Авантюристка

Лена лежала на диване, закутавшись в плед, по телевизору шло развлекательное шоу, но оно было настолько скучным, что её клонило в сон. Она конкретно заскучала. – Ленка, рассказывай, появился там кто-нибудь в нашей Москоу-сити? – лукаво спросил Илья Сергеевич, присев рядом с ней. – Пап, - она закатила глаза. – Что «пап»? Я уже 22 года благодаря тебе, как папа. Рассказывай лучше, не тушуйся, как презерватив использованный, - пошутил отец. – Есть один. Он твой тёзка, высокий, красивый, добрый, у него музыкальный слух, он читает книги и ловит шайбы на льду, он такой нежный, такой понимающий, - у неё набежали слёзы на глаза. – Ой, Ленка опять ревёт, - мимо прошёл брат. – Серёги тут не хватает. – И что бы он сказал? – спросила Лена с вызовом. – Не грусти, а то грудь не будет расти, - пошутил парень. – Лёха! Как дам вот сейчас! Чертёнок 18-летний! – пригрозил ему отец. – Папа, я его так люблю, - Лена закрыла лицо руками, ведь было трудно признаваться в таком. – А он тебя любит? Хотя, как можно не любить такую девушку? Я ему быстро одно место пооткручиваю, - попытался Илья Сергеевич приободрить свою дочь. – Я не знаю, любит ли он меня…Не знаю… – Так, не кисни, я в магазин поехал, купить тебе чего-нибудь? Конечно, купить, ты же папина дочка, - он погладил Лену по голове и вышел из зала. Да, спорить с тем, что Лена папина дочка, она не могла. Потому что это было чистейшей правдой, отец с ней всё детство был, они были лучшими друзьями и соратниками против мамы. А потом появились братья, и отец стал уезжать на заработки. Лена ушла к себе в комнату. Иногда она думала, как же хорошо жить в частном доме, к тому же двухэтажном. Никто не трогает тебя, да и вообще не вспоминает о тебе. Вот и сейчас она сидела и листала фотки Ильи на ноутбуке, не переставая любоваться его красотой. – Ох, Сорокин… - она глубоко вздохнула. Но для неё лучше было тихо страдать в своей комнате, чем брать и действовать. Так было на протяжении всей её жизни. Всегда она старалась пережить свои страдания, а не справляться с ними. Вот такой вот парадокс преследовал её всю жизнь. ***** Сорокин тоже сидел перед ноутбуком, занимаясь самокопанием и листая фотки Лены. Хоть в чём-то они были похожи. Он продумывал в голове речь, которой извинится перед нею за все свои грехи, но каждый раз забывал её и начинал придумывать заново. Оставалось дело за малым, сказать её Лене. Всего-то. Видеозвонок от мамы заставил его отвлечься от своих мыслей. – Илюша, привет! Как ты там? Как Леночка? – поинтересовалась Ольга Борисовна. Илья совсем забыл, что мама не должна ничего узнать, но врать не стал. – Мы поругались, мам, - грустно произнёс он. – Всё-таки из-за свадьбы? – понимающе спросила женщина. – Отчасти да, отчасти нет… – Ох, Илья, мирись с ней срочно, пока не стало поздно, - сказала она. – Знаешь, я жила с вами вместе и поняла, что она тебя крепко любит, да и ты с неё пылинки готов сдувать. – И как же ты поняла это? – спросил Илья с вызовом. – По взглядам, Илья, по взглядам. Порой, глаза могут сказать больше, чем слова, они всегда будут честны с тобой. Мирись с ней, сынок, мирись, что я могу тебе ещё сказать. – Спасибо, мам, ты мне как обычно помогла, - вздохнул Илья и отключился от разговора. Он и сам понимал, что мириться надо было срочно, но как. Надо продумать все действия. – Оно тебе надо, Сорокин, - он стоял над раковиной в ванной, думая о своих дальнейших действиях. И впервые в жизни он решил не действовать по плану, а пускай всё идёт, как идёт. Он решил поехать в общагу, благо знал, где она находится и в какой комнате живёт девушка. Он приехал и забежал туда, где на кровати лежала Ленина соседка. – Лена Птицина где? – спросил он запыхавшись. – Она домой уехала на две недели, - ответила ему девушка зевая. – А где она живёт? – у Сорокина напрочь вылетело из головы название города. – Каменск-Уральский, а вот улицу сказать не могу, спросите у комендантши, - она хмыкнула и продолжила заниматься своими делами. Сломя голову, Илья стал искать комендантшу. А та, как назло, делала всё медленно. Медленно раскрывала свою папку с данными, медленно искала Ленину фамилию там, а потом медленно читала. Когда она, наконец, назвала адрес, то получила быстрый поцелуй в щёку от Сорокина, который уже мчался на выход. Он купил билеты на завтрашний рейс до Екатеринбурга, а затем взял электронный билет на электричку до Каменска. Придя домой, он впервые за неделю был воодушевлён, а не подавлен. Плевать, что за окном был огромный серый слипшийся комок грязи и снега. Ему было всё равно, ведь в душе снова засияло солнце. Он скоро встретится с ней. С той, кого любит больше всего на свете…. Он летел в самолёте и думал о том, что скоро всё наладится. Он всё исправит, как обычно. Ему нужно было позаботиться о том, где бы достать пионы в Каменске, чтобы они не завяли и приехали к Лене свежими и цветущими. Он вышел из аэропорта и вдохнул морозного уральского воздуха глубоко в лёгкие, поймав желтоглазое такси, он поехал на железнодорожный вокзал. ***** Лена сидела и клевала носом на кухне. Мама приготовила ей кофе, чтобы хоть как-то взбодрить и разбудить дочь. А ей не хотелось просыпаться. Лене снилось, что они с Ильёй отправились отдыхать на острова и нежились в тени пальм. А наяву был лишь серый день, которых в её жизни хватало по за глаза. – Лена, просыпайся, тебе завтра надо будет в девять утра сесть на электричку, папа тебя отвезёт, слышишь? – Да, мама, слышу. Мне надо будет собрать сегодня вещи, я понимаю это. – Не забудь только, прошу тебя, я побежала на работу, - мать чмокнула Лену в лоб и побежала одеваться. Весь день Лена складывала вещи. Одни она гладила, вторые кидала прямо так, а третьи вообще, сморщив нос, отбрасывала в сторону. Брат уже уехал в академию, а папа возился с машиной на улице. Она спокойно могла слушать музыку и отвлечься от навязчивых мыслей. Внезапно в дверь постучали. Настойчиво постучали. Лена спустилась вниз и подошла к двери. Стук повторился. Набравшись смелости, она открыла дверь. Там стоял он. В распахнутой куртке, без шапки, с букетом цветов. – Это тебе, я не нашёл розовых пионов в вашем городе, но зато есть малиновые…