тысяча увлекательнейших стратегий Фреда Уизли

       — Джо-о-ордж! — Фестер легонько толкнула парня в плечо, когда он, в очередной раз, попытался отобрать у неё учебник по зельям. — Дай мне хоть немного поко-оя!        Они уже второй час сидели в гриффиндорской гостиной. Фестер пыталась выучить параграф по зельеварению из учебника Джорджа, но он явно старался этому помешать…        — Не хочу, — хихикнул он, теперь наваливаясь на девушку. Он отбросил учебник в сторону, — ты уделяешь мне мало внимания, — прошептал Джордж, тут же нежно целуя её в шею. Когда мягкие губы коснулись её кожи, Фестер не смогла сдержать уж слишком громкий вдох. — Ты ведь тоже хочешь, — он улыбнулся, продолжая целовать её шею.        — Чего х-хочу? — шепотом спросила она.        — Хочешь меня…        Фесси почувствовала, как к щекам, от одних лишь его слов, приливает горяченная кровь. Как же он прав… она так давно хотела его. И поддалась желанию, рукой зарываясь в его шелковые волосы.        Она почувствовала, как он улыбается, когда поцелуи доходят до её подбородка. Он поднял взгляд к её глазам, и его взгляд показался Фесси настолько нежным, что она не смогла не поцеловать его.        Фестер выгнулась от удовольствия, когда её губы соприкоснулись с его — такими немыслимо мягкими и упругими. Джордж просунул свою руку под её спину, теперь прижимая её ещё ближе к себе, провел языком по её губам, делая их влажными, и тут же начал бережно их посасывать.        С каждым движением его губ и языка Фестер все сильнее чувствовала, как всё её тело невольно расслабляется, будто подчиняясь ему. И, Господи, как же Уизли наслаждался такой реакцией…        — Я люблю тебя, — прошептал он, на секунду оторвавшись от неё.        Джордж смотрел на неё таким нежным и влюбленным взглядом, когда говорил это, что улыбка на лице Фестер образовалась сама по себе. Такие долгожданные слова от самого любимого человека… Всё в груди будто сжималось тисками, было так сложно поверить в это…        Уизли расстегнул несколько пуговиц на её рубашке и прижался губами к груди, часть которой все еще была скрыта нижнем бельем, и Фестер тихонько застонала, подбадривая его.        Её дрожащие от волнения и чувств руки потянулись к ремню на его джинсах, и он закусил свою нижнюю губу, прижимаясь ближе. Он аккуратно раздвинул её ноги, пока она расстегивала ремень, и вжался в её бедра, отчего оба застонали друг другу в губы.        — Я т-тоже люблю тебя, — прошептала она, почти касаясь его губ своими, — мой мальчик…        — Фестер! — послышался крик. — Да твою ж мать, Фестер! — её потрясли за плечо.        — Джо-о-ордж… — сонно прохрипела она, переворачиваясь на бок.        —У-у… ты никогда раньше не п-у-утала нас, — протянул Фред, — что это с тобой, дорогуша?        Он наклонился прямо над её ухом, но, когда понял, что ответа не последует, решил применить крайние меры. Тихо хихикнув, он облизал свой палец, и уже через секунду он оказался в её ухе…        — ФРЕД! ФУ-У! — она подскочила, оттолкнув друга от себя, и села на кровать, ладонью вытирая ухо. — Придурок… — она, размахнувшись, со всей силы треснула его подушкой по голове, на что он только посмеялся.        В глазах задвоилось от внезапного пробуждения; Фестер, кажется, до сих пор не отделяла сны от реальности… вот только ощущение мокрого белья между ног немного помогало вернуться в действительность.        Глаза сами по себе расширились от удивления, страха и стыда. Фестер крепче сжала колени, накрыв свои бедра одеялом. Щеки покраснели, и в комнате стало уж очень душно. Ей срочно нужно было в ванную комнату…        — Так с каких пор ты начала нас путать? Надеюсь, это была разовая акция, — съязвил Фред.        — Я не путала… это все сон, — прохрипела она, сжимая одеяло.        И как теперь проскочить в душ мимо Фреда? Какой же прекрасный он имел талант — всегда появляться там, где не был нужен.        — Во-оу, так тебе снился Джорджи? — игриво протянул Фред. Он сел рядом, перетягивая одеяло на себя, за что Фестер шлепнула его по руке. — Ай!        — Что ты тут делаешь? — спросила Фестер. — Лестница ведь…        — Лестница, лестница! Так все и думают, а вот о других способах попасть в женские спальни никто не заботился, — Фред самодовольно улыбнулся своей сообразительности.        — Они на метлах прилетели, — объяснила Джонсон с соседней кровати.        «Они…?»        — Да-а, знаешь, как непривычно? Это тебе не комментировать матчи… — послышался голос Ли.        Фестер обернулась; он лежал на кровати с Анджелиной, укрытый одеялом, и Фарси буквально молилась, чтобы под ним он был одетым. Голова закружилась от переизбытка мыслей и эмоций. Единственным желанием было с головой окунуться в ледяную воду.        — И долго вы тут? — спросила она.        — Уже да… — ответил Фред. — Дорогуша, у нас прогулка со Спиннет, и Джордж пойдет с нами… нужно собираться, мы оставим этих двоих, — он кивнул в сторону Анджелины и Ли, — наедине? — шепотом спросил Фред.        — Подай мне штаны, пожалуйста, — так же шепотом ответила она, массируя пальцами виски.        Фред удивленно приподнял брови, но все же поднялся и кинул в Фестер темные спортивные штаны. Она чуть привстала, придерживая одеяло, и надела их. Фред внимательно наблюдал за её действиями, хитро улыбаясь; его взгляд то поднимался, то опускался по её телу, и Фестер точно знала, что смотрит он так лишь для того, чтобы смутить её. Поэтому не реагировала.        — Ла-а-адно, теперь что? — спросил он, глядя на неё.        — Теперь я в душ. Можешь подождать тут, — ответила она.        — М-м, а с тобой нельзя? — съязвил он.        — До такого ещё нос не дорос, — фыркнула Фестер. — Скоро вернусь, — сказала она, разворачиваясь к двери.        В гостиной с самого утра уже сидели несколько гриффиндорцев; одними из них были Джордж и новоиспеченная девушка его младшего брата — Лаванда. Оба обернулись, когда услышали скрип лестницы, и Джордж радостно улыбнулся при виде подруги. В гостиной было тепло, по сравнению со спальней девочек, в которой, благодаря Анджелине, вечно гулял ветер.        — Доброе утро, Фесси, — Уизли шепнул что-то Лаванде, и, когда та кивнула, встал с дивана и направился к подруге. — Выглядишь плохо, — взволнованно заметил он, — сложная ночка, а?        Фестер покраснела, а сердце стало биться сильнее, обливаясь горячей кровью. Перед глазами всё чуть ли не закружилось, когда она пыталась понять смысл его слов.        — Д-доброе, Джордж… — она тяжело выдохнула, — о чем это ты? Мне спалось просто… кх-м… прекрасно, как и всегда. Правда, ветер немного мешал…        — Пора бы привыкнуть, — Джордж сонно улыбнулся.        Должно быть, он проснулся тоже недавно, потому что его волосы были растрепанными и помятыми. Он улыбнулся и потянулся; его рубашка вздернулась, обнажая низ его живота, и Фестер нахмурилась, до боли прикусив щеки, чтобы хоть как-то оторвать от него взгляд.        Она опустила голову, чтобы не замечать его взгляд на себе. Было практически до боли стыдно думать о том, что ей снятся такие сны… с его участием. Он ведь её друг… Фестер чувствовала себя так паршиво; казалось, что она нарушает личные границы Джорджа, лезет туда, куда не должна… а он даже не знает об этом.        Как же противно от самой себя.        — Д-джордж… — прошептала она, — мне нужно идти …        Она выскочила из гостиной, и, дойдя до душевой, чуть ли не заплакала; столько чувств и мыслей навалилось из-за этого сна, и все — неприятные. Она чувствовала отвращение к самой себе, ощущала себя ужасной, скользкой, мерзкой, но ничего не могла поделать, и это буквально раздирало её изнутри.        Фестер пыталась смыть с себя все эти отвратительные мысли под струйками горячей воды, обжигающей кожу. Ничего не выходило. Переключала на холодную — лучше все равно не становилось, так что она просто стояла под водой, пытаясь забыть все это.

