Спокойная жизнь? Не смеши

Путь к острову Сваллоу занял у нашей команды около недели — заметно меньше, чем обычно. Как и говорил Диди, остров и правда находился относительно недалеко от Нотиса, что не могло не радовать и немного даже обнадеживать взволнованную меня. Я надеялась, нет, была почти уверена, что на этот раз точно найду зацепки по поводу текущего местонахождения мальчишки.        Стоило звонкому и столь радостному голосу Эдди, дежурившему в то утро на мачте, достичь наших ушей, как вся команда тут же выбежала на палубу, чтобы увидеть долгожданную землю.        Издалека форма острова напоминала огромную ласточку, благодаря его центральному горному образованию, покрытому нескончаемыми лесами. Сам по себе остров был довольно внушительным и в то же время каким-то невероятным. Впервые у меня выдался шанс лицезреть необычную географическую структуру островов в этом мире.        Что было еще удивительнее, так это то, что сверху остров был точно такой же формы ласточки, что и его гора — Диди показывал мне карту, которую ему удалось найти в Нотисе. Да и в переводе с английского, которого, между прочим, в этом мире даже не существовало, название острова также означало «Ласточку». Все факты кричали о важности этого острова, и я могла лишь ударить себя по лицу за глупость и неосмотрительность. Мне стоило раньше догадаться посетить этот остров.        Пока я вместе с Хатти стояла на палубе с широко разинутым от удивления ртом, Диди уже успел убежать в кабину, чтобы выровнять курс. Способности Эдди, позволявшие ему управлять ветреными потоками, были настоящим спасением в нашем путешествии.        Я все рассматривала остров вдали. Зрелище было действительно потрясающим. Поскольку это было зимнее время года, кругом лежали сугробы снега, и солнечные лучи окрашивали остров в золотые оттенки, особенно вершину горы. Мне не могли не вспомниться те дни, когда я только попала в этот мир на остров Миньон — такой же снежный и холодный.        Хатти тоже был удивлен пейзажу перед нашими глазами, и лишь Триша сохраняла некоторое спокойствие, тихо напевая радостную мелодию себе под нос. Мы все не могли дождаться скорейшего прибытия, что должно было состояться с минуты на минуту.        Ступив наконец на твердую землю, я не могла сдержать некоторый вздох облегчения. Сказать, что такие путешествия давались мне тяжело, было все равно, что промолчать — настолько это очевидно. Несмотря на то, что я находилась в морском плавании уже около трех месяцев и должна была относительно привыкнуть к нашей рутине, я все же предпочитала твердую почву бушующему морю и стабильную работу в кафе пиратским приключениям.        В небольшом порту было всего несколько маленьких кораблей и шлюпов, около семи в сумме. Ранним утром жизнь в городе только начинала просыпаться, так что вместо звонких голосов с прибрежного рынка нас встретила лишь пара-тройка сонных рыбаков, только вышедших из своих домов и медленно готовящихся к началу рабочего дня.        Только-только взошедшее зимнее солнце, несмотря на всю свою яркость и безоблачную погоду, ни капельки не грело своими лучами, и нельзя было не ежиться от холода время от времени, укутываясь и тычась носом в шарф все чаще и чаще.        Стоило Диди и Хатти закончить с причаливанием и подать нам знак готовности, мы с Тришей и Эдди тут же рванули в сторону центра города — очень уж нам хотелось все здесь исследовать. Однако у нас не было выбора кроме как неспешно прогуливаться и осматриваться, поскольку столь ранним утром мало какие забегаловки были бы открыты.        Несмотря на необычную структуру острова, город, расположенный близ той самой горы-ласточки, выглядел достаточно обычно и даже простовато. Серо-коричневые дома напоминали мне чем-то Нотис, но явно были построены из другого материала. Изредка можно было увидеть дежуривших дозорных, так же, как и мы, зевающих от недосыпа. Тропинки, вымощенные серым кирпичом и усыпанные нерасчищенным снегом, были достаточно широкими, а по краям изредка можно было найти пару голых кустов и деревьев.        