Вишнёвая сласть

Хэнк Вечеринка проходит в частном доме одного заядлого тусовщика. А Эрик сегодня днём сказал мне, что вечеринка намечается в клубе. И на счёт чего он ещё мне соврал? Надеюсь, что всё пройдёт гладко. Выйдя из машины Эрика, с разу направился в сторону дома, поправляя на плече рюкзак с ноутбуком. Если я сдал все рукописи, которые отбирал и редактировал, а Эрику сказал, что работы много, то я буду писать свою книгу. Да, она не идеальна, но я вливаю в неё всю свою душу, все мысли и переживания. Двум любящим друг друга героям я дал нашу с Арией историю. По большей части я описываю свои ощущения, мысли и всё-всё-всё. Я так задумался, что не заметил, как меня толкает в плечо Патрик - хозяин дома и тусовщик. - Ты чего застыл? Пошли, я подготовил тебе место в тихом уголочке. Тебя будет почти невидно, но обзор открывается великолепный на всю комнату. - Начал он и продолжил после секундной паузы: - Понимаю, ты не хотел ехать. - О, ну спасибо, хоть кто-то понимает. - Бурчу я себе под нос. - Так хреново? - Спросил он вполне искренне. - Ты даже не представляешь на сколько... Патрик полопал меня по плечу, и мы зашли в его огромный двухэтажный дом. Доведя меня до моего пристанища, он ушёл. А я осмотрел всё и начал обустраиваться. Мне сегодня принадлежит местечко под лестницей. Большое мягкое кожаное кресло бордового цвета, небольшой чёрный столик на золотых ножках и торшер возле спинки кресла. Я надеюсь, что докучать мне не будут. Я тихо-мирно отсижу и свалю. Главное, чтобы меня не заметил Эрик, так как заставит остаться подольше, а потом заговорит меня так, что я напьюсь, что не желательно. И вот только я уселся, начал писать, ко мне начали подходить любопытные люди. Один человек, два, три... - Свалите! - Гаркнул я, и толпа возле меня рассосалась. - Вот так вот, валите... - Добавил я тихо. Не люблю, когда стоят над душой, пока я пытаюсь что-то сделать. Сижу пишу, никого не трогаю, не замечаю возгласов вокруг, но одни заставили меня поднять глаза, оторвать свой взор от экрана ноутбука. "Вау, кто это?", "Прекрасно выглядишь, крошка!", "Малышка, проведёшь со мной эту ночь?", всё это меня взбудоражило, сжались кулаки, я почувствовал, как начали ходить желваки, проснулась ревнойсть, а ещё возглас Эмили окончательно добил: "Ария! Ну, наконец-то! Как ты преобразилась! Радуешь глаз!" Сердце будто остановилось. Ария. Правильно заметила Эмили, Ария преобразилась. Вместо её обычного макияжа, когда она использовала лишь тушь и светло-розовую помаду, на ней было много этой штукатурки: тёмные тени, вызывающе-красная помада, и ещё какие-то блёстки на её лице. Одежда... Вместо милых вещей на ней короткие дранные джинсовые шорты и коротенькая футболка, которая хоть рёбра закрывает... Радует, что моя детка не изменила своим белым кедам. Она... Наверное, не должна меня видеть... Я противен ей... Продолжив сидеть на своём месте, я заставил отвести глаза от Арии. Да, я хочу измениться ради неё, но хочет ли моя малышка быть со мной? Трудный выбор. В конце концов я закрываю документ со своей книгой и открываю новый: в нём я начинаю писать записку своей малышке, не знаю, прочтёт ли она её, но сам факт, что я начал это кажется мне абсолютно верным. "Моя дорогая, любимая девочка, я понимаю, что натворил множество всякого дерьма. Нет мне прощения, но, солнышко, я хочу, чтобы ты это прочла. Я хочу измениться ради тебя, быть достойным твоей любви, но смогу ли? Ты та, кто дарит мне тепло, делает лучше, но своей поганой натурой я порчу всё хорошее в своей жизни. Мне очень жаль, что так вышло в тот злополучный день... Как же я хочу вернуть время, не нагрубить тебе, не сделать больно... Пойми, детка, я боюсь тебя потерять, из-за этого жутко ревную. В том пареньке, кажется его зовут Бэн, я увидел угрозу, ведь он добр к тебе, весьма интеллигентен, смотрит на тебя так... Прости, прости меня за то, что помимо этого парня я накричал ещё и на тебя... Мне больно осознавать всё это, но я хочу, чтобы ты была счастлива, даже если ты будешь с другим, но в этом случае мне придётся уехать или умереть, ведь если ты не будешь счастлива со мной, значит это будет приносить мне боль от того, что я не могу к тебе прикоснуться... Ты всегда хочешь узнать меня побольше, даже было у нас две ссоры на эту тему. В первый раз ты была в мешковатом домашнем сером платье и смешных синих носках с розами, во второй раз... На тебе не было ничего кроме простыни. Я расскажу тебе, всё это расскажу, пусть и не лично, а через письмо, так как не хватит смелости... Мне не хватит смелости. Пожалуй нужно начать с самого детства, а точнее с юности. Я был очень непоседливым ребёнком, а со временем становился невыносимым. Мои шалости понемногу становились в проступки, а потом и в преступления... Многочисленные драки, чуть ли не с летальным исходом, пьянки и травка, всё это было в моей жизни. В четырнадцать лет начал общаться с плохой компанией, мы многое себе позволяли... В шестнадцать лет я начал развлекаться с девчонками ради удовольствия, а после весёлого момента бросал их. Многие из них сами бросались на меня и были готовы к тому, что они со мной на один раз, но была одна девушка... Её зовут Мона. Невинная девушка, которая так хотела любви, я "играл" с ней месяц, а потом осознал, что это слишком жестоко, в тот момент, я не помню как, но смог ей признаться, что это всё игра. Она сначала расплакалась, обвиняла меня, а потом успокоилась в моих объятиях и сказала мне: "Спасибо за этот месяц счастья, пусть всё и было ложью". В тот момент я почувствовал себя таким ублюдком... Я отказался от той компании, перестал пить, курить, но последний год был слишком сложным для меня. Моя мать пережила клиническую смерть, я в тот момент так испугался, а когда сказали, что она выжила, то выдохнул, но пошёл и напился, вновь начал пить. Когда ты появилась в моей жизни, я старался сдерживаться, старался не пить. Но не всегда получалось... Я люблю тебя, крошка... Я очень надеюсь, что ты простишь меня..." Я закончил писать, сохранил документ, но не закрыл, лишь захлопнул крышку ноутбука и пошёл себе за водой. На кухне полно людей, я растолкал их, подошёл к холодильнику, достал бутылочку воды. Всюду грохочет музыка, когда я был увлечён написанием, то не особо замечал этого. Стоило мне вернуться, как я увидел Арию на своём месте, она читает что-то в моём ноутбуке и плачет. Она читает моё послание ей... Я вижу её слёзы, но какие у неё мысли? Сможет ли она меня простить? Я начал потихоньку подходить к ней. Маленькими шагами шагами, тихо и спокойно... Руки дрожат, уверен, что и голос сейчас дрогнет: - Ария... - И, да, голос дрогнул.