Don't look back in Anger/Оглянись не во гневе

      Клэр не была уверена, был ли это поздний обед или ранний ужин, новобрачные не придерживались какого-то графика. Круиз вдоль побережья Девона – это замечательно, а с мужем – просто идеально. Внезапно идеальный мир взорвался.       Сириус замолчал на полуслове, на его лице появилось выражение ужаса.       Обеспокоенная Клэр задала очевидный вопрос.       – В чем дело?       – Прости, любовь моя, я забыл, что ты не видишь и не слышишь заклинания. Ремус только что сказал мне, что Луну похитили из Хогвартса, выхватили прямо у них из-под носа. Нужно добраться до нашей каюты, запереться, и отправиться на Гриммо. Это может быть очень некрасиво, Гарри пойдет за ней, Гермиона будет в ужасном расстройстве, и Эмма не намного лучше.       Клэр сразу же вскочила со своего места, и они с Сириусом практически помчались обратно в свои апартаменты. Возможно, это и вызвало несколько смешков среди экипажа, но Блэки не беспокоились об этом – их семья была в смертельной опасности.              

***

             Джинни помогли подняться на ноги, и она рассказывала братьям свою версию того, что только что произошло.       – Они появились из ниоткуда, у меня даже не было возможности позвать на помощь... – слова Джинни замерли у нее в горле при виде того, как расстроенная Гермиона сидела на земле, баюкая безжизненную голову Гарри у себя на коленях. Мысль, что все было напрасно, подтолкнула Джинни к своей поверженной любви.       – Что случилось? Гарри совсем не должен был пострадать... – Джинни вдруг поняла, что сказала слишком много, и палочка Гермионы, направленная ей в лицо, была первой подсказкой.       – Что ты натворила?       Глядя в эти выразительные карие глаза, полные ужаса, Джинни казалось, что за ними скрывается море едва сдерживаемой ярости.       – Ничего, я...       – Джинни, я люблю Гарри и Луну всем своим существом. На тебя мне плевать. Пожалуйста, поверь, я разберусь с тобой настолько болезненно, насколько это необходимо, чтобы спасти этих двоих. Здесь тебе никто не поможет, единственный способ остановить меня – рассказать все, что знаешь. Как видишь, я не в лучшем состоянии, поэтому советую, блядь, поторопиться! – Гермиона начинала почти спокойно, но к концу разговора уже орала на рыжую дуру.       Ремус немедленно отправил сообщение Сириусу, и взял пару минут, чтобы разобраться в ситуации, прежде чем связываться с Макгонагал.       Оглядываясь вокруг в поисках поддержки, Джинни поняла, что ей некуда деться. Братья смотрели на нее, как на незнакомку, а их друзья не могли скрыть отвращения. Но именно из-за Гарри она приняла решение. Не потому, что на этот раз он не сможет ее спасти, а потому, что ей обещали, что он не пострадает. К тому времени, как Джинни ответила, кончик палочки Гермионы засиял силой.       – Это Булстроуд. Она хотела отомстить Луне, но Гарри не должен был пострадать...       Когда Джинни рассказала свою печальную историю, Рон отшатнулся на несколько шагов, и его вырвало. Вскоре Сьюзен стояла рядом с ним, гладя его по спине и всячески поддерживая. Как и все остальные, она была потрясена услышанным.       – Не могу поверить, что Джинни настолько глупа. Конечно, они пытались навредить Гарри, целясь в Луну. Я не видела, что они сделали с Гарри, он просто упал.       Использовав палочку для aquamenti чтобы прополоскать рот, через пару секунд испуганный Рон выдал Сьюзан часть секрета.       – Они не трогали Гарри, он пошел искать Луну. Если они что-то с ней сделали...       Сьюзан не была уверена, смотрел Рон на своих лучших друзей или на сестру, когда говорил, но дрожь ужаса, которая прошла через него, была очевидна. Пока Сьюзен переваривала сказанное, Джинни закончила свой горестный рассказ. Затем Гермиона оглушила и связала глупую маленькую сучку, а Ремус послал сообщение Макгонагал.       Теперь Сьюзен разделяла страх своего парня. В то время как судьба Луны могла висеть на волоске, она подумала, что Джинни в любом случае полностью в пролете.              

