С рассветом

      Мы сидели с несчастной на крыше домика и встречали рассвет. Обе с опухшим глазами и иногда вырывавшимися всхлипами, мы, обнявшись, молча поддерживали друг друга. —Зовут-то тебя как? — вопросительно глянула на ее темные волосы и такие же глаза. — Мия, а тебя? — с кривой улыбкой, она ответила красиво очерченными губами. — Аня я. — Странное имя. — Ага.       На том разговор и завершился. Ветер к тому времени стих, а первые лучики солнца блестели отполированным золотом. Облака исполинами расступились вокруг выглядывающего диска. Глаза от внезапно накатившей усталости прикрылись, а рот искривился в сладком зевке. Передернулась от холодного пота, прилипшего к уже грязной одежде. Неожиданно громко Мия торопливо заговорила: — Спасибо тебе за то, что спасла.       Вновь повернувшись в ее сторону, я странным взором посмотрела ей в глаза. Черные, с еле видными зрачками, они выделялись на ее бледном лице. Легко улыбнувшись, так же легко ответила: — Тогда и тебе спасибо.       И негласно взявшись за руки, мы боле не возвращались к этой мерзкой теме.       И просидели так мы, пока небесное светило полностью не вышло из-за линии горизонта. Послышались чьи-то еле слышные шаги. Напрягшись всем телом, я, неотошедшая от произошедшего несколькими часами ранее события, сонно схватила Мию за край неопрятного, измазанного чем-то липким хаори и потянула вниз, с крыши. — Чем это вы тут занимаетесь? — холодно, грозно и даже без отдышки сенсей говорила, стоя скалой за нашими спинами.       Никогда не могла понять, какие эмоции она испытывает в то время, когда я косячу. Раздражение, наверно. Раскаянно понурила голову, уже осознавая безбашенность сотворившего. Мия крепко обхватила мою руку и глазами испуганного оленёнка смотрела в бесстрастное лицо Саито-сан. Тишина давила на сознание, превращая мимолётные мгновения в часы. Уж лучше бы она начала кричать и отчитывать меня, чем просто стоять на крыше и глядеть на мою опустившуюся голову. Мне было страшно злить вечно холодную сенсей. А сейчас вдвойне страшно, потому что мне это явно удалось. А она же продолжала молча взирать на меня с каким-то укором, как мне казалось. Вечно же от меня какие-то проблемы. На глазах появились непрошенные слезы. Зачем она меня только терпит, если могла найти более талантливую и не попадающую во всякое дерьмо ученицу? С силой сжала зубы, дабы позорно не расплакаться на месте. Стыд душил мне горло. Она же мой сенсей. И она положилась на меня, когда уходила. Доверилась и прямым текстом попросила не влипать в истории. А я как всегда в самый последний момент наступила в огромную такую лепеху безответственности. Но что мне оставалось? Бросить Мию и спокойно отдыхать на футоне? Если бы я не пошла, то возможно Мия здесь и не стояла. И что же получается? Подставила себя под удар, но помогла незнакомке? Альтруистка хренова. Меня почему-то одолела злость. С чего бы я вообще виновата? В том, что уродилась такой добренькой? Или в том, что не бросила эту девочку? Поджав губы, поднимаю голову и впиваюсь в нежные черты наставницы. На секунду, буквально на секунду я узрела в ее омутах жалость и желание помочь. Но миражом видение развеялось и на свет появилась ледяная маска безразличия. Гнев отступил, а на его место пришел такой привычный ступор. Да уж, Аня, самокопание цветет и пахнет. Вот в этом уж тебе нет равных. — Что произошло? А на этом моменте Мию прорвало и мучавшая до этого ее робость исчезла, а на ее место пришла незаставившая себя ждать вторая порция истерики. Именно это окончательно вывело меня из шаткого состояния. Мия говорила настолько эмоционально, что даже вечно спокойная Саито-сан покрылась аурой злобы. Словно смотря на происходящее со стороны, нечитаемым взглядом впилась в Саито-сан где-то в район солнечного сплетения. Мученически вздохнула. Ну за что я такая импульсивная и в то же время винившая во всех грехах себя? Да уж. Вот Мия закончила говорить и в округе воцарилась гнетущая тишина. Не было слышно ничего: ни птиц, ни ветра, ни даже чьего-либо дыхания. В уши словно ваты понапихали, не давая услышать и малейшего звука. В глазах заплясали разноцветные мушки, но, проморгавшись, не придала этому большого значения. — Я видела тело мужчины недалеко отсюда. Это ведь он? Мия снова побледнела, но совладав с собою, спешно закивала. Отвернулась от них, глубоко задышав. Да уж, шикарное времяпрепровождение без сенсея, просто супер. Почему-то мне казалось, что у других учеников не настолько насыщенная жизнь в процессе обучения. Внезапно накатившая усталость прессом упала на мои плечи. Мысли были тягучими, как карамель, и не хотели связываться в спетые думы. Спать захотелось до одури. Смачно зевнула и, не помня как, отцепила стальную хватку Мии, спустилась с крыши и, покачиваясь, еле добрела до футона. Было настолько все равно, что ушла прямо на глазах, не объяснившись, что нормально не представила Мию и что нагло проигнорировала требовательный взгляд Саито-доно. Просто хотелось нормально отдохнуть. И плевала я на этот этикет, который я нарушила по всем фронтам. Толком не додумав, провалилась в сон, больно ударившись рукой о голый деревянный пол.

