Невозможности

У Шень Цинцю нежный, мягкий рот, юркий язык и гибкое, отзывчивое тело. Он был приятным, теплым и податливым, с жарким нутром и звонкими стонами, легким запахом зеленого чая и бамбука, сейчас смешавшегося со сладостью молока. Он совершенно отличался от Шан Цинхуа. Не был лучше или хуже — просто — отличался. Мобей-цзюнь чувствовал себя… наверное, польщенным — из всех возможных кандидатов омега его Господина выбрал именно его, чтобы ухаживать за собой во время беременности в периоды отсутствия своего мужа. Это было приятно — ощущать, как омега в тяжести гнездится рядом, утыкаясь носом в шею и обвивая руками, прижимаясь округлившимся животом. Его Цинхуа был бетой, поэтому ощутить подобное он никогда не надеялся — знал прекрасно, на что шел, когда женился на своем маленьком хрупком лорде, и ничуть не жалел об этом, но… Но порой его внутренний альфа тосковал, когда не мог помочь построить гнездо, укрыть в своих объятиях пахнущего материнством омегу, свернуться защищающим клубком вокруг чужого тела. И сейчас — сейчас Мобей был доволен, чувствуя, как доверчиво жмется к нему Шень Цинцю, тихонько урча ему в шею. Запах сладкого молока манил его, и демон, не сдержавшись, наклонился и коротко лизнул опухший сосок. Шень Цинцю коротко простонал и заерзал, притягивая рукой его ближе. Демон замешкался на пару мгновений, не уверенный, что ему действительно это позволено — омега кормил только своего ребенка и своего альфу, поэтому он хотел убедиться, что правильно понял чужие намерения. Когда его не оттолкнули, он издал тихий звук, почти хныканье, и прижался к чужой груди губами, торопливо высасывая сладковатое молоко. Это тоже было тем, что он никогда не рассчитывал получить. — Тише, тише, — прошептал Цинцю, поглаживая темноволосую голову. — Никто у тебя не отнимет, пей спокойно. Мобей-цзюнь послушно замедлился, однако прижался теснее, напоминая этим Бинхэ — тот тоже всегда крепко сжимал его в объятиях, и пил быстрыми, жадными глотками, словно боялся, что его отнимут от груди. Ледяной демон так и уснул, даже во сне продолжая сосать чужую грудь, понемногу вытягивая молоко. И он действительно спал спокойно.