***

             Все произошло так быстро, что Луна не успела среагировать. После удара битой по скуле ее подняли в воздух, переместили портключом, и она была полностью дезориентирована. Ее похитители были достаточно уверенно отменили дезиллюминационные чары, они переместили Луну именно туда, куда хотели. Булстроуд просто не могла удержаться, чтобы не похвастаться.       – Неужели ты думала, что тебе сойдет с рук выставлять меня дурой? Я всегда бью в ответ. Тео, забери палочку этой сучки.       Луна почувствовала, как руки Тео Нотта начали лапать ее тело, но прежде чем она успела что-либо сделать, Миллисент сильно ударила ее по лицу. Из носа потекла кровь, а затем Луна получила еще один удар мясистым кулаком и почувствовала привкус крови во рту.       – Я могла бы заниматься этим весь день, Чокнутая, мне очень нравится возможность попортить тебе личико. Думаю, Тео наслаждается поиском палочки еще больше. Либо ты отдашь палочку сама, либо мы продолжим в том же духе...       Когда рука Тео двинулась вверх по платью, палочка Луны прыгнула ей в руку, но ублюдок сразу перехватил ее. Она уже собиралась поразить обоих тем, что они запомнят навсегда, но ненавистный голос прервал эту отчаянную идею.       – Проблемы?       – Без проблем, профессор Снейп. Глупая шлюха Уизли отлично сыграла свою роль.       – Хорошо, тогда веди ее, хозяин ждет. Вы заслужили свои темные метки.       Из воспоминаний Гарри Луна точно знала, куда ее привели. Они были на том самом кладбище, где походя убили Седрика, а затем возродили Волдеморта. Даже с тремя нацеленными на нее палочками, одна из которых была в руках Снейпа, Луна размышляла, не лучше ли обернуться и позволить Мунлайт разобраться.       Гарри ракетой метнулся к ней, остановив Луну, и она слабо усмехнулась разбитыми губами. Только отсутствие массы предотвратило звуковой удар, поскольку он, должно быть, летел быстрее скорости звука. На подходе к усадьбе Риддлов Луна была уже не одна.       Они так привыкли друг к другу, что через несколько секунд Гарри точно знал, что случилось с Луной.       – Это не твоя вина, любимая. Чтобы обратиться, требуется концентрация, невозможная, когда бьют битой или кулаком в лицо. Снейп – ублюдок, но он опасный ублюдок, придержи Мунлайт, пока она не сможет сделать больше. Мы пройдем через это, Гермиона ждет нас, чтобы вернуться домой.       Появление еще двух пожирателей на флангах не оставило им другого выбора, кроме как идти туда, куда вели. У Снейпа явно была принимающая группа, ожидавшая Луну на кладбище, он в самом деле был опасным ублюдком.       Дом Риддлов был явно магловского происхождения, без того, что считалось нужным среди эксцентричных волшебников. Никаких странных форм или деталей, торчащих под невообразимыми углами, простое солидное кирпичное здание подходящего размера и роскоши для сельского сквайра.       Луну повели вверх по тропинке, и у входной двери к их процессии, направлявшейся к хозяину, добавились еще два стражника. Для поддержания духа Луны Гарри пошутил, что семерых с палочками маловато против пятнадцатилетней девочки. Но они не недооценивали, в какой беде оказались.       Остановившись у двустворчатой двери рядом с вестибюлем, Снейп почтительно постучал. Дождавшись приглашение войти, он открыл двери и повел процессию внутрь.       Когда-то, возможно, элегантный, бальный зал за годы пострадал от запустения и упадка. Комната была пуста, за исключением помоста напротив входа, на котором стояло большое кресло, в котором красноглазой рептилией восседал самопровозглашенный Лорд Волдеморт.       Снейп остановился шагах в пяти от платформы и опустился на одно колено, почтительно склонив голову. Остальные шестеро последовали его примеру, оставив Луну стоять в одиночестве.       Это вызвало комментарий у Темного Лорда.       – Обычно склоняются перед сильнейшим, особенно в его доме. Или в наши дни молодежь ничему не учат?       Глянув на свое обручальное кольцо, Луна посмотрела прямо в красные глаза Волдеморта.       – Волшебник, который надел мне это кольцо, никогда не поклонился бы тебе, и я не могу поступить иначе, как попытаться быть достойной своего будущего мужа.       Услышав этот выпад, разъяренный Тео Нотт встал и схватил Луну с намерением заставить ее поклониться. Однако на этот раз он имел дело с Луной, которая не была ошеломлена или застигнута врасплох. Она крутанулась на левой ноге, добавляя больше скорости и силы правому колену, которое болезненно врезалось в пах Тео. Ее правая рука молниеносно сжалась в кулак, злобно ударив его прямо в горло. Тео рухнул на землю прежде, чем кто-либо успел среагировать, оставив Луну на свободе, а она повернулась и снова вызывающе посмотрела на Темного Лорда.       Смех Волдеморта был ужасной вещью, в нем вообще не было радости.       – О, у тебя есть дух, девочка, отдам тебе должное. Ты смело стоишь там, твое лицо в крови, ты знаешь, что ждет тебя в ближайшем будущем – и все же ты борешься. С другой стороны, будь иначе, Поттер не был бы в тебе заинтересован. Я мог бы отослать ему твою руку с его кольцом на пальце, конечно, когда мои слуги закончат с тобой. Поверь мне, Поттер не захочет иметь ничего общего с будущей леди Блэк после того, как мои Пожиратели Смерти повеселятся.       Оставив девушку несколько мгновений подумать об этом, он переключил внимание на свою группу последователей.       – Северус, исцели своего ученика. И пусть Нотт знает, что если в следующий раз будет действовать без приказа в моем присутствии, я позволю ему умереть – или убью сам.       Кивнув и вытащив палочку, Северус начал накладывать заклинания, восстанавливая трахею Нотта. Девушка Лавгуд, очевидно, полностью осознавала серьезность своего положения и не скрывала этого. Она стояла, вызывающе глядя на Темного Лорда, в то время как Тео умирал у ее ног.       Затянувшееся молчание не повлияло на Луну, с ней был Гарри, поддерживая ее, пока оба пытались найти выход. Вспышка любви и гордости, которая прошла через Луну, когда она ответила Темному Лорду, заставила ее высоко поднять голову. Утверждение Гарри, что он недостоин, осталось без ответа.       Обратив внимание на вызывающе стоящую девушку, Волдеморт начал терять остатки терпения.       – Так вот, девочка, мы пошли на все эти хлопоты не для того, чтобы немного развлечь моих последователей. Мой шпион Северус обнаружил, что Поттер может заставить свою душу покинуть тело. Тайна того, как он пережил мое смертельное проклятие, а затем поцелуй дементора, раскрыта. Ты расскажешь мне, как он это делает, и как я могу бороться с этим. Будет ли убийство тела разрушать его душу, или мне нужно выполнить какой-то ритуал, чтобы, наконец, заставить надоедливое отродье сдохнуть?       Луна, и Гарри были потрясены тем, что это стало известно. Было не слишком трудно понять, как он узнал, Волдеморт дал им ответ. Был только один человек, который знал об этом и мог сообщить Снейпу – Альбус Дамблдор.              