К тому времени, когда мы уже изучили большую часть города, изрядно замерзши, жизнь местных жителей наконец началась. Стали открываться всякие продуктовые лавки, разного рода заведения, таверны и даже бары.        — Эй, я голоден. — Эдди взвыл, учуяв запах из ближайшей забегаловки. Мальчишка провел всю ночь на мачте, следя за обстановкой, и, очевидно, был уставшим и голодным. Возможно, наспех съеденный сэндвич не смог дать молодому растущему организму достаточно энергии.        — Может, тебе вернуться на корабль и отдохнуть? — Я не могла не переживать о мальчике.        Эдди лишь обиженно что-то воскликнул и рванул в то самое заведение, откуда шел вкусный запах. Мы с Патрицией лишь вздохнули, следуя за мальчишкой. Я причитала о малом количестве имеющихся у нас денег, а Триша хихикала, успокаивая меня и хлопая по плечу.        Заведение оказалось небольшой таверной, предоставляющей достаточно обширный выбор самых различных блюд. Я могла поклясться, что видела текущие слюни Эдди, когда мы усаживались за стол. К нам подбежал довольно молодой парнишка лет двадцати на вид, с растрепанными черными волосами и золотыми глазами.        Его внешность отдаленно напоминала мне Ло, только проснувшегося, с торчащими волосами. Делая заказ, я не могла сдержать легкую улыбку от вида этого официанта, что не скрылось от Триши.        — Эй, — она слегка толкнула меня в бок своим локтем, — что, понравился?        Глаза ее блестели так, будто девушка задумала что-то очень веселое, и готова была воплотить ее планы в реальность. Из меня вырвался небольшой смешок.        — Он напомнил мне Ло. — Я объяснила со все той же легкой улыбкой на губах, наблюдая за Эдди, поглощающем всю принесенную официантом еду.        Ухмылка Патриции слегка смягчилась, превращаясь во что-то более теплое и доброе, нежели игривое. Она снова похлопала меня по плечу, будто пытаясь поддержать или приободрить.        У того же самого официанта мы попросили свежую газету, однако не нашли никаких зацепок ни о мифической армии, ни о сбежавшем ребенке. Из интересного была лишь небольшая колонка с новостью с острова Вельбемс, рассказывающая о нескончаемой борьбе его южной и северной части. Пираты Калика, правящие севером, недавно напали на южных жителей и даже похитили группу горожан, однако сами были побеждены неизвестными пиратами.        Уже на выходе из таверны, расплачиваясь за еду, мы спросили у работника, не видел ли он Ло, на что тот лишь отрицательно помотал головой и извинился. Однако настроения это нашего ничуть не испортило. На сытый живот вообще тяжело было грустить, так что мы продолжили нашу прогулку с новыми силами, расспрашивая прохожих.        К обеду мы вернулись на корабль, не найдя никаких зацепок. Уставшие и снова голодные, мы поделились новостями, точнее, их отсутствием, с Диди и Хатти, все это время сидевшими на корабле и ждавшими нас, занимаясь каждый своим делом. Повар к тому времени только закончил готовить обед, а панда был занят поддержанием своей физической формы, тренируясь на палубе.        После шумного и как всегда веселого обеда все ребята разбежались в свои комнаты, либо чтобы отдохнуть, либо чтобы заняться чем-то своим. К вечеру Хаттон и Эдди хотели снова отправиться в город на поиски информации, но отпускать этих двоих наедине было слишком рискованно, так что Триша отправилась вместе с ними, в то время как я осталась с Диди, помогая ему на кухне и просто разговаривая о всяком.        — Ты точно не хочешь пойти на поиски своего брата? — Диди явно был удивлен тому, что я решила остаться на корабле. Я никогда не упускала возможности выйти на берег и пойти на поиски мальчишки или соответствующей информации у горожан.        Честно говоря, я и сама не понимала. Утренние поиски не увенчались никаким успехом, и я не могла не чувствовать себя подавленно. Я боялась, что, не найдя никаких зацепок и после этой вылазки, могла сойти с ума и совсем сдаться в поисках. Мне хотелось взять небольшую паузу, может, перезагрузиться и восстановить свое эмоциональное состояние.        Стоило мне открыть рот, чтобы дать хоть какой-то ответ Диди, возможно, попытаться отшутиться, как на кухню ворвался слишком взволнованный Эдвард, весь красный и вспотевший, видимо, пробежавший не один километр на полной скорости.        — Ветти! Там… — Парень не мог отдышаться и сказать еще хоть слово следующие пару секунд. Вслед за ним в комнату ворвались и Триша с Хаттоном на руках. Видимо, тоже торопились.        — Мы нашли доктора, — начала Патриция, физическое состояние которой было заметно более стабильным, — он видел твоего брата.        От ее слов в моем теле все перевернулось. Я была готова поспорить, что мое сердце вот-вот собиралось выпрыгнуть из груди, нет, оно упало прямо в пятки. Живот мой скрутило от волнения, и я могла лишь разинуть свой рот в немом вопросе, не в силах вымолвить и слово, боясь, что это шутка, боясь, что это сон.        — Его ведь Ло зовут, да? — Воскликнул уже отдышавшийся, но все еще взволнованный Эдди. По нему было видно, насколько сильно он торопился рассказать эту новость, и насколько это было важно ему.        — Да… — Я лишь могла неловко кивнуть, тоже приходя в себя. Стоило этой новости перевариться у меня в голове, как я тут же воодушевилась. — Где этот доктор? Где Ло? Он все еще на острове?        Я рассыпалась вопросами и догадками, даже не заметив, что лицо Триши уже не было таким уж радостным.        — Нет… Он уплыл, примерно две недели назад. Провел на этом острове два месяца, обучаясь у того старика, и уплыл… Так он сказал.        И снова мое сердце упало в пятки, на этот раз больше от негодования и отчаяния. Я зарылась руками в волосы и уставилась в пол, переваривая эту новость. Опоздали…        — Так, отставить, — незаметно подошедший сзади Диди хлопнул меня по спине, немного напугав. Я тут же подняла на него глаза, чтобы возразить, но увидела такую непоколебимую решимость на его лице, что не смогла найти и слова.        — Верно, это ведь все еще хорошие новости? Завтра мы можем навестить старика и расспросить его. — Хатти, спустившийся с рук Триши, широко улыбался, заражая и меня своим позитивом. — Мы лишь удостоверились, что это и правда был твой брат, и тут же вернулись. Думаю, вам стоило бы поговорить с доктором наедине.        Такие уверенные и довольные улыбки ребят, действительно, взбодрили меня. Верно. Не время было отчаиваться. Мне следовало смотреть на это с позитивом. Я была невообразимо рада новостям о Ло, этом несносном мальчишке. Если он был здесь, значит, был в порядке и в безопасности. Я вздохнула с облегчением и улыбнулась друзьям в ответ.        Не буду врать, мне хотелось в ту же секунду сорваться с места и побежать к этому доктору, расспросить обо всем, узнать, куда уплыл Ло, как у него дела, что он делал здесь на протяжении двух месяцев. Я готова была здесь и сейчас поднять якорь и поплыть за ним, догнать, обнять… Увидев мой блеск в глазах, Триша лишь хихикнула и потрепала меня по голове, уверяя, что мы можем потратить один лишний день и спокойно, не торопясь, расспросить доктора завтра.        — Что на ужин? — Хатти, не теряя времени, побежал к столу и уселся на свое место, заставляя и Диди отвлечься от нашего разговора.        Солнце застенчиво садилось за горизонт, украшая еще утром белоснежно-золотые горные леса розовыми оттенками. Море было спокойным, даже умиротворяющим. Легкий бриз щекотал мое лицо и игрался с убранными в небрежный хвост волосами, а холодный, солоноватый воздух немного бодрил.        Триша, стоявшая вместе со мной на палубе, как и я, вглядывалась в замысловатой формы горный хребет. В золотых солнечных лучах ее волосы казались по-настоящему алыми, будто огненными. Ветер играл с ними, словно пытаясь заплести косу, а задумчивое лицо девушки придавало ее образу некоторую загадочность.        Вечер прошел спокойно и даже немного скучно. Я все не могла дождаться завтрашнего дня, не могла не думать о загадочном докторе, не представлять возможные исходы нашего диалога. Что у него спросить? Был ли он добр к мальчику, кормил ли его? Интересно, что он думал о Ло, любил ли его?        Мысли так и вертелись в моей голове до поздней ночи, не давая уснуть. Когда же долгожданное утро, наконец, настало, сразу после завтрака мы отправились в город. К доктору.        