Всё, что мы держим в ладонях своих

Минхо всё ещё никак не мог понять, как при всех своих взглядах на жизнь, пофигистичном настрое ко всему живому и неживому, а также взрывному характеру и нереальному желанию никогда и ни с кем не общаться, он всё ещё продолжал не просто помогать Хан Джисону, но ещё и просто находиться с ним рядом. Нет, правда, с каждым днём, проведённым вместе, Ли мог лишь удивляться своей выдержке, ведь как только журналист не доставал его — от посещения его квартиры по ночам и полного истребления всех его запасов еды до бесконечного потока бреда и отвлечений от работы. Список бесящих мастера вещей в Джисоне грозился вскоре стать бесконечным. И даже недавние волнения за парня, мысли о том, что с ним ну не так уж и плохо и другие подобные тревожные для кукольника звоночки — всё это способно были перечеркнуть какое-нибудь внезапно сказанное «О, мастер, а ты когда-нибудь задумывался о пользе человеческого дерь…». В общем-то, мозг Минхо и правда уже кипел. Но вот он — вечно раздражённый и злобный кукольник-интроверт, который каждой клеточкой своего тела терпеть не может сумасшедшего журналюгу, — вопреки всем своим мыслям, стоял плечо к плечу с Ханом прямо перед побитым кирпичным зданием с уже выцветшей вывеской, на которой блеклыми красными красками было написано: «АВТОМАСТЕРСКАЯ». Ну да, Ли же большой идиот, который никак не мог вылезти из этой глупой истории. «Или я просто не хочу?..», — вдруг подумал Минхо. И мысленно рассмеялся. Не потому что это было смешно. Потому что это была правда, которую он не хотел принимать. Ли, вздрогнув от собственных глупых мыслей, решил занять голову другими и стал быстро вспоминать всю информацию, что Джисон успел рассказать ему, пока доставал его своим присутствием пару последних дней. Собственно, кроме того, что их новая цель — Ким Хонджун — был связан огромным долгом и вынужден почти всю свою зарплату отдавать своему боссу, парень особо ничего и не узнал. Хан описал всё слишком по фактам и без подробностей, а на все вопросы лишь отвечал: «По ходу дела разберёшься, мастер, у нас нет времени на разговоры!». Ага, как же — то, о чём думал тогда Минхо. Явно же дело тут в чём-то другом. Впрочем, Ли решил не задумываться. Он лишь вздохнул и всё-таки обратился к журналисту: — Ну, и? — перевёл он взгляд с вывески на Джисона. — Что будем делать? — М-м, — протянул Хан, скрестив руки на груди и продолжив прожигать название мастерской взглядом, — просто войдём? — посмотрел он на Ли и пожал плечами. — Ты это у меня спрашиваешь? — вскинул кукольник бровь, повторив позу парня. — Нет, ну, может, ты хочешь что-то предложить! — воскликнул Джисон и всплеснул руками. — И как я посмею прервать твой поток гениальных мыслей! — Слышь ты, журналюга, — приблизившись к лицу парня, зашипел мастер сквозь зубы, сильно нахмурившись и почти даже оскалившись, — мне это нахрен не сдалось, но я тут и хочу обратно домой, так что собирайся с мыслями быстрее и пошли решать твою проблему. — Ну ма-а-астер, ну не ворчи! — театрально фыркнул Хан, пихнув парня в плечо. — Разве ты совсем не понимаешь, как мне тяжело встречаться со своими старыми друзьями? — задал он вполне логичный вопрос и вскинул указательный палец. — Понимаю, — на удивление журналиста, кивнул Минхо. — Но если ты будешь тянуть кота за яйца, то в итоге так ни к чему и не придёшь. — Нет у меня таких фетишей, как дёрганье кого-то за яйца, даже если ты попросишь сделать это с твоими! — снова скрестил руки на груди Джисон. — Просто это правда тяжело, — пожал он плечами, возвращая взгляд на вывеску. — Взять ту же реакцию Ючана. Откуда мне знать, как По отнесётся к моему появлению? А вдруг он мне вмажет? — предположил парень, а затем, чуть подумав, выдал: — Ладно, если он попробует это сделать, я просто спрячусь за тобой и… — Эй! — возмущённо воскликнул Ли, перебив парня, и недовольно на него уставился. — Я не стану тебя прикрывать! Это твои и только твои призраки прошлого, и не мне препятствовать их справедливой мести, — фыркнул он, закатив глаза. — Я всегда знал, что ты принц на белом коне, который сможет меня защитить в любой момент, — саркастично хмыкнул Джисон. — Тц, — цокнул Минхо и решил спросить: — А почему По? Стрёмное прозвище… — Потому