Путь к сердцу Ледяного Короля

      — Это что? — спросил Карл, многозначительно моргнув.       — Сердечко! — радостно пояснил я.       — Делиться впечатлениями от эротических приключений это одно, — произнес он. — Но демонстрировать мне фото члена своего мужа это уже немного, м… Перебор.       — Ну, а с кем еще мне разделять подобные эмоции? — протянул я.       — С ним? — предположил Карл.       — С Мишелем? Да он убьет меня, если узнает, что у меня есть фото его члена!       — То есть совместное покушение на убийство, заметание следов и секс по пьяни вас совсем не сблизили?       — Готов поспорить он даже не вспомнит о сексе… Ну или сделает вид, что не помнит.       — Так это хорошо или плохо? — уточнил Карл.       — Даже не знаю… — выдохнул я. — Я до сих пор не понимаю, что между нами происходит.       — Ну, что у трезвого на уме — то у пьяного на языке. Очевидно, он тебя хочет, но боится это признать. Столкнувшись с твоей репутацией, он словил травматичный флэшбэк и сразу же навесил на тебя ярлык. Потихоньку узнавая тебя, он начинает менять свое мнение. Неизвестно сколько еще времени ему на это понадобится, но, по крайней мере, причины его психоза прояснились. Может, ему стоит пообщаться с психологом?       — После больницы мы собирались возобновить терапию из-за его РПП, но все пошло так гладко, что эта мысль как-то сама собой отпала.       — Это хороший знак. Думаю, это можно считать прогрессом. А что там с вашими играми? Я так и не понял — он догадался, что к чему или нет?       — Я и сам не понял… Мне кажется, он подозревает, но не уверен на все сто. Думаю, он отмечает совпадения, но вся ситуация не укладывается у него в голове и кажется бредовой. Спросить напрямую он не решается, наверное, боится выглядеть глупо… и вместо этого закидывает меня разнообразными намеками. Даже не знаю… может, он ждет от меня признания? Может быть, время пришло? Я-то могу признаться, но как он на это отреагирует? Мне все еще трудно оценить — обрадует его это или разозлит…       — Я думаю, он и сам не знает, как реагировать. Не знает — хочет ли он, чтобы ты оказался Джеком или нет. Если бы знал, то давно бы расставил все точки над «и». Похоже, он застрял в положении суперпозиции. Ситуация не разрешится, пока один из вас все не прояснит. Просчитай негативный исход и подумай, сможешь ли ты с этим справиться.       Я глубоко задумался. Негативный исход? Самый негативный… Он обвинит меня во лжи, в предательстве и в преследовании. Возненавидит меня и уйдет. Вышвырнет Джека из гильдии, а может и вовсе забросит игру, потому что я осквернил ее. Вторгся в его мир и все испортил… Я стану для него новым триггером, и он окончательно замкнется в себе.       Если бы наши отношения в реальности ничуть не продвинулись, такой исход был бы вполне вероятен, но… Он ест мою стряпню, потихоньку открывается мне и он определенно меня хочет. Учитывая, что у него уже появились подозрения и после этого он не закатил скандал, не продолжил избегать и игнорировать меня, его настрой можно считать вполне позитивным. Стремление узнать меня лучше при сложившихся обстоятельствах, определенно можно расценивать как шаг навстречу. Даже если он разозлится, узнав правду, это будет иррациональная злость, с которой я справлюсь.       У меня зазвонил телефон. Я так глубоко ушел в себя, что даже не взглянул на экран.       — Да?       — Я сейчас умру… б…буэээ, — послышалось, как будто из преисподней.       — М… Мишель?! — взволнованно выпалил я.       — Мне очень пло… бл… буээээ…       — Сейчас приеду!       