Вместе со мной пошли все ребята. Никто не хотел оставаться на корабле, когда мы были так близки к новым зацепкам и ответам на давно волнующие нас вопросы. Их сопровождение, действительно, придало мне сил и подняло настроение. Я не могла не заметить, как руки Диди на самом деле немного дрожали от волнения, как Хатти тихо переговаривался с Эдди, планируя что-то, как Триша специально держалась рядом, то и дело касаясь моего плеча и подбадривая.        Я не могла не заметить, что дело моего сбежавшего брата волновало их также сильно, как и саму меня, если не больше. Ведь я, зная оригинал, точно была уверена в целости и сохранности Ло, в его будущем и в его амбициях. Я лишь хотела быть рядом, помогать, чем смогу. Спасти его от всех трудностей было невозможно, да мне это и не требовалось. Я привязалась к мальчишке настолько, что готова была мириться с любыми опасностями, лишь бы не терять его из виду.        Дом доктора оказался на самой окраине города, скрытый от любопытных глаз в пуще деревьев, кустов и сугробов. Лишь небольшая тропинка была намеком на то, что кто-то мог обитать в той глуши. По словам Хатти, они встретили старика случайно в одной из мясных лавок, пока расспрашивали жителей о Ло.        Ожидая увидеть ветхий небольшой домик, я была шокирована огромным двухэтажным зданием, явно ухоженным и чистым. На первом этаже постройки было несколько комнат для приема пациентов, а в шкафах можно было найти много лекарств и хирургических приборов. По первому взгляду можно было понять, что старик и правда был местным доктором, возможно, единственным в этом городе.        Принял он нас радушно: отвел в гостиную на втором этаже, налил горячий травяной чай и даже подал печенье. Если первый этаж был отведен под прием пациентов и выполнен в строгом стиле с белыми стенами и исключительной чистотой, то второй, жилой этаж, казался более уютным и «домашним»: на книжных полках медицинская литература была разбавлена романами и детективами, на некоторых стенах висели небольшие картины с пейзажами, на полу гостиной лежал большой ковер, а окна украшали довольно милые коричневые занавески.        Доктора звали Зорен. Еще с малых лет он был обучен медицине и хирургии, это было семейное дело. По натуре своей этот старик, которому я бы смело дала шестьдесят лет, казался добрым и учтивым. Несмотря на свое очевидно высокое звание в городе и всю его важность, в Зорене не прослеживалось ли капли надменности или самолюбия. Наоборот, он, казалось, очень любил людей и открывал свое сердце чуть ли не каждому.        — Ло, да? Так это ты его любимая старшая сестра? — Зорен, казалось, был особенно дружелюбен именно ко мне.        Триша и ребята уселись в гостиной, попивая чай и с интересом рассматривая интерьер, в то время как доктор отвел меня в его кабинет, чтобы поговорить. Посередине стоял стол, а прямо за ним было большое окно, открывавшее вид на ту самую гору. По обе стороны вдоль стен расположились огромные книжные шкафы, переполненные разного рода литературой. Преобладала, конечно, медицинская. На столе лежало несколько книг, похожих на дневники, расписанные листы валялись тут и там наряду с ручками и карандашами.        Зорен усадил меня в мягкое кресло в углу комнаты и отдельно подал мне все тот же травяной чай, наполняющий комнату своим успокаивающим ароматом.        — Ло рассказывал о тебе… — Старик уселся в свое собственное кресло за столом и тихо вздохнул. Его слова заставили мое сердце биться быстрее от волнения и любопытства.        — И что же он говорил? — Я тут же спросила, и из доктора вырвался небольшой, тихий смешок.        — Вы оба такие любопытные. — Он мягко и по-доброму улыбался. — Ло мало что рассказывал в целом. Ни о себе, ни о своем прошлом. Но во всех его редких рассказах была ты.        Старик сделал небольшую паузу, делая глоток своего чая и расслабляясь в кресле. Я же не могла места себе найти. Этот мальчишка? Говорил обо мне?        — Он рассказал, что у него была старшая сестра, вечно переживавшая за него. — Продолжил Зоран все тем же медленным темпом. — Говорил, да смотрел в свой дневник весь довольный, хе хе.        