Выбор

Flashback

Несколько часов назад

      Подвал. Массивная железная дверь. Небольшая комната, освещаемая одной лампочкой, висящей посередине. А в центре ожидающий своей участи человек, совершивший непростительное. По крайней мере, непростительное для одной особы, которая спешила разобраться с виновником раз и навсегда.       Наконец двери со скрипом раскрываются, и в комнату заходят два человека, силуэты которых едва ли видны мужчине, прикованному к стулу. Кроме вошедших, в помещении прибывали несколько охранников и владелец сей комнаты, да и всего особняка — Ким Намджун, которого не особо заботило, что произойдёт с бедолагой в ближайшем будущем. Он готов был на всё, чтобы не стать жертвой Ким Боны. И даже предложить услугу, включающую в себя избавление от трупа, если дело зайдёт далеко. Вполне возможно, что зайдёт, считал он, даже учитывая, что Боне ещё не приходилось убивать, ведь прежде никто не домогался и не избивал дорогую младшую сестрёнку. Сейчас же исход неизвестен. При том, что с ней Чон Чонгук... Может случиться всё что угодно, готовил себя Джун.       После некого копошения из тени выходит девушка, которую прекрасно знал связанный мужчина. Как-никак её просто невозможно не знать. Эта девушка смогла внушить страх многим, возвысить себя, как ту, с которой не стоит связываться и даже не мечтать строить недобрые планы. Но он всё не мог понять, чем же именно она могла держать всех в узде. Шантажом? Другие могли бы раз и прихлопнуть молодую и на вид хрупкую девушку, которая даже за свою жизнь физически не смогла бы побороться. Умом? Раз она находит сложные пути для достижения своих целей, не сложно догадаться, насколько она сообразительная, проницательная и хитрая — одним словом, опасная для людей, у кого есть, что терять. Но тот верил, что ему она ничего не сможет сделать. Он чист, у него никого нет, а убить человека она вряд ли решится. Он не чувствовал никакой опасности от этой персоны, что была невероятно спокойна. Он не боялся, не было никакого чувства страха, а значит безрассудство, граничащее с дерзостью, проявлялось в нем в своём полном великолепии.       — Безумно приятно познакомиться с тобой, Ли Хангёль. Бедный студент, выдававший себя за наследника.       — Да пошла ты! — плюнул парень, скривив помятое лицо, но тут же получил кулаком по морде от самого Джуна.       — И ты подручный Юнги... — всё ещё задумчиво бормотала Бона, снимая пиджак. Мычание тут же стихло, давая понять девушке, что Джун не врал, когда выкладывал информацию минутами ранее.       — Не стоит так удивляться. Думаешь, я не узнаю причины твоих действий, за которые сейчас ты поплатишься? — оскалилась Бона, оттягивая волосы связанного парня, — Боюсь, тебя никто не спасёт. А о своём господине можешь и не думать. Его ждёт неминуемый крах, я обещаю.       Хангёль начинает брыкаться, матеря весь свет и эту, по его словам, конченную дрянь, которую ждет участь похуже, но ему тут же вставляют кляп в рот, чтобы избавить наблюдателей от раздражающих воплей.       Пытаясь дёрганьем освободиться от пут и дурацкой штуки во рту, он не сразу понимает, как несильный, но точный удар пришёлся по носу, откуда только что послышался хруст.

Эта сука сломала ему нос!