***

             Клэр и Сириус, вернувшиеся на Гриммо, стали неожиданностью, однако, причина их прибытия стала шоком. Дэн пытался утешить обезумевшую жену, но сам был в слезах. Однако Сириус действительно не мог остаться.       – Мы все знаем, что будет делать Гарри, мне нужно попасть в Хогвартс и посмотреть, чем я могу помочь...       – Ты не можешь оставить нас здесь, мы сойдем с ума, не зная, что происходит.       – Дэн, маглы даже не видят Хогвартс... – внезапно осознав, что Эмма и Дэн уже бывали там, Сириус вызвал эльфов.              

***

             Они были в кабинете директрисы, Гарри лежал на диване рядом с Гермионой. Джинни все еще была ошеломлена и опутана веревками. Возражения Макгонагал закончились, когда Гермиона заявила, что тупая сука, произнеся неверное слово, может сдохнуть. Никто из присутствующих не сомневался, что Гермиона имела в виду именно то, что сказала, так что рисковать не стоило. Макгонагал в настоящее время связывалась с министерством через камин.       Патронус в виде собаки, направившись прямо к Ремусу, передал сообщение, которое заставило его бежать, а Гермиону снова заплакать.       – Наши маленькие друзья доставили Блэков и Грейнджеров в Хогвартс, так же, как в прошлый раз. Встреть нас как можно быстрее, чтобы мы могли добраться до Гермионы и Гарри.       Группа поспешно вошла в дверь как раз в тот момент, когда Альбус и Амелия вышли из камина. Гермиона оказалась в любящих объятиях родителей, а Сириус опустился на колени рядом с Гарри. Клэр стояла рядом с мужем, пока Ремус рассказывал, что произошло.       Как обычно, Дамблдор попытался взять инициативу в свои руки.       – Мы не можем допустить, чтобы мисс Уизли осталась лежать вот так. Да, она, кажется, совершила глупую ошибку, но это чрезмерно...       Гермиона тут же вмешалась.       – Она точно знала, что делает. Джинни хотела убрать Луну с дороги, в частности, чтобы стать следующей Леди Блэк. Мадам Боунс, все знали, что Луна будет Леди Блэк, она носила кольцо. Сколько законов нарушает похищение Луны, чтобы Джинни могла занять ее место?       – Немало, мисс Грейнджер. Некоторые из них предусматривают весьма суровые наказания для тех, кто их нарушает.       – Как невеста Гарри, я хочу выдвинуть все возможные обвинения против Джиневры Уизли за ее роль в похищении Луны Поттер.       Забыв, что Луна теперь Поттер, а помолвка дает мисс Грейнджер законное право, Альбус попытался вмешаться до того, как все зашло слишком далеко.       – Думаю, нужно подождать, пока Гарри вернется и позволить ему принять решение. Амелия, также я думаю, тебе было бы лучше потратить время на подготовку армии авроров к нападению на Волдеморта. Как только Гарри вернется, он сможет сообщить нам местонахождение Темного Лорда.       Гермиона была непреклонна.       – Мадам Боунс, я хочу, чтобы эти обвинения были предъявлены. Я принесу официальную жалобу здесь, и при свидетелях, если это необходимо. Это не будет сметено под ковер как какой-то проступок, который приведет к отработкам для Джинни и потере баллов Гриффиндора.       Затем она обратила нарастающий гнев на Дамблдора.       – Гарри не вернется сюда без Луны. Он никогда ее не оставит.       Придав своему голосу все сочувствие, которое он мог собрать, Альбус попытался урезонить явно обезумевшую ведьму.       – Я знаю, что мистер Поттер очень преданный человек, мисс Грейнджер, но Волдеморт может и не дать ему выбора оставить мисс Поттер.       Со слезами на глазах Гермиона сказала великому Альбусу Дамблдору, в чем он неправ.       – Выбор есть всегда, и семья знает, какой выбор сделает Гарри. Он не оставит Луну одну...       Руки матери крепче сжались вокруг Гермионы, пока Амелия пыталась осмыслить последнее утверждение.       – Ты хоть понимаешь, что говоришь?       – Я точно знаю, что говорю, Гарри не оставит Луну в одиночестве. Если Волдеморт убьет Луну, Гарри уйдет за ней. Волдеморт фактически убьет их обоих, и я хочу, чтобы эта мелкая сука была обвинена в том, что помогла сделать это возможным!       – Но ведь Гарри не станет этого делать? – спросил шокированный Дамблдор, не в силах поверить в то, что он только что услышал.       – Ты можешь думать, что знаешь Гарри, но на самом деле это знает только его семья. Спроси Ремуса или Сириуса, что они думают, Я знаю, с кем они согласны.       Рон ответил.       – Если бы у Волдеморта была Гермиона, я знаю, Гарри никогда бы ее не бросил. Он относится к Луне точно так же, как к Гермионе, для меня это ответ на вопрос. То, что моя сестра была вовлечена в это, сестра, спасая которую Гарри почти умер, заставляет меня чувствовать грязь и стыд.       Гермиона шагнула вперед и крепко обняла друга, заставив Сьюзен улыбнуться. Она знала, что эти двое были лучшими друзьями, и полностью доверяли друг другу.       Поскольку все смотрели на обнимающихся друзей, Амелия подумала, что она, возможно, единственная, кто заметил, что Альбусу пришлось сесть. Что-то в откровении Гермионы на самом деле потрясло его.              