Я резко сорвался с места и бросился к выходу. Карл, сразу же все понял и последовал за мной, распорядившись:       — Езжай домой, я заеду в аптеку.       Я был дома уже через двадцать минут. Пулей влетел в квартиру и по горячим следам сразу же понял, где искать Мишеля. Весь в испарине, тяжело дыша, он скорчился над унитазом, я бросился к нему.       — Эй… эй… — приподняв его лицо, позвал я. — Ты как?..       — Я не могу перестать блевать… — простонал он и его снова вырвало.       В желудке уже не осталось ничего кроме желчи, а в моей аптечке не было нихрена, кроме парацетамола и пластыря… Гладя Мишеля по голове, я набрал номер Карла.       — Противорвотное, — коротко сказал я.       — Взял, — ответил тот. — Уже еду.       Через пять минут он был у нас. Я дал Мишелю таблетку и стакан воды.       — Я выблюю… — простонал он.       — Постарайся сдержаться. Давай, иди сюда, — я сел на пол, так, чтобы он мог лечь головой мне на колени.       — Я грязный… — дрожащим голосом пробормотал Мишель.       — Да наплевать, ложись! Возьми в шкафу полотенце, — попросил я Карла. — Намочи и дай мне. И набери воды куда-нибудь…       Тот молча принялся выполнять указания. Мишель таки устроился у меня на коленях, я начал аккуратно обтирать его лицо влажным полотенцем.       — Полегчало? — спросил я, чувствуя, что он расслабился, и его перестала колотить дрожь.       — Хорошая таблетка… — пробормотал он.       — Знаем, плавали, — усмехнулся я и предложил: — Давай отнесу тебя в комнату.       — Там грязно… — поморщился он.       — Ну, значит ко мне.       — В гостиную. Только я сначала умоюсь и переоденусь. Мне уже лучше…       Мишель попытался встать, но, у него закружилась голова, и он рухнул обратно.       — Так, давай-ка не выпендривайся, — строго произнес я, аккуратно привстал, придерживая его, затем легко, как пушинку подхватил на руки и понес в свою комнату.       — Нет! Не хочу к тебе! — запротестовал он.       — Цыц!       Карл проследовал за нами, неся с собой глубокую чашу с водой и пару чистых полотенец. Я уложил Мишеля на кровать и обратился к другу:       — Вызови кого-нибудь прибраться.       Он кивнул, выудил телефон и скрылся за дверью. Я порылся в шкафу и достал одну из своих домашних футболок.       — Переоденься пока в это, — предложил я Мишелю. — Как себя чувствуешь? Что-то болит?       — Все… — признался он. — Но хотя бы не тошнит…       — Сейчас принесу лекарство, — пообещал я и вышел из комнаты.       Когда я вернулся, Мишель уже лежал под одеялом, на нем была моя футболка, а его вещи комом лежали на полу. Я протянул ему таблетку от похмелья и стакан воды.       — Поспи, — произнес я, погладив его по голове и проследив, чтобы он хорошенько запил лекарство.       — Ты уедешь на работу? — спросил он.       — Нет, не уеду, — пообещал я. — Сегодня больше ничего важного.       — Я больше никогда не буду пить… — выдохнул Мишель. — Ни-ко-гда.       — Ну и правильно.       — Разбуди меня в восемь…       Сказав это, он закрыл глаза и мгновенно отключился. Я переоделся, отнес наши вещи в стирку и присоединился к Карлу, ждавшему меня на диване в гостиной.       — Более сближающую ситуацию трудно себе представить, — произнес он. — Ну, что решил? Расскажешь ему?       — Расскажу, — тихо усмехнувшись, произнес я. — Спасибо.       — Да не за что.       