Как ты из этого выберешься?

С самого утра к Драко явился домовой эльф. Отец хотел его видеть. Кое-как собравшись, он поспешил в рабочий кабинет Люциуса. Мужчина сидел за столом и разбирал какие-то бумаги. Увидев сына, всё отложил, указав на кресло напротив. - Нам нужно поговорить, Драко, - сухо, со злобой. - Я слушаю, - осторожно, присаживаясь на указанное место. - Как успехи? - внимательным взглядом прожигает дыру в юноше. - Неплохи. Вчера хорошо потрудились и продвинулись. - На много? - Достаточно. - Когда будет готово? - нетерпеливо. - Сложно сказать. Текст всё такой же тяжёлый и запутанный, хоть и частично расшифрованный. - Лорд не любит долго ждать. Ты же понимаешь, что за каждый лишний день плачу я. - Не только ты, отец, - Малфой-старший выдохнул, откидываясь на спинку. Задел. - А как девушка? Проблем не доставляет? - Нет, даже не столь безнадёжна как я думал. Старается, но не перегружается. - Ладно, можешь идти, - махнул рукой Люциус, получив всё, что хотел. Но Драко не сильно расстроился из-за холодности родителя. Он даже рад быстрее сбежать из этого затхлого помещения.

***

Завтрак проходил в необычайной тишине. В огромной комнате воздух пронзали лишь звуки ударов приборов о посуду. Напряжение можно было ощутить практически физически. Гермиона впервые видела такую растерянную Нарциссу и поникшего Драко. Мистер Малфой казался спокойным, но его резкие жесты доказывали обратное. - Мисс Хемдер, как Вам у нас в гостьях? Всё устраивает? - прорезал тишину громкий от неожиданности голос Люциуса. - Всё хорошо, не беспокойтесь, - попыталась улыбнуться Гермиона. - А Драко не достаёт? Он ещё тот засранец, ни одной юбки не пропустит, - продолжил допрос Малфой-старший, не обращая внимания на возмущённый взгляд сына. - Нет, что Вы. Мне очень даже удобно работать с Драко. Всегда приятно общаться с человеком твоего уровня, - попробовала Гермиона быть немного высокомерной. - Хорошо, - удовлетворился Люциус. - Прошу меня простить, но я вынужден покинуть вас. Срочные дела, - вышел из-за стола и оставил комнату. Все сразу как-то расслабились. - Мама, мы тоже пойдём работать. Скоро придут Блейз и Панси, - мягко обратился Драко к миссис Малфой. Гермиона следовала за парнем в библиотеку, уставившись ему в спину. Что с ним не так? Бежит, как ошпаренный. Походка резкая, будто он злой. Хотя скорее всего так и есть. Люциус его почти унизил. Девушка никогда бы не предположила, что такая «идеальная» семья может так общаться в присутствии постороннего. Драко практически влетел в помещение. От быстрой ходьбы волосы растрепались и утренняя укладка канула в лету. Он подошёл к окну и стал спиной к выходу. Послышался звук закрывающейся двери. Камилла вошла и остановилась у стола. Малфой так и остался стоять спиной. - Прости. За то, что произошло за завтраком, - неуверенно повернулся. - Он сегодня сам не свой. - Ничего. Думаю, тебе нужно больше переживать за себя, - улыбнулась на последнем слове. На это парень вопросительно поднял бровь. - Это ты заработал славу бабника у отца. А меня он не задел, - шире улыбнулась Гермиона. Медленно лицо Драко озарялось пониманием. Когда смысл услышанного полностью достиг его мозга, парень тихо засмеялся. - Точно, как я сам не подумал об этом, - теперь смеялись двое. Шутка плоская, но отлично разрядила атмосферу, оставшуюся после общения с Люциуса. - Почему смеёмся? Нам тоже нужно знать, - ворвался Блейз, громко выкрикивая это. За ним последовала Панси. Его радости она не разделяла. Проследовав к Драко, попыталась обнять того, но Малфой ловко увернулся, подходя к другу, чтобы пожать руку. Девушка сделала вид, что ничего не произошло и лишь посмотрела на книги на столе. - Вспоминали о вчерашнем успехе, вот и смеялись, - ответил Драко на вопрос Забини. - Успех? - удивилась Паркинсон — Вы вчера что-то выяснили? - Да. Мы смогли расшифровать часть неизвестных рун. Вот, - довольно произнёс Малфой показывая друзьям новые строчки. – «… каждый преклонит голову и море разойдётся при силе его… … нуждающимся единожды поможет одолеть смертный час… … могучее силы вам не сыскать...» - прочитал в голос Блейз. - Впечатляет. Камилла с нами меньше недели, а уже такие успехи. - Да, это действительно благодаря нашей новой компаньонке, - подмигнул другу Драко. - Это она поняла какие это руны. - И какие же? - недовольно фыркнула Панси, удивив всех резким ухудшением настроения. - Маркоманнические, - медленно ответила Гермиона, не понимая почему слизеринка так вспылила. - Это маггловские руны. - Надо же, - не унимался Забини, - сами мы долго доходили бы к таким способам. Это гениально. После этих слов он приобнял Камиллу за плечи, выражая своё восхищение её сообразительностью. Панси громко хмыкнула, плюхнулась на диван и показательно отвернулась от друзей. - Ладно, пора за работу, - приказал Драко. После такого резкого прорыва вряд ли кто-то найдёт что-то ещё. Блейз отлепился от Камиллы и двинулся к книжным полкам. - Вечно всё веселье обламывает, - пробормотал он, проходя мимо Панси. Но та сделала вид, что не услышала. Видимо, её гордость сильно задета. Как Малфой и думал, к вечеру ничего нового никто не обнаружил и все разошлись уставшими и не очень довольными.