      — А-а! — завопил Хангёль приглушённо. — Я тебя, я тебя...       — Нравилось избивать мою сестру? — улыбнулась Бона, потирая саднящий кулак и разом посерьезнела. — Вот только ты ошибся с жертвой, а за такую ошибку нужно наказывать, не думаешь?       Заметив неподалёку на столе небольшой складной нож, девушка рывком берет его и вонзает в бедро, следом внимательно изучая исказившееся от боли лицо. Раздался крик, но никто не шелохнулся, а кровь, что струилась из глубокой раны, медленно капала на бетонный пол.       — Хёна... — злобно рычала брюнетка, вынимая нож и откидывая в сторону. Бона была в истерике. А сотрясающая по телу дрожь не желала униматься. — Да как ты посмел ее тронуть, урод!       Как не к стати перед глазами Боны всплыли те ужасные раны и гематомы, что находились на руках, животе, ногах и на измученном бледном лице сестрицы, что с легкостью затуманивали разум и выбешивали девушку не на шутку. Замахнувшись правой рукой, Бона несколько раз ударяет Хангёля с невероятной силой, но всё же без особых последствий, ведь она была намного слабее. Но выносливости ей не занимать, от чего медленно, но верно лицо парня приобретало достойный вид кровавого месива.       — Осторожно, — раздался голос позади, заставляя Бону приостановить наносить яростные удары, что отдавались тяжелой отдышкой, — твои костяшки...       Взглянув на руку, девушка убедилась, что старается слишком усердно. Видимо, адреналин притуплял боль, что даже появившиеся ссадины на костяшках не действовали должным образом на нервную систему. Бона хотела продолжить начатое, вот только до боли знакомые руки, опустившиеся по бокам, настаивали на другом.       — Лучше наслаждайся видом, малышка, — шепчет на ухо Чонгук, утягивая назад за талию. — Если ты уже выпустила пар, дай разобраться с этим мусором другим, — целует он в щёчку.       — Чонгук...       — Шшш, — останавливает он, держа обеими руками милое личико и смотря в погрустневшие глаза, — ради тебя я сделаю так, чтобы он страдал настолько долго, насколько ты этого захочешь.       Неожиданно раздался хруст и последовал истошный крик. Один из охранников развязал избитого, но живого Хангеля и с легкостью сломал ему кисть. Затем последовал следующий хруст, и так раз за разом мужчина ломал пальцы левой руки отчаянно плачущему парню.       Бона не испытывала жалости, ей даже нравилось следить за этой сценкой. Он ведь заслуживал этого. Вот только вспоминая сестренку, которая до жути не любила физическое насилие, ей приходится прислушиваться к здоровому голосу разума. Просто она бы не одобрила и навечно разочаровалась бы в ней, а Бона этого совсем не хотела.       — Джун, скажи ему перестать, — всё же выпалила Бона, качая головой.       — Это не мои люди, — ответил тот, пожимая плечами, чем удивил брюнетку.       — Что?       — Хочешь, чтобы я остановился? — внезапно спрашивает Чонгук, отрывая свой заворожённый взгляд и поворачиваясь к девушке.       — Думаю, с него достаточно, — замялась Бона.       Как же странно. Она впервые видела такого Чонгука. Обозлённого и извращенно очарованного насилием. Ему нравилось вся эта ситуация, даже больше, чем самой девушке и это вызывало в ней странные чувства. Неужели Чонгук не тот, за кого себя выдаёт? Где этот задорный бабник с хитрой ухмылкой? На месте него Бона видела лишь отстранённого и хладнокровного парня с почерневшим от злости взглядом. Откуда такая смена личности?       Всего несколько секунд гляделок, и внезапный выстрел.       Хангёль, что был на эти несколько секунд оставлен без присмотра, рывком подобрал отброшенный девушкой нож здоровой рукой и побежал к не ожидающей к такому повороту событий Боне. Но удача была не на его стороне. Прозвучавший выстрел сотряс голые стены темной комнаты, заставляя дрогнуть брюнетку всем телом.       — Прости, — произнёс Чонгук, засовывая обратно мгновенно вытащивший пистолет в кобуру под пиджаком, — ты могла пострадать.       Звук от громкого выстрела всё ещё звенел в ушах, а глаза стали бессмысленно метаться по пространству. Девушка на секунду выпала из реальности и совсем не могла соображать, чем ловко воспользовался Чонгук.       — Хёна скоро проснётся, — утягивает он брюнетку к выходу, оставляя своих людей разбираться с кровавыми уликами, которые краем глаза всё же успела заметить Бона.