***

       — В этом году как-то рано потеплело, не? — спрашивает Фред, пытаясь сгрести хоть немного снега, чтобы слепить снежок.        Ничего не получалось — снега было совсем мало; на земле лежал лишь тоненький белый слой, сквозь который была видна сухая трава.        — Рановато, — ответила Анджелина, держащаяся за руки с Джорданом.        — Интересно, а черное озеро отмёрзло? — поинтересовалась Алисия, пытаясь незаметно для всех встать поближе к Фреду, нагнувшемуся за снегом.        — Оно вообще не замерзает… вроде, — ответила Фестер.        — Вроде? Ты никогда там не была зимой? — Джордж улыбнулся, удивленно глянув на подругу.        — Ненавижу зиму и тех, кто задумывает зимние прогулки. Это ни черта не весело, только скользко и ходить труднее, — фыркнула она, недовольно натягивая шарф до носа, — и мне вечно холодно.        — Сейчас тоже? — спросил Ли. Фестер кивнула. — Тепло же.        Фесси только фыркнула, понимая, что её шарф не натягивается так, как ей нужно.        — Хорошо, я обманываю, и мне, на самом деле, не холодно, Джордан, — съязвила Фесси.        — Так тебе холодно? — спросил теперь уже Джордж, глядя на её попытки закутаться в шарф. — Ты ответишь?        — Да, мамочка, — хмыкнула она.        — Лучше называй меня папочкой, — он подмигнул ей, снял с себя шарф и тут же обмотал его вокруг шеи Фесси, чуть выше её собственного.        Все громко засмеялись, а сердце Фестер в который раз за день забилось с неистовой силой. О, Боже, неужели он и правда так заботится о ней?        Фестер подняла взгляд на Джорджа. Он улыбался так мило и проницательно, что она не смогла не улыбнуться в ответ, смущенно натягивая его шарф на нос. Он был завязан жутко неумело и неопрятно, но мысль о том, что завязал его таким образом именно Джордж, заставляла отбросить все остальные.        — Папочкой, значит? — хихикнула Спиннет. — Мы чего-то не знаем о ваших отношениях?        — Это просто шутка, Алисия, — злобно фыркнула Фестер.        — Вау… тише, дорогуша, — Фред улыбнулся, приподняв бровь, — чего так взъелась?        — Нервная. Джордж, может, нам с Фредди оставить комнату для вас на эту ночь? — съязвил Ли. — Поможете друг другу снять стресс.        — Оставь для себя и Джонсон, коротышка, — сказал Джордж, — только учти, что ей точно понадобится пакет на твоем лице, чтобы заняться этим с тобой.        Уизли гневно глянул на друга, заметив, что Фестер буквально раздувает от злости. То, что говорил Ли, звучало, буквально, как оскорбление. В компании повисло непонятное молчание; Фред, Алисия и Анджелина тихо хихикали, а Фестер и Джордж прожигали взглядами дыру в Джордане.        — Так, может, мы посмотрим на черное озеро? — смущенно спросила Спиннет, прерывая тишину.        Теперь все встрепенулись, многозначительно переглянувшись; изначально у Анджелины, Джорджа, Фестер и Ли был договор оставить Фреда и Спиннет только вдвоем. И сейчас, кажется, подвернулся хороший случай.        — О-ох, знаете, вы, наверное, идите, а мы с Ли хотели пробежаться по Хогсмиду за травами, — начала Анджелина, — скоро игра Пуффендуя с Когтевраном, а у комментатора голос севший. Лечить будем.        — О-ох, ну им-то зачем об этом говорить? — выдохнул Ли, дергая девушку за руку.        — Пусть все знают! Всё твои сигареты! Может, хоть со стыда курить перестанешь, — прошипела Анджелина.        — Курить? — удивился Фред. — Даже не знал, что ты куришь…        — И когда это мы успели так упустить твое воспитание? — Джордж, задорно улыбнувшись, нагнулся над Джорданом и предупреждающе потряс пальцем у его лица.        — Наверняка тогда, когда ты гонялся за Кэти, дорогой, — в разговор вмешалась Фестер, не уступая в своей язвительности парням.        