Глава 12. Смена ролей
29 марта 2020 г., 10:03
Примечания:
без редакции
Ньюхейвен – прибрежный город с населением более десяти тысяч человек, расположенный в устье реки Аус на побережье Восточного Сассекса. В порту можно сесть на регулярный паром до Дьеппа. От Дьеппа более ста миль по побережью до Кале, главного порта для пересекающих Канал /* Прим. перев.: Sic! */. Существовала вероятность наблюдения за портами Дувра и Кале, но вряд ли кто будет следить за паромом между Ньюхейвеном и Дьеппом, именно по этому пути они, скорее всего, и поедут.
Но сегодня они были здесь не поэтому. В Ньюхейвене их никто не будет искать, что даст возможность показать Гарри окулисту – а дети смогут немного отдохнуть от утренних неурядиц.
Дэн ехал пару миль от коттеджа до центра Ньюхейвена с ухмылкой на лице, которую Эмма изо всех сил старалась игнорировать. Она возражала против дополнительных расходов на внутреннюю отделку салона, выбранную Дэном для его гордости и радости – зачем нужна семиместная модель, когда их всего трое? Сегодня, когда за их спинами сидели трое подростков, а в третьем ряду Сириус и Ремус, Дэн чувствовал, что оказался прав, и его ухмылка ясно об этом говорила – Эмма не хотела иметь с этим ничего общего, и даже не язвила.
Сириус и Ремус могли слиться с магглами, но Ксено Лавгуд выделялся даже среди магов. Он ушел, чтобы передать уничтоженный медальон Дамблдору, и организовать охрану для запланированного на завтра посещения Косого переулка.
Появление задолго до времени, назначенного Гарри, дало дамам возможность перепробовать на нем различные оправы, прежде чем дама-окулист прервала веселье, назначив тестирование. Старания Эммы, Гермионы и Луны были напрасны – Гарри не получил рецепт. Заметив некоторые аномалии в тонометрических показаниях, она поговорила с Гарри, не получал ли он недавно удара по голове в каком-то несчастном случае. Гарри подтвердил, что действительно попал в аварию и стукнулся головой, сломав старые очки – и на этом осмотр закончился.
Затем дама поговорила с Сириусом, приняв его заверения, что Гарри уже побывал в больнице после аварии, и в остальном полностью здоров. Она хотела, чтобы Гарри вернулся примерно через неделю для еще одного обследования, давая некоторое время для того, чтобы очевидные побочные эффекты несчастного случая полностью исчезли. Сириус немедленно согласился встретиться с высокой, красивой брюнеткой лет под тридцать на следующей неделе – и даже взять с собой крестника.
План сделать Гарри новые очки провалился, и Гермиона объявила, что они просто обязаны пойти по магазинам, чтобы купить ему новую одежду. Видя, как взволнована Луна этой идеей, Гарри подыграл ей.
Хотя Ньюхейвен был всего лишь в пятидесяти милях от Лондона, он вполне мог быть в тысяче с точки зрения магазинов, доступных для покупки одежды для подростка. Но у Гарри вещей почти не было, и доступных мест для покупок вполне хватило, чтобы снабдить его повседневной одеждой на каникулы – широкий спектр рубашек, футболок, джинсов, шорт и нескольких пар кроссовок. Каким-то образом у Луны и Гермионы оказалось почти столько же пакетов, сколько у Гарри, хотя Сириус стремился покупать подросткам все, на что они дважды посмотрели, так что это было не слишком удивительно.
У него были припрятаны магические и маггловские деньги на случай, если ему снова придется бежать, и все искренне соглашались с мнением Сириуса, что так гораздо лучше. Щедрость аукнулась Сириусу, вскоре обнаружившему себя нагруженным пакетами рядом с таким же обремененным Дэном. Гарри шел впереди с пустыми руками, на каждую из которых претендовали Гермиона и Луна. Сириус не мог не заметить, как Дэн пристально смотрел на трио, и зная из рассказа Гарри, что этот человек однажды станет его семьей, попытался помочь ему.
– Гермиона когда-нибудь рассказывала тебе, как мы познакомились? – Дэн покачал головой, и Сириус описал ему одну из худших и все же лучших ночей в своей жизни. Отцу было так же трудно слушать об опасностях, с которыми столкнулась его дочь, как и Сириусу об этом рассказывать. Дэн просто не мог смириться с тем, насколько жесток новый мир Гермионы.
