I burn to the ground when I see your eyes

— Что же ты творишь, Ричи? Серая дымка вдруг стала растворяться, а на ее месте вырисовывались чьи-то очертания. Видно лишь парту, за которой сидит парень лет шестнадцати, а остальная часть комнаты казалась какой-то непонятной и расплывчатой. Это был тот парень, который постоянно таскает с собой ингалятор, но при этом ни разу за две недели не воспользовался им. Тот парень, над которым смеется вся школа из-за чрезмерной опеки его матери. Тот самый парень, который открыто признался всей школе, что он гей. Образ постепенно исчез, и вскоре вместо него появился школьный коридор. Потоки учеников бесконечно лились друг за другом, загораживая школьный стенд. Вскоре, когда все разошлись в разные стороны, перед глазами возникла картина: тот самый мальчик, имя которого – Эдди Каспбрак, живо беседовал о чем-то с, теперь уже близким другом, Стэном. На их лицах расцветали улыбки, стоило им посмотреть друг на друга. Вдруг оба сорвались на смех, после чего Стэн схватился за плечо Эдди, пытаясь успокоиться и продолжить свой рассказ, как раз от которого его друг прямо сейчас умирал со смеху. Эдди, у которого тоже не особо получалось привести себя в чувства и продолжить слушать Стэна, прикоснулся лбом к его плечу, стараясь устоять на ногах, Урис же непроизвольно придерживал того за локоть. — Неужели ты не видишь, что происходит? Незнакомый голос повторял одно и то же несколько раз, из-за чего Ричи готов был свихнуться. Голова начала болеть, ноги стали будто ватными. — Не закрывай глаза, Ричи. Посмотри, что ты творишь. — Хватит! — Открой глаза. — Нет! В миг боль прекратилась, и Ричи стал постепенно приходить в себя. Ему казалось, что он проснулся, что все уже позади, но стоило ему открыть глаза, как вдруг показался образ Эдди и Стэна, что сидели за одной партой, устраивая шуточный бой. Они бесились, переплетая руки и сцепляя пальцы в замок, при этом смеясь. — Это вранье, такого не было, я был там! Ричи пытался докричаться до незнакомого голоса, но тот не отзывался. Стоило Эдди и Стэну вновь раствориться, как они тут же появились, только сейчас действие происходило в каком-то темном помещении. Эдди стоял возле стены, глядя на Стэна из-под опущенных ресниц, а тот в свою очередь навис над Каспбраком, оперевшись одной рукой о стену, а другую держа на плече Эдди. В один момент его пальцы оказались на шее, а после нежным движением перешли на щеку. Стэн приблизился к лицу друга, и Эдди тут же подался ему навстречу. Вдруг время замедлилось, губы Эдди и Стэна находились в ничтожном друг от друга расстоянии. — Это ложь! Стэн не может быть соулмейтом Эдди, не мо- — Но ты делаешь все, чтобы изменить это. — Заткнись! — Это будущее, Ричи, в котором виноват только ты. — УЙДИ, БЛЯТЬ, ИЗ МОЕЙ ГОЛОВЫ! Ричи подскочил, резко подняв голову с парты. На его крик обернулся практически весь класс, в том числе и учитель. Тозиер быстро нашел взглядом Эдди, который смотрел на него своими огромными глазами. В них не было присущих ему презрения и ненависти, сейчас Ричи видел лишь удивление, смешанное с любопытством. Каспбрак продолжал внимательно смотреть на одноклассника до того момента, когда почувствовал, что они оба пялятся друг на друга слишком долго. Поняв, что вообще происходит, Эдди слегка нахмурил брови, и видимо именно это стало для Ричи знаком, что пора заканчивать. Как только Тозиер увидел изменившуюся мимику Эдди, он мигом вскочил из-за парты, схватил рюкзак и быстро вышел из класса. *** Ричи Тозиер – кто по своей натуре этот дофига странный парень? Тот, что носит дурацкие очки с огромными стеклами, безвкусные гавайские рубашки и черные рваные джинсы? Серьезно, каждый человек, которому доводилось хоть раз пересечься с ним, задавался этим вопросом. Ричи Тозиер известен всей школе как «сказочный долбоеб», который любит тусоваться и жить одним