Вынужденный нести крест моего зама, он поспешил обратно на работу. Вскоре приехала сотрудница клининговой компании и приступила к уборке. Помимо ликвидации следов похмелья она прибралась во всей квартире, скрупулезно вычистив каждый труднодоступный уголок. Хоть я и старался поддерживать относительный порядок, на полноценную уборку у меня просто не оставалось времени. Я даже подумал, что в новом доме, помимо дворецкого надо будет завести горничную, а то и не одну. А потом вспомнил, что у Мишеля с горничными не очень хорошие ассоциации, и решил, что обойдемся дворецким.       Проводив уборщицу, я прикорнул все на том же диване в гостиной и неожиданно для себя провалился в глубокий сон. По глупости своей я не поставил будильник, и, проснувшись в полной темноте, чуть не проклял все на свете, пока не нашел мобильник. Мысль о том, что я подвел Мишеля и не разбудил его к началу рейда, пугала меня сильнее, чем десятки проспанных экзаменов во времена учебы. Найдя телефон, я с облегчением обнаружил, что время еще есть. По крайней мере, я точно знал, что ребята хоть немного да подождут Ледяного Короля. Я бросился в свою комнату, но вместо Мишеля обнаружил на кровати только футболку, которую дал ему раньше. Я облегченно выдохнул. По всей видимости, он сам благополучно проснулся и уже ушел играть. Дойдя до его комнаты, я тихонечко постучал в дверь, ответа не последовало.       — Ты как? — спросил я, заглянув внутрь.       — Ты меня заебал уже, откровенно говоря! — прорычал Мишель. Я даже присел от неожиданности. — Такого тупицу еще поискать! Ты вообще не умеешь играть в команде?! В жопу мороженку себе засунь, блядь! Бесит меня!       Я бесшумно закрыл дверь с обратной стороны.       Все ясно. Похоже, у него все еще похмелье… Надеюсь он не разругается там со всеми.       Я метнулся на кухню, положил на тарелку последний кусок чизкейка, щедро полил сиропом, взял бутылку натурального сока, стакан и отнес все это в комнату Мишеля, украдкой поставив на край стола. Только после этого я вернулся к себе и вошел в игру. Я уже и забыл как уныло качаться в одиночестве… После нескольких дней совместной игры с Ледяным Королем, кач соло казался настоящей пыткой. Механическая вырубка мобов вгоняла в сон, да и квесты меня не особо привлекали, я так и не проникся проблемами NPC. Единственной причиной играть для меня было желание как можно скорее поднять свой скилл, чтобы проводить больше времени со своим мужем. Еще немного помаявшись в одиночестве, я заметил на локации пати и постучался к ним. Меня сразу же приняли и вместе с бафами от их саппорта посыпались ожидаемые вопросы:       — А где Ледяной Король?       — Все? Прошла любовь, завяли помидоры?       — Мы решили, что нам нужно отдохнуть друг от друга и покачаться для себя, — отшутился я.       — А вы правда ходили в любовный отель?       — Ходили, — подтвердил я.       — И че там? Кто кого?       — Секрет.       — Ну нет уж! Никаких секретиков!       — Неужели кроме Ледяного Короля больше поговорить не о чем? — удивился я.       — Вы что, разругались?       — Нет, но у меня уже такое чувство, что тут все на нем помешались.       — Ой, и не говори! — поддержал меня кто-то. — Бесят уже. Не понимаю я этих сплетен и фанатской истерии.       — Это кто тут фанат и истеричка? — возмутились ему в ответ. — Не сплетни, а обсуждение актуальных тем.       — Что думаете о ситуации в Сирии? — поинтересовался я, решив сменить направление разговора на другую актуальную нынче тему.       — Только не политика! — взмолились сразу несколько человек.       — Хм… А о глобальном потеплении? — продолжил я перебирать варианты.       — Ску-каа, — ответили мне, но, не смотря на это, тема не только зашла, но еще и несколько раз мутировала, в результате чего мы обсудили Карибский кризис, Гитлера и аниме.       