Сириусу не потребовалось много времени, чтобы рассказать свою душераздирающую историю, и вскоре он достиг кульминации.
– Я сидел, пытаясь собраться с духом и встретить ужасную смерть, а Гарри и Гермиона подчинили саму суть времени, чтобы спасти меня. Мои чувства были похожи на те, что были в ночь, когда я думал, что потерял Гарри – а потом он вошел в комнату и обнял меня. Они уже дважды спасли мне жизнь, я теперь свободен – тоже благодаря им. Эти двое вместе – просто потрясающая пара, и Луна пришлась им точно по мерке. Полагаю, я пытаюсь сказать – вам никогда не придется беспокоиться о том, что мой крестник причинит боль Гермионе, они так близки, что Гарри скорее вырвет из груди собственное сердце.
Это вызвало у Дэна кривую улыбку.
– Эмма, в сущности, сказала то же самое. Просто они еще так молоды, все же пара в трио – и почти всегда кто-то страдает... /* Прим. перев.: это, как всегда у Робста, отсылка к малоизвестному фильму, в данном случае Three into Two Won't Go */
– Гарри был у меня в голове и понятия не имел, как защитить свои мысли. Это позволило мне увидеть все и приблизило меня к крестнику больше, чем я когда-либо считал возможным. Есть более чем значительный шанс, что эти трое не станут двумя. Я думаю, это то, чего они сами еще не знают.
На этот раз Дэн изобразил скорее гримасу.
– И снова Эмма согласна с этим. Возможно ли вообще такое устройство в вашем обществе?
Не в силах удержаться, Сириус рассмеялся.
– Вчера ты видел Визенгамот, они с Дамблдором дадут моему крестнику все, что он попросит, лишь бы он остался в Британии.
С этим просто невозможно было спорить, вчера было совершенно очевидно, что в министерстве магии Гарри получит все, что пожелает.
– И как ты относишься к этому?
Сириус постарался ответить полностью честно, стараясь не позволить эмоциям взять верх.
– Ремус мне как брат, а Гарри – сын во всем, кроме крови. Пока люди, которых мы считаем семьей, в безопасности, все остальные могут пойти и трахнуть себя – мы ничего им не должны.
Дэн самодовольно усмехнулся, а Сириус продолжил.
– Я могу дать Дамблдору некоторое время, чтобы попытаться разобраться в этом бардаке, Гарри публично заявил, что министерство находится на правильном пути, это я бы поддержал. Однако я не буду отступать и не позволю Дамблдору использовать эмоциональный шантаж, чтобы удержать детей в стране, если им будет лучше уехать. Гарри мог принять манипуляции Дамблдора до того, как Фадж начал свою авантюру, он просто не потерпит, чтобы любая из девочек подвергалась какой-то опасности. Я думаю, мы должны принять решение примерно ко дню рождения Гарри, столько я готов ждать – при условии, что эти трое останутся в безопасности. Любая угроза, и мы уйдем, возможность появится завтра, при посещении Гринготтса.
На самом деле Дэн спрашивал Сириуса, что он думает о своем крестнике, как части трио, но в любом случае, его удовлетворил ответ. Он ясно видел, что замышляет Дамблдор, и ни он, ни Эмма не испытывали к нему ни малейшего почтения. Взгляды Сириуса полностью совпадали со взглядами Дэна, не считая того, что обеспокоенный отец хотел покинуть Британию немного раньше. Эмма и Ремус шли сзади и, очевидно, прислушивались к их разговору. Рука Эммы ободряюще легла ему на плечо. Она знала, что Дэн имел в виду, задавая свой вопрос Сириусу, и ответила ему собственным вопросом.
– Ты когда-нибудь видел нашу девочку счастливее?
Этот вопрос не нуждался в ответе, ответ был прямо перед ними, три подростка отлично проводили время, гуляя и держась за руки. Ходить по магазинам для двоих из них было в новинку, а Гермиона с удовольствием показывала Гарри и Луне город счастливых каникул своего детства. Девочки чем-то дразнили Гарри, что казалось причиной большей части смеха.