***

      Странно слушать собственное дыхание. Особенно находясь в дреме. Особенно прерывистое дыхание. На переферии сознания чувствовался непреодолимый животный страх. Взгляд. Много взглядов. Они вонзались под кожу, проходят по ней неприятными мурашками и холодным потом. Хочу открыть глаза, но понимаю, что наоборот сжимаю веки все сильнее и сильнее. Телом пошевелить нереально, а паника оттого приближалась все ближе. Что не так? ЧТО НЕ ТАК? Капелька пота покатилась по виску, тем самым защекотав возле уха. Из-за губ вырвался кроткий стон боли, а из носа потекла горячая жидкость.       Словно совладав со своим телом, через силу открыла дрожащие веки. Измученным взглядом посмотрела в открытое окно, но был виден только тёмно-синий кусочек неба. Стан все еще не слушался меня, но все равно поднялась. Голова тут же закружилась, грозясь подкосить мои ноги в самый неожиданный момент. "Нужно к Саито-доно. Она поможет"       Просыпаться от самого разного рода кошмаров до одури надоело. А сегодняшний превзошел все предыдущие: я никогда не просыпалась от обильно текущей из носа крови. Всхлипнула от ноющей боли во всем моем тельце и вышла из спальни. Если наставница не спит, значит она либо на кухне, либо во дворе: других вариантов просто нет. Прихожу к ближайшей возможной точке ее нахождения и вижу в ней сенсея, кушающей и слушающей переодетую и вымытую до блеска Мию, уплетающую еду за обе щеки. К моему стыду, я про нее совсем забыла.       Только проснувшаяся, я вновь почувствовала непреодолимую усталость. Словно ее кто-то специально заливал мне в голову. Зашла я не очень шумно, но две пары глаз сразу впились в меня. А потом в мое лицо. Мия тут же подорвалась, показывая все ещё нервное состояние, и подлетела ко мне, подводя ближе к Саито-сан. Губы ее шевелились, но я не услышала ни звука. Только противный писк и будто бы полную заполненность ушей, как при погружении в воду. — Что...что происходит? — собственный голос показался не моим, словно его кто-то специально приглушил, дабы он походил на болезненный шепот.       На лице наставницы отобразилась растерянность. Ее губы зашевелились, но передо мной рябью показались две, три, четыре Саито-сан... Чего уж говорить о движении губ?.. Ноги как не мои подкосились и оставалась я в вертикальном положении только благодаря поднатужевшейся Мии. Рассеянно касаюсь головы. В носу защекотало и, успев подставить дрожащую руку, прикрываю чихающий нос. На ладонях остались кровавые подтёки, что привело меня к полуобморочному состоянию. Я просто закрыла глаза. А меня утянуло куда-то вниз.