Глава 14. Выводы
14 апреля 2020 г., 18:30
Примечания:
без редакции.
очень скучная глава, очень. И для перевода сложная, тяжеловесный слог.
Пораженные Драко и Северус внезапно столкнулись по меньшей мере с дюжиной палочек, и их не успокоило то, что люди, держащие эти палочки, были одеты в мантии авроров. Эта толпа только что вторглась в поместье Малфоев с неизвестными мотивами.
– Я требую объяснить, что означает это вторжение?
Амелия Боунс пробилась между аврорами, отвечая на вызов.
– А я хотела бы знать, что здесь делаете вы, профессор Снейп?
– Я навещаю крестника. Я не знал, что теперь для этого требуется министерское разрешение, – когда объявился Дамблдор, Северус расслабился.
– А, Северус. Может, ты скажешь нам, есть ли кто-нибудь еще в поместье, кроме тебя и молодого Драко.
– Насколько нам известно, нет, господин министр. Мать Драко пропала без вести, и он связался со мной. Мы как раз обсуждали, не следует ли ему переехать ко мне, пока нас так грубо не прервали.
Заступничество крестного отчасти вернуло показную храбрость Драко.
– Я заметил, что вы не ответили на вопрос моего крестного, мадам Боунс. Почему сотрудники министерства врываются в мой дом без приглашения?
Признав вопрос молодого волшебника законным, Амелия ответила.
– Ваши мать и отец были заподозрены в том, что они Пожиратели Смерти, мы должны арестовать вашу мать и обыскать поместье. Лорд Блэк дал нам доступ, я полагаю, вы знаете, что теперь он отвечает за все дела рода Малфой.
Драко не ответил, а Северус сообщил.
– Министр, в доме есть комната, которая, похоже, использовалась для темного ритуала. Мы подозреваем, что именно там исчезла миссис Малфой. Я бы предложил ограничить доступ в эту комнату до тех пор, пока она не будет должным образом исследована.
Это сразу же встревожило Дамблдора.
– Амелия, Северус проводит меня в эту комнату. Пожалуйста, присоединитесь к нам, когда распределите поисковые группы.
Пока они поднимались по широкой лестнице, Альбус смог поговорить с Северусом наедине.
– Волдеморт сегодня совершил налет на Косой переулок – ты что-нибудь об этом знаешь?
– Нет. Дав мне задание выяснить, как Поттер пережил поцелуй дементора, Темный Лорд отпустил меня со встречи. Я могу только предположить, что это была резня...
– К счастью, Гарри и его компания были в это время в переулке. Они смогли отогнать дементоров.
Брови Северуса устремились к линии волос.
– Сколько дементоров послал Темный Лорд?
– Судя по рассказам и фотографиям – всех до единого.
Северус явно не верил этому, но Альбус продолжал шокировать своего шпиона.
– Гарри, мисс Грейнджер и мисс Лавгуд сумели уничтожить четырех тварей, дементоры в страхе бежали. Затем напали Пожиратели Смерти, и Гарри покончил с Беллатрикс и Рабастаном Лестрейндж вместе с парой рекрутов. Беллатрикс, пытаясь убить мисс Грейнджер, случайно попала в Ксено Лавгуда. Гарри в ярости очень силен, он уничтожил пожирателей проклятием огненного хлыста.
Зная, насколько это серьезная магия, а убитые – самые опасные пожиратели, Северус не смог полностью скрыть удивления.
– Какой идиот научил мальчишку этому проклятию? Подождите – должно быть Блэк.
Старый волшебник не смог удержаться от легкой ухмылки, дав ответ, которого Северус никак не ожидал.
– Я видел, как Амелия Боунс учила его этому проклятию, но никто из нас не предполагал, что он им воспользуется с таким ужасным смертельным эффектом, как сегодня.
Только войдя в комнату, Альбус сразу же ощутил грязь самого темномагического свойства, а изучив пол в течение нескольких минут, подтвердил худшие свои опасения.
– Волдеморт, должно быть, намеренно оставил эти улики или очень спешил убраться отсюда.
– Он знал, что Блэк контролирует защиту, и договорился в тот вечер встретиться с Нарциссой, чтобы обсудить ситуацию. Не похоже, что тут было долгое обсуждение.
– Если я прав, а я уверен, что прав, Волдеморт убил Нарциссу, завершив самый темный из ритуалов. Интересно, что он сделал с телом?
– Для Нагини это не проблема. Эта же судьба ждала на кладбище Диггори, но Поттер украл тело...
Женский кашель заставил волшебников обернуться и увидеть стоявших в дверях Амелию и Драко.
– Я не знала, где эта комната, Драко любезно согласился показать ее мне....