Они добрались до Рейнджровера, чтобы вернуться в коттедж. Останавливаться где-либо на ужин не было никакого смысла, когда они вернутся домой, Винки будет ждать их с чем-то гораздо более вкусным.
***
Рону было далеко не так хорошо, как его друзьям. Гарри вчера столкнулся с Визенгамотом, семья Уизли столкнулась с их новой реальностью – бездомностью. Из кучи пепла, которая когда-то была их домом, нечего было спасать, все, что теперь принадлежало Уизли – это одежда, в которую они сейчас одеты, и семейные часы. Чарли и Билл поспешили в Англию, чтобы узнать, могут ли они чем-нибудь помочь, мерзавца Перси не было. Его мать изначально была против того, чтобы одалживать коттедж родителей Гермионы, но, увидев опустошение, передумала. То, что Рон смог описать им красивый маленький коттедж, положило конец любым сомнениям, хотя в данный момент у семьи было не так много других вариантов. Рон сидел на школьной метле, расслабляясь ленивым полетом вокруг квиддичного поля, когда услышал, что его зовут и застонал, увидев Джинни, машущую рукой, чтобы он садился. Его ноги едва коснулись земли, как Джинни выплюнула ему инструкции, развернулась и направилась обратно в замок. – Отец созвал семейный совет, и меня послали за тобой. Глядя, как сердитая сестра уходит, Рон не спешил ее догонять. Гнев Джинни не утихал с тех пор, как мать вчера разнесла ее в пух и прах. Рон старался не вмешиваться в спор, но когда Джинни решила остановиться и дождаться его, это оказалось невозможно. – Неужели правда так ужасно, что мы с Гарри будем вместе? Рон покачал головой, широко шагая справа от сестры. Джинни приходилось практически бежать, чтобы не отстать от него. – Джинни, ты допускаешь две огромные ошибки. Во-первых, Гарри видит в тебе только мою надоедливую младшую сестру – и уж точно не девушку, с которой можно встречаться. Во-вторых, он сейчас с Гермионой, не думаю, что они расстанутся. Поверь, Малфой неспроста держится подальше от Гермионы. Она страшная ведьма. – Я разберусь с Грейнджер, и, возможно, Гарри посмотрит на меня… Рон остановился и повернулся к глупой мелкой девчонке, которая, к сожалению, была его сестрой. – Джинни, я знаю их лучше, чем кто-либо. Пожалуйста, поверь мне – у тебя никаких шансов в честном бою с Гермионой. Если ты просто убьешь ее, Гарри, конечно, начнет охотиться за тобой – но не затем, о чем ты мечтаешь. Он двинулся дальше, довольный тем, что в голосе Джинни послышались хотя бы нотки сомнения. – Гарри никогда не причинит мне вреда… – Послушай, мне ты явно не веришь, так что сделай одолжение. Спроси Фреда или Джорджа, что Гарри сделает с тем, кто намеренно причинит боль Гермионе. Кстати, спроси их, смогут ли они, в одиночку, или вдвоем помешать Гарри добраться до человека, который причинил ей боль. Я уверен, что знаю ответы на оба вопроса, – он надеялся, молчание Джинни означает, что до нее наконец-то дошло. Поскольку Билл и Чарли остались в Хогвартсе, семья Уизли в настоящее время жила в очень знакомой обстановке Гриффиндорского общежития. Увидев, что все ждали появления младших, Рон плюхнулся в свое любимое кресло и стал ждать, что скажет отец. Ему не пришлось долго ждать, потому что Артуру пришлось, напрягая терпение, дождаться сбора всей семьи, чтобы сообщить хорошие новости – то, чего в последнее время недоставало Уизли. – У меня новая работа. Вы видите старшего заместителя Министра Магии… Это подняло настроение всей семье, но у Артура была еще одна новость – намного лучшая. – Поскольку Альбус привык к тому, что жилые помещения находятся рядом с кабинетом, и хочет, чтобы в министерстве было так же, они переделают кабинет министра, чтобы разместить его. Официальная резиденция Министра Магии останется пустой, и до конца недели мы переедем туда, вместе с Амелией и Сьюзен Боунс. Это привлекло внимание Рона, лето пройдет намного интереснее, если жить в одном доме с великолепной Сьюзен Боунс. У Джинни на уме было только одно, она сосредоточилась на том, о чем никто другой даже не думал. – Если у нас снова будет дом, значит ли это, что