что он похож на панду, которая может вломить тебе с разворота, — похлопал глазками Хан, скосив на мастера взгляд. — Идиотское прозвище, — лишь буркнул он, нахмурив брови. — Тебе вечно всё не нравится, — подметил Хан, помахав в воздухе рукой. — Ты мне тоже не нравишься, но, смотри, я как-то с этим мирюсь, — проворчал кукольник, раздражённо сверкнув глазом. — Ну мастер, ну я же нравлюсь тебе на самом деле, — по-детски пролепетал Джисон, навалившись на Ли и потискав его в своих объятиях. — Просто признай это! — Ой, отвали, — грубо бросил Минхо, оттолкнув от себя Хана и пихнув его в спину. — Всё, идём, а то на нас уже косо смотрят, — кивнул он на работников мастерской, что странно поглядывали на них из окон. — Разберёмся с твоим По на месте, а затем наконец-то разойдёмся. — Ах, всё, чтобы не признаваться мне в симпатии, — наигранно вздохнул Джисон и всё-таки сделал шаг в сторону входа. — Я всё понял, дорогой мой мастер, — хихикнул он, хитро парню улыбнувшись. — Завались уже, — фыркнул Ли и обошёл Хана, чтобы зайти первым. Парень толкнул облупившуюся выкрашенную в серый цвет железную дверь, и они зашли в самую обыкновенную автомастерскую, пропахшую машинным маслом, бензином и потом, с белыми стенами и высокими потолками, забитую машинами на починку и рабочими в синих униформах, которые все разом посмотрели на новых посетителей. Джисон прошёл вперёд и осмотрелся, когда как никто пока не решился к ним подойти, видимо, занятый своей работой, но вскоре бородатый и измазанный в краске мужчина вышел к ним и, вытирая руки о полотенце, сказал: — Здравствуйте, — он остановился рядом с парнями и, осмотрев их головы до ног и обратно, спросил: — Вам чем-нибудь помочь? Минхо со скучающим видом посмотрел на механика и выдохнул: — Да, не могли бы Вы позвать… — Самого лучшего мастера! — вдруг вмешался Джисон, отпихнув кукольника в сторону, и Ли посмотрел на него непонимающим взглядом. — Понимаете, мой парень криворукий! — продолжил Хан, начав говорить как-то манерно и наигранно, и всплеснул руками. — Я доверил ему своё главное сокровище — порше! — возмущённо воскликнул он, указав на Минхо. — Но он вписался в столб и поцарапал его, представляете? Кукольник уставился на журналиста, но сдержался от комментариев, чтобы случайно не разрушить только ему известный план. — Так вам нужно просто избавиться от царапины? — сощурил глаза мужчина, уперев руки в боки. — И желательно покрасить машину, — махнул указательным пальцем Джисон. — В малиновый, — и поймал на себе возмущённый взгляд Ли, хотя не стал даже смотреть на того. — Это можно будет устроить? — продолжил он разговаривать с механиком. — Да, конечно, — кивнул тот, пожав плечами. — Что, нет! — всё-таки решил вмешаться Минхо, уперев руки в боки и недовольно уставившись на Хана. — Я не дам тебе разукрасить мою маши… — но вдруг получил ощутимый подзатыльник и выпучил глаза, потирая ушибленное место. — Как ты можешь говорить так после того, как поцарапал мою малышку, ирод ты несчастный? — театрально выругался на Ли журналист. — Так… что делать-то? — переводил взгляд то на одного парня, то на другого механик. — Мы сейчас её пригоним, хорошо? — мило улыбнулся мужчине Джисон. — И можно будет избавиться от царапины и покрасить её. — Ладно, посмотрим, что там, — кивнул механик. Журналист схватил кукольника за руку и потащил на выход, вскоре выскочив на улицу. Парни протопали по гравию к месту, где припарковали порше, и только тогда до Ли наконец-то дошло, и он воскликнул: — Ты, блин, белкообразное, что за фигню ты там нёс? — воскликнул Минхо, как только они оказались у машины. — Я не дам покрасить её в малиновый! — упёр он руки в боки, повернувшись к Хану, что в этот момент осматривал землю в поисках чего-то. — Ты меня слушаешь? — вскинул парень бровь. — Не дам! Да и нет на ней никакой цара… — хотел сказать Ли, как вдруг Джисон поднялся с ржавым гвоздём в руках и с ужасным скрежетом пару раз провёл по дверце машины — да ещё и с таким упорством, что аж кончик языка высунул от усердия. — ТЫ СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ?! — закричал мастер, выпучив глаза и оттолкнув Хана от порше. — ТЫ ЧЕГО ТВОРИШЬ, ПСИХОВАННЫЙ?! — схватился он за голову, рассматривая повреждения