днем, не задумываясь о том, что будет завтра. Его зовут практически на все вписки и закрытые вечеринки, кстати последнее расшифровывается как «у нас больше алкоголя, чем на простой вписке, так что можете прийти и нажраться, не беспокоясь о последствиях», что, собственно, Ричи и делал время от времени. По Тозиеру сохнут многие девчонки, сам же он постоянно заигрывает с каждой из них, но, тем не менее, ни с одной не встречался, хотя на каждом углу говорит, что переспал уже почти со всей школой. Директор не один раз ловил Ричи за углом учебного заведения, когда тот выходил во время урока в «туалет», но на самом деле просто сваливал покурить. Да, Тозиер умеет проявлять хоть немного уважения к остальным ученикам, поэтому не курит в школьном туалете, да и он сам считает это довольно примитивным. Ричи мог обкуриться, мог набухаться, без проблем мог бы переспать по пьяне с какой-нибудь девчонкой, а на следующее утро не вспомнить об этом, но он поклялся, что никогда не притронется к наркотикам. Будь то марихуана или героин, насрать – Ричи знал, что наркотики приведут либо к смерти, либо в тюрьму, в которой ты, скорее всего, точно так же сдохнешь. А страх этот связан со смертью его старшего брата Николаса, который как раз-таки погиб по причине наркотиков. Ричи было одиннадцать, когда все это случилось. На тот момент он не знал, чем занимался его брат, родители так же не подозревали о его увлечении. Те деньги, которые они давали Николасу на какие-то личные расходы и вообще в принципе на учебу в универе – он просаживал на дешевую наркоту, которую перекупал у какого-то подзаборного дилера, непонятно откуда взявшегося в таком городе, как Дерри. В один вечер, когда родителей не было дома, Ричи находился в своей комнате. В один момент он услышал сильный грохот, доносившийся из прихожей. Ричи тут же выбежал в гостиную и увидел Николаса, который еле стоял на ногах. Лицо было бледным, темные круги пролегли под глазами, руки дрожали, дыхание – хриплое и сбитое. Младший Тозиер тут же подбежал к нему, со слезами на глазах спрашивая, что с ним случилось и как ему помочь, но Ник молчал. В один момент он посмотрел на брата, и, Ричи готов поклясться, что никогда не сможет забыть эти глаза: зрачки были до ненормального расширены, взгляд был обезумевшим, но в то же время казался беспомощным и из последних сил молящим о помощи. Николас был не в себе, он толком не понимал, где находится, но в один момент его губы дрогнули в слабой улыбке, глаза заблестели, и вскоре по его щеке скатилась слеза. Ричи уже давно плакал, смотря на обессилевшее лицо брата. Затем Ник попытался выговорить простое «прости меня», но не смог: первая же попытка заставила его упасть на пол. Ричи вскрикнул, когда увидел, как его брат стал биться в конвульсиях. Он не знал, что делать, от страха слезы безостановочно скатывались по щекам, руки ужасно дрожали, сердце бешено колотилось, а разум отказывался принимать тот факт, что все это происходит именно с ним. Именно с этим маленьким мальчиком, который вообще понятия не имел, что есть такие вещи, как наркотики, которые постепенно убивают человека и ломают жизнь его родным и близким. Какого все это было видеть одиннадцатилетнему ребенку, какого было видеть, как твой самый близкий человек умирает прямо у тебя на глазах? Какого осознавать сейчас, в семнадцать лет, что ты мог помочь ему, мог сделать так, чтобы он не умер, но просто не успел, потому что был ужасно напуган и растерян в силу того, что ты просто ребенок, на плечи которого резко легла жизнь другого человека? Какого осознавать, что твой старший брат мог прямо сейчас находиться рядом с тобой и каждый вечер играть на гитаре в своей комнате, а ты бы специально делал музыку тише, только чтобы понять, чем дышит тот, ради кого ты живешь? Какого осознавать, что прямо сейчас самый дорогой тебе человек гниет в