Мое сердце екнуло не то от грусти и тоски, не то от счастья. Я была невообразимо тронута и рада узнать, что Ло действительно ценил и любил меня. Конечно, это было очевидно, и мы провели вместе полтора года. Мы оба знали, насколько были дороги друг другу, просто никогда не показывали этого в открытую.        — Ну и куда этот мальчишка уплыл? — Я была более чем готова отправиться вслед за ним.        — Мальчишка? Хе, разве ему уже не шестнадцатый год пошел? Он уже настоящий парень, Ветта. — Зорен тихо посмеялся, поправляя меня, что привело меня в некоторое замешательство.        — Парень? Да он же… — Я хотела возразить, но не смогла. Ло, действительно, вырос за время нашей совместной жизни. На момент его исчезновения он уже был моего роста, и я была уверена, что сейчас он стал еще выше. Осознание накрыло меня сильной волной, но добрый и тихий голос доктора вывел меня из транса.        — Он упоминал, что сестра его была довольно беспокойной личностью, всегда пытавшейся защитить. — Зорен прикрыл глаза, будто вспоминая что-то. — Вы действительно стоите друг друга. Как я и думал, что брат, что сестра, вечно переживают друг о друге.        — Как тут не переживать… — Мой голос звучал немного грустнее обычного, удивляя даже меня саму.        — Он тоже переживал о тебе.        Затянулась тишина. Я пыталась переварить слова старика, понять их. Что он имеет в виду, говоря, что Ло переживал обо мне? Может, Ло хотел уберечь меня от опасности пиратских приключений, оставив на острове? Действительно ли он считал, что я просто забуду о нем, выберу безопасность и стабильность, а не его? В этом заключалась его забота?        Не дав мне шанса наконец задать уточняющий вопрос, Зоран начал рассказывать о жизни Ло на этом острове. Мальчишка, нет, парень успел завести здесь друзей и сдружиться с ними. Прибыв в город, Ло наткнулся Зорена и напросился к нему в ученики. На самом деле, Зорен признался, что Ло знал уже достаточно много, и даже такому опытному доктору было тяжело дать парню какие-то новые знания. Все, чего ему не доставало — практика. Но это он получит в будущем.        Во время одной из своих вылазок в город Ло стал свидетелем драки. Точнее будет сказать, стал свидетелем издевательств двух парней его возраста или чуть младше над милым белым говорящим медведем. Намереваясь защитить слабого, он победил двух забияк, впоследствии чего все трое начали ходить за ним по пятам. Белого медведя звали Бепо, а парней — Шачи и Пенгвин. Они сформировали команду и вместе уплыли в море две недели назад.        Если честно, я очень удивилась этой истории. Конечно, я знала этих персонажей — они были канонными членами Пиратов Сердца! Но я бы никогда не подумала, что Ло встретит их здесь, на острове Сваллоу. И даже имея меня, исказившей сюжет, он все равно, будто следуя предначертанному пути, попал сюда и встретил их. Разве это было не страшно? Неужели мои действия не имели никакого веса в этом мире, неужели все мои старания были бесполезны?        Я никогда не хотела изменять сюжет, собиралась лишь следовать ему, сглаживая углы, но не хотеть и не иметь возможности — две разные вещи!        Зорен же продолжил свой рассказ, будто не замечая моего замешательства. Ло часто использовал свой дневник, делая какие-то важные конспекты из книг доктора или просто пролистывая его. Старик сказал, что не раз видел, как парень просто пялился в дневник и улыбался, и я тут же вспомнила все те маленькие записки, которые я ему оставляла на страницах дневника. Однако представить этого хмурого парня улыбающимся было трудно.        Две недели назад Ло, понявший, что здесь ему уже было делать нечего, покинул остров.        — Ну и куда же он отправился? Вы знаете его следующий пункт назначения? — Я спросила, сжимая кружку уже остывшего чая и молясь, что на его следующем острове он проведет больше времени, что я смогу его догнать.        — Гранд Лайн.        Ответ Зорена был краток и прост, но он неизбежно заставил меня вздрогнуть. Все мои страхи и плохие предчувствия сбывались. Нам действительно нужно было туда. Нет, ну зачем? Ему же всего лишь пятнадцать! Он совсем молод, неопытен, слаб… Страшно. Если честно, мне было очень страшно попасть на Гранд Лайн. Это море было совсем непредсказуемым, да даже обычный компас там не работает! А перепады погоды? Как, черт возьми, мы выживем там? Это очень, очень страшное место.        