стараясь казаться спокойной. — Нельзя, чтобы ткань попала в рану.       — Хорошо… — он чуть приподнялся, Хлоя услышала треск ткани — расстёгивать пуговицы у Люцифера сейчас явно не было ни терпения, ни времени. Декер помогла ему, стянула с левой руки рубашку, осторожно отлепила от кровоточащей раны, откинула в сторону. Глубоко вздохнула, придвигаясь ближе к напарнику, чтобы было удобно вынуть пулю.       — Я этого раньше не делала, — предупредила Хлоя, беря в руки обеззараживающее средство и щедро поливая им бинт и место вокруг раны, чтобы понять, куда, собственно, совать щипцы.       — Когда я вчера… — Денница вздрогнул, стискивая края подушки, — оказался без рубашки… это прошло веселее…       — Люцифер, заткнись, не сейчас, — напряжённо сказала Хлоя. — Постарайся не двигаться, я знаю, будет больно, но ты… — плечи напарника окаменели, он замер в одной позе, только едва дыша. Декер секунду тормозила, а потом поняла — Люцифер в кои-то веки подчинился, действительно умолкнув. В такой же полной тишине Хлоя осторожно протёрла, очистила кожу вокруг раны, и наконец, разглядела её. Денница зашипел, когда она прикоснулась к её краям щипцами, и Хлоя задержала дыхание, боясь навредить в самом начале. Надо было действовать быстро и аккуратно.       Мучительную минуту она потихоньку продвигалась глубже. Наконец, нащупала — повезло, канал не деформировался, пуля не отправилась «гулять» по телу.       — Я нашла, — сообщила девушка. — Сейчас будет больно.       — Ты имела в виду, хуже, чем было до этого? — на одном выдохе процедил сквозь стиснутые зубы Люцифер. Хлоя заметила, как его плечи начинают дрожать. — Давай… — Декер, крепко обхватив кусочек свинца, потянула его к себе. Чуть ускорилась, понимая, что выдержка напарника давала слабину, и вот — наконец, вынула, отбросила подальше, не желая даже смотреть, и быстро накрыла рану чистым бинтом, прижимая, чтобы остановить кровь. Люцифер со стоном обмяк, позволяя себе расслабиться, растечься по кровати.       — Всё, — сказала Хлоя. — Всё, всё хорошо. Немного отдохни, и я её забинтую, ладно? — напарник что-то промычал сквозь подушку — Декер не поняла, но переспрашивать не стала. Минут десять они так просидели — Хлоя, прижимающая к его ране бинт, и Люцифер, пытающийся перевести дух. Наконец, он чуть пошевелился, пытаясь приподняться. Декер ему это позволила, помогла сесть, сама пересела так, чтобы можно было заняться наложением повязки. Люцифер не сопротивлялся, даже пытался содействовать — наклонялся, когда было нужно, пытался унять дрожь усталости. Вот повязки делать Хлоя умела — не то, что извлекать пули, — так что справилась с этим довольно быстро.       — Спасибо, — выдохнул Люцифер, морщась и прикасаясь к белоснежным бинтам.       — Ты спас Трикси. Тебе спасибо, — серьёзно ответила Хлоя. Легонько шлёпнула напарника по рукам: — Не трогай!       — Если бы она не приехала ко мне… — глубокие вздохи было делать больно, Люцифер на секунду задохнулся, — то и не была бы в опасности, — всё-таки закончил он. — Так что мы квиты.       — Перестань, ты же понятия не имел об этом Антонио. Да и о том, что Трикси сбежит от Дэна, тоже, — Хлоя улыбнулась, но потом вдруг заметила, как Люцифер помрачнел. До неё дошло сразу же: — Ты слышал, да? — смех в голосе пропал.       — Они убили Еву. Да, слышал.       — И ты ведь в курсе, что никто не мог этого предвидеть? Ни ты, ни полиция, ни даже сам Марко — он понятия не имел, что семья пойдёт за него мстить, — напомнила Декер. Люцифер молчал. — Вы с Аменадиилом так и не разобрались, где она? — тихо спросила Хлоя. Денница качнул головой. — Он отказался помочь, или…       — Почти что, — ответил Люцифер. — Если ты хочешь поговорить, детектив, то сейчас…       — …ещё не лучшее время, — закончила за него Хлоя. Напарник попытался возразить, но Декер не дала ему заговорить: — Слушай, я ведь сказала тебе — мы со всем разберёмся позже. Когда всё это кончится. Что бы ты ни думал, и чего бы ты ни желал, сейчас не стоит это обсуждать. Тебе нужно отпустить Еву, а потом уже начинать что-то… другое.       — В том-то и дело, — всё-таки перебил её Люцифер, — я не уверен, что вообще был с ней… близок. Что у нас с ней вообще хоть что-то «начиналось», что можно было бы отпустить и закончить.       — Тебе её не жаль? — вдруг дошло до Хлои. Люцифер неловко, осторожно пожал плечами.       — Я думал, что расстроюсь сильнее. Но ты была права утром, — он взглянул на неё, — для меня это тоже просто очередное дело. Разница лишь в том, что мы были когда-то знакомы. Конечно, как и любого другого человека, мне жаль Еву, но не так, как если бы… — Люцифер замолчал на секунду, — как если бы это была ты, — и он выдохнул, будто поведал сейчас что-то сокровенное. Хлоя молчала, глядя на него, и Денница, не дождавшись реакции на свои слова, осторожно наклонился к ней, насколько позволяли повязки и острая боль. Декер подумала, что ей стоит его остановить, но она отбросила эту мысль — уж слишком близко Люцифер сейчас был. Он почти коснулся её губ, Хлоя чувствовала тёплое дыхание, и даже опустила веки, собираясь уступить, ответить на поцелуй. Но он не состоялся — раздался уже знакомый странный звук, и Декер услышала деликатное покашливание. Вздрогнула, оторвалась от напарника, открыла глаза.       Прямо перед ними стоял Аменадиил. Смотрел не осуждающе, даже тепло, чуть улыбаясь, но Люцифер немедленно нахмурился, почувствовав укол вины.       — Я проверил, — сообщил ангел, переводя взгляд на брата. — Евы нет в Серебряном Граде. Мне жаль, Люци, — Хлоя тут же ощутила, как напрягся Денница, сидящий рядом с ней. Аменадиил хотел сказать что-то ещё, но не успел — у него звякнул сообщением телефон. Ангел быстро взглянул на экран, и его лицо осветила улыбка. — Извини, мне нужно… — он приподнял телефон, будто пытаясь обвинить его в том, что собирается уйти. — Линда написала. Я должен…       — Да, иди, — пробормотал Люцифер.       — Проверь то, о чём я просил тебя, Люци. Если их нет, напиши мне, я сам найду Еву этой ночью, — Аменадиил быстро спустился по ступенькам и снова исчез. Наступила тишина.       — Ну, что ж, всё понятно, — первым нарушил эту тишину Люцифер. — Она в Аду.       — В этом нет твоей…       — Вины, конечно, — зло, саркастично хмыкнул он. — Может, прямой и нет. Я не просил её сбегать с Небес и не заставлял глушить наркоту в ночном клубе Дьявола.       — Люцифер…       — Тебе лучше уйти, детектив, — с мрачной решимостью в голосе сказал Денница. Хлоя замолчала. Конечно, уйти было лучше — и для неё, и для Люцифера. Они могли поссориться, или у него могло снова начаться кровотечение, а чем дальше она — тем будет безопаснее, но… Как оставить его такого? Люцифер отчаянно винил себя в произошедшем, в том, что Ева попала в Ад, и мог натворить каких-нибудь глупостей. Пусть ему больно физически, но Хлоя хотя бы может излечить боль душевную, так как же ей уйти?       — Я никуда не пойду, — воспротивилась она. — Я не могу оставить тебя.       Люцифер с полминуты смотрел на неё, явно что-то обдумывая, а потом — высвободился из тёплых объятий и рывком поднялся с постели. Девушка вздрогнула, попыталась удержать его — он едва мог стоять на ногах, она боялась, что Люцифер не удержится и упадёт, причинит себе больше вреда. Но напарник оттолкнул её руку. Схватил в шкафу первую попавшуюся рубашку, натянул её, спустился, хромая, по ступенькам. Хлоя подорвалась с места, когда Люцифер едва не споткнулся и привалился к стене.       — Куда ты собрался? Что ты хочешь сделать? — спросила она, придерживая его за руку. Денница снова высвободился, отошёл, и сделал глубокий вдох. Приложил усилие, заставляя себя — и Декер отшатнулась, увидев, как за спиной у него вырастают два крыла. Она подозревала, что они у него были — поняла, когда очнулась на вертолётной площадке, усыпанной окровавленными белыми перьями, а напарник, только что обнимающий её, вдруг исчез с характерным звуком. Пока она бежала вниз, чтобы спасти его, уже понимая, что Люцифер не просто обычный человек, то ожидала, что успеет увидеть эти крылья. Но они были совершенно не такими, какими Хлоя их представляла.       На этих крыльях перьев не было. Зато на них были изогнутые рога-когти, острые, а кожа… Кожа, непокрытая белоснежным ангельским, была такой же, как на дьявольском лице. Обгоревшей, чёрно-красной.       