сырой земле из-за того, что тогда ты просто испугался? Какого семнадцатилетнему подростку, который каждый день смотрит в зеркало и видит там не себя, а своего брата, потому что они похожи как две капли воды? Какого Ричи, который до сих пор винит себя в смерти Николаса? Ричи год не мог нормально жить – детская психика была слишком травмирована. Ему казалось, что он сходит с ума, что он видит Ника, который на самом деле жив и прямо сейчас сидит рядом с ним на кровати, и они вместе прослушивают очередную пластинку «The Beatles». Ричи стал очень тревожным, у него случалась истерика буквально по любому поводу, из-за чего ему было сложно находиться в школе с другими людьми, поэтому родители приняли решение перевести его на домашнее обучение. Когда Ричи исполнилось двенадцать, он изъявил желание учиться как все нормальные дети, и, убедив родителей в том, что ему лучше, парня отдали в школу, в которой он учится и по сей день. Там он связался с Генри Бауэрсом, который, в отличие от него, был на голову отбитым. Но как-то так вышло, что между этими двумя завязалось общение – они были друзьями. И из-за того, что Тозиер был тесно связан с Генри, это не могло не оставить на нем определенный отпечаток. Ричи стал более резким в общении, испробовал на себе действие сигарет и алкоголя, и такой образ жизни ему вполне нравился. Родители видели, что с их сыном происходит что-то неладное и, конечно, в первую очередь они боялись, что младший Тозиер пошел по той же дороге, что и его брат. Несмотря на недовольство и крики Ричи, они записали его к психологу, но на парня этот факт никак не повлиял – он говорил родителям, что благодаря беседам со специалистом ему стало легче, но на деле он все это время ошивался вместе с Бауэрсом, ни разу не посетив консультации врача. Когда Ричи было пятнадцать, они с Генри поймали какого-то ботана, как обычно собираясь «слегка» набить ему морду. Затащив беднягу за угол, Генри принялся избивать его, а Ричи просто снимал все это на видео. Но когда Бауэрс достал нож, Тозиера будто переклинило – он понял, с кем водился все это время и вообще в какое дерьмо ввязался. Ричи подбежал к Генри и одним движением отнял у него нож, из-за чего тот сменил курс жертвы, принявшись избивать друга. Ричи не старался как-либо защититься, считая, что получит по заслугам, если Генри забьет его до смерти. Получит по заслугам за Николаса, которого он мог спасти, тогда, четыре года назад. Но Ричи остался жив только благодаря Стэну, Биллу и Майку, которые защитили его от Бауэрса – трое против одного, все-таки. Сейчас Ричи мало с кем удается подружиться в силу своего характера и психологических травм, которые так же не прошли бесследно. Взять того же Эдди – маменькин сынуля, что таскает с собой по три ингалятора в каждом кармане и годовой запас таблеток. При их самой первой встрече Ричи, конечно, тут же узнал Каспбрака, который снился ему той же ночью. Его взгляд сложно было не узнать – образ карих глаз не выходил у Ричи из головы, заставляя постоянно думать о своем соулмейте. Да и вообще черты лица Эдди, его веснушки, руки — все это до чертиков привлекало внимание балабола, но в то же время дико раздражало и отталкивало. Ричи всю жизнь боялся быть не таким, как все. Боялся осуждения в свою сторону, травли и прочих жестоких вещей, что обычно вытворяли подростки по отношению к сверстникам. Да что уж говорить – он боялся даже своей реакции на определенные вещи. И самое ужасное, что Ричи и правда замечал за собой то, на что общество обычно реагирует до ненормального дико: ему нравилось прикасаться к парням, а при рукопожатии он часто задерживал свою ладонь в руке другого парня буквально на долю секунды, и именно это мгновение казалось ему приятым и особенным. Тозиер чувствовал, что его не привлекают девушки вообще ни в каком плане – он испытывал к ним своего рода