***

             Наблюдая, как Волдеморт поднялся со своего большого стула и медленно подошел к ней, Луна была уверена, что если бы Гарри не был здесь с ней, то она была бы хнычущей развалиной.       – Я никуда не уйду, любовь моя, и это именно то, чего он хочет от тебя. Волдеморт является экспертом по запугиванию, он каждый день оттачивает эти навыки на своих бредовых последователях. Посмотри на них, они в страхе падают на колени, а моя прекрасная Луна стоит во весь рост. Я горжусь тобой. Теперь нам нужно попытаться сбить его с привычного пути – точно так же, как мы практикуем в интеллектуальных играх против Ремуса и Сириуса.       – У них нет красных глаз и пропавшего носа. О, и это отвратительное дыхание, Дэн и Эмма наверняка устроят Волдеморту ад за отсутствие гигиены полости рта...       Мысленный разговор был грубо прерван хозяином дома, пора было идти.       Темный Лорд был поражен тем самообладанием, которое демонстрировала эта молодая ведьма. Да, она была напугана, в конце концов, она была достаточно умной ведьмой, чтобы понять, что ее положение безнадежно, но она не позволяла страху управлять собой. Это было почти так же, как снова столкнуться с Поттером. Он тоже не смог запугать сопляка на кладбище в прошлом году. Однако Темный Лорд был полон решимости сломить ведьму Поттера, сначала умственно, а затем физически.       – Поттеру, похоже, нравятся умные ведьмы, Думаю, сегодня мы можем проделать некоторую работу. Ты, очевидно, не собираешься добровольно говорить то, что мне нужно знать, поэтому я просто вытащу эту информацию прямо из твоей головы. Это, конечно, не оставит от тебя ничего, кроме бессмысленной слюнявой шелухи. – он провел холодными костлявыми пальцами по гладкой щеке Луны, той, которую не разбила Булстроуд.       – А вот мои последователи не слишком разборчивы. Их не волнует интеллект женщины, которую они насилуют, твои слюни не будут иметь для них никакого значения. Возможно, через пару недель я даже отправлю тебя обратно к Поттеру, им нравится веселье, но новизна к тому времени уже пройдет. Ты можешь спасти себя от всего этого...       Теперь он был прямо перед ее лицом, как будто Волдеморт готовился поцеловать ее. Это дало Луне идею.       – Я думала об этом, но не вижу смысла. Разминать тебе яйца на самом деле не стоит затраченных усилий. Гарри видел тебя голым на кладбище, и он говорил, что у тебя нет яиц. Каково это – быть в теле, у которого нет яиц, сделанном из части твоего магловского отца и части Червехвоста? Я думаю, лучше быть слюнявым идиотом, чем жить со всеми, кто это знает...       Резкие вздохи его коленопреклоненных последователей, распространившиеся вокруг, только раздули пламя гнева Волдеморта. Время для тонкостей только что прошло, он просто возьмет информацию, которую хотел от этой белокурой сучки.       – Ligilimens, – Темный Лорд нырнул прямо в сознание Луны.       Он обнаружил, что стоит на красивом и пышном зеленом холме. Длинная зеленая трава и обильные полевые цветы скрывали несколько входов в кроличьи норы, которые пронизывали склон холма. Оправившись от шока, вызванного открытием, что у этой юной ведьмы есть полный ментальный ландшафт, он правильно предположил, что ее воспоминания будут храниться под землей.       Прежде чем Темный Лорд успел отреагировать на это предположение, он обнаружил, что его атакуют пчелиные рои, поднявшиеся из тысяч цветов, окружавших его. Каждая пчела, пробившаяся сквозь его защиту, умудрялась ужалить его, выпуская воспоминания. На самом деле его собственные воспоминания, от чего великий Лорд Волдеморт впал в ступор. Здесь были вещи, которыми он никогда не делился ни с одной живой душой, а теперь их выставляли напоказ прямо перед ним. Как это было возможно?       Бомбардировка Темного Лорда его собственными воспоминаниями была настолько эффективна, что он даже не видел, кто или что в конце концов поразило его. Но Волдеморт точно знал, что никогда в жизни его не били сильнее.       Северус с изумлением наблюдал, как заклинание Темного Лорда, казалось, отскочило от девушки обратно в заклинателя, взметнув его тело над землей. Темный Лорд летел над полом, как тряпичная кукла, выброшенная из детской кроватки. Его инерция была остановлена только тяжелым ударом в кресло. Все Пожиратели Смерти услышали треск и надеялись, что это только части сломанного деревянного трона.       Девушка тяжело дышала, но все еще гордо стояла на ногах, вызывающе глядя на потерявшего сознание Темного Лорда. Северус быстро оглушил ее, прежде чем кто-то еще решит ударить блондинку намного сильнее.       – Джекобсон, покажешь Булстроуд и Нотту подвал. Я хочу, чтобы эта сука была заперта там, а эти двое пусть охраняют двери, и я хочу, чтобы она была цела и невредима. Наш хозяин сам захочет отомстить за это оскорбление, горе тому, кто откажет ему в этой мести. Остальные пусть подождут минутку, пока я не выясню, что с нашим Лордом. Возможно, мне придется вернуться в Хогвартс за любыми зельями, которые понадобятся, чтобы вылечить его, – все подчинились приказам, и Северус был рад, что его хоть кто-то слушает.              