Она больше ничего не сказала. Драко подтвердил, что слышал все сказанное, взорвавшись праведным гневом.
– Этот больной ублюдок в нашем собственном доме убил мою мать, а потом скормил ее своей змее?
– Мы не знаем этого наверняка... – Северуса поразила свирепость ответа крестника.
– Вы можете не знать наверняка, но вы оба думаете, что так и было. Мои отец и мать мертвы из-за него – и все же ты поддерживаешь Темного Лорда.
Зная, что его ответ имеет решающее значение, Северус сказал крестнику правду.
– Много лет назад Темный Лорд угрожал, а затем убил кое-кого очень важного для меня. С тех пор я работаю против него, делая все возможное, чтобы положить конец жизни монстра. Теперь ты проведешь лето со мной, потому что, если этот факт всплывет наружу, я тоже умру. Мне нужно будет научить тебя скрывать свои мысли и держать подальше от общества Темного Лорда.
– А как же моя тетка, она не будет претендовать на меня?
Зная, что эта информация очень скоро разлетится по всей Британии, Амелия поделилась новостью с молодым волшебником.
– Сегодня в Косом переулке произошло нападение Пожирателей Смерти, и Беллатрикс Лестрейндж погибла в этом нападении, – увидев на лице Драко облегчение, вызванное этой новостью, Амелия решила, что он может выдержать еще немного.
– Ее убил Гарри Поттер. Она пыталась убить мисс Грейнджер, а вместо этого убила мистера Лавгуда. Мы поговорили с Лордом Блэком о вашем положении, еще не зная, что ваша мать также пропала. Ваше обучение в Хогвартсе оплачено, и вам назначено пособие. Он не хочет иметь ничего общего с состоянием Малфоев – единственным условием является то, что Волдеморт не получит его в свои руки. Он пригрозил отдать на благотворительность все до последнего кната, если Волдеморт будет жив к моменту вашего совершеннолетия. Учитывая нынешние обстоятельства, я полагаю, можно достичь и другого соглашения.
Это было лучше, чем Драко мог надеяться.
– Этот ублюдок Волдеморт и близко не подойдет к золоту Малфоев, и я должен Поттеру. Я был бы в большей безопасности в Лютном переулке, чем с этой сумасшедшей стервой, я бы лучше спал на булыжниках в Лютном.
Альбус был рад, что из этого вышло хоть что-то хорошее, по крайней мере юный Драко больше не был на пути к темной стороне. Нужно было еще уничтожить свидетельства, оставленные Волдемортом.
– Амелия, похоже, он сделал еще одно – использовал убийство матери Драко для ритуала. Я собираюсь уничтожить все свидетельства, мы не смеем рисковать попаданием в чьи-либо руки даже части способа создания этой мерзости. Если вы настаиваете, я издам министерский декрет.
– Последнее, что нам нужно – это еще несколько волшебников, пытающихся совершить этот отвратительный ритуал. Я полностью согласна – уничтожьте все.
Драко совершенно не хотел оставаться в доме, где его мать встретила такой ужасный конец, доме, в котором хозяйничает министерство. Он ушел со своим крестным отцом, и началось то, что для осиротевшего Драко стало, по сути, новой жизнью.
***
Специальный выпуск "Пророка" повлиял на жизнь всей магической Британии – и не только из-за культового изображения на первой странице. В Лонгботтом-мэноре Августа и Невилл держали в руках по бокалу виски, правда, уровень янтарной жидкости у Невилла был значительно меньше, чем у его бабушки. – Твой друг Гарри сегодня оказал большую услугу роду Лонгботтом. Двое из тех, кто причинил вред нашей семье, получили быструю и мучительную смерть от его палочки, еще одного поцеловал дементор в конце турнира. Остается только один человек, сегодня Рудольфус Лестрейндж потерял жену и брата. Я надеюсь, он пострадает какое-то время, прежде чем сдохнет, как от его рук страдала наша семья. Я предлагаю тост – за Гарри Поттера, друга нашей семьи. Если Гарри мог противостоять этим ужасным дементорам и сражаться с Пожирателями Смерти, Невилл полагал, что сможет, по крайней мере, выпить огненную жидкость, не закашлявшись. Он не мог понять, как это может нравиться бабушке – он думал, что это отвратительно, и решил в обозримом будущем придерживаться тыквенного сока.***
