Выбор

Хёна       Оптимизм. Слово, имеющее два противоположных значения. К сожалению, многие привыкли считать такое мироощущение довольно положительным и даже полезным явлением для человека. Вот только никто не понимает, что такой взгляд на жизнь делает того уязвимым. Оптимист будет уверен в своём завтрашнем дне, будет ожидать одного лишь позитива. Не сказать, что это плохо. Это прекрасно. Искать и даже находить в минусах одни плюсы. Но лишь до того момента, когда жизнь докажет, что не стоило одевать розовые очки, ожидая счастья в завтрашнем дне, что перевернуть весь мир с ног на голову не составит труда одному гребаному случаю. И во всем виновато чувство уверенности оптимиста в неизвестном будущем.       А Хёна была оптимисткой, к несчастью для Боны. Младшая знала каков мир на самом деле, грязный и прогнивший, но вместо того, чтобы ожесточить свой характер и быть готовой к любым трудностям, она решила плыть по течению и верить, что не всё так плохо как кажется, что можно проставить прочерк в минусах этого мира и создать для себя плюсы.       Весьма похвально. Но до смешного глупо.       Знала бы она, каково ей будет, когда ее мироощущение рухнет и расколется вдребезги, что после эта точка зрения будет причинять одну лишь боль. Но, видимо, не суждено Боне ниспослать хоть толику опасения и сомнения на окружающую ситуацию в невинную головку сестрёнки, не суждено всем этим предостережениям и нравоучениям возыметь над наивным разумом должного эффекта. Всё же лучше учится на ошибках других, нежели на собственных, верно? Жаль только то, что Хёна выбрала совсем иной путь.       — Добро пожаловать!       Дамский угодник, хитрый лис, знаток всех сплетен, или проще, Ким Намджун в своём классическом одеянии а-ля пижамный шик стоял у отрытого порога и ожидал гостью с распростертыми объятиями. Засранец ещё тот, но видимо, не для Хёны. Он единственный из элитного сброда, кто имел кое-какие хорошие отношения со старшей из Кимов, от чего другая, сделав вывод, решила доверится и считать Джуна своим другом и союзником. А почему бы и нет? Он добрый малый с хорошими манерами и здоровой смекалкой. Будь он чуточку менее привязан к нелегальному бизнесу, младшая Ким без страха быть впутанной в эту кашу связывалась бы с ним с ещё большим рвением. Но видимо не суждено такой связи появится на свет.       — Спасибо Джун, — мило улыбнувшись, Хёна переступила порог шикарного особняка, что на этот вечер превратился из произведения искусства в дорогостоящий притон разврата и грязи. — Я впервые среди своих.       — Знаю, поэтому и позвал, — обнял он красотку. — Вот только решив прибыть сюда без сестры, ты навлекла на меня беду, — усмехнулся тот и поспешил объяснится, заметив озадаченный взгляд. — Я автоматически превратился в твою няньку!       — Не волнуйся, можешь не няньчится. Бона сама пустила меня одну.       — Точно? — скривился Джун недоверчиво.       — Мне что пять лет? Думаешь, я впервые на вечеринках?       — Твои гуляния и рядом не стояли с нашими, — ухмыльнулся тот, потянув девушку вглубь особняка.       А ведь он прав.       Заметив, что творится в открывающихся дверях большого зала, она в который раз отметила для себя, что Джун и вправду невероятен. Устроить такую масштабную вечеринку и без особых усилий веселить всю толпу молодёжи может лишь он один. Тот, кто может раздобыть различные виды дури для особых гостей, тонну алкоголя невообразимых цен и шлюх всех сортов. И имя этой легенде беззакония — Ким-мать его-Намджун.       — Располагайся, я буду в том углу, — произнёс он на ушко рыжей, указывая на дальний уютный уголок, где уже вовсю толкали наркоту.       — Ясно, — выдохнула Хёна, закатывая глаза, и поплелась в сторону воссозданной барной, где сразу же заказала виски с колой. В отличии от сестры, она не любила вкус изысканных вин, ей по душе алкоголь покрепче и попроще.       — Привет, рыжик, — шепнул кто-то на ухо, от чего девушка дрогнула всем телом.       — Тэхён! — та была невероятно удивлена знакомому приятелю. — Откуда ты...       Без приглашения на эту вечеринку попасть просто невозможно, об этом знал каждый. А вероятность того, что простой парень из универа мог привлечь внимание самого Джуна и получить заветное сообщение «Хей, туса у меня!» равнялась нулю. Возможно, его пригласил знакомый безумного зачинщика, либо Тэхён был одним из прибывших по зову людей... , во что верилось с трудом. Он, конечно, красавчик ещё тот, но слишком уж правильный для такой работёнки.       — Знаю-знаю. Меня не приглашали, но так получилось, — смеялся тот, качая головой, а в голове Хёны появилось ещё больше вопросов. — А Чимин знает, что ты здесь?       — Что это за вопрос? — скрестила она руки перед собой, чересчур резко отреагировав на смену темы разговора. — Пытаешься испортить мне настроение? Или хочешь, чтобы я ушла?       — Я же просто спросил. Будем считать, что я тебя не видел, — поднял он руки, сдаваясь.       — Отлично, — засмеялась Хёна, отпивая виски, но отчего-то на душе стало паршиво. — Не думала, что ты любишь такие вечеринки.       — Не я, мой парень, — конечно, девушка знала, что сокурсник имел нетрадиционную ориентацию, это заметно невооружённым глазом. — Вытащил из дому, чтобы развлечь меня.       — Ясно, — по грустному выражению лица Хёна поняла, что таким обстоятельствам Тэ совсем не рад, от чего неловко замялась над ответом.       Вдруг оба повернулись в сторону, где только что сквозь громкую музыку послышался ужасающий грохот. Видимо, два влиятельных гостья не поделили между собой девушку легкого поведения. Типичные разборки тупых мужиков, которые совсем не были интересны Хёне, от чего она поспешила отвернутся.       — Ладно, я пошёл, — натянуто улыбнувшись, Тэхён оставил на стойке разом осушенный бокал чего-то крепкого и прошёл в сторону толпы под удивленным взглядом рыжей. — Надеюсь, ты всё-таки встретишь Чимина! — бросил он перед тем, как подойти к одному из дерущихся парней и оттащить в сторонку.       Боже, нужно же было ему напомнить о бывшей любви Хёны, которую она пыталась забыть вот уже полгода. А ведь девушка и вправду успешно стирала свою память от всех хороших и плохих воспоминаний, что даже забыла о его возможном появлении на этой вечеринке. Нет. Не «возможном», а «точно стопроцентном».       Пак Чимин — изменщик и лгун, каких ещё найти. Кроме клубов, ничего интересного в своей жизни не видящий придурок являлся любовью всей жизни Ким Хёны. Естественно, он не пропустит эту сумасшедшую тусу.       Он, что, мазохист, лишать себя удовольствия трахнуть нескольких цыпочек и кайфануть от бесплатной дури?