Гарри проведет часть лета с нами? Подробно обсудив с Молли зацикленность их дочери на Гарри Поттере, Артур решил ответить максимально жестко. – Гарри проведет лето с Гермионой, Луной и их семьями. Альбус отчаянно пытается убедить Гарри не покидать Британию, но в лучшем случае шансы только пятьдесят на пятьдесят. По крайней мере, Гарри не забыл нас. Когда Альбус попытался отдать ему приз Турнира Трех Волшебников, Гарри отказался, настаивая, чтобы золото поместили в наш сейф в Гринготтсе. Семейство Уизли посмотрело друг на друга, пытаясь понять, правильно ли они расслышали последние слова. Подтвердив, Артур продолжал сообщать семье хорошие новости. – С тысячей галеонов в сейфе и моим новым жалованьем гоблины наверняка дадут ссуду на восстановление дома. Возможно, мы не успеем до того, как вы отправитесь в Хогвартс, но на Рождество вы вернетесь домой. Уизли должны были отпраздновать лето в официальной резиденции Министра Магии и новый дом к Рождеству – и они это сделали.***
Драко не праздновал, у него не было причин для радости. Вся его жизнь превратилась в дерьмо – а ведь лето началось так хорошо. Поттера поцеловал дементор, грязнокровке Грейнджер и предателю крови Уизли сожгли дома. Это были лучшие сны Драко, но были и вполне реальные кошмары, с которыми приходилось бороться. Его отец сказал, это большая честь, что Темный Лорд остался с ними. Драко оставалось только гадать, в чем же эта честь, когда крики его отца были слышны во всех уголках их поместья. Как ни старался, Драко не видел никакой чести в том, чтобы быть замученным в собственном доме приглашенным гостем – даже если гостем был Темный Лорд. Чести не хватало и пожирателям смерти, живущим в его доме. Он – Драко Малфой, это его дом, одно это требовало от гостей уважения к наследнику – Драко его не видел. Сумасшедшая тетка Беллатрикс до усрачки пугала Драко. То она разговаривала с ним как с трехлеткой, в следующую минуту спрашивала, не пора ли ему принять метку господина, чтобы убивать во славу Темного Лорда. Казалось, в тетке живут порядка шести разных личностей, пытавшихся одновременно вылезти на поверхность – и все были до хрена страшными. А тут еще везучий сукин сын Поттер, невероятным образом переживший поцелуй дементора, добавив ему головной боли – ведь это было невозможно. Драко тут же должен был признать, что выжить от смертельного проклятия тоже невозможно – но и это Поттеру удалось. А теперь мать сказала ему, что отец каким-то образом умер. Хотя она клялась, что Темный Лорд непричастен к его смерти, Драко не мог не думать, что вернувшись, тот лишил его отца. Увидев фотографию шестерых пожирателей, ожидающих казни, среди которых был и отец Панси, он испытал облегчение оттого, что его отец избежал этой участи. Драко жил в иллюзии, что его отец слишком умен, чтобы министерство могло схватить его, теперь оказалось, эта иллюзия была полностью ложной. По какой бы причине его отец не пропустил это заседание, конечный результат тот же – Люциус Малфой был мертв. А впереди ждали еще большие невзгоды. Лорд Блэк, крестный отец Поттера, теперь отвечал за дела Малфоев. Без его разрешения Драко даже не может вернуться в Хогвартс. Лето, начавшееся так многообещающе, быстро скатилось под откос. Единственным утешением Драко в данный момент было то, что хуже быть уже не может. Он понятия не имел, насколько сильно ошибается.***
Фрэнк Спенсер был сквибом, который зарабатывал себе на жизнь, работая полицейским фотографом в Лондоне. Иногда Фрэнк натыкался на что-то, чем мог без опаски заработать несколько лишних фунтов, продав свои фотографии в волшебную прессу, зная, что его боссы в Мет /* Прим. перев.: Служба столичной полиции – сленг. */ никогда их не увидят. Направляясь на встречу со своим знакомым в Дырявом котле, Фрэнк думал, что это материал на первую полосу – следовательно, гораздо дороже, чем обычно. В нормальных условиях это было бы правильным предположением, но не сейчас. Его связной замешкался, и, оправдывая более низкую цену, показал Фрэнку сегодняшний Пророк. Фрэнк просто не мог не согласиться, что его история в данный момент не попадет на первую полосу. Последовали новые переговоры, в конечном счете остановившиеся на цене вчетверо больше, чем Фрэнк обычно получал. Его связной тоже был доволен. Это было неплохим завершающим аккордом и позволяло их авторам занять любую точку зрения. Завтрашний номер обещал быть не менее взрывным, подписка была выше, чем на прошлой неделе, премии гарантированы. У Ежедневного Пророка все было хорошо.***