Пока меня пожирали страшные мысли, я внезапно осознала еще кое-что. На Гранд Лайн было не так-то просто попасть. Даже путь туда был скрыт и очень строго охранялся Дозором. Так как…        — Но откуда бы они взяли карту? — Я взглянула на доктора в замешательстве. Что-то тут не складывалось.        — Я им отдал.        Как и предыдущий его ответ, этот резал прямо в сердце. Он же был взрослым, воспитанным человеком! Как он мог просто взять да отдать подросткам что-то столь опасное? Да откуда она у него вообще была? Я хотела уже задать свой следующий вопрос, но его ответ опередил меня.        — Есть вещи, которые лучше не знать. У всех есть свое прошлое. — Мягкая улыбка доктора внезапно стала казаться пугающей, заговорщицкой. Я не могла не вздохнуть.        Неловкое молчание затянулось на пару минут. Я не могла подобрать слов, не могла сформулировать предложение, внутри меня бушевала лишь волна негодования и грусти. Я чувствовала себя даже слегка безысходно от всей этой ситуации. Конечно, скорее всего, это просто был канон. Сюжет оригинального аниме, которому нельзя было противиться. Человек, сидевший передо мной, превратился в моих глазах в персонажа-статиста, важного лишь для продвижения сюжета. И это не могло не пугать.        Я размышляла, ломала голову, что нам делать, куда дальше плыть, как попасть на Гранд Лайн? Это не было легко осуществимой целью, нет, это было очень даже смертельно опасно!        — Зорен… — Спустя еще минуту я смогла успокоиться и привести мысли в порядок. Нужно было решать насущные проблемы по мере их поступления, а не перешивать о чем-то далеком. — Скажите, у вас, случайно, не будет копии этой карты? Ну, карты к Гранд Лайн?        — Не будет. — Доктор улыбнулся, и мне показалось, что он усмехался надо мной. Однако Зорен продолжил таким же радостным тоном. — Но будет у моей старой знакомой.        Его ответ не мог не обнадежить.        — И где она живет?        Далее доктор поведал мне о его старой знакомой его возраста, старушке по имени Мирель, живущей на вершине горного хребта и имеющей репутацию сумасшедшей. Она настолько редко спускалась с горы и показывалась на людях, что Зорену порой думалось, что она давно скончалась.        Местные звали ее ведьмой, приносящей неудачи и несчастья. Поговаривали, она могла предсказывать судьбу и даже погоду, но мало кто в это верил. И даже те, кому посчастливилось с ней столкнуться и узнать свое будущее, в последствии говорили, что старуха была не более, чем мошенницей.        Столь красочное о необычное описание человека, конечно, заинтриговало меня, но на пути встала еще одна проблема — как мы вообще могли бы подняться на вершину этой необычной горы? Она не была привычной формы, у подножия она была уже, чем на вершине! Я бы вообще не назвала это горой, она была слишком странной и нереальной.        Выйдя из кабинета, мы с Зореном присоединились к моим друзьям, и старик начал объяснять дорогу уже всем нам. С другой стороны горы была скрытая от любопытных глаз секретная лестница, ведущая прямиком к дому Мирель. Возможно, ничего не подозревавшие жители оттого и стали называть ее ведьмой, потому что думали, что она спускалась на метле? В общем, путь, хоть и немного трудный, был. Дух нашей команды это подняло.        Выйдя из дома доктора, Триша и ребята тут же набросились на меня с расспросами о Ло. Как он поживал, все ли у него хорошо, и где он сейчас. Я спокойно, но не без грусти, объяснила им текущую ситуацию, что путь наш действительно лежал на Гранд Лайн, и что нужная нам карта, возможно, находилась у той самой ведьмы Мирель.        Триша, кажется, уже по привычке похлопала меня по плечу, и мы решили тут же отправиться к той самой скрытой лестнице, не теряя ни секунды. Тропинка оказалась погребена под сугробами снега, и нам пришлось пробираться напролом. Глядя на эти снежные завалы, я вдруг вспомнила день своей смерти: тогда я тоже очутилась в неизвестной лесной чаще посреди зимы, но в летних кедах, утопая в сугробах по колено. Сейчас, к счастью, моя одежда и обувь были гораздо теплее и лучше приспособлены для такой прогулки.        