Джинни Уизли не могла оторвать глаз от фотографии, вернее, от центральной фигуры на ней. Этот Гарри был намного лучше любой детской книжки, настоящий живой герой, награжденный орденом Мерлина первой степени еще до его последних приключений и смелых действий. Вот доказательство, что она права, а вся ее семья нет. Откровенно говоря, Джинни сравнивала каждого мальчика, которого знала, с Гарри – и все они не дотягивали до него. Гарри Поттер был просто лучшим – и единственным – для нее. Джинни Уизли не примет никакой замены. Ей было удобно игнорировать двух девушек на фотографии, пока Рон, наклонившись, не прошептал ей на ухо: – Все еще думаешь, что сможешь убрать Гермиону? Есть еще и Луна за другим плечом. Я знаю Гарри, и единственное, что он действительно ценит – преданность. Эти две ведьмы были рядом с Гарри, когда он больше всего нуждался в них, и теперь он встанет лицом к лицу с самим Волдемортом, чтобы защитить их. Вместо того чтобы разозлиться, рыдающая Джинни повернулась лицом к брату. – Почему ты нарочно пытаешься меня расстроить? – Я пытаюсь спасти тебя от боли. Единственный способ сблизиться с Гарри – через этих девушек, и они не будут стоять в стороне, позволяя кому-то попытаться сойтись с ним. Сам Гарри тоже не потерпит ничего подобного, зная, что это причинит боль девочкам. – Но Луна только начала общаться с ними.... – Они оба очень близки с Луной, а она только что потеряла отца. Поскольку Гарри совершеннолетний, я думаю, она скоро станет Луной Поттер. Рон имел в виду, что Гарри введет Луну в род, но имя Луна Поттер имело совершенно другое значение для Джинни. О том, что ее фамилия стала Поттер, маленькая мисс Уизли мечтала много лет – и теперь, похоже, ее подруга детства, Луна, собиралась получить главный приз. Газета была забыта, Джинни выбежала из гостиной, направляясь к, на время летних каникул, ее личному гриффиндорскому общежитию. Она боролась со слезами разочарования и гнева – почему все не шло так, как она хотела. Однако сейчас нельзя было терять времени, маленькой Джинни Уизли нужна была холодная голова, чтобы спланировать следующий шаг, чтобы сделать Гарри своим. Джинни Поттер звучало настолько лучше, чем Луна Поттер, что она даже не собиралась думать о возможности для Гермионы когда-нибудь получить заветную фамилию.***
По иронии судьбы, Волдеморт был в таком же положении, как и маленькая ведьма, которую когда-то подчинил его дневник. Он так же отчаянно пытался не позволить разочарованию и гневу взять верх. Темному Лорду так же нужно было спланировать следующий шаг. Он так же отчаянно хотел добраться до Гарри Поттера, хотя, конечно, не по тем же причинам. Его планы по приходу к власти лежали в руинах, и помешал ему снова Гарри Поттер. Долгие годы ему ничего не оставалось делать, кроме разработки успешной стратегии того, как занять свое законное место в качестве правителя страны, и наслаждаться, властвуя над всеми. Тщательно выверенные планы постепенно продвигались. Да, побег Поттера с кладбища был ударом, но не серьезным. Он планировал залечь на дно, наращивая свои силы до тех пор, пока не получит позицию, в которой никто не сможет помешать ему захватить власть в стране. То, что министерство публично объявило Поттера лжецом, было большим успехом. Точный отчет Поттера о его возрождении, появившийся в газете, был еще одним ударом, но, опять же, не смертельным. Однако, услышав о смерти Поттера, он просто обязан был действовать в ситуации, которая представлялась столь удачной. Захват Азкабана был правильным поступком в тех обстоятельствах и главным свидетельством его возвращения. А потом все пошло наперекосяк. Обнаружив, что Поттер выжил, Волдеморт не сомневался, что Дамблдор сделает все возможное, чтобы сохранить контроль над своим золотым мальчиком. Это объясняло, почему старый волшебник стал министром магии – должность, от которой он ранее неоднократно отказывался. С двумя ястребами, Боунс и Лонгботтом, стоящими за его плечами, бывший голубь Дамблдор был вынужден принять серьезные и решительные меры. Как только Пожиратели Смерти, на которых указал Хвост, были допрошены с помощью сыворотки правды, смертная казнь стала единственной мерой, которую мог применить Визенгамот. Это оказалось тройным ударом по его амбициям – не только лишило его большинства наиболее опытных последователей, но и тех богатств, которые они приносили его делу. Кроме того, фотографии схваченных и осужденных, ожидающих казни пожирателей смерти, разрушили всякую возможность вербовки. Темный Лорд понимал, что сегодняшнее нападение было поспешным на каждом этапе, от планирования до исполнения. Обстоятельства, вышедшие из-под контроля, вынудили его действовать нешаблонно. Он предвидел некоторые потери среди рекрутов, но все же ожидал от миссии ошеломляющего успеха. Никто не мог предвидеть появления Поттера в переулке, и того, как мальчишка повлияет на ситуацию. Изгнание дементоров было подвигом, с которым мог соперничать только Дамблдор. То, что