Валентинов день

Фрэнк просто в ужасе. Сегодня 28 марта, а он вообще не знает, что делать. Нет, проблема не в том, что у него нет весенней обуви, даже не в том, что к нему снова лезут идиоты из класса, отнюдь. Скоро у Джерарда день рождения. До 9 апреля меньше двух недель. Он уже успел заказать подарок, но совершенно не знает, как организовать сам праздник-сюрприз. Проблемы с декором нет, но Джерард слишком умный и догадливый. Сделать так, чтобы он не узнал и не понял – задача не из лёгких. Конечно, в фильмах и сериалах просто, но Айеро понятия не имеет, кого пригласить, где это сделать и главное – как. Хочется впечатлить Уэя, показать, что он тоже способен на что-то. Джерард всегда жутко романтичен, а Фрэнк.. он не умеет. Он сыпется от восторга, когда красноволосый дарит ему цветы в горшках, когда рисует его самого, когда берёт его за руку, но сам повторить такого не может. Гном делает только неудачные комплименты, которые заставляют Джи хихикать и немного краснеть. Ему стыдно за свою корявость, за то, что не умеет быть принцем из сказок. Но сейчас он сидит за столом с друзьями и пытается обсудить, что, как и куда делать. Им повезло – Джи нет в школе, он с учителем изобразительного искусства на церемонии вручения призов за какой-то там конкурс.       — Итак, — просыпается Айеро, силясь собрать мысли в кучку, — Майки знает и зовёт его самых близких друзей, не включая нас, Тайлер и Джош организуют всё у него дома, а Рэй в этот день задержит его где-то. Что делать мне? Все молчат, потому что Фрэнк и так проделал огромную работу, пока придумывал оформление и носился по городу в поисках нужного декора. Именно он находит кондитерскую, где сделают тортик, который понравится Уэю по умеренной цене, а ещё шарики, комиксы, хлопушки и другие приблуды – всё сделал Фро, но абсолютно спонтанно, не имея сил связать идеи между собой. Но сейчас, когда он перечисляет, чем занимается каждый из ребят, а он просто сидит, сложа руки, он чувствует себя бесполезным. Как будто не он парень, не он любимый человек, а кто-то из ребят, которые согласились помочь. Ему очень хочется сделать хоть что-то прямо в день «Х», но все роли разобраны. Он тихо вздыхает, мысленно перебирая то, что чисто в теории мог бы сделать, а потом сияет от вспыхнувшей в голове идеи. Ребята вопросительно смотрят на него, видя, что он как-то странно улыбается.       — Давайте я заберу торт! Джош открывает рот и ойкает, потому что его ногу пинает Тайлер. Они оба помнят, что торт должен был забрать Дан, но сравнив лица Фро до и после возникновения данной идеи, мигом решают, что торт может забрать не Джош. В конце концов, это ж не паспорт.

***

Скрывать от Уэя что-то сложно, а ещё сложнее Уэю отказывать. Фрэнк ночует у него несколько раз, чтобы примерно понимать размах того, что можно устроить в этом доме. И в одну из ночёвок случается самый ужасный диалог, который мог бы случиться в их отношениях.       — Фрэнки? У меня же день рождения, я бы хотел пригласить тебя в ресторан, на самое помпезное свидание, которое только может быть. Что скажешь? Голос у Джерарда медовый и чарующий, он почти шепчет. Айеро весь краснеет, внутри всё дрожит, но он вынужден придумать причину, по которой откажет этому солнышку. Ему жутко не хочется так поступать, но осталось всего три дня. Он выглядит максимально выжатым и вымученным.       — Ох, Джи.. Я.. Я очень хотел бы, но я не могу.. Мы уезжаем к дедушке с бабушкой, я.. Джи, давай сходим чуть позже? Я правда очень-очень хочу. На сердце Фрэнка ложится огромный камень, который готов раздавить его, потому что оливковые глаза напротив тускнеют, а радостная улыбка покидает чужие губы. Джерард отводит взгляд, рот на секунду превращается в тоненькую полосочку, а затем сдержанно кивает.       — Да, я понимаю, Фрэнк, всё хорошо. В другой раз, так в другой раз. Айеро видит, что Джи старается улыбнуться, но уголки губ дрожат, а глаза смотрят «сквозь», а не «на» кого-то. Ужасно.

***

Эти три дня проходят. Да, проходят. Прямо по Фрэнку. У всех, кто решился принять участие в затее Айеро, есть одна непосильно сложная задача – отказать Джи. Это сложно по очень многим причинам. Джерард добрый и отзывчивый, он готов помочь всем и вся – только попроси, он ласковый и нежный друг, а ещё прекрасный парень. И всем так сложно придумывать тупые отговорки, получая в ответ «Окей» и грустный смайлик. Они завели свою беседу, обсуждают, что будут дарить и далее-далее, а потом Рэй скидывает в личные сообщения Айеро просто чудовищные по своему содержанию сообщения, которые заставляют Фрэнка колотиться в приступе паники и истерике. Рэй, я ошибся. Не надо было идти на свидание с Фрэнки, не надо было даже двигаться в его сторону.