***

             Альбус снова попытался взять ситуацию под контроль, предложив Минерве очистить ее кабинет от студентов Хогвартса. Гермиона тут же возразила, спросив, могут ли остаться их друзья.       Для старого волшебника это снова был снисходительный режим.       – Я понимаю, Рональд останется, поскольку вы трое были очень близки в течение многих лет...       Этот подход не произвел на Гермиону никакого впечатления.       – Рон и Невилл – шаферы Гарри на нашей свадьбе, а Сьюзен будет одной из моих подружек невесты. Парвати была моей соседкой по общежитию четыре года, Фред и Джордж были нашими друзьями с тех пор, как мы впервые вошли в эту школу. Каждый из них был свидетелем всего, что произошло до сих пор, и я не вижу никакого смысла выдворять их. Знание, что они здесь, их поддержка, поможет мне оставаться в здравом уме, я хотела бы, чтобы им позволили остаться – если они хотят.       На этот раз первым ответил Невилл.       – Если ты хочешь, чтобы мы были здесь, мы остаемся.       Это нашло полное согласие со стороны всех друзей и, что более важно, Макгонагал.       Поскольку Гермиона была непреклонна в своих обвинениях, у Амелии не было другого выбора, кроме как отправить Джинни в Министерство. Позже Амелия вернулась с Августой Лонгботтом и взволнованным Артуром Уизли.       Он даже не мог взглянуть на своих сыновей, вместо этого попытался извиниться перед Гермионой.       – Я должен был услышать это от Джинни, прежде чем поверить, что Уизли может так поступить. Я не могу передать, как нам жаль. Вся семья знала, что она втрескалась в Гарри, но мы думали, что это всего лишь безобидная влюбленность. Если есть что-то, что семья Уизли может сделать для помощи Гарри и Луне, тебе даже не нужно просить – мы придем.       – Мистер Уизли, вся школа, включая нас, знала о том, что Джинни влюблена. Мы тоже никогда не думали, что она сделает что-то подобное. То, что она сделала, не может быть оправдано никакой любовью...       – То, что она сделала, вообще не может быть оправдано! – каждый раз, когда Рон смотрел на своего лучшего друга, он сталкивался с очень реальной перспективой того, что Гарри может никогда не вернуться. То, что его сестра сыграла жизненно важную роль в этой ситуации, ставило Рона в тупик. Он, конечно, мог понять Гермиону, желавшую проклясть Джинни, но это было не то, что он когда-либо смог сделать.       Мнение Рона, явно отражавшее настроение собравшихся, разрушило решимость Артура, он нашел место в углу и присоединился к почти безмолвному бдению, пока они ждали каких-либо новостей.       Альбус видел, как все его планы превращаются в дым. Он тайно назначил бы Артура преемником на посту министра магии, когда, наконец, Волдеморт будет повержен. Артур был умеренным человеком, и приходил бы к своему наставнику за советом, позволяя Альбусу, уйдя в отставку, держать руку на пульсе волшебной Британии. Мисс Грейнджер, выдвигая обвинения против младшей дочери Артура, уничтожит волшебника эмоционально и политически – особенно если действия Джинни приведут к гибели Гарри Поттера.       Любой, кто был вовлечен в этот сценарий, не выжил бы невредимым, и это действительно беспокоило его. То, что у Альбуса были причины для беспокойства, подтвердилось, когда разъяренный Северус ворвался в офис.       Первым человеком, которого увидел Северус, был Ремус Люпин, и теперь его гнев имел свою цель.       – Какого черта ты позволил этим болванам забрать ее?       Последние несколько часов Ремус думал примерно о том же, и он высказал единственное, до чего додуматься.       – Я был слишком занят охраной Гарри, мы не думали, что девочки в опасности. Они застали нас врасплох.       – Почему ты охранял Поттера? Я говорил... – Северус смолк, но то, как он повернулся и пристально посмотрел на Альбуса, сказало больше, чем слова.       Сириус мгновенно оказался прямо перед лицом Дамблдора.       – Вы знали об этом?       Не давая Дамблдору шанса придумать какие-то полуправдивые оправдания, Северус в гневе выплеснул все наружу.       – Конечно, он знал. Я рассказал ему, кто в этом замешан, за кем они охотятся и как собираются это сделать. Дамблдор придумал сложный план смущения Поттера в министерстве в среду, заставляя его покинуть Британию, прежде чем это может произойти. Затем он, казалось, передумал. Я думал, Люпина направили сюда, чтобы остановить похищение девочки. Дамблдор вообще не предупреждал тебя, не так ли?       Необходимость просто сидеть здесь и думать, что может случиться с людьми, которых Дэн определенно считал своей семьей, поставила его на грань. Услышав, что этот ублюдок знал все о похищении Луны, но не сделал ничего, чтобы предотвратить, толкнул Дэна через край. Он прыгнул к Дамблдору, готовый ударить его по лицу.       Его дочь оказалась проворнее, послав в отца Petrificus Totalus.       – Прости, папа. Магл, ударивший Министра Магии, независимо от того, насколько он этого заслуживал, будет в большой беде. Дамблдор мог бы использовать это как рычаг, чтобы заставить нас делать то, что он хочет.       