***

Ночью Гермиона долго не могла уснуть. Мятая постель казалась ужасно не удобной, а мысли слишком навязчивыми. Эти слизеринцы определённо странные. Нет, она это и раньше знала, но сейчас убедилась ещё больше. Почему они так спокойно этим всем занимаются, будто пророчество это школьное задание на каникулы? А этот Забини достал уже. Действительно, ни одной юбки не пропустит. Фу, аж противно от одного только воспоминания о его руках. Но радовало то, что Панси так разозлилась. Не они, хвалёные аристократы, а она — Гермиона Грейнджер, смогла отыскать нужные руны. Ха, это только начало. Больше покоя не давало само пророчество. Похоже, это и правда сильная магия. Надо быть осторожней. Текст не должен попасть к Волдеморту. Вдруг поток размышлений прервал шум, доносившийся из гостиной. Будто туда кто-то ввалился. Кто-то злой и несдержанный. Девушка поднялась и подошла к двери. Приложив ухо к деревянной поверхности, стала прислушиваться. Топот ног и гул грубых мужских голосов. Гермиона приоткрыла дверь и посмотрела в коридор. Никого. Осторожно вышла, закрыв за собой комнату. Тихо ступая босыми ногами, она направилась в сторону шума. Казалось, что всё замерло, а голоса не такие громкие. Грифиндорка остановилась у лестницы, напряжённо вслушиваясь. Она резко вздрогнула, когда слух пронзил душераздирающий крик. Неужели?.. Там пытают кого-то? Послышался ещё один крик и всхлипы, но немного отдалённо. От этих звуков внутри всё холодело, а волосы вставали на затылке дыбом. Девушка замерла в ужасе не решаясь сделать хоть что-нибудь. Неожиданно, сзади кто-то прижал её к себе, закрывая рукой рот. В нос ударил знакомый аромат, а над ухом прозвучало: - Спокойно. Не кричи, я сейчас отпущу, - шёпотом. Гермиона кивнула и почувствовала, как её отпускают. Быстро развернувшись, она встретилась со стальными глазами. Малфой поднял палец к своим губам, приказывая молчать, и кивнул в сторону обратную крикам. Девушка молча последовала за Драко, не понимая, что только что произошло. Парень подошёл к комнате Гермионы. Впустив её внутрь, осмотрел коридор и, не увидев ничего подозрительного, зашел следом. - Что это, чёрт возьми, было? - не выдержала девушка. - Успокойся, - спокойно ответил Малфой, опускаясь в одно из кресел. - Ты же сама понимаешь, что это было. - К такому я не была готова. Они что пытают людей прямо в доме? - в ужасе спросила Гермиона. - Ну, не в самом доме, а под ним, - протянул Драко, будто в задумчивости. - Послушай, ты знала на что соглашалась. Волдеморт не жалеет людей и такое происходит время от времени. Он говорил это так спокойно, будто это нормально. От этих мыслей Гермиону начало мелко трясти. Действительно, о чём она думала? Это же Малфой-Мэнор. Люциус в очень тесных кругах с Волдемортом. Драко, видя, что девушка дрожит, подошел к кровати, на которой она сидела, и обнял. Сам того не осознавая, он хотел её успокоить. Но сказать, что это сон и ничего не было не получится. Всё, что он мог, это медленно поглаживать хрупкую спину, слушая тихие всхлипы. Гермиона не плакала. Просто это как-то слишком. Столько всего сразу. И она ничего не может сделать, чтобы помочь.