Ты о чём? Он же любит тебя так, как никого другого.

Он хочет опозорить меня. Рэй, я знаю о слухах. А если он просто хочет поиметь меня и бросить? И бонусом поиздеваться? А? Тебе не приходила в голову мысль о том, что он слишком неожиданно свалился с небес на землю, что слишком он хороший, что слишком демонстрирует наши отношения у всех на виду?

Джи, сейчас полвторого ночи.

Я придушу Айеро, если то, что ты говоришь – правда, но очень прошу тебя, не спеши с выводами. Я знаю Фро давно и, поверь, он сам натерпелся издевательств. И не хочет такого ни для кого.

Просто.. он почти мне не пишет, но он постоянно в сети. Я понимаю, что у всех свои дела, личное пространство, но..

Давай просто подождём, ладно? Буквально немного. Для него это всё в новинку, это его первые отношения, так ещё и такие спонтанные. Ему тоже непросто, Джи, дай ему время.

Может, ты и прав по поводу Фрэнки. Я подумаю. И подожду. Спокойной ночи. У Фро дрожат поджилки, он хочет, чтобы день «Х» настал и кончилась вся эта нервотрёпка. Он не хочет, чтобы всё заканчивалось так быстро, чтобы Джерард пропал из его жизни или просто проходил мимо в столовой, даже не удостаивая взглядом. Айеро жмурится, выключает телефон и переворачивается, вжимаясь лицом в подушку, чтобы сдержаться и не раскрыть всё раньше времени.

День «Х»