жертв нападения было столько же, сколько его Пожирателей Смерти были убиты или захвачены в плен, стало еще одним серьезным ударом. Но реальным ущербом была потеря Беллы, вернее того, что несла Белла. Оглядываясь назад, наивно было бы ожидать, что Белла не ввяжется в битву – он просто никак не ожидал, что битва обернется разгромом его Пожирателей Смерти. Белла подарила Министерству одно из самых ценных его сокровищ, и это после того, как осел Малфой позволил уничтожить то, которое должен был охранять. Не было никакого шанса, чтобы Дамблдор не понял, чем была эта чаша, не после того, как получил уничтоженный Поттером дневник – и услышал его историю. Сегодня в полночь, пока министерство будет казнить последнюю партию осужденных Пожирателей Смерти, он отправится в лачугу Гонтов и заберет сокровище, которое спрятал там десятилетия назад. После того, как он определенно потерял один, выглядело все более и более похоже на то, что другие тоже могут быть уничтожены, и для безопасности ему также придется забрать еще один из пещеры с инфери. Шла ли речь о власти, богатстве или о чем-то еще, что люди находили ценным, – для Лорда Волдеморта не было ничего важнее, чем якоря его души. Ему удалось до некоторой степени обуздать свой гнев, и Рудольфус пробыл под Crucio всего минуту или около того. Тот факт, что Темный Лорд все еще был слаб после ритуала создания крестража, сыграл гораздо большую роль в этом относительно мягком наказании, чем любая забота о том, что пытаемый только что потерял жену и брата. Если бы у Лорда Волдеморта были более многочисленные и компетентные последователи, род Лестрейндж сегодня прервался бы под его палочкой. Родольфус умер бы медленно, вопя от боли, за сегодняшнюю неудачу своей жены, если бы последний Лестрейндж не был самым старшим и способным Пожирателем смерти, оставшимся в живых у Лорда Волдеморта.***
Луна очутилась в коконе, как только группа прошла Дырявый котел. Гарри и Гермиона были первым слоем, по бокам от нее. Дэн шел впереди, а Эмма – сзади. Внешний слой состоял из Сириуса, Ремуса и группы авроров. Хагрид был наготове, расчищая путь в толпе, и когда они вышли из паба, Луну никто не побеспокоил. Дамблдор и Мадам Боунс были там же, когда все семеро садились в Рейнджровер Дэна. С чувством глубокого сожаления Альбус произнес то, что никогда не думал произносить. – Боюсь, мы видим их последний раз, из-за этого страна станет слабее. Не возражая, Амелия ответила министру магии единственным доступным ей способом. – Все, что мы можем сделать – это продолжить путь, который наметили. Если мы сможем сделать нашу страну лучшим и более безопасным местом для жизни каждого, мы выполним свой долг. Останется или вернется в результате мистер Поттер, не имеет значения – мы должны править для всех. – Я знаю, Амелия, но ты не можешь отрицать, что те же самые "все" были бы намного счастливее, зная, что Гарри Поттер с нами на каждом шагу этого путешествия. Министр был прав, она не могла этого отрицать.***
– Э, Дэн, ты едешь не туда! Водитель признал, что Сириус был прав, прежде чем опровергнуть его. – Я точно знаю, куда еду, – заехав на ту же самую маленькую и снова пустынную парковку, где они останавливались после того, как забрали девочек с Кингс-Кросс, Дэн жестом попросил Гарри вызвать их маленького друга. Вскоре Добби убедился, что ни за ними, ни за "Рейнджровером" никто не следит. – Дом готов для всех, и Винки ждет на ужин свою семью. Добби и Винки очень сожалеют, мисс Луна. Мы действительно любили вашего отца. Это вызвало у белокурой девушки зарождающуюся улыбку. – Спасибо тебе, Добби. Папа тоже очень любил вас обоих. Он был очень рад, что я нашла таких хороших друзей – такую хорошую семью... Маленький эльф поклонился скорбящей девочке. – Добби и Винки будут иметь честь называть мисс Луна семьей. С этими словами эльф исчез из машины, и Дэн повел ее в сторону площади Гриммо. Сидя позади своего отца, Гермиона протянула руку и коснулась его щеки, когда они приблизились к дому Сириуса. Это была мера предосторожности, так как, хотя Сириус сказал им всем адрес, Гермиона не была уверена, что антимаггловские защитные заклинания не заставят ее отца свернуть в последнюю минуту. То, что когда-то было каретным сараем, теперь превратилось в гараж, и эльфы уже открывали ворота, чтобы Дэн мог въехать прямо туда. Затем по винтовой лестнице группа поднялась собственно в дом. Старый дом теперь был безукоризненно чист, и кремовые стены, которые встречали их на каждом шагу, создавали ощущение