Джордж сунул руки в карманы, сжавшись. Такой незаметный жест, но Фесси всегда подмечала его, зная, что Уизли никогда не делает этого просто так, так что заволновалась. Прошло полторы недели со дня их с Кэти фееричного расставания, неужели Джордж всё ещё не отошел от этого?        — Именно, Фесси! Сообразительная девчонка, — Ли подмигнул ей, теперь открыто вынимая сигареты из кармана. — Будете? — он протянул пачку.        — Э-эм, нет, — Фестер схватила Джорджа за запястье, когда поняла, что уже темнеет, и пора бы оставлять Фреда и Алисию наедине, — ну, ребята, нам нужно, пожалуй, заняться зельями.        — Да куда спешить? Сходим к озеру, и… — начал Ли, но Анджелина, вероятно, крепче сжала его руку, так что он закашлялся, подавившись сигаретным дымом.        Фестер подняла взгляд на Джорджа, буквально умоляя его помочь. И он послушно кивнул, отцепляя её руку от своего запястья. Теперь он сам аккуратно коснулся её руки и сплел их пальцы только для того, чтобы начать по-детски махать руками, в итоге ударив бедного Ли в живот. Пока все были в замешательстве, Джордж кивнул в сторону Фреда и Алисии, и Джордан издал тихое, понимающее «ааа!».        Через сорок минут, по счастливой случайности, начался сильный снегопад, вперемешку с дождем; Фестер и Джордж уже сидели в комнате мальчиков, укутываясь в теплые пледы. Уизли выглядел очень мило со своим покрасневшим носом и щеками, так что оторвать от него взгляд было практически невозможно.        — Как думаешь, Фредди успел отвести свою избранницу в какой-нибудь бар, прежде чем начался дождь? — хихикнув, спросил Джордж, сильнее укутываясь в мягкий плед. — Иначе будет суперски неловко.        — Неловко? — Фестер с улыбкой повернулась к лежащему на соседней кровати Джорджу. — Наоборот! Это такая рома-антика! — мечтательно протянула она.        — Что романтичного в том, чтобы промокнуть? — нахмурился он. — И простыть потом, кстати, наверняка!        — Ну… ты чего, фильмов про любовь совсем не смотрел? — спросила она, переворачиваясь на бок, чтобы лучше видеть его. Ей жутко хотелось дотронуться до его красных щёчек и носа, которые все ещё не отогрелись. — Или книги там всякие… со сценами о поцелуях под дождем.        — Я таким не особо интересуюсь…        — «Таким»? Это ты про поцелуи? — засмеялась Фестер.        Джордж смущенно улыбнулся, а его щеки, казалось, покраснели еще больше. Он подложил руку под щеку, укладываясь на подушку. Его взгляд сейчас казался таким кристальным, будто он был готов выложить всю свою душу на блюдце перед подругой.        — И что в этом такого… — задумался Джордж, — просто соприкосновение губ, а все так кайфуют от этого…        — Пф, Джордж! Ты будто никогда не целовался, — Фесси закатила глаза. — Прям уж такое простое соприкосновение?        — А ты не знаешь? — он ответил вопросом на вопрос. Прямо-таки в духе Уизли.        Фестер тяжело выдохнула. Было сложно говорить с ним на такие темы; сердце то и дело подскакивало чуть ли не в горло, а ладони начинали потеть, хотя ей, на самом-то деле, все ещё было холодно.        — Нет. Ты ведь знаешь, — выдохнула она, вспоминая вечер, когда призналась всем, что все еще ни с кем не целовалась.        — Знаю, — согласился он. — И мне это нравится, что странно, — он улыбнулся.        Фестер чуть ли не вскрикнула, подорвавшись от удивления. Ему это… нравится? Но какое ему вообще дело до её поцелуев?        — Нравится? — она нахмурилась, пытаясь максимально подавить эмоции.        — Я сам не знаю, почему так. Просто… как камень с души упал, когда ты это сказала…        Сейчас Фесси чувствовала полную безмятежность, постепенно привыкая к теме их разговора. Она так самоотверженно доверяет ему даже после всего, что происходило, что даже подобные разговоры с ним проходят так легко и сладко, словно тягучая карамель, текущая по языку.        