неприязнь. И все это Ричи знал, он знал, что с ним что-то не так, и считал это просто отвратительным, чувствуя, как с каждым днем испытывает все больше отвращения к себе, поэтому он боялся признать правду. Боялся произнести вслух эти два ужасных слова, потому что думал, что как только признается самому себе в своей ориентации, все изменится, и люди начнут смотреть на него, как на отброс общества. С появлением Эдди, это чувство стало в разы сильнее – Ричи ненавидел Каспбрака за то, что тот окончательно заставил убедиться его в том, что он гей, но в то же время астматик будто притягивал к себе, ему было интересно узнать о нем больше. Но Ричи убеждал себя, что не хочет этого и, стараясь заглушить чувства, балабол постоянно доебывался до Эдди, создавая иллюзию того, насколько сильно он ненавидит его. Тозиер добился ненависти в свою сторону, и вроде как ему стало легче, потому что благодаря этому он может продолжить игнорировать очевидную правду, но в то же время чувствовал подступающую злость, когда видел Эдди вместе со Стэном. И Ричи был в абсолютном замешательстве, потому что впервые испытывал к человеку одновременно два чувства: влечение и неприязнь, и какое в итоге возьмет верх, неизвестно. *** — Так что ты там хотел, Билл? — начал Стэн, усаживаясь за столик с остальными Неудачниками, одновременно с этим доставая из рюкзака сок. — Д-думал устроить ночевку, раз родители уехали, — ответил Дэнбро. — Хотел, ч-чтобы вы все пришли. — Я не пойду, — резко выдал Эдди, но увидев озадаченные взгляды друзей, добавил. — Вы маму мою видели? Она меня в жизни никуда не отпустит, тем более на всю ночь. — Эдди, — Майк покачал головой, слегка улыбнувшись. — Мы здесь все за две недели поняли, что тебе откровенно насрать на мнение твоей мамы. Ты сам не раз намекал на это. — Вообще-то нет, я- — Даже не пытайся, — перебил Майк. — Причина здесь далеко не в твоей матери, — на этих словах Билл улыбнулся, поняв, к чему ведет Хэнлон. — Как раз-таки именно в ней, потому что больше нет кого-то, кто раздражает меня так же сильно, как Тозиер, — помолчав пару секунд, Эдди понял, что сказал совсем не то, что планировал. — В смысле мама. Больше нет кого-то, кто бесит меня так же сильно, как мама. Все Неудачники смотрели на Каспбрака, вскинув брови и поджав губы, тем самым сдерживая проступающий смех. Эдди же чувствовал, как щеки покрылись румянцем. — Да что вы от меня хотите? — вскрикнул он и запрокинул голову, чтобы хоть как-то скрыть покрасневшее лицо. — Скажи это, — проговорил Стэн, расплываясь в улыбке. — Что сказать? — Что т-ты не хочешь идти только из-за Ричи, — Неудачники уже в открытую подсмеивались над другом. — Я этого не говорил. — Но это так? — Вовсе нет! — Тогда в чем проблема? — Майк единственный все еще сдерживал смех, смотря на Эдди, который по-прежнему сидел с запрокинутой головой. Билл и Стэн уже не участвовали в диалоге, умирая от смеха где-то под столом. — В маме! — Но ведь ей все равно, нет? — Нет. — Что «нет»? «Нет, все равно» или «нет, не все равно»? — Да что ты пристал ко мне? — Эдди опустил голову и посмотрел на друзей. — Бесит он меня, понимаете? — Так значит все-таки Ричи? — Майк расплылся в победной улыбке. — Кто же еще, — Каспбрак скучающе подпер рукой щеку, смотря на стол. — Мы убьем друг друга спустя пять минут пребывания в одной комнате. — Эдди- — Даже не пытайтесь меня уговорить, я никогда осознанно не пойду туда, где будет Тозиер, ясно? — Ричи не придет, — после слов Майка Билл и Стэн вопросительно посмотрели на него. Хэнлон же сделал вид, что не заметил озадаченных лиц друзей. — Он заболел. Ему на уроке плохо стало, ты же видел, — Майк понимал, что больной бы не выбежал из кабинета столь стремительно, но, тем не менее, уход Ричи сыграл ему на руку. Эдди тяжело вздохнул, опасаясь того, что Тозиер все же придет на тусовку, но с другой стороны ему безумно