Отец, казалось, не слишком возражал против заклинания Гермионы. Когда Ремус подхватил окоченевшего Дэна, чтобы спасти его от падения на пол, у него был прекрасный вид на хук еще более разъяренного Артура, в челюсть Дамблдора.       – Ты больной, извращенный ублюдок! Ты знал, что моя дочь совершит ошибку, которая разрушит ее жизнь и нашу семью, но ничего не сделал. Я требую ответа, Альбус. Думаю, я имею на это право.       Гнев, казалось, был заразителен, Северус все не успокаивался. Альбус был обеспокоен, что его терпение лопнет.       – Каждый раз, оказываясь рядом с Темным Лордом, я серьезно рискую жизнью – и ради чего? Сегодняшнее похищение легко можно было предотвратить, но ты сознательно решил этого не делать. Я рискую жизнью ради информации, а ты ее не используешь...       Рон и близнецы оттащили отца от Дамблдора. Каким бы приятным ни было избиение старого волшебника, на кону стояли гораздо более важные вещи. Министр магии знал, что Джинни собирается нарушить закон, и намеренно позволил ей это. Из-за Дамблдора люди могли потерять жизнь, и у него были серьезные неприятности. Три высших должностных лица министерства могли засвидетельствовать произошедшее, это невозможно смести под ковер.       Альбус попытался подняться и объяснить свои действия.       – На самом деле, Северус, я использовал твою информацию, чтобы закончить войну. Заклинание Волдеморта не дает тебе раскрыть, где он прячется, и мы не смогли найти никакого способа обойти это. После похищения девочки, Гарри должен был пойти за ней, а потом привести нас туда. Я планировал ударить по логову Волдеморта всеми силами, положить конец войне и, надеюсь, спасти девочку. Решимость Гарри не бросать ее только мешает этому.       Для подтверждения Северус повернулся к единственному человеку, который знал наверняка.       – Значит, Поттер с ней? Он может и перемещать душу?       Заметив намек на понимание в его глазах, Гермиона ответила – хотя у нее самой были очень важные вопросы.       – Да, Гарри с ней. Вы видели Луну? Как она там?       – Это кое-что объясняет. Да, я видел ее, когда я уходил, она была жива. Булстроуд ударила ее кулаком в лицо, больше никаких травм, но она вывела Темного Лорда из строя...       Амелия пыталась сдержать отвращение к действиям Дамблдора, молчаливо обещая вывести старого волшебника на суд Визенгамота. Слова Снейпа изменили ее приоритеты.       – Луна сделала что?       – Темный Лорд хотел знать, как душа Поттера может покинуть его тело, Но девушка просто отказала ему. Теперь я ясно вижу наглость Поттера в ее действиях. Когда Темный Лорд применил легилименцию, чтобы получить это знание, несколько секунд его глаза были полны страха, а потом его отбросило через полкомнаты. В настоящее время он без сознания с множественными переломами костей и некоторыми внутренними повреждениями. У него также текла кровь из ушей, носа и рта, мало шансов, что он придет в сознание по крайней мере в течение двадцати четырех часов.       Гермиона почти боялась спросить, но это было необходимо.       – А Луна?       – Я ошеломил ее прежде, чем кто-то успел сотворить что-то более пакостное. Я приказал запереть ее вместе с Булстроуд и Ноттом в качестве охранников. Это могло бы дать ей шанс... – у Северуса шансов не было. Все увидели зрелище, которое мало кто мог себе представить – Гермиона Грейнджер с облегчением обняла Северуса Снейпа.       – Спасибо, профессор. Вы не только дали им шанс, вы дали нам надежду. Мадам Боунс, пожалуйста, скажите, что есть обвинения, которые можно выдвинуть против Дамблдора?       – Поскольку он действующий министр магии, это дает ему законный иммунитет в данной ситуации. В то время как решения, которые он принял, вызывают у меня отвращение, и я надеюсь, что министром он быть перестанет, кто-нибудь здесь серьезно сомневается, что Дамблдор оправдает свои действия государственными интересами? Хорошее решение с твоим отцом, Гермиона, ты действительно знаешь Дамблдора.       Дэн теперь был свободен и тоже так думал. Семья была единственной, кто знал возможности трех подростков, и у них действительно была некоторая надежда.       Альбус все еще пытался оправдать свои действия, ссылаясь на высшее благо. Что значит риск для одной жизни, если это может привести к концу войны? Он никогда не был родителем, не создавал эмоциональную связь и не понимал, что каждый родитель в этой комнате скорее умрет сам, чем увидит, как умирает их ребенок.       Минерва не замедлила сообщить ему свое мнение.       – Альбус, когда министерство уволит тебя, не приходи ко мне в поисках работы. Тот, кто может принять такое решение, не имеет права работать с детьми.       Северус все еще был так зол, что сейчас рассказывал все, что знал, мадам Боунс. Скоро ему придется решить, стоит ли возвращаться в логово Темного Лорда и попытаться помочь им бежать. В любом случае, его шпионская деятельность закончилась. Разговор с Грейнджер даст более реалистичную оценку шансов Лавгуд и Поттера на самостоятельный побег. Судя по тому, как их отношения улучшились с тех пор, как он впервые вошел, Северус решил, что шансы были.              