Фро пишет огромное поздравление для Уэя с восьми вечера, потому что хочет быть таким же романтичным, как его парень. Он вспоминает всё, что было за короткое время их отношений и улыбается, когда прогоняет каждый момент в мыслях. Он благодарен Джерарду за нежность, за терпение, за то, что тот помнит о его вкусах и всегда берёт латте на миндальном молоке, когда Фро задерживается на пять минут. Ах да, это красноволосое чудо с первого раза запоминает, что у его парня непереносимость лактозы. У Фрэнка в груди слишком много любви к этому человеку, но и много страхов именно сейчас. Он боится, что всё испортил, что Джи не будет рад такому сюрпризу и только расстроится. Такой расклад тоже возможен и очень даже вероятен, но он старается не думать об этом. Джерард попытается понять и скажет, если что-то пойдёт не так. Айеро смотрит в окно. Там темно и холодно, все звёзды скрыты за пеленой тёмно-синих облаков. Он жмурится и трёт глаза, потому что устал. Зевок. Он ставит пост на таймер и ложится спать. Утро и день обещают быть трудными. Джерард просыпается от звонка будильника и, боже, он готов запустить его в стену, потому что настроение ни к чёрту. Конечно, день сегодня – просто прелесть, солнце уже светит в небе, но весь свет этого момента портит одна формальность. Уэю сегодня 19, а на праздник не сможет заглянуть даже родной брат. Он вяло читает поздравления от друзей, даже улыбается, когда видит такие милые слова от Фи, но это не сильно меняет ситуацию. Он спускается на первый этаж, шлёпая босыми ногами по полу, получает поцелуй в щёку от мамы и праздничный завтрак. Солнечные лучики лижут стенки кухни, а ещё пробегаются по лицу Уэя, который жмурится и сладко тянется, словно котёнок. Настроение немного поднимает Рэй, который вламывается в их дом через пять минут. У него в руке воздушные шары, он улыбается и треплет Джи по голове, крепко обнимая.       — Собирайся, чудик, пойдём гулять, — мурлыкает кудряшик, отпуская шарик в полёт к потолку. Они уходят через полчаса. Торо скидывает в общий чат несколько слов: Мы вышли. Дело за вами. Удачи. Жду. Фрэнк забирает торт и теперь вертится в доме Уэев, помогая Джошу и Таю перетаскивать всё, что было заготовлено в комнате Майка. Руки Фрэ очень даже пригодились, потому что работы выше головы и даже больше. Рэй может долго таскать и убалтывать Джи, но явно не вечность, поэтому они спешат и действуют в почти полном синхроне. Весь дом становится праздником, везде рассованы подарки, а свой Фи держит при себе. Он хочет передать его из рук в руки, поцеловав при этом, чтобы было романтично. Все его мысли слишком розовые, сладкие и прекрасные. Он не сомневается, что всё будет отлично. День проходит, в дом набивается всё больше народу, все помогают и готовятся к тому, что будет. Весь дом превращён в какой-то мир комиксов, всё сделано так, как понравилось бы Джи, учтено любое познание каждого из друзей. Они просто во всеоружии. Когда Рэй уже ведёт Джерарда домой, свет гаснет во всём доме. Каждый занимает свою позицию, Фрэнк с гитарой вообще сидит чуть ли не на потолке, чтобы его не заметили раньше времени. Когда дверь открывается, все задерживают дыхание, а Джи останавливается на пороге. Он не включает свет, потому что в доме слишком тихо и это настораживает. Он вздрагивает и не верит, когда из каждого уголка дома доносится: Look alive, Sunshine. Эти слова гремят в ушах, а когда начинает играть гитара, его сердце заходится гулким и трепетным стуком. Он знает всего двух мальчиков, которые могут играть на гитаре так хорошо, но знает лишь одного, с которым он обсуждал эти строки. Все кричат «NaNaNa», но слова поёт лишь один голос. В темноте вспыхивают разноцветные фонарики, подсвечивая улыбающиеся лица друзей. Включаются новогодние гирлянды, которые, вообще-то, достают только по случаю Рождества, но Айеро настоял на них. Везде плакаты: некоторые нарисованы вручную, какие-то распечатаны, где-то вырваны из журналов или забраны с афиши из кино. Свет включается. У Джерарда улыбка до ушей, ему не верится в происходящее. Он начинает смеяться, идёт к друзьям и крепко обнимает каждого. Рэй тихонько заходит через дверь и неловко улыбается. Им всем радостно, но Фрэнк где-то прячется.       — Где Фр.. БОБ! БОБ, МАТЬ ТВОЮ, БРАЙАР! Джи визжит и прыгает на старого друга, обнимая всеми конечностями. Этот блондин переехал в другой штат достаточно давно, но они поддерживали общение, а сейчас Уэй просто не верит в то, что это идиотище проехало столько километров ради него. Они захлёбываются в разговоре, люди вокруг ничуть их не смущают. Он забывает об Айеро на время. Они рассчитывали именно на это. Им нужно время и отвлечённый Джи. И всё хорошо, все радостно проходят мини-квест, в процессе которого именинник находит подарки, а затем всё стихает. Друзья окружают парня и улыбаются. Он чувствует себя неловко, когда слышит песню, которую поют каждому на день рождения. В комнату заходит человек в маске зомби, держа в руках немаленький торт. На нём чёрная маска из мастики и три слова «Мы любим тебя». Джерард тронут. У него слезы на глазах, а в момент, когда торт переходит по рукам, он уже готов плакать. Человек в зомбомаске, снимает её и это Фрэнк Айеро, который выглядит, как чёрт, улыбается так ярко и живо, что Джи просто рвёт от эмоций на части. Торт доходит до него, он стирает пару слёз, а затем задувает свечи и несётся к своему парню под аплодисменты. Фрэнк зажат в объятиях, они оба смеются и чувствуют себя странно, но в груди щемит счастьем. Им хорошо вместе. Фи отстраняется первым.       — Слушай, мне жаль, что наше свидание провалилось по моей вине, — он сдавленно шепчет, опустив взгляд в пол, — но это того стоило и… Я люблю тебя, знаешь? Я не умею говорить красиво, но у меня просто нет слов, чтобы описать все правильно и… Фрэнк секундно машет перед носом Джи какими-то листиками, а потом быстро целует его. Ему некогда было репетировать или продумывать эту сцену, поэтому всё вышло ужасно скомканно, но красноволосый улыбается в поцелуй и берет инициативу на себя, потому что, несмотря на общий настрой, он видит усталость Айеро. Этот гном просто из кожи вон лез, чтобы организовать всё это и теперь на поцелуй не осталось сил. Джи ценит то, что Фи пытается быть романтичным, хоть это и выглядит немного нелепо. На этот раз они отстраняются одновременно. Фрэнк весь красный, взгляд снова где-то в ногах, потому что ему неловк смотреть в глаза такому красивому Уэю.       — Так вот… Мне жаль, что так случилось. В общем, если ты согласишься, то у меня подарок для тебя, можно было бы… если хочешь... Сходить вместе? Ну, я не настаиваю... Фрэнк протягивает два вип-билета на фестиваль, о котором Джи жужжал целых две недели почти без остановок. Они оба смотрят на эти бумажки. Один смущён до дрожи в коленях, второй готов визжать на весь дом, но вместо этого принимает подарок дрожащими руками. Просто Фрэнку трудно до невозможности. Он не хочет навязывать свою компанию, но правда расстроен, что отказал Джи в свидании. Ну да, а ещё он в жизни панк, который готов рвать и метать любого, но рядом с одним парнем не может связать и двух слов.       — Б-боже… Фрэнки! Конечно, мальчик мой! С этими словами вся неловкость пропадает и уходит. На лицах одновременно появляются улыбки. В эту ночь, когда дом освобождается от гостей и стоит пустой, не считая Майка, они танцуют медленные танцы один за другим, доедают торт и просто нежат друг друга, балуясь поцелуями. Глаза Джерарда – яркие прекрасные звёздочки, а в эту ночь с самым волшебным блеском. Он не ошибся. Точно не ошибся. Фрэнки чудесный мальчик с самым добрым сердцем.