Без кого уже не сможем

Наконец-то встретила Надобного — мне: У кого-то смертная Надоба — во мне. Что для ока — радуга, Злаку — чернозем — Человеку — надоба Человека — в нем. Мне дождя, и радуги, И руки — нужней Человека надоба Рук — в руке моей. И за то, что с язвою Мне принес ладонь — Эту руку — сразу бы За тебя в огонь! Марина Цветаева Стоило ожидать, что этот разговор и вечер в целом изменят многое. Собственно, так и случилось. Акутагава стал более внимательным, Хигучи вследствие этого - более счастливой. Частым времяпровождением стали ночные прогулки и посиделки в кабинете Рюноске в свободное от работы время. Если кратко - стали ближе. Всегда холодные глаза молодого человека стали тёплыми: серый лёд растаял, превратившись в два уютных озера, в которых хочется тонуть бесконечность и даже больше. Движения уже не такие резкие, он в целом стал спокойнее, а прошлое потихоньку отступало на задний план. Теперь настоящее с его прелестями наполнило его жизнь красками; девушка, которая наконец-то добилась своего, стала самым важным составляющим этого настоящего. Акутагава до сих пор иногда ругал себя за то, что раньше был так слеп (или же просто притворялся, что слеп, скрывая чувства за напускным непониманием, при этом не понимая, что оно напускное). Он гнался за человеком, которому не был нужен с самого начала, для которого был недоразумением, которое нужно воспитывать по какой-то причине именно кулаками и пулями на самый крайний. Этой причины Рюноске не знает. Да и вряд ли это важно в данный период времени, когда жизнь свернула в другую сторону реки, слепо следуя за одной нимфой, что увлекла за собой одним лёгким взмахом подола полупрозрачного белоснежного платья. Такой теперь предстает Хигучи перед его глазами. Несмотря на осознание со стороны Акутагавы, все происходило медленно: молодой человек чаще всего продолжал скрывать свои чувства, по привычке мафиози это происходило или же по какой другой причине, он не знал, но факт есть факт. Ичие долго раскрывала его, и вот спустя время он почти открылся ей. Конечно, какие-то скелеты в шкафу девушка ещё не отыскала, очень уж большой этот шкаф под названием "Душа Рюноске", но отношения на то и отношения, чтобы узнавать о человеке что-то новое чуть ли не каждый день. Отныне Акутагава может доверить секреты не только своей и без того израненной душе, но и кое-кому очень близкому. Всю жизнь удерживая людей на расстоянии, первое время молодому человеку было очень неловко от того, что Хигучи дотягивается рукой до его сердца. Но в скором времени он начал с удовольствием отдаваться этому чувству, уже по собственной воле протягивая девушке свое сердце, чтобы она согрела его. "Я иностранец для своей собственной души*, Но ты стала в моем темном королевстве королевой и сделала меня своим самым верным подданным, Открыла для меня самые потаённые уголки моей души, о наличии которых я и не догадывался, И, в конце концов, я наконец-то стал чувствовать себя в этом королевстве как дома. Собственно, так и должно быть, верно?" Теперь и в квартире стало теплее. Дом - отражение того, что у хозяина внутри. И пусть вместе с теплом в эту квартиру ворвался и небольшой беспорядок, стало гораздо уютней, чем было раньше: у влюбленных должен быть небольшой беспорядок в голове, все же всплеск всевозможных чувств - не спокойный поток маленькой горной речки. "С некоторых пор рядом с ней каждый угол этого мира мне кажется домом. Ключевое - если она рядом. Остальное вторично". И все вокруг внезапно стало таким по-домашнему теплым и уютным, как вечер с горячим шоколадом и любимым под боком. И отныне всегда ощущение, словно рядом кто-то есть. Нет, это не шизофрения - это любовь. Хотя в чем-то они похожи. Даже если и так, даже если они - шизофреники, а квартира - психбольница... Они и на это согласны, лишь бы вместе, лишь бы рядом. "Наши сердца не разлучит никто, никогда, никогда..."**