Конечно нет.

      А вот девушка оказалась той ещё мазохисткой.       Всё же заметив до боли родную фигуру среди толпы шлюх, она не могла оторвать взгляда, внимательно следя за всем процессом «завоевания» женского пола.       — Ха, теперь я могу дано видеть, каким образом ты изменял мне за моей спиной, — горько усмехнувшись, Хёна опустошала уже четвёртый по счету бокал, понимая, что уже вполне пьяна для чего-то грандиозного.       Оттолкнувшись от стойки, она легкой походкой направилась к центру зала, где, по сути, должен быть танцпол с кучей гостей. Вот только кроме палок с сиськами, никто не хотел танцевать, если это можно назвать танцем, конечно. Топчатся на одном месте, поправляют гламурные кудри и томно смотрят на выбранную цель сего вечера. А что до Хёны? Ей плевать на других, она хочет танцевать, как душа желает. Страха, благодаря алкоголю, ни в единой частичке тела, а значит нет и барьера. Можно окунутся в желанное удовольствие с головой.       Подстраиваясь под ритм, девушка отдалась чувствам и, просто закрыв глаза, начала плавно двигать бёдрами, сводя с ума мужчин. Словно искусный танцор, она приковывала взгляды соблазнительными движениями, словно совратительница, манила летящими волосами и шаловливыми ручками, что проходились по местам недоступным другим, а им ведь так хотелось...       По телу девушки пробежались мурашки, стоило грубым ладоням сжать тонкую талию и притянуть к крепкому торсу.       «Долго-то ждать не пришлось» — подумала Хёна, довольно улыбнувшись, и вовсю прижимаясь спиной к незнакомцу.       Девушка любила грязные танцы, любила обращать чужое внимание на себя, вот только не всегда решалась делать по-своему. Алкоголь был единственным ключом раскрепощения неуверенной натуры, от чего она частенько прибегала к нему за помощью, хоть и боялась быть зависимой. Но этот страх пропадал, стоило Хёне почувствовать свободу разума и тела, свободу её сущности совратительницы, что таилась внутри всё это время. Сейчас ей как никогда хорошо.       Но стоило девушке разомкнуть веки и поднять глаза на незнакомца, что так умело подстраивался под её движения и сексуально изгибался под неспешный ритм музыки, как чувство эйфории мгновенно улетучилось.

Он стоял перед ней, как в их первый раз.