В компании качаться было веселей, да и опыт шел быстрее. Я то и дело проверял, не закончили ли мои ребята с данжами и уже немного за полночь-таки поймал нужный момент. Самое время было сделать перерыв на обед. Распрощавшись со своими случайными союзниками, я телепортировался в гильдию.       В тронном зале царила крайне напряженная атмосфера.       — Да ладно тебе, не горячись! У него такой стиль игры, просто надо привыкнуть… — увещевала Доктор Перчик.       — Я должен привыкать к его нубским закидонам?! — выпалил Ледяной Король, совсем несвойственным ему тоном. — По-моему, это он должен подстраиваться под сыгранную команду, а не наоборот! Мне такие идиоты в рейде не нужны. Дальше третьего данжа мы с ним не пройдем!       — Джек! Слава богам! — воскликнула Маленькая Лошадка. — Нашего Короля какая-то злая муха покусала…       — Успокой его, — взмолился Сохраняйте Спокойствие.       — Насрать. Я сваливаю, — фыркнул Ледяной Король и, не обратив на меня никакого внимания, испарился.       — Что за херня?! — выругалась Доктор Перчик. Она явно была на взводе. — У всех бывают дерьмовые дни, но это пиздец!       — Может у него что-то случилось?.. — робко предположила Маленькая Лошадка.       — Если у тебя случается что-то действительно серьезное, ты не заходишь в игру, — возразила Доктор Перчик. — Ты не заходишь, не идешь в рейд и не срываешься на всех подряд как собака, а решаешь свои проблемы!       — Что у вас произошло? — спросил я.       — Ледяного Короля как будто подменили… — пробормотала Маленькая Лошадка. — Никогда его таким не видела… Новички, конечно, допускают ошибки, но не такие, чтобы так срываться…       — Обычно он гораздо терпимее, — подтвердил Сохраняйте Спокойствие. — А сегодня ему как будто крышу сорвало… Психованный как черт. Джек, напиши ему, спроси что случилось. Может, с тобой он хоть нормально поговорит…       Писать я не стал, вместо этого пошел к нему в комнату. Мишель в одиночку рубил каких-то неведомых мобов. Сок был отпит, но чизкейк даже не тронут.       — Эй, — позвал я. — Ты сильно занят?       — Да! — выпалил он.       Я же вижу, что нет, ты можешь остановиться в любой момент.       — Пойдем, пообедаем, — предложил я.       — Слушай! Свали нахер! Я занят! — огрызнулся Мишель.       — Если тебе еще плохо — выпей лекарство, — произнес я, закрыв глаза на грубость. — Но поесть надо.       — Да блядь, просто приготовь что-нибудь, я поем, когда захочу!       — Что-нибудь? — переспросил я.       — Вообще насрать.       — Я хотел приготовить кое-что новое, так что твое участие в процессе обязательно.       — Нас-рать, — раздраженно повторил Мишель. — Приготовишь нормально — съем, приготовишь дерьмо — ты проиграл. А можешь вообще не готовить, похуй! Отъебись!       — Так, — выдохнул я, потерев переносицу. Затем склонился над клавиатурой и нажал комбинацию клавиш для выхода из игры.       — Какого?! — выпалил Мишель. — Ты охренел?!       — Что происходит? — спросил я.       — Ты мне мозги ебешь! Не пойти ли тебе на хуй?!       У меня глаз дернулся от напряжения. Я терпеливый человек, если дело касается дорогих мне людей, но это уже ни в какие ворота…       Поняв, что действовать придется радикально и отступать никак нельзя, я откатил стул от стола, легко подхватил Мишеля на руки, завалил его на кровать и навис сверху, как следует зафиксировав его руки и ноги.       — Ты охуел?! — оскалился он, брыкаясь изо всех сил, которых у него было немного. — Отвали от меня, мразь! Тошнит от твоей поганой рожи!       — С трудом верится, что это из-за похмелья… — протянул я. — Мне казалось, мы сблизились. Может, объяснишь, чем я заслужил такое отношение?       — Я ничего не обязан тебе объяснять! Пусти! — яростно потребовал он.       — Не пущу, пока не объяснишь, в чем дело, — терпеливо настаивал я.       — А то что?! — злобно усмехнулся Мишель. — Изнасилуешь меня?!       Приехали! Неужели он думает, что ночью я его изнасиловал?.. Да как такое вообще возможно?! Он помнит секс, но не помнит, кто стал его инициатором?! Что за подстава?! И разве все не было нормально, когда я вернулся домой?.. Может, ему опять что-то приснилось?..       — Послушай… — попытался объясниться я.       — Мало тебе было?! — выпалил он. — Так и иди к своим блядям за добавкой!       — Чего? — опешил я. — К каким еще блядям?..       — Мне откуда знать, какие у тебя бляди?! Очевидно с острыми когтями и осьминожьим еблищем! — выплюнул Мишель.       — Осьминожьим?.. — переспросил я.       И тут меня осенило! Он не помнит секс! Все действительно было нормально до того, как я вернулся домой и уложил его в свою постель… Я думал, что он уснул, но на самом деле он видел, как я переодевался! Увидел засосы и царапины на спине, и решил, что я ему изменил? Неужели это… ревность?       Я не смог сдержаться и рассмеялся.       — Ты вообще ничего не помнишь? — облегченно спросил я.       — Чего я не помню?! — оскалился он.       — Что произошло, когда мы приехали домой? — уточнил я.       — Не пудри мне мозги! Я вырубился еще в машине, а чем ты занимался, пока я спал, я уже понял! Но знаешь что? Мне похер! Я от тебя ничего другого и не ожидал. С самого начала было очевидно, что ты свой хуй долго в штанах не удержишь!       — Ээээх, — выдохнул я, расслабившись и навалившись на него всем весом.       — Ты раздавить меня решил?! — прокряхтел Мишель.       — Я так тебя люблю, — произнес я, уткнувшись лицом в его шею и нежно поцеловав. — Ты такой милый, — еще один поцелуй. — Боже мой, какой же ты милашка.       — Заткнись! Меня сейчас вырвет! — выпалил он. — И прекрати меня целовать! Неизвестно, что ты делал этими губами!       — Почти ничего, но как же мне хотелось! — признался я.       — Пусти меня, мразь! Ненавижу тебя!!! — не сдавался Мишель, безуспешно пытаясь уворачиваться от моих поцелуев. — Я тебя убью!!! — прорычал он.       — Вчера этот грязный ротик умолял меня совсем о других вещах, — снисходительно посмотрев на него, произнес я. — Глупыш, это ведь ты оставил все эти следы.       — ЧЕГО?! — возмущенно выпалил Мишель. — Думаешь, я поведусь на это, раз я напился и нихрена не помню?! Это самая тупая отмазка, которую только можно было придумать! По-твоему я не могу понять, был ли у меня секс?!       — Ну, видишь ли, я хороший и нежный любовник, — без ложной скромности признался я. — Хотя, может, и стоило оставить на тебе парочку засосов…       — Такой хороший, что я даже секса не запомнил?! — ехидно подметил Мишель.       — Поэтому секс по пьяни — это зло! Я, между прочим, был против, но тебе попробуй — откажи!       — Да кто в это поверит?! У тебя что — хер толщиной с фломастер?!       — Мы остановились на четырех пальцах, хоть ты и умолял меня вставить…       — А-ХА-ХА! Я?! Умолял?! Не мечтай!       — Ладно… У меня есть доказательство, — признался я. — В моем телефоне.       — Что?! — выпалил Мишель. — Какое еще доказательство?!       — Фото. Я тебя сфотографировал, когда ты уснул.       — Ч-что?!..       — Давай я сейчас схожу за своим телефоном и покажу тебе эти фото, хорошо?       