хотелось провести время с друзьями. Палка о двух концах, как говорится. — Ну же, Эдди, — Билл улыбнулся, ободряюще смотря на друга. — Пойдем, будет классно. Каспбрак несколько секунд молчал, а остальные в ожидании глядели на него. — Ладно, ваша взяла, — он улыбнулся, смотря на обрадованные лица Неудачников и мысленно жалея о том, что согласился на такое безумие. *** Время в школе пролетело незаметно, учитывая то, что последние два урока отменили. Эдди все продолжал думать о предстоящей тусовке, что состоится уже сегодня. Его буквально распирало от эмоций и любопытства, так как ранее он ни с кем, кроме Беверли, не собирался на ночевку. Эдди точно знал, что они с Неудачниками разгромят дом Билла, потому что в школе ему доводилось видеть, какую дичь вытворяют его друзья. Пару дней назад Стэн с Биллом выбили дверь, потому что их отбитый на голову Ричи решил подшутить – после урока физкультуры он запер их в раздевалке, предварительно стащив ключи у физрука. Тозиер на полном серьезе не собирался выпускать друзей из спортзала, поэтому не стал заморачиваться и ушел на остальные уроки, говоря учителям, что Стэн с Биллом отправились на семейный шоппинг. И вот, идет урок французского, как вдруг в кабинет врываются Урис и Дэнбро – с растрепанными волосами и дикими глазами, оба пытаются найти Тозиера, который будто чувствовал, что ему хотят надрать зад за еще одну дебильную выходку, поэтому Ричи минуты за две до прихода ребят свалил с урока. Проходя мимо спортзала, он увидел прекрасную картину: дверь, слетевшая с петель, валялась на полу, а рядом стоявший физрук разговаривал с директором. И как только Ричи заметил это, он поспешил скорее удалиться из школы, надеясь, что все как-нибудь само устаканится. Эдди вышел из здания. Во дворе учеников почти не было, все как-то быстро разбежались по домам. Каспбрак направился к заднему входу в школу, где обычно оставлял свой велик, но, едва завернув за угол, он почувствовал, как кто-то резко перехватил его и дернул в сторону, зажав рот рукой. Эдди начал что-то мычать и дергаться, но этот «кто-то» лишь усилил хватку. Парень не мог разглядеть, кто это был, так как незнакомец держал его со спины и не давал возможности даже пошевелиться, не то, что развернуться. — Послушай сюда, — на этих словах Эдди снова попробовал вырваться, вцепившись руками в руки незнакомца. — Прекрати дергаться, послушай, — из-за того, что этот «кто-то» говорил шепотом, Каспбрак не мог узнать голос. — Бауэрс со своими отбросами прямо сейчас находится у ворот в школу, так что если пойдешь туда – живым не выберешься. Я слышал, как Генри говорил, что хочет прикончить тебя, и если уж Бауэрс сказал это, то поверь — он сдержит слово. Поэтому прямо сейчас ты хватаешь свой чертовый велик и валишь отсюда. Ясно? С задней стороны школы есть выход в парк, — после этих слов он с силой толкнул Эдди на землю. Пока тот приходил в себя, незнакомец успел скрыться, не дав возможности узнать его личность. Каспбрак сидел в полной растерянности, но решил не рисковать и поверить тому, кто захотел ему помочь. Он взял велик и, в последний раз оглянувшись, быстро направился к заднему выходу, не подозревая о том, что прямо сейчас этот «кто-то» наблюдал за ним из-за угла здания, облегченно выдыхая. *** Эдди ехал по парку, пребывая все это время в шоке. Руки дрожали от волнения, и присутствовала непонятная отдышка. Решив, что ему просто необходимо перевести дух и успокоиться, он остановился у ближайшей лавочки, бросил велик на землю и сел на скамью, запрокинув голову. Эдди устремил взгляд в небо, медленно вдыхая свежий воздух и прокручивая в голове события, произошедшие буквально десять минут назад. Конечно, сейчас у него в голове был единственный вопрос: «Кто ему помог и зачем он это сделал?». Эдди вспоминал взволнованный шепот, казалось, что у незнакомца сильно дрожал