Выбор

      — Господин, — прозвучал на том конце низкий голос, — она вошла в бар, одна...       — Хорошая работа, — процедил сдержанно Чонгук. — Не своди с неё глаз.       — Понял.       Отбросив девайс в сторону, мужчина устремил свой тяжелый взгляд на сидящих за огромным столом подчиненных, в чьих обязанностях разгребать оставшиеся проблемы от действий босса. Они были наготове, ждали дополнительных поручений, которые они исполнят безукоризненно и беспристрастно. Одно слово, и они исполнят любую прихоть своего босса.       — Ли, Хёк, вы молодцы, — кивнул брюнет, глядя на двух амбалов в костюме, что стояли возле входной двери.       Они сделали то, что нужно. В один момент поняв лишь по взгляду господина, эти двое решили развязать и ломать наглецу, что обидел дорогого хозяину человека, пальцы рук и левую кисть, чем смогли удовлетворить не только Чонгука, но и Бону. Затем они ловко провернули дело с внезапным побегом жертвы. Сделали вид, будто не заметили. Но знали бы другие, что это был удачно спланированный ход Чонгука, что он просто напросто хотел убить этого мерзавца, при этом не превратившись в глазах Боны в бесчеловечного убийцу. Он не хотел этого скрывать, но не желал пугать её своим внезапным кредо. Чонгук считал, что всему своё время. Он должен раскрываться перед ней постепенно и по чуть-чуть.       — А вот ты, Сонджэ, — покосился мужчина на неподалёку сидящего блондина. — Ты не смог сделать то, что я просил.       — Господин! — подорвался юноша двадцати двух лет и кинулся на колени к ногам — Я работал над этим, но меня опередили...       — Точнее опередила Ким Бона, — хмурился брюнет, раздражаясь тем фактом, что не смог отомстить за дорогую ему девушку.       Все вокруг знали, что, если разгневать хозяина, можно лишиться не только работы и приличного состояния, но и собственной жизни. Причины не важны, главное – безрезультатность. Окружающим было вполне понятно волнение провинившегося. Сонджэ дрожал и не мог поднять головы, сжимал кулаки от отчаяния и ждал своего неминуемого наказания. Он готов даже к конечному приговору, но всё же желал прожить ещё немного. Он надеялся, что ему дадут шанс попрощаться с родными. Но, к удивлению, рука господина, что изволила опуститься на опущенную голову, лишь растормошила блондинистые кудри.       — Сегодня у меня хорошее настроение, — наклонился Чонгук к застывшему подчиненному. — Если это повторится вновь, я самолично тебя застрелю.       — Спасибо! — дрожа всем телом, крикнул Сонджэ и опустился на пол, соприкасаясь об него лбом. Он благодарил бога за ещё один предоставленный шанс.       — На этом всё, — вздохнул брюнет, встав со своего кресла, отчего другие последовали его примеру. — Чтоб через неделю я видел результаты.       — Будет исполнено! — воскликнули оставшиеся, низко поклонившись покидающему их боссу.       Чонгук заметил, как неоднозначно отреагировали они на внезапное помилование парнишки, что по идее должен быть уже в другом мире. Но не тут-то было. Сегодня он не хотел никого убивать. Он желал лишь встретиться с Боной.       Какого же было его удивление, когда он понял, что девушка находилась в заведении, принадлежащее ему самолично. Казалось бы, сама судьба связывает этих двоих. Но радость длилась недолго. Заметив угрюмое лицо Боны, Чонгук сразу же насторожился. Ему не нравилась ее состояние. Она пила и бесстрастно глядела перед собой, говоря, что просто загрустила о прошлом. Но она не понимала, как делает больно этому влюблённому мужчине. Для него было истинным мучением смотреть на такую грустную Бону, что вспоминала своё испоганенное прошлое, которое, конечно, Чонгук разузнал от скрытых источников. Ему лишь оставалось обнять и утешить, ведь давить он не хотел, да и не к чему. Он знает, о чем именно она печалится.       — Хорошо, — поцеловал Чонгук нежно в лоб девушку и слегка приобнял, — ни о чем не переживай.       Он рад, что может быть рядом с ней в её нелегкий час. Обнимать и чувствовать её тепло. Давать защиту и умиротворение. Был рад громкому сердцебиению, что тот смог услышать за короткий момент объятий. А увидев невероятно милую сторону Боны, Чонгук захотел ее поцеловать. Почувствовать сладость сочных губ. Дышать в унисон, переплетая горячие языки, продолжать изучать тела друг друга и дарить нежность. Он желал ее безумно, но никак не хотел заставлять, брать девушку без ее воли. Чонгук не хотел быть придурком, что разобьёт вдребезги хрупкую надежду на взаимную любовь, что осталась в Боне после совершенного Юнги проступка. Не хотел калечить любимую девушку, хотел лишь оберегать и держать ее рядом. А заполучить ее тело он может и после.       — Перестань так милашничать. Не представляю, что будет, если сердце начнёт биться чаще.       Он счастливо улыбался, говоря эти искренние слова, и надеялся, что Бона почувствует его мотивы. Видимо, почувствовала. Девушка внезапно обняла Чонгука и крепко сжимала в своих объятиях, пряча лицо и щекоча дыханием выпирающие ключицы.       — Ты любишь меня? — прошептала Бона, удивляя парня.       — Да, — уверенно произнёс он, заглядывая в темные глаза.       — Тогда будь со мной этой ночью.       — Ты в этом уверена? — спросил Чонгук, замечая некое отчаяние, но ответом на его вопрос стал резкий и страстный поцелуй.       Парень разом отвечает на столь бойкий нрав, но его не отпускает сомнение насчёт ее состояния. Бона была не в себе, и он не хотел получать её такую. Но ощутив, как она прижимается к нему всем телом, коленом задевая затвердевшее естество и царапая ноготками чувствительную шею, Чонгук не мог отстраниться и бросить всё вот так.       Он медленно опустил руки на тонкую талию, сжал, сдерживаясь не оставить никаких следов, и прижал её к себе как можно теснее. Поцелуй получается грязным, мокрым, но невероятно спокойным. Рука Боны сжимает темные густые волосы и оттягивает назад, слизывая слюну, текущую по мужскому подбородку, затем лижет горячий язык, заставляя того низко застонать. Ещё никто так не целовал Чонгука. Слишком грязно и развратно. Он же пробирается правой рукой под тугую юбку брюнетки, задирая её и сжимая упругую ягодицу, от чего теперь очередь стонать в поцелуй Боне. Как же желал парень отрахать ее прямо здесь и сейчас, перед всеми посетителями темного и дорогого бара. А ведь он может. Это его собственность. И Бона, и это место. Вот только чувства не позволяют ему поддаться страсти. Он слишком ими дорожит.       — Стой, — отстранился Чонгук, прикусывая мокрые губы, — поехали ко мне. ***       Как только они прибыли в особняк, усыпанный сотнями охранников, чего Бона совсем не заметила, так как была увлечена другим, Чонгук поднял девушку на руки и вошёл в приоткрытые двери. Ему было сложно. Девушка не переставала целовать открытые участки кожи, сжимать шею и прикусывать за ухом, оставляя свой след. Он был не против, но выдержки ему крайне не хватало. Чонгук готов был уложить её на полу и разорвать одежду к чертям, но толика разумности помогала ему этого не делать. Черт. Он никогда ещё не держался так долго, когда перед глазами горел зелёный свет. Осторожно заходя в спальню, парень укладывает девушку и решает осветить тусклую уличными фонарями комнату. Подходит к входной двери, но тут его хватает со спины Бона и утягивает назад.       — Ты перепила, — улыбнулся Чонгук, плюхнувшись на кровать из-за манипуляций девушки.       — Ничего страшного, — глядела она на него как-то грустно, — я этого хочу.       — Но... — хотел он было остановить Бону, но не смог, так как девушка, оперевшись о его плечи и раскинув ноги, села ему на колени.       — Ш-ш-ш, — прижала она пальцем мужские губы, — Ты разве меня не хочешь?       — Хочу. — смотрел он снизу вверх, держа ту за талию.       — Вот и хорошо, — шепнула Бона, опуская голову ниже. — Я тоже хочу тебя.       Языком вбирая мягкую кожицу, она оставляла яркие засосы. Одной рукой приподнимая юбку, оголила ноги и потерлась о выпирающий пах, заставляя Чонгука слегка замычать. Её манипуляции распаляли парня как никогда. Он не мог больше бездействовать. Сжимая ягодицы, он пробрался к кромке трусиков и, оттянув их в сторону, вошёл в Бону двумя пальцами. Он доволен. Она была влажная лишь для него.       — А-а, — стонала Бона, чувствуя резкие и проворные пальцы, — Чонгук...       — Да? — тяжело задышал он, — Малышке приятно?       — Д-да, — девушка хотела ощутить его глубже, из-за чего, приподнимаясь, насаживалась сама, но тот решил больше не ждать. Убрав руку, он схватил Бону под бёдра и уложил на кровать. Спешно расстегнул пуговицы белоснежной рубашки, приятно удивляя девушку накаченным торсом, и отбросил ее в сторону, приступая к брюкам, пока девушка ластилась перед ним и пыталась снять лишнюю одежду. Вскоре они остались в одном белье.       — Бона, — опустился он к красотке, что сексуально улыбалась, держась на руках, — Ты не представляешь, как давно я тебя хочу.       — Чуть больше недели, — подметила та, шутя, и прошлась по рельефному телу ладонями, вызывая у Чонгука табун мурашек.       — И этого мне хватило, чтобы сойти с ума по тебе.       Поцелуй повторился вновь. Слишком страстно, но и невероятно нежно. Даже не смотря на раскрепощённость Боны, что была готова на всё, Чонгук чувствовал, как она дрожала. Видимо, прошлое настигало её, хоть девушка и пыталась не подавать виду. Но что бы она ни делала, ни улыбалась так сексуально, ни трогала его в заветных местах, ни извивалась под ним, Чонгук видел. Он видел, как хрупка это необузданная оторва. И он хотел защитить ее.       — Бона, — шепнул он, разрывая поцелуй и опускаясь вниз, оттягивая ткань темного бра и лаская языком затвердевшие соски.       — Чонгук, войди уже в меня... — изнемогала она, желая притупить этот невыносимый жар внизу.       Парень смотрит ей в глаза и, опуская боксеры, входит медленно. Дает привыкнуть и достаёт до самого конца, вырывая громкий стон из гортани той, что царапала спину. Приподнимает ее за попу, заставляя обхватить ногами его бёдра, и быстрыми движениями вколачивает девушку в постель. После долгих манипуляции чувствует, как сжали влажные стенки колом налитый член и ещё резче входит в Бону, давая ей долгожданную разрядку.       — Это было слишком быстро, детка, — ухмыльнулся Чонгук, — я хочу продолжения.