Я медленно встал и попятился к двери. Он проводил меня испепеляющим взглядом. Я резко рванул в свою комнату, нашел мобильник и так же быстро вернулся обратно.       — Вот! — продемонстрировав Мишелю фото, воскликнул я.       — Что это? — грозно спросил он, сложив руки на груди.       Я мельком взглянул на экран, чтобы убедиться, что показываю нужную фотографию. Убедился и уверенно произнес:       — Член!       — Чей? — холодно спросил Мишель.       — Твой! — заверил его я. Да как вообще можно не узнать такой эталонный член???       — И почему я должен верить, что это именно мой член?! — проскрежетав зубами, поинтересовался он.       — Да ты вообще члены других омег видел?       — Они все одинаковые! Это же, блядь, члены!       — Да нихрена подобного! — возмутился я. — Размер, пропорции, цвет, крайняя плоть, количество растительности — куча параметров!       — Я смотрю, ты разбираешься в членах! — презрительно фыркнул Мишель.       — Да! Разбираюсь! — не стал отрицать я. — Я их столько видел, что не сосчитать. Но знаешь — вот этот член я узнал бы из тысячи. Из десяти тысяч! Если бы передо мной был лес членов, я бы безошибочно определил твой!       — Это не мой член! — ушел он в глухую несознанку. — Какого хера ты мне тут тычешь в лицо чужими членами?!       Его голос дрогнул, глаза заблестели. Воздух буквально пропитался недопониманием, обидой и злостью. Я перелистнул фото, в надежде, что там будет видно еще хоть что-нибудь, кроме члена.       — Смотри! Смотри! — выпалил я. — Вот твоя рука! И кусок футболки! Футболку-то ты узнаешь?!       Лицо Мишеля было именно таким, каким я представлял его в наихудшем сценарии моего признания. Оно выражало отчаянное презрение и немой вопрос — почему ты это со мной делаешь? Какое зло я тебе причинил? Брови дрожали от напряжения, по щекам покатились слезы.       — Я тебя ненавижу, — проговорил он.       — Да посмотри внимательно! — отчаянно настаивал я, стараясь не повышать голос. Я сунул ему еще одно фото. — Вот здесь на заднем плане видно твое лицо! Размыто, но узнаваемо!       — Пошел вон, — отрезал он, бросив на фото мимолетный взгляд. — Я. Тебя. Ненавижу.       — Стоп-слово, — произнес я, пристально глядя Мишелю в глаза.       — Что?! — выпалил он, откровенно разрыдавшись. — Да иди ты на хуй, блядь, со своим стоп-словом, мудила сраный!!!       Он схватил первое, что попалось под руку, и швырнул в меня. Это оказался стакан с недопитым соком. От стакана я успел отмахнуться, но следом прилетела бутылка.       — Сука! Блядь! Мудак!!! — яростно швыряя в меня предметы и заливаясь слезами, кричал Мишель. — Все, что ты мне говорил — ебаная, блядь, лажа!!!       В конечном итоге в меня полетела ваза с подвявшими уже пионами.       — Я бы не стал тебе врать! — отмахнувшись и от нее, выпалил я. Наверное, чуть громче и чуть злее, чем обычно, потому что Мишель вдруг отшатнулся и застыл в страхе глядя на меня. Воспользовавшись его замешательством, я продолжил: — Я бы сразу расставил все точки над «и», если бы меня интересовали другие! Я бы не стал добиваться тебя, пытаться тебе понравиться… Я бы не стал играть с тобой!         Прозвучало двусмысленно, но я не знал, стоит ли прояснять. Подходящее ли сейчас время для признаний.       — Ты правда думаешь, что мне такое интересно?.. — выдохнул я чуть спокойнее, затем бросил рядом с ним свой телефон. — Вот, держи. Делай что хочешь. У меня там только рабочие контакты. Ну, еще твои и родственников. Можешь прочитать все переписки. Можешь в моем фейсбуке запостить что-нибудь вроде: «не помню с кем вчера трахался, позвони мне». Пойду… обед приготовлю… Надеюсь, тебе понравится.