Диди не раз предлагал понести меня на руках, на что я почти готова была согласиться, но, увидев плачевное состояние замерзшего Эдди, решила уступить это место мальчишке. Хатти же, на удивление, шел впереди и чувствовал себя более чем хорошо. Возможно, благодаря его шерсти?        Время уже давно перевалило за обед, и солнечные лучи, отражавшиеся от белоснежных сугробов, слепили мои глаза, заставляя невольно жмуриться. Изредка на снежной глади можно было заметить следы птиц и животных, скорее всего, зайцев.        Поиски заветной лестницы, свисающей с горного хребта и закрепленной у подножия горы, заняли почти час, и даже у тепло укутанной меня начинали отмерзать ноги и руки. Триша тоже выглядела слегка продрогшей, а вот Хатти и Диди выглядели вполне нормально. Эдди, сидевший на шее последнего, кажется, очень даже наслаждался поездкой.        Путь вверх оказался тяжелее, чем я себе представляла: из-за легкого ветра ее постоянно шатало в разные стороны, и, если бы не крепление снизу, нам бы вряд ли удалось забраться хотя бы на середину. Сверху горы открывался действительно прекрасный вид на весь зимний лес под нами, наряду с городом. Виднелся даже дом доктора.        Дорога к дому ведьмы оказалась не такой долгой, и мы быстро смогли разыскать заветный домик, на этот раз выглядевший точно так же, как я и представляла. Деревянный и ветхий, он стоял на вершине небольшого холма и был окружен деревьями. Около него можно было заметить небольшое деревянное ограждение, возможно, летом являющееся садом. Окна дома были местами выбиты, местами закрыты досками. С первого взгляда нам даже показалось, что это был заброшенный дом, если бы не небольшая тропинка, ведущая прямо к двери и говорящая о присутствии внутри человека.        Мне на миг стало немного страшно: кто знает, что можно было ожидать от сумасшедшей? Постучаться вызвалась Триша, уверенно шагая к двери. За ней шел Хатти, затем я, а за мной последовал Диди с Эдди на плечах.        Стоило Патриции постучать в деревянную дверь, как из глубин дома тут же послышались громкие крики.        — Убирайтесь! Ничего мне не нужно от вас!        Столь резкий голос заставил нас слегка опешить. Триша же быстро взяла себя в руки и постучала еще раз, более громко и уверенно.        — Мирель, это ведь вы? Мы пришли сюда от Зорена. Пожалуйста, откройте.        Упоминание имени доктора, кажется, заставило сумасшедшую успокоиться. По крайней мере, мне так показалось, поскольку та сразу же затихла и через пару секунд уже открывала дверь, высовывая свою нечесаную, седую голову наружу и смотря на нас одновременно со злобой и любопытством.        — Чего вам? Я ничего вам не продам, закончились у меня все зелья! — Мирель, кажется, приняла нас за клиентов. Интересно, чем именно местная сумасшедшая могла торговать?        — Доктор Зорен сказал, что у вас есть карта к Гранд Лайн. Скажите, она все еще у вас? — Голос Триши звучал уверенно и гладко.        — Гранд Лайн? — Мирель оглядела Патрицию с ног до головы. Хатти и меня было почти не видно за ее спиной, поскольку тропинка была слишком узкая. — Нет у меня никакой карты. Убирайтесь!        Ну конечно, ничего не бывает в этом мире так просто. Я невольно вздохнула, и Диди тут же подал голос из-за моей спины.        — Прошу, выслушайте. Она очень нужна нам. Мы могли бы хотя бы сделать копию…        — Говорю же, убирайтесь! Вон! — Старушка не стала даже дослушивать и вот-вот собиралась уже захлопнуть дверь. От отчаяния я высунулась из-за спины Триши, вступая в разговор.        — Пожалуйста! — Я крикнула даже громче, чем сама ожидала. — Прошу, это очень важно! Мне нужно найти своего брата!        То ли от моего звонкого голоса, то ли от жалости в моих глазах, но Мирель замерла на секунду и даже приоткрыла дверь снова, полностью высовывая свою голову и одаривая меня таким холодным и расчетливым взглядом, что я поежилась. Затянулась неловкая тишина. Никто не смел издать и звука, ожидая решения старухи.        — Ты… — Голос ее звучал тише обычного, но очень твердо. — Не от мира сего…