запаха краски, который, казалось, пропитал все здание. – Гарри, эти твои эльфы– чудотворцы. Этот дом никогда не выглядел так хорошо. Когда Добби взял плащи, и они вошли в кухню, Сириус снова был полон похвал двум самым маленьким членам их семьи. Она, конечно, была безупречно чистой, хотя все еще умудрялась быть теплой и гостеприимной. Аромат восхитительной кулинарии Винки легко маскировал любые запахи, указывающие на то, что помещение было недавно покрашено. Луна сидела между Гарри и Гермионой, изо всех сил стараясь съесть то, что ей положили. Поскольку все трое применяли тяжелую магию, их тела нуждались в топливе, чтобы восстановить то, что они сожгли, поддерживая патронусов против огромной армии дементоров. Вскоре Луна извинилась и отправилась спать, Гермиона тут же заявила, что тоже уходит. Эмма и Гарри поцеловали обеих девочек на ночь, и Добби увел их в приготовленную для них комнату. Подождав, пока девочки отойдут за пределы слышимости, Гарри обратился с просьбой к своему крестному отцу. – Сириус, ты не мог бы заняться приготовлениями к похоронам Ксено? Луна сказала, что ее мать похоронена на участке рядом с их домом, и она думает, что ее отец хотел бы лежать рядом с женой. Я узнаю больше, когда побуду с ней сегодня, и утром дам тебе знать обо всем остальном. Я надеюсь, мы защитим Луну от большей части всего этого. Одна вещь, которую я точно знаю – это будут тихие похороны. Последнее, что нужно Луне, это превращение их в потеху для толпы. Сириус быстро согласился со всем, явно ослабляя беспокойство Гарри. Следующее предложение, сказанное всем четверым, показало, что Гарри уже думал наперед. – Вы же знаете, что это все меняет, не так ли? – четыре кивка в ответ, и Гарри тоже встал, чтобы отправиться спать. Эмма обняла его и поцеловала, а появившийся Добби проводил его.***
Еще один молодой волшебник размышлял о своем будущем в совершенно непривычной обстановке. Драко лежал в маггловской спальне, которая, вероятно, была меньше, чем чулан для метел в Малфой-мэноре, и был полон решимости принять эту новую жизнь. Дом его крестного отца в Паучьем тупике, возможно, был и маггловским, и крошечным, но в нем была великолепно оборудованная лаборатория в расширенном магией подвале. Он собирался провести остаток лета, практикуясь в своих навыках зельеварения и одновременно работая над защитой разума. Он попросил мадам Боунс закрыть особняк Малфоев после того, как они закончат обыск, Драко вернется в дом предков только после отмщения за смерть матери. В то время как специальный выпуск "Пророка" справедливо восхвалял действия Поттера против Темного Лорда, в собственных шагах Драко к мести было гораздо больше Слизерина, чем дерзкого Гриффиндора. Драко признавал, что не смог бы сделать то же, что и Поттер в Косом переулке, это не означало, что у него не было навыков, которых не хватало его сопернику-Гриффиндорцу. Драко Малфой был чистокровным до мозга костей, именно таким, которых якобы защищал Темный Лорд. Драко на собственном горьком опыте убедился, что есть только один волшебник, которого защищает Темный Лорд – он сам. Он проповедовал сохранение старых традиций, но при этом откровенно игнорировал и разрушал их всякий раз, когда они противоречили его потребностям. Одной из старейших магических традиций было гостеприимство – приглашение в дом другого чистокровного регулировалось строгим кодексом, выходящим из глубины веков. Пытки хозяина на глазах у других гостей было достаточно серьезным нарушением старых обычаев, чтобы избегать такого гостя в приличной компании, убийство хозяйки было достаточным, чтобы чистокровное общество потребовало голову Темного Лорда на пике. Однако он был лордом Волдемортом, что означало, что его поведение не будет подвергнуто сомнению. Драко, конечно же, не был настолько глуп, чтобы атаковать Темного Лорда в лоб, оставляя эти действия таким, как Дамблдор, Боунс и Поттер. Тем не менее он мог подорвать поддержку Темного Лорда среди его сверстников в Хогвартсе. После того, как Министерство арестовало и пропустило через завесу кучу Пожирателей Смерти, в домах Слизерина и Равенкло будет полно разгневанных подростков. Его задачей будет направить этот гнев туда, куда и положено – на Темного Лорда. Это не министерство убило их родителей, а кто-то, кому они доверяли и приглашали быть гостем в их домах. Драко достаточно узнал от своего отца, чтобы понимать, что теперь Темный Лорд будет стеснен в финансах, его новая миссия будет заключаться в том, чтобы отвратить наследников этого потерянного в настоящее время богатства от дела, которое может привести к их убийству в собственных домах. Возможно, это было не так прямолинейно, как методы, которые использовал для борьбы с Темным Лордом Поттер, но Драко не питал иллюзий, что избранный им путь менее опасен, чем у золотого мальчика Гриффиндора. Он собирался показать всем, почему Сортировочная шляпа не могла поместить его никуда, кроме Слизерина.***