***

             Луна сидела, прислонившись спиной к стене комнаты странной формы, в которой не было ничего, что могло бы помочь им сбежать. Был только один вход или выход, толстая дверь, которая в настоящее время охранялась снаружи. Комната, очевидно, была приспособлена для пыток, на полу и стенах имелись проушины для цепей. Возможно, что-то было на потолке, но он был слишком высок, чтобы дотянуться, а света в камере не было.       Наотрез отказавшись оставить ее и пойти за помощью, Гарри бродил в течение минуты или около того, чтобы точно выяснить, что за дверью. Если они хотят выбраться отсюда, им нужно знать планировку дома. Гарри быстро вернулся, и они использовали собранную информацию, чтобы разработать возможный маршрут побега. Если представится возможность, они должны быть готовы.       Булстроуд злилась, передавая дежурство Тео. Ее разозлило это дерьмовое дежурство, но она была абсолютно уверена в своей правоте. Тео не разделял ее уверенность. Он был достаточно честен, чтобы признаться себе, что Чокнутая одолела его способом, от которого у него не было защиты. Было также ясно, что она вполне готова позволить ему умереть, Тео считал себя вправе потерять немного уверенности после этого. Но по-настоящему напугало его то, как она встретилась лицом к лицу с Темным Лордом, и швырнула его через всю комнату – даже почти презрительно.       Если Чокнутая настолько сильна, он не хочет знать, что может Поттер, и что Поттер сделает с теми, кто похитил его невесту. Профессор Снейп не сможет скрыть тот факт, что они пропали из школы, так что скоро все узнают, что он и Булстроуд вовлечены в это дело. Теперь, после наблюдения за Темным Лордом, которого оказалось так легко одолеть, тот факт, что Поттер и все остальные знали, кто похитил Чокнутую, его реально беспокоил.       Он отодвинул маленький смотровой люк на двери и светловолосая ведьма тут же вошла в прямоугольник света, залившего ее камеру. Она явно стерла платьем большую часть крови с покрытого синяками, опухшего лица. Тео уже закрывал маленький люк, когда она заговорила, хотя это больше походило на мольбу.       – Нет, погоди. Пожалуйста, не закрывай…       – Что, боишься темноты? – Тео посмеивался над собственным остроумием, так что едва расслышал шепот.       – Да…       – Издеваешься? После того, что ты тут устроила, думаешь, я поверю, что ты боишься темноты?       – Я не могу с этим справиться с тех пор, как была маленькой. Дома я могу бороться, каждую ночь прижимаясь к Гермионе, но здесь ее нет. Пожалуйста, просто оставь его немного открытым. Пока есть хоть немного света, я справлюсь.       – После того, что ты со мной сделала, ты ждешь помощи? Тебя правильно прозвали Чокнутой.       – Эй, ты меня похитил, и лапал, а троллиха Булстроуд сделала из меня боксерскую грушу. Все честно.       Тео уже закрывал люк, когда до него дошло кое-что в ее мольбе. Он широко распахнул люк и уставился на пленницу. Если не обращать внимания на попорченное Булстроуд лицо, Чокнутая выглядела просто потрясающе. В голове Тео – или несколько ниже – начал формироваться план.       – Меня можно убедить оставить это открытым, если будет на что посмотреть.       – Не понимаю, что ты имеешь в виду?       – Ты с Равенкло, уверен, ты поймешь, – медленно, почти насмешливо, он начал закрывать люк.       – Подожди. Пожалуйста, не заставляй меня делать это.       – Эй, я не заставляю тебя ничего делать. Если люк открыт, мне нужно стоять здесь. Хочешь, чтобы я стоял здесь, предложи мне что-то, на что стоит смотреть.       – Люк всего в пару дюймов шириной, никто из него не выберется...       – Эй, здесь не я устанавливаю правила. Так я закрою?       Опустив взгляд, Луна безнадежно покачала головой в знак покорности. Она завела руки за спину и медленно расстегнула молнию, затем неохотно сбросила платье с плеч.       