Люцифер молча смотрел на эти крылья. Хлоя ничего не говорила, поражённая, может быть, даже их непосредственным наличием, но она явно не понимала, что означал их внешний вид. Она понятия не имела, какими они должны были быть. И конечно, не думала о том, что было бы лучше, если бы их вообще не было, чем если бы они были такими, как сейчас. Он просто понимал, что это означает, что говорит о нём — и сейчас как никогда раньше верил в теорию своего брата.       Но, может, один шанс на искупление вины перед самим собой у него ещё был. И Люцифер, даже не глядя на Хлою, то ли в восторге, то ли в ужасе осматривающую его крылья, не обращая внимания на жгучую боль в спине, быстро зашагал к террасе, с которой улетал Аменадиил. Подхватил с дивана пиджак, и прежде, чем Декер окликнула бы его, он взмахнул обгоревшими крыльями и скрылся из вида.       Хлоя осталась одна в пустом пентхаусе. Люцифер ничего не сказал ей — не объяснил, куда собирается, хоть она, конечно, и так уже подозревала. По его реакции Декер поняла — крылья не должны были так выглядеть. Может быть, он потерял перья, защищая её? В том зале, где их тогда встретил Пирс, нашли много гильз, но ни она, ни Люцифер не были ранены. Значило ли это, что он укрыл её от выстрелов крыльями, и потому потерял оперение? Или изменения были обусловлены чем-то другим, его чувствами, отношением к себе, или чьим-то отношением к нему — точно так же, как дело обстояло и с лицом?       Декер постояла в полной тишине несколько минут. Люцифера всё не было — ну, что же, она не собиралась стоять тут и ждать его. Он мог пропадать на неопределённое время — ей стоит просто постараться собраться с мыслями и вернуться домой. Может, Ева Люциферу и не была дорога, но вину за её смерть он чувствовал — и, если ему нужно поговорить с ней, чтобы окончательно это чувство отпустить, значит, пусть он сделает это.       Хлоя покинула пентхаус, в последний раз на сегодня вызвав путешествующий весь день туда-сюда лифт.       В Аду было всё неизменным. Люцифер, не чувствуя усталости и боли, подстёгиваемый яростью, направленной на самого себя, быстро шагал по запутанным коридорам из чёрного камня. Бесконечно долго. Несколько демонов, мелькнувших по углам, кланялись ему вслед, немедленно исчезая за дверями чужих камер. Он не обращал на них внимания, продвигаясь вперёд, скользя взглядом только по именам, выбитых на стенах клеток. Наконец, нашёл нужную — сложил крылья, рывком открыл дверь. На секунду задумался — а что будет с ним? Хлои рядом не было, но он всё ещё был ранен. Мог ли он застрять в этой клетке, даже не поняв этого, или нет? Можно ли вообще отправиться в Ад, если ты уже находишься в нём? И если он умрёт здесь, имея тело — значит ли это, что фактически его убить нельзя, поскольку душа сможет вернуть оболочку и заставить её подняться обратно на Землю?       Денница тряхнул головой, входя в камеру. Удивительно, но картинки сначала не было — он даже подумал, что и правда оказался где-то, куда его отправила сломавшаяся матрица мира. Но потом услышал голос:       — Люцифер? — и почувствовал, как кто-то обнимает его сзади. Глубоко вздохнул, узнав голос и руки Евы.       Он обернулся и понял, что не ошибся. Рядом действительно была Ева — уже без шубки, в которой её убили, но всё в том же белоснежном платье.       — Привет, — девушка обвила его шею руками, потянула к себе, почти насильно поцеловала. — Я знала, что ты придёшь сюда!       — Что это за Ад? — спросил Люцифер, оглядывая помещение, состоящее только из мрака и пустоты. — Что с тобой делают? — он взглянул на девушку.       — Ничего. Здесь пусто, — Ева не отпускала его, заставляя наклоняться, и ему пришлось почти что оторвать её руки от своей шеи — наклоняться было довольно больно. — Нет ни веселья, ни даже скучного Адама, совсем ничего, — пожаловалась она. Люцифер прищурился, вспоминая нечто подобное — кажется, тем же самым морили продажного копа, что пытался застрелить его пару лет назад.       — Ты не заслужила быть здесь, Ева, — сказал он. — Прости, я не смогу вытащить тебя, но Аменадиил, я скажу ему… Он прилетит через пару часов, — отступил назад. Ева нахмурилась, сжимая его руку и не позволяя отойти дальше.       — Я и не хочу уходить, Люцифер. Ты ведь пришёл! Я тебя ждала, теперь мы сможем всегда быть вместе… То есть, — быстро заговорила она, подходя ближе, приподнимаясь на носочках, обхватывая его лицо ладонями, — я знаю, что ты не хочешь возвращаться, но… Ты ещё никогда не правил Адом вместе с королевой, правда? — глаза у неё странно сверкали, она не видела, как Люцифер медленно качает головой, не чувствовала, как он силится отстраниться, вырваться. — Теперь мы всегда будем вместе! — радостный её возглас Денницу почти оглушил. Люцифер ощутил нечто знакомое — так он тонул в своём кошмаре, когда оказался заперт с призраком Уриила. Ещё секунда, и ему было бы уже не вырваться.       — Нет! — рявкнул он, вновь отрывая руки Евы от себя, почти отталкивая её. Девушка наконец замолчала, замерла с приоткрытым ртом. — Нет, — немного тише, но твёрдо сказал Люцифер. — Не будем. Я не хочу сюда возвращаться, Ева. Я попрошу Аменадиила вытащить тебя отсюда, потому что ты не сделала ничего плохого, но я. Не хочу. Быть. Тут. И… — он взглянул на собственные руки, совершенно не ощущающие тепла, которое исходило бы от Евы. Не только сейчас, вспомнилось ему, но и раньше — она никогда не могла его согреть. Только требовала этого от него. И речь сейчас шла не только о настоящем тепле, но и тепле душевном. Его Люцифер чувствовал только рядом с одной девушкой, и это точно была не Ева. — И на самом деле, — прибавил он, набравшись сил, — с тобой я тоже не хочу быть. Совсем, — Люцифер отвернулся, собираясь покинуть клетку, пока он не застрял в ней навечно. Но тут позади раздался вопрос:       — Значит, она приняла тебя, да? — Ева поняла всё правильно, как будто бы увидела в его глазах образ Хлои, пока в голове проносились мысли о ней.       Люцифер молчал пару секунд. Замелькали воспоминания — ночь, утро, участок, пентхаус, совсем недавний разговор. Приподнял уголки губ — впервые с самого утра.       — Да, приняла.       — И где же ты был, — медленно и тихо заговорила Ева, уже не пытаясь приблизиться к нему, — когда меня убивали? С ней, да? — Денница, помедлив, едва заметно кивнул. — И как это было? Лучше, чем со мной?       Люцифер обернулся к ней. Ева смотрела на него — уже без бешеной неуправляемой страсти, без требований. Может, с болью, лёгкой обидой. До него дошло — она всегда чувствовала, что между ними происходит что-то не то, не так, как она ожидала, сбегая с Эдема. Значит, раз уж он начал, то закончит — скажет всю правду.       — Это было… — короткая пауза, — гораздо искреннее, чем с тобой, Ева. Ты не виновата в этом, — опять пауза, — да, знаешь… и я, на самом деле, тоже. Мы оба изменились. Я не могу быть таким, каким ты хочешь меня видеть, а ты… Ты не обязана меняться ради меня. Мириться с тем, что я чувствую к другой женщине. Я должен был сказать тебе раньше.       — Я должна была понять, что не смогу заставить тебя, — ответила Ева. Вздохнула. Кивнула в сторону двери, исчезающей во тьме. — Уходи, Люцифер.       — Аменадиил придёт за тобой. Обещаю.       Денница смотрел на девушку, опустившуюся на несуществующий пол, ещё мгновение, а потом решился — развернулся, открыл дверь, и вышел. Одним движением выпустил свои изуродованные крылья и взмахнул ими.       Открыв глаза, Люцифер увидел собственное отражение в стеклянной стене напротив. Он полусидел на полу, раскинув жуткие дьявольские крылья, и оглядывал себя, полупрозрачного. Хлои в Люксе уже не было, судя по тому, что боль после полёта медленно утихала.       Сунуть руку в карман пиджака, который он накинул на себя, когда улетал в Ад, Люцифер себя буквально заставил. Нащупал телефон, вытащил его, набрал сообщение Аменадиилу. Брат обещал помочь, и Денница ему верил. Хотелось выпить, лечь в постель и проваляться там до утра. И неважно, какого — следующего, или уже даже новогоднего.       Люцифер сунул мобильник обратно, опустил взгляд вниз, и вдруг заметил на полу что-то. Потянулся к предмету, поднял его, повернул — и немедленно узнал. Бабочка. Та, что подарила ему вчера Хлоя. Утром он проснулся окончательно, едва увидел её — поначалу ему показалось, что Декер, воркующая рядом с ним в постели, была просто очередным утренним сном, видением. Бабочка отрезвила его, заставив вспомнить обо всём, что произошло между ними.       