Холодная рука страха сжала яйца Лорда Волдеморта, и эта хватка с каждой минутой становилась все крепче. Он был в полном шоке – как такое возможно? Посетив старую хижину своей матери, он не мог поверить, что его кольцо-крестраж пропало. Он немедленно аппарировал на побережье, найдя некоторое утешение в том, что никто не проходил в каменную дверь с тех пор, как он ее запечатал. Это утешение рухнуло под тяжестью реальности, стоящей перед ним в данный момент. Одного взгляда в чашу было достаточно, чтобы определить, что этот медальон не был крестражем, он не чувствовал его, да и не должен был – это была явно подделка! Сделанные выводы испугали его больше, чем когда-либо с тех пор, как он покинул приют одиннадцатилетним волшебником, начиная новую жизнь в Хогвартсе. Если тот, кто искал его крестражи, на самом деле это мог быть только Дамблдор, нашел его кольцо и медальон, можно было предположить, что диадема, спрятанная в Хогвартсе, также была обнаружена. Волдеморт начал осознавать серьезность ошибки в использовании Нагини для размещения того, что теперь, скорее всего, было единственным оставшимся крестражем. Возможности спрятать Нагини так, чтобы ее никто не смог найти, не было, по крайней мере, без того, чтобы кому-то не пришлось присматривать за его фамильяром. Поскольку министерство фактически охотилось за ним и его последователями, Нагини, оставаясь рядом с ним, могла влезть в схватку. В любой битве между его войсками и Министерством Дамблдора, где воздух густел от смертельных заклинаний, его любимый фамильяр легко мог быть убит. Помимо того, что это сделает его смертным, уничтожение его последнего крестража может повлиять на него во время битвы, как если бы он получил ранение. Его изнуряющий страх смерти контролировался и становился преодолимым благодаря защите, которую обеспечивали крестражи, а также благодаря созданию личности Лорда Волдеморта. Теперь некогда побежденный страх вернулся и мстил испуганному Тому, не способному решить, что делать дальше. Тем не менее он больше не был Томом, Лорд Волдеморт был самым могущественным волшебником в Британии – у него все еще были верные последователи. Но у него не было ни малейшего представления, как вести борьбу дальше. Нападениям на дома Боунс и Уизли способствовало то, что его контакты в министерстве смогли отключить их от каминной сети. Поскольку этих контактов больше не было, атака на чей-то дом приведет к тому, что люди воспользуются камином, и быстро окажутся в безопасности. Дементоры также не вернулись под его командование, от ужаса, что некоторые из их братии уничтожены, они разлетелись на все четыре стороны. Он сомневался, что они когда-нибудь снова подчинятся ему. Темный Лорд мог только предложить им обещание питаться душами – Поттер показал, что обладает силой, способной уничтожить само их существование. Волдеморт вообще сомневался, что дементоры снова нападут на кого-то, зная цену, которую они могут заплатить за это. Если они будут вести себя разумно, то небольшие группы смогут легко поддерживать себя, облетая некоторые густонаселенные магловские районы. И если они никого не убьют, министерство, скорее всего, проигнорирует их, сосредоточив усилия на захвате его последователей. У лорда Волдеморта не было возможности ничего не делать, он не мог позволить себе улизнуть и спрятаться. Он должен был ответить – и его ответ должны увидеть, если он хочет оставаться реальной угрозой в умах волшебного населения Британии. Он нападет на магловский город, устроит убийства, хаос и разрушения, а затем отступит с победой и предоставит министерству разгребать сотворенный бардак. Это был краткосрочный план, прежде чем решиться на что-то еще, ему требовалась информация. Во-первых, был Поттер, ни один волшебник в этом возрасте не смог бы делать то, что мог он. Первой мыслью было, что мать мальчишки вызвала какую-то древнюю магию, сознательно пожертвовав собой, чтобы спасти сына, но теперь Волдеморт уже не был в этом так уверен. Он почувствовал силу мальчишки на кладбище, когда их палочки соединились, а затем Поттер сделал