Тео застыл как вкопанный, когда платье скользнуло вниз по великолепному телу, показывая, что оно скрывало. Темный Лорд обещал превратить Чокнутую в слюнявую идиотку, но именно у Тео сейчас текла слюна по подбородку.       Тео не имел большого опыта, но мог уверенно утверждать, что это самое прекрасное тело, которое он когда-либо видел. Мятно-зеленый лифчик и такие же трусики были изысканным примером красоты, сопоставимой только с тем, что дразняще скрывалось ими. Их явно покупали не в волшебном мире, даже в Playwizard не было ничего столь прекрасного.       Он понятия не имел, как долго простоял там, словно прикованный к месту, хотя чувствовал, что прошло какое-то время. Как бы это ни было чудесно, Тео захотелось большего.       – Очень мило, а теперь посмотрим остальное.       Луна вскинула голову.       – Что? О, я не могу. Даже Гарри не видел меня...       Одна лишь мысль увидеть то, в чем Поттеру до сих пор отказывали, подняла возбуждение Тео на совершенно иной уровень. Ему просто необходимо было самому увидеть эти скрытые прелести, и он сменил тактику. Хотя его успехи в извлечении ведьм из их трусиков были довольно удручающими, обстоятельства придавали ему уверенность в достижении цели.       – Эй, хочешь снова побыть в темноте? В любом случае, я только смотрю. Между мной и тобой чертовски толстая дверь, ты в полной безопасности. Давай, я оставлю люк открытым и поговорим. Это же лучше, чем снова оказаться в темноте?       Когда она снова опустила голову, Тео подумал, что победил. Ее руки потянулись назад, чтобы расстегнуть лифчик, и он понял, что все получилось – но обломался, когда она вышла из прямоугольника света.       – Эй!       – Извини, мне неудобно раздеваться перед кем-то, – ее рука появилась из тени и уронила лифчик на освещенный участок пола.       У него закружилась голова, когда рука появилась снова, на этот раз это были упавшие на пол восхитительные трусики. Тео ждал, ждал и ждал еще немного.       – Выйди, чтобы я мог тебя видеть.       – Я... Я не могу, я никогда этого не делала...       Теперь он не собирался отказываться.       – Выйди на свет, или я его уберу.       – Я просто не могу...       Тео захлопнул люк, решив досчитать до ста, прежде чем снова открыть, чтобы эта сука поняла, что он не шутит. Тео досчитал до двадцати трех, и снова открыл люк. На кучке одежды все еще дразняще лежали трусики.       Он подумал было осветить камеру lumos'ом, но смотровой люк был настолько мал, что он не мог светить и смотреть одновременно. Снова захлопнув люк, Тео принялся расхаживать взад и вперед по комнате. Это бесполезно, но он просто должен увидеть ее. На этот раз палочка будет у него в руке, Тео не собирался подпускать ее достаточно близко, чтобы попытаться что-то сделать.       Он открыл люк и попытался вызвать ее на свет. Тео не ожидал успеха, скорее он хотел узнать, где именно она находится. Услышав голос, доносящийся из самого глубокого, самого темного угла, он принял решение. Тео открыл дверь и быстро проскользнул внутрь. Он сотворил lumos, но свет не достигал самого дальнего угла бывшего подвала.       Свет заклинания отражался в серебристо-серых глазах, и их положение придало Тео уверенности, что она сидит голая, съежившись в углу.       Эта уверенность побудила Тео отойти от двери.       – Эй, я не собираюсь причинять тебе боль. Я только хочу посмотреть.       Когда заклинание наконец осветило угол комнаты, от открывшегося вида у Тео перехватило дыхание. Он ожидал увидеть красивую обнаженную ведьму, которой больше некуда было идти. Вместо этого он увидел Мунлайт – серебристо-серого Страшного Волка, который был более чем готов сыграть свою роль в танце смерти с этим дьяволом.