Когда сообщили об убийстве Евы, и Хлоя убежала в душ, Люцифер оделся и спрятал бабочку в карман. А теперь, доставая мобильник, чтобы написать брату, он, видимо, её выронил.       Денница молча сидел на полу, разглядывая снеговиков и пингвинов. В голове мелькали разные мысли, но все они сводились к одному — к Хлое. Он поднял взгляд, посмотрел на своё отражение ещё раз. Кому он был такой нужен, с этими крыльями? А с лицом? Если даже он сам себя не мог принять, то кто сможет?       Или кто уже смог?       Люцифер снова бросил взгляд на ярко-красную бабочку. Такую же, каким было его лицо сегодня утром, когда Хлоя поцеловала его.       Денница извернулся и пощупал пострадавшее сегодня место. Рана едва ли успела затянуться за то время, что он бродил в Аду и беседовал с Евой. Кровь не шла, но было больно, прошло всего ничего. Хлоя наверняка уехала к себе, решив не дожидаться его — может, обиделась?       Ну, если он не сможет стоять в её присутствии, то извинится, стоя на коленях.       И, криво нацепив себе на шею бабочку, Люцифер подобрался к окну, где распахнул огромные крылья — неважно, какого цвета и какой формы.       Он понял, что Хлоя была дома, когда подлетел к нему и почувствовал, как спину резко пронзило болью. Крыло рефлекторно дёрнулось, и Люцифер кое-как приземлился, едва устояв, чтобы не затормозить лицом об асфальт. Взобрался на последний лестничный пролёт, добрёл до крыльца, постучался.       Хлоя открыла быстро — почти сразу. Так он сам вчера ответил на её сообщение, когда она решила написать ему. Они молча смотрели друг на друга, пока Декер не усмехнулась, заметив бабочку на его шее, и не отступила назад, пропуская его в дом. Люцифер протиснулся в дверной проём, не убирая крыльев. Огляделся, ища Хлою взглядом. Она кивнула на диванчик, что сейчас был слегка повёрнут в сторону телевизора, где мурлыкал едва слышно какой-то фильм. Прошла туда, села сама, вслух не приглашая присоединиться, но явно это подразумевая. Люцифер приблизился, и со вздохом — одновременно боли и облегчения, — опустился прямо на пол. С крыльями он бы не влез на диван, но ему сейчас и не хотелось там сидеть. Хлоя прикоснулась к его плечу, успокаивающе, тепло поглаживая. Денница закрыл глаза и опустил голову ей на колени, без слов прося прощения за недавний срыв — сейчас было абсолютно плевать на то, что рана на спине снова жутко болела. Главное, он был там, где действительно хотел быть.       — Давай я тебе хотя бы новую повязку наложу, — мягко улыбаясь и перебирая его волосы, сказала Хлоя, — чудила ты пернатая.       Люцифер хотел резко открыть глаза, но сам не понял, насколько ослабел рядом с девушкой. Получилось только приподнять веки — мир и так покачивался, кружился, напоминая о кровопотере и толком не обработанном пулевом ранении.       — Пернатая?.. — пробормотал Денница, пытаясь вывернуть шею, чтобы посмотреть на свои бессильно опущенные крылья.       — Тш-ш, — успокаивающе сказала Хлоя, заставляя его приподняться, укладывая на пол за неимением лучшего. Не то чтобы она знала, что он заявится к ней через час после того, как исчез в Аду, но аптечку на всякий случай достала и положила поближе. Осторожно, чтобы не мешали, Хлоя вытянула его крылья в стороны, освобождая место для того, чтобы можно было обработать рану.       Люцифер, заставив себя, всё же сфокусировал взгляд на одном крыле. Оно и правда медленно покрывалось белыми перьями — может, ему мерещилось, но тогда у них с Декер были общие галлюцинации на двоих.       Он едва ли запомнил, как Хлоя, уняв боль при помощи льда и кучи таблеток, уложила его спать на разобранном диване, укрыв пледом, а сама — ушла, забрав испачканные в крови вещи в стирку.       Зато точно — и надолго, — запомнил то, как проснулся, обнимая её — сонную, совсем недавно вернувшуюся откуда-то.       И вообще уехавшую на полночи только для того, чтобы ему стало легче во сне.       Бережно отложившую его драгоценную бабочку, способную помешать дышать, на каминную полку.       По-настоящему тёплую и правда принявшую его и исцеляющую, на самом деле своим присутствием.       Простившую ему сразу и всё — авансом.       А может, заодно и беременную очередным полуангелом — кто её знает.