невозможное снова, пережив поцелуй дементора – и уничтожив некоторых из них в Косом переулке. Темный Лорд нуждался в информации о Поттере, Дамблдоре и особенно об этом трижды проклятом пророчестве – он действительно не мог продолжать, не зная точно, с чем он столкнулся. Северус мог получить эту информацию. Он даст ему некоторое время, прежде чем установить лимит времени. Тем не менее так или иначе, Темный Лорд получит то, что ему нужно – или дни зельевара Северуса закончились. Он разорвет его разум на кусочки, чтобы обнаружить все, что скрывал скользкий слизеринец, оставив Северуса с интеллектом флобберчервя. Наметив планы, и немного придя в себя, Темный Лорд вернулся в маленькую лодку. Ему нужно было покинуть пещеру и ведущий к ней провал, прежде чем аппарировать обратно в поместье Риддлов. Надо было еще кое-что сделать.***
В смерти Ксенофилиуса Лавгуда не было абсолютно никакой двусмысленности. Его убийство было засвидетельствовано двумя аврорами, как и убийство человека, который убил его. Это позволило быстро доставить тело Ксено его семье для погребения, и сейчас группа людей стояла в Оттери-Сент-Кэчпоул, купаясь в летнем солнечном свете. Погода совсем не подходила церемонии, в которой они должны были принять участие сегодня, и не отражала их настроение – безрадостное и удрученное. Сириус все устроил так, как Луна передала через Гарри, и единственными посторонними сегодня были ближайшие соседи Лавгудов, семья Уизли. Похороны прошли на красивой небольшой поляне, сквозь деревья виднелся дом Лавгудов. Однако никто не смотрел в ту сторону, все глаза были прикованы к гробу, который покоился на шпалерах рядом с глубокой ямой в земле. Гермиона подумала, что если бы не их скорбная задача, это было бы прекрасное место для пикника и спокойного послеполуденного общения с Гарри и Луной. То, что она и Гарри обнимали плачущую Луну, разрушило приятные мечты. Рон сидел рядом с Гермионой, а ее родители, Сириус и Ремус – в заднем ряду. Остальная часть семьи Уизли сидела позади них, и Артур вышел вперед, чтобы сказать несколько слов. – Не так уж давно я стоял здесь и говорил о Мии, а Ксено сидел там с любимой дочерью на руках. У меня нет слов, чтобы выразить, как мне жаль, что я снова здесь, хотя я получаю некоторое утешение, видя Луну в объятиях тех, кого она любит. Мне сказали, что Ксено провел свои последние минуты с гордостью наблюдая, как Луна и ее друзья спасают десятки жизней, когда дементоры атаковали Косой переулок. Никто точно не знает, видел ли Ксено проклятие, которое забрало его у нас, но я не думаю, что это имеет значение. Зная его, так же, как и я, Ксено сделал бы выбор – спасти молодую ведьму, которая считается семьей для всех нас. То, что о Луне будут заботиться, пока он отдыхает рядом с ведьмой, которая была любовью всей его жизни, означает, что отдых Ксено будет мирным. Слова Артура выбили дух из троих подростков, и Рон ободряюще сжал плечо Гермионы. Все были удивлены, когда Дэн встал рядом с гробом, чтобы сказать несколько слов. – Как отец, я просто не могу найти достаточно слов, чтобы выразить свою благодарность человеку, который спас жизнь моей дочери. Но именно как отец я даю это обещание рядом с последним пристанищем Ксено и Мии. Ваша дочь быстро стала нам родной, моя семья будет счастлива сделать это официально – если Луна этого захочет. Независимо от того, что она выберет, я обещаю, что она всегда будет желанной гостьей в любом доме, принадлежащем Грейнджерам. Мы с Эммой будем любить ее как дочь, независимо от того, какую фамилию она выберет. Тут к Дэну присоединился Рем. Его палочка опустила гроб в приготовленную могилу. Сириус и Эмма помогли четырем подросткам выйти вперед, чтобы отдать последние почести, Сириус передал им по розе, чтобы бросить на гроб. Вот тут Луна не выдержала, и Гарри с Роном пришлось увести девочек. Они не думали, что Луна или Гермиона захотят видеть, как Ремус и Сириус, используют палочки, засыпая могилу землей из насыпи под дезиллюминационными чарами. Молли обняла их всех, потом Фред и Джордж тоже выразили свои соболезнования. Гарри поблагодарил Рона за большую помощь, и позвал Добби, который перенес всех троих домой на площадь Гриммо. Ремус и Сириус пойдут прямо за ними, прихватив с собой Дэна и Эмму. Ужасная задача, стоявшая перед ними, была выполнена настолько хорошо, насколько вообще возможно, похороны – такая вещь, которую нужно просто пережить. Джинни застряла рядом с матерью, и не по своей воле. Джинни разрешили присутствовать на церемонии при условии, что сегодня она не будет приближаться к Гарри. Так как эти ограничения устанавливал ее отец, у Джинни не было другого выбора, кроме как принять их. Но это вовсе не значило, что ей должна нравиться эта ситуация, и она ей не нравилась.***