Нарцисса постучала в дверь комнаты, которую занимал ее хозяин, и, получив разрешение, вошла. Там она увидела своего господина, стоящего голым на коленях внутри пентаграммы, врезанной в пол и окруженной рунами. Его тело тоже было разрисовано рунами. – Господин, простите за вторжение. Я могу вернуться позже… – Нет, дорогая, ты, как всегда, вовремя. Я как раз заканчивал ритуал, когда ты постучала. Когда он поднялся с пола и потянулся за халатом, Нарцисса почувствовала, как ее захлестнула волна облегчения. Белла с радостью доставила бы удовольствие их хозяину, но у нее не было стремления выполнить эту задачу. Облегчение было недолгим, ей приказали раздеться. Положив папку, которую она принесла для встречи, Нарцисса выполнила приказ – красные глаза следили за каждым ее движением. Нарцисса старалась стоять гордо, что было оценено ее господином. – Моя дорогая Нарцисса, прежде всего я хотел бы поблагодарить тебя за жизненно важную помощь в этом деле – это действительно очень важно для меня. Пожалуйста, не беспокойся понапрасну. Ты действительно очень красивая женщина, но сегодня я не нуждаюсь в такого рода услугах. Я хотел видеть твою прекрасную обнаженную фигуру во всем великолепии по другой причине, кроме очевидного удовольствия. Нагини ненавидит пуговицы, пряжки и молнии – они так мешают ее пищеварению. Ты была хорошей и верной слугой, и я сожалею о том, что должно случиться. Однако Люциус поставил тебя в такое положение, засим, прощай, Нарцисса. Авада Кедавра. Волдеморт почувствовал магический откат, когда убийство удивленной Нарциссы привело в действие ритуал, разделивший то, что осталось от его души. Руны на его коже сияли силой, Волдеморт кричал от боли и наслаждения, доставляемого ритуалом. Расщепление души было самой болезненной вещью, которую Волдеморт когда-либо испытывал, но удовольствие было неизмеримым. Волдеморт не мог вообразить ничего более приятного, чем осознание, что он побеждает саму смерть. Он проводил этот ритуал достаточно много раз, и знал, что у него есть двадцать четыре часа, чтобы отделить осколок и закрепить его там, где намеревался. Если отложить отделение на некоторое время, осколки души начнут слипаться друг с другом, но он не собирался ждать. Осторожно действуя палочкой, он переместил отколотую часть души через комнату к своему любимому фамильяру. – Откройся, моя драгоценная, и прими дар своего благодарного господина. Потом можешь пообедать, а я немного вздремну. Вечером мы будем далеко отсюда, приводя планы в действие. Приятного аппетита. Когда огромная змея без особых усилий проглотила кусочек души, она обратила внимание на еще теплое тело, ожидающее своего часа.***
Драко проснулся в тихом и, как оказалось, пустом доме. Он тщетно искал хоть кого-то, прежде всего свою мать. Наконец, набравшись храбрости, в комнате, которую занимал Темный Лорд, он нашел первую зацепку. Хотя там тоже никого не было, на полу валялась одежда его матери. Это ничего не доказывало, но Драко почувствовал тошноту. Сова, принесшая сегодняшний Пророк, была недовольна, блондин буквально вырвал у нее газету. Драко отчаянно нуждался в любых – даже плохих – новостях. Первая полоса была заполнена последним этапом судебного разбирательства Пожирателей Смерти, но внимание Драко привлекла третья. Фотография не двигалась, но и его отец больше никогда не сдвинется с места. Лежащая под массивной металлической штуковиной, фигура покойного Люциуса Малфоя была отчетливо различима рядом с разбитой маской Пожирателя смерти. Взгляд на эти фотографии стал финальным для Драко. Никакой ошибки при опознании или чудесного спасения в стиле Поттера не случится – его отец ушел навсегда. Слезы текли по щекам, и Драко не мог избавиться от чувства, что мать тоже ушла, оставив его сиротой.***