Несколько секунд они просто молчали, переваривая то, что только что было сказано. Где-то в глубине сознания Фестер загорелась надежда; она всё ещё любит его, и теперь могла хотя бы надеяться на то, что он ответит ей взаимностью.        Послышался глубокий вздох.        — Мы с Кэти целовались до боли, — Джордж тяжело вдохнул, — серьезно, я думал, мои губы лопнут… но кроме этого я ничего не чувствовал.        По нему было видно, что он говорит это совершенно вынужденно. Он должен был — это будто раскаяние.        — Это была, наверное, приятная боль, да? — Фестер чуть помедлила с ответом, не зная, что именно она должна сказать, чтобы оказать правильное влияние.        — Приятная? — Джордж будто очнулся от какого-то помутнения. — Ох… ну…        Он нервно хихикнул.        — Ну…? — она пожала плечами. — Вы же… ну… любили друг друга… — она покраснела.        — Это влияет?        — Естественно, Джордж! Это ведь меньшее, как вы показывали это друг другу… и другим… — она чуть не задохнулась от того, что эти слова так просто вылетали из нее. — Я имею в виду, ну… вы ведь были гораздо более близки друг к другу, чем просто ваши губы…        Оба были в каком-то странном и неизведанном, непривычном для них состоянии. Они были абсолютно открыты друг для друга; задумаешь зарыться в самые глубины души и разума — протяни руку, и тебе все выложат, как на духу.        Но, в то же время, они жутко смущались от того, какую именно выбрали тему для разговора. Поцелуи, да ещё и Кэти… было видно, как Джорджу больно говорить о ней. Конечно, он совершенно искренен с Фестер, он доверил бы ей все, что у него есть…        Вот только Джордж не из тех людей, которые открываются до того, как поймут себя самостоятельно. А он явно не мог сказать, что чувствует по отношению к Кэти, и… к Фестер.        И что это вообще, к чертовой матери, было? Годовалое помутнение рассудка? Массовый бред? Что они с Кэти могли найти друг в друге? Чего было у них общего? Он ни за что не смог бы ответить на эти вопросы.        Ему нужна была помощь. Нужна, как никогда, и Фестер помогала ему. Помогала одним лишь своим присутствием, тем, что находилась, как всегда, рядом. Как же приятно осознавать, что есть люди, которые не бросят тебя даже после всей кучи дерьма, что ты натворил…        — Ох, Фестер! — он накрыл свое лицо ладонями. — Я будто с маленькой девочкой говорю, ха-ха, — он схватился за живот, но достаточно быстро успокоился, увидев, как неспокойно дышит подруга. — Ты про секс, верно?        — Д-да… — она заерзала на кровати Фреда, сминая простынь. Неловко. — У вас ведь… много раз было это…        — Ты такая милая, когда говоришь о сексе, — он смущенно улыбнулся, позволяя подруге увидеть его красивые, ровные зубы, — это странно… прости, — он скромно хихикнул, извиняясь. — Ты такая красная, как Филч, когда его целовала Кэти, — теперь Джордж откровенно заржал.        — Джо-о-ордж… — она неловко засмеялась, прикрывая лицо руками. — О, Боже, блин, ха-ха!        Оба хихикали, держась за животы. Этот неловкий разговор, хоть и был максимально странным, определенно сблизил их. Всё возвращалось на свои места.        Под ночь вернулся Фред. И он явно был под сильным впечатлением от этой прогулки; глаза его горели, словно он задумал очередную совершенно по-детски глупую шалость, а руки не успокаивались, сминая то одеяло, то рукава собственной кофты.        Джордж и Фестер то и дело довольно переглядывались, сладостно упиваясь тем, что все это устроили именно они. Казалось, ещё совсем немного, и эти двое сорвутся к письменному столу и станут писать всевозможные имена, которые они обязательно порекомендуют для племянников.       … на самом деле, как раз таки этим они и занялись вместо зельеварения, когда Фред лег спать. Лучшим вариантом для девочки они сочли имя Пайпер, а для мальчика — Аллен.