Газеты, как магические, так и магловские, были полны сообщений о нападении Волдеморта. С другой стороны, когда вы причиняете ущерб на десятки миллионов фунтов стерлингов одному из самых больших готических соборов в Европе, несколько обливиэйтов не помогут. Восемьдесят девять мужчин, женщин и детей, убитых, когда Темный Лорд привел буйствующих Пожирателей Смерти в Йорк, магическое сообщество не сможет скрыть. Эта история приобрела глобальный характер, фотографии и даже некоторые видео этих странно одетых террористов появились во всех средствах массовой информации. Британское Министерство магии теперь было занято своими делами, пытаясь справиться с ситуацией, а это означало, что их глаза не смотрели куда-то еще. Это помогло им расчетом времени, решение было принято. Это был еще один листок бумаги, который Сириус держал в руке, что приводило его чувства враздрай, хотя он и задавался вопросом, действительно ли судьба любит смеяться за его счет. Когда Гарри вернулся к окулистам, Сириус подумал, что сама окулистка еще красивее, чем помнилось по прошлой встрече – она также казалась гораздо более отзывчивой к его заигрываниям. Теперь, зная, что ее зовут Клэр, и что она не замужем, Сириус получил мягкую насмешку от Ремуса и Дэна, в то время как сама Клэр была занята повторной проверкой зрения Гарри. Они вернулись улыбаясь, и Клэр направилась прямо к Сириусу. – Каким бы ни был этот несчастный случай, похоже, он положительно повлиял на зрение Гарри. Его зрение еще не совсем идеально, но я думаю, было бы преступлением прятать такие красивые зеленые глаза за очками. Пусть его снова проверят примерно через полгода, чтобы увидеть, насколько восстановилось его зрение. Затем она передала рецепт Гарри, покраснев при этом. – Вы можете привезти его сюда для проверки, но вам не придется ждать полгода, если вы захотите позвонить мне. Я прикрепила к его рецепту мой личный номер... Клэр явно ждала ответа, и Сириус остался один, не зная, что сказать. В конце концов он просто выпалил правду, это, во всяком случае, честно. – Мы уже садимся на паром, и уезжаем отсюда, и не знаем, когда вернемся в Британию – и вернемся ли вообще. На лице Клэр ясно читалось разочарование, а также некоторая злость, но все, что она сказала, было "о". Эмме пришлось войти и объяснить ситуацию, прежде чем Клэр поняла, что от нее не отмахиваются. Она не была похожа на человека, который регулярно раздает свой номер телефона незнакомцам, а Сириус определенно интересовался красивым медиком. Эмма любила играть в сваху. – Мы действительно отправляемся сегодня в небольшое приключение, но это не значит, что Сириус не сможет поддерживать контакт, пока мы не осядем где-нибудь в Европе. Если вы двое поладите, Сириус легко может заскочить в Британию на день или около того... Сириус знал, что Эмма имела в виду под "заскочит", но Клэр не знала. – Ты проделал бы такое расстояние, только чтобы увидеть меня? – Я пройду столько, сколько нужно... – слова были сказаны прежде, чем Сириус смог подумать о том, что сказал. Поскольку Клэр теперь снова улыбалась, он не возражал против этой дурацкой реплики. Пообещав купить мобильный телефон и дать ей номер, Сириус покинул салон оптики пружинистой походкой, стараясь не обращать внимания на ухмылки трех подростков. Счастливая команда въехала на паром и отправилась в Дьепп, Гарри, Гермиона и Луна стояли на палубе, оглядываясь на покидаемую страну. Гермиона задала вопрос, который волновал всех. – Как ты думаешь, мы когда-нибудь вернемся? Гарри встал посередине, Луна прижалась к нему и высказала свое мнение. – Все, о ком я забочусь, находятся на этой лодке. Пока мы вместе, это все, что имеет для меня значение. Гарри дал более обдуманный ответ. – Мне нужно, чтобы те, кто рядом со мной, были в безопасности, но в Британии сейчас это просто невозможно. Я надеюсь, что однажды мы сможем вернуться, хотя бы для того, чтобы увидеть друзей. – Я думаю, Сириус наверняка вернется в Ньюхейвен, он строил глазки твоему окулисту... "Шутка" Гермионы вызвала больше стонов, чем смеха, хотя все трое были бы рады, если бы Сириус нашел немного счастья в жизни. Он определенно казался счастливее от интереса красивой женщины, и кто знает, что ждет их в будущем – любого из них. Конец части 1