Для Дэна и Эммы вход в Дырявый котел вместе с Гарри усилил ощущение, что они входят в другой мир – и не только из-за магии. Обычно он был непритязательным молодым парнем, но здесь к Гарри относились как к какой-то спортивной или рок-звезде. Троим аврорам, встретившим группу, тут же пришлось останавливать толпу доброжелателей, сидевших в пабе. Хотя Гарри был вежлив и пожимал руки всем, кто хотел поздравить его, он сделал все возможное, чтобы пробиться за стойку бара к Джоку, Дереку и Тому. Когда Гарри благодарил их за поддержку, в паб ворвались репортер и фотограф из Ежедневного пророка. Известие о предстоящем визите Гарри Поттера в Косой переулок распространялось со скоростью лесного пожара, привлекая к себе еще больше внимания. Гарри наотрез отказался давать интервью, он даже не разговаривал с репортером. Однако он разрешил им сфотографировать себя вместе с Джоком, Дереком и Томом. Люди из Пророка почти пали ниц с жаром принимая этот компромисс. Они никогда не откажутся от возможности получить фотографическое доказательство того, что их спаситель жив, здоров и все еще находится в Британии. Гарри понимал, что эта фотография оправдает любую вину бывших тюремных стражников, может даже им поступит несколько предложений о работе, и, вероятно, окажется в рамке над стойкой бара – и был более чем доволен этим. Появление профессора Макгонагалл явно попахивало подставой. Дамблдор, очевидно, должен был знать их расписание на сегодня, чтобы обеспечить авроров, и так же очевидно, что он передал эту информацию в Хогвартс. Но так как профессор привела с собой Хагрида, Гарри был снисходителен. После того, как его самый большой друг практически затискал Гарри насмерть, он, конечно, долго взволнованно сморкался в носовой платок размером со скатерть, который носил в одном из своих многочисленных карманов. Это позволило старшим Грейнджерам увидеть разницу между людьми, которые фанатели от Гарри, и теми, кто искренне любил его. Гарри явно чувствовал себя более комфортно с тремя мужчинами за стойкой, и весь паб не мог не заметить связи между добродушным гигантом и мальчиком, явно считающим его хорошим другом. Минерва вынуждена была прервать эту трогательную сцену, она была здесь не за этим. – Мистер Поттер, не могли бы вы договориться о времени, когда сможем поговорить? Я связываюсь со всеми студентами, подавшими документы на перевод из Хогвартса, чтобы сообщить им об изменениях, которые я намерена осуществить, чтобы они могли принять окончательное решение. Я не знаю, как еще связаться с вами, мисс Грейнджер или мисс Лавгуд, поэтому я здесь. Девушки, да и остальные члены группы пожимали плечами, они были счастливы позволить Гарри разобраться с этим подкатом, они знали, что нечто подобное должно произойти. – Профессор, мы здесь сегодня для того, чтобы сделать кое-какие дела, и, честно говоря, больше ничего не планировали. Если мы можем забронировать номер у Тома, вы с Хагридом могли бы присоединиться к нам за обедом. Том быстро подтвердил, что номер и обед будут, Минерва и Хагрид согласились, что пообедать вместе было бы прекрасно. Дэн и Эмма получили еще одно представление о Гарри, когда он заговорил с одним из мужчин за стойкой бара. – Дерек, я очень ценю помощь, которую оказала твоя Эби, когда узнала, что Фадж и Амбридж сделали со мной. Подписанной фотографии на самом деле недостаточно, чтобы выразить мою благодарность. Как ты думаешь, Эби хотела бы присоединиться к нам за обедом? Подписанная первая страница Придиры, вставленная в рамку, висела на почетном месте на стене спальни его дочери – его Эби была предметом зависти всех друзей и, конечно же, считала это более чем достаточной благодарностью от Гарри. Обед с Гарри Поттером был бы мечтой, ставшей реальностью для его маленькой девочки, и волшебник, сделавший предложение, определенно это знал. Уход из