голос. Прикрыв глаза, Каспбрак вспомнил прикосновения того человека, и единственное, что он отметил – это до безумия холодные руки. Настолько холодные, что, когда тот обхватил запястья Эдди и прикоснулся к его лицу, по телу пробежала неприятная дрожь. Хотя, возможно, такой эффект произвела на парня сама ситуация – не очень приятно, когда тебя обхватывает какой-то незнакомый человек и тащит за угол, сообщая новость о том, что тебя хотят забить до смерти местные хулиганы. Дул легкий ветер, из-за чего пряди кудрявых волос приятно щекотали лицо. Эдди казалось, что если он просидит так еще немного, то несомненно уснет, но глаза открывать совсем не хотелось – он только-только успокоился и отошел от происходящего, так что возвращаться в реальный мир не было никакого желания. — Так ты все-таки решил съехать от мамы? — раздался голос сбоку, от которого Эдди в миг открыл глаза, посмотрев на рядом сидящего Стэна. Увидев настороженный взгляд друга, Урис перестал улыбаться, развернувшись к Эдди. — Ты в порядке? — В полном, — тут же ответил Каспбрак. — После школы ты обычно сразу идешь домой. Послушай, если что-то не так- — Стэн, я в порядке, правда, — Эдди улыбнулся, и улыбка вышла вполне искренней. Если бы Стэн пришел минут пять назад, то обеспокоенное состояние астматика невозможно было бы не заметить. Урис так же улыбнулся в ответ, решив не доставать парня своими расспросами. — Не хочешь прогуляться? Мы бы могли сходить куда-нибудь, а после вместе пойти к Биллу, — предложил Стэн, но после тут же добавил. — Если хочешь, конечно. — Да, давай, — с ходу согласился Каспбрак, желая провести время с другом и поскорее забыть о случившемся. *** — Ну наконец-то, — вскинул руки Майк, стоя на пороге. — Мы уже устали ждать вас. Вы где были? — на этих словах он отошел от входа, пропуская друзей в дом. — На птиц смотрели, — улыбнувшись, сказал Стэн. — Боже, — вздохнул Хэнлон, усмехнувшись. — Ты и его решил в это втянуть? — тут Майк перевел глаза на Эдди. — Слушай, когда разговор хоть как-то затрагивает птиц, на месте Стэна появляется ботан, который до фанатизма увлечен орнитологией. И нам не нужен еще один такой же, — на этих словах Урис закатил глаза, ухмыльнувшись. — Иди знаешь куда, Хэнлон? — Стэн оглядел гостиную. — Где Билл? — Эдди как с языка снял вопрос друга. Тут на кухне раздался грохот, который заставил всех одновременно замолчать и переглянуться. Имея одну клетку мозга на троих, ребята сорвались с места и побежали в другую комнату. Как только они зашли на кухню, перед ними развернулась прекрасная картина: Билл лежал на полу, буквально утонув в луже из разбитых яиц, рядом валялась открытая бутылка с молоком, точнее, уже без него, потому что все оно смешалось с яйцами; рядом лежали осколки разбитой миски и венчик. — Я же сказал ничего не трогать! — крикнул Майк, но, переведя взгляд на Билла, который сидел с такими виноватыми глазами, с какими собаки обычно смотрят на своих хозяев, когда нашкодят – он не сдержался и улыбнулся. Следом за ним послышалось хихиканье Эдди, а после смех Стэна. — Мы хотели испечь пиццу, — тихо произнес Билл, усмехнувшись и пытаясь встать так, чтобы не поскользнуться и вновь не оказаться во всей этой жиже. В один момент Майк и Стэн подошли к нему, помогая подняться, а Эдди достал телефон, снимая друзей на видео. Через пару минут раздался звонок в дверь. Видя, что хозяин дома сейчас не в состоянии принимать гостей, а остальные Неудачники вовсе не услышали звонка, Эдди оставил друзей и направился в гостиную. Не заглядывая в глазок, он мигом открыл дверь и почувствовал, как в этот же момент его хорошее настроение улетучилось, стоило ему лишь взглянуть на того, кто стоит на пороге с не менее охреневшим выражением лица. Ричи Тозиер, держа в руках коробку пиццы, уставился на Каспбрака. Каспбрак, все так же стоя на проходе, пялился на Тозиера. Блять.