Азкабана был самым лучшим решением, которое Дерек когда-либо принимал в своей жизни. И он, и Джок должны были работать, когда сами-знаете-кто освобождал своих последователей из Азкабана, они не питали иллюзий, что их судьба отличалась бы от судьбы остальных стражников, убитых в тот ужасный день на дежурстве. Уже получив просьбу называть молодого волшебника по имени, взволнованный отец дал ответ, который сделал год его маленькой девочки. – Я сейчас же позову ее, Гарри, большое спасибо, что подумал о ней. Гарри покачал головой. – Гермиона сказала Эби, что она наша подруга, мы заботимся о наших друзьях, Дерек. Я знаю, сколько мужества потребовалось, чтобы пересечь холл и поговорить с кем-то с другого факультета, кого она даже не знала. Затем Эби встала рядом с Гермионой, пока та обсуждала это с Дамблдором и остальными. Вы должны очень гордиться своей Эби, мы определенно горды называть ее другом. Очень счастливый Дерек ушел к камину, чтобы вызвать Эби, а группа готовилась к Косому переулку. Луна и Гермиона взяли Гарри под руки, уверяя, что он все сделал правильно с Эби, и он с нетерпением ждал личной встречи с ней. Также не повредит, чтобы профессор Макгонагалл точно знала, как они относятся к вопросу о школе, обед с Эби был для них не менее важен, чем рассказ о Хогвартсе. Дамблдор любил играть в свои игры, пытаясь контролировать Гарри Поттера, но это не значит, что они не могли играть с ним и его представителями в те же самые игры. Сразу после выхода в Косой переулок стало ясно, что их план сделать покупки сегодня вряд ли осуществим. Переулок был весьма многолюден, новость о появлении Гарри явно распространилась. Трое авроров прокладывали им путь, а Ремус, Сириус и Ксено прикрывали их сзади. Дэн, Эмма и трио подростков получили тот максимум защиты, который им могли обеспечить по пути к Гринготтсу.***
Лорд Волдеморт был вынужден жить в Риддл-мэноре, что делало его несчастным Темным Лордом. Он воздвиг сильные защитные чары и спрятал старое магловское здание за заклинаниями, которые придумал сам. Те, кто был достаточно привилегирован, чтобы носить темную метку, могли видеть их новый штаб, необстрелянные новобранцы без метки не могли – пока. Лорд Волдеморт намеревался исправить это сегодня. Маглоотталкивающие чары вокруг кладбища, должны были отпугнуть непрошенных гостей, когда он собрал свои войска у надгробий. – Министерство сделало сознательный шаг против нас – и против самого волшебного образа жизни. В последние две ночи гордые чистокровные были преданы смерти – убиты нашим собственным министерством, столкнувшим их за завесу в комнате смерти. Это же самое министерство в настоящее время, даже сейчас, когда мы говорим, проводит фиктивные судебные процессы для выбранных жертв. Кто-нибудь здесь сомневается, что их судьба будет иной? Сегодняшние казни нельзя допустить – наши действия положат этому конец. Это вызвало аплодисменты, хотя некоторые явно нервничали. Однако Лорд Волдеморт знал, что Министерство магии будет сильно защищено, ожидая его нападения и попытки спасти своих последователей. Это не входило в его планы, и было невозможно в данный момент – по крайней мере, пока он не поправится. Он не был уверен, виновато ли новое тело, или он достиг предела в разделении души, но вечерний ритуал подготовки крестража, а затем его создания оставил его очень слабым. После установки щитов на новом жилье ему едва хватило сил, чтобы встать и сплотить своих Пожирателей Смерти. Тем не менее, планы уже были разработаны, и сроки проведения других мероприятий диктовали, что это нужно сделать сегодня. Непроверенные новобранцы, несомненно, будут уничтожены, если он будет достаточно глуп, чтобы бросить их в бой против министерства на их территории – особенно, если он не способен участвовать в нападении. Нет, он выбрал гораздо более легкую цель для их посвящения. – Я посылаю наше обещание, нашу священную клятву, Ежедневному Пророку – чтобы волшебники и ведьмы Британии могли узнать, что на самом деле происходит в их стране. Я, Лорд Волдеморт, клянусь, что за каждого убитого мы отомстим десятикратно. После злодеяний последних двух ночей они должны нам больше сотни трупов. Сегодня мы начинаем выравнивать счет. На этот раз аплодисменты были громче, узнав предполагаемую цель, рекруты зашумели. Лорд Волдеморт пообещал, что тем, кто сегодня будет хорошо сражаться, окажут честь носить его метку, и большинство были просто счастливы, что шансы выжить в этой атаке только что значительно подскочили. Разделение на отряды, каждый из которых имел по крайней мере одного или двух опытных пожирателей, также должно было помочь с решением, которое Лорд Волдеморт примет позже – о том, кто сражался достаточно хорошо, чтобы заслужить его метку. Поскольку дементоры были неотъемлемой частью этой атаки, после сегодняшнего дня даже Дамблдор не осмелится казнить его последователей – цена была бы слишком высока. Учитывая, что состояние Малфоя находится вне досягаемости Лорда Волдеморта, казнив тех, кого планировали сегодня предать суду, министерство уничтожит его доступ к значительной части финансов. Зная Пожирателей Смерти, которые сегодня будут допрошены Министерством, не было ни малейшего шанса, что они получат какой-либо приговор, кроме завесы. Суды нужно было остановить, или, по крайней мере, отложить на время, достаточное для того, чтобы вернуться в полную силу и вытащить их оттуда.***
Дэн и Эмма покидали Гринготтс намного счастливее, чем вошли. Они всерьез восприняли предупреждения Дамблдора о рисках, связанных с получением фальшивых документов. Само собой, старый волшебник пальцем не пошевелит, чтобы помочь им покинуть страну – так что никаких документов от Министерства магии им не светит. Однако в течение двух часов оказалось, что все их проблемы решены. Они выходили из Гринготтса с новыми удостоверениями личности и всеми официальными документами, которые когда-либо понадобятся этим новым личностям. Дэн не знал, сможет ли он когда-нибудь считать себя Венделлом, но Эмма, как Миссис Моника Уилкинс, работала над этим. Гермиона теперь была Джейн, а Луну тоже сделали их дочерью – Патрисией Уилкинс. Это был еще один уровень защиты, чтобы сбить с толку любого преследователя, у Грейнджеров была одна дочь, а у Уилкинсов две. Ксено был Лео Уотсоном, братом Эммы и дядей девочек. Сириус и Ремус также были братьями, Леонард и Гэри Ньюман, Гарри стал сыном Леонарда Альфи. Теперь у них были портключи, которые должны были доставить их в отель в Париже, в котором Сириус только что снял номер на все лето. Он распорядился, чтобы там их ждали одежда и деньги, что позволит их группе в любой момент покинуть Британию – а затем использовать Париж в качестве стартовой площадки, откуда они смогут двигаться дальше, куда пожелают. Дэн начал привыкать к тому, чего можно достичь с помощью магии, и у него был всего один вопрос к Сириусу. – Можем ли мы доверять гоблинам, что они никому не расскажут о наших новых личностях? – Гоблинам можно доверять пока они могут выжать из вас как можно больше золота за свои услуги, но весь их бизнес построен на конфиденциальности. Они позволили самому разыскиваемому человеку страны попасть в хранилище, чтобы купить крестнику рождественский подарок – и они не продадут наши новые личности никому другому. Вы можете себе представить, что произойдет, если Гарри скажет на первой полосе Пророка, что гоблины не заслуживают доверия? Начнется погром, который погубит Гринготтс, а с гоблинами в Британии будет покончено. Они, конечно, передадут информацию в ближайшее отделение Гринготтса, где мы поселимся, но эта информация никогда не покинет руки гоблинов. Дэн Грейнджер был очень счастлив, идя под руку с женой по Косому переулку, даже толпа, увеличившаяся, пока они были в банке, не могла испортить его хорошего настроения. Внезапно Дэн почувствовал, что никогда больше не будет счастлив, а температура упала по меньшей мере на двадцать градусов. Ни один из старших Грейнджеров понятия не имел, что происходит, но Гермиона воскликнула: – Вот дерьмо! – давая подсказку, что все плохо, а потом начались крики...