на своей любимой машине. — Это всё для благого дела, — усмехнувшись, совершенно спокойно сказал Хан и отбросил гвоздь в сторону. — Да я тебя сейчас!.. — замахнулся Минхо на журналиста, но затем лишь снова схватился за голову и уставился на царапину. — Моя машина!.. — Не волнуйся, её же сейчас починят, — отмахнулся Джисон и показал большой палец вверх. — За чьи деньги? — задал риторический вопрос Ли, который и будет вынужден в итоге за всё платить. — У меня, конечно, есть деньги, но я их ценю! — На благое дело! — настоял Хан, уперев руки в боки и топнув ногой. — Как я вообще согласился на это всё?.. — простонал Минхо и бросил: — Зачем ты вообще наплёл механику про царапину? Мы могли бы просто попросить позвать твоего другана и всё! — Ага, и как ты себе это представляешь? — фыркнул парень. — Кто-нибудь потом донесёт его боссу о том, что к нему приходил журналист со связями, и у По могут возникнуть проблемы. Нельзя так рисковать! — Ты думаешь, каждый знает, что ты журналист? — закатил глаза Ли. — На всякий случай! — пихнул многострадальный порше Джисон и сказал: — Давай, садись за руль и пригони машину. Минхо цокнул, ещё немного поругался, но всё-таки сделал это, и вскоре они оба стояли перед машиной в мастерской, которую с очень внимательным видом осматривал механик, обходя её со всех сторон. Он делал это неспешно, и Хан решил поторопить его: — Ну и как? — указал на царапину Джисон и с вопросом уставился на механика. — Оцените масштаб всего ужаса, которое устроил мой дурной парень! — и снова посмотрел на Минхо с деланным недовольством. Мужчина осмотрел царапину, почесал затылок и вскинул взгляд, а затем пожал плечами и сказал: — Да всё не так плохо, как Вам кажется, — он упёр руки в боки и уверил: — Сделаем быстро, так что машину можно будет забрать уже завтра. — Ах так! — приоткрыл рот в возмущении Хан и, повернувшись к Ли, бросил: — Слышал? Можешь жить! — и добавил: — Пока что. — Спасибо за разрешение, лю-би-мый, — с лёгким раздражением и неприкрытым сарказмом ответил парню кукольник. — Смотрите, ещё и язвит мне, несчастный, — замахнулся на того Джисон и фыркнул. Механик снова посмотрел на них, как на каких-то цирковых клоунов, и, прокашлявшись, просипел: — Ладно, я вас понял, — он кивнул. — Тогда я займусь вашей маши… — Нет! — тут же остановил мужчину Хан, вскинув ладони вперёд, и вдруг слабо шлёпнул по чужой руке. — Я не позволю трогать мою малышку кому-то, кто не лучший мастер! — предъявил он. — Но… — не понял механик, сведя брови у переносицы, и растеряно промычав. — Не волнуйтесь, у меня много опыта, и я хорошо упра… — А я от своей подружки слышал, что лучший мастер у вас — это Ким Хонджун, — скрестил руки на груди Джисон, вскинув подбородок. — Так что я требую позвать его! Мужчина растерялся ещё больше — особенно под заинтересованные взгляды своих коллег — и, вздохнув, сказал: — У Хонджуна сейчас обед, так что… — Я доверю свою родную только ему! — топнул ногой Хан. — Позовите мне его немедленно! Я сам расскажу ему обо всём! — Придурок… — тихо шепнул себе под нос Минхо, закатив глаза, и, вздохнув, отвёл взгляд в сторону. — Л-ладно, ладно, сейчас позову, — отступил на шаг назад механик и быстро ретировался в неизвестном направлении. Через какое-то время из другого помещения вышел молодой парень с плохо выкрашенными в красный цвет короткими волосами, в испачканной форме и с очень усталым лицом, и Минхо сразу понял, что это и был тот самый Хонджун, — только человек, чья жизнь давно стала одним только существованием, мог выглядеть так и иметь потухший взгляд. Ли ведь выглядел точно также. Хотя он подметил его грозный вид — действительно, словно панда с этими кругами под глазами, которая и вломит, если надо. — Здравствуйте, — пробормотал Хонджун, смотря в свои наручные часы и, видимо, расстраиваясь, что его оторвали от обеда. — Вы меня звали? — подошёл ближе он. — Я вас слу… — и всё-таки вскинул взгляд, тут же встречаясь взглядом с знакомыми глазами. — Джисон? — застыл на месте Ким, приоткрыв в удивлении рот и уставившись на парня. Хан же изменился на глазах — он вмиг стал серьёзным, и лицо его лишилось тех самых забавных черт. Парень выпрямился и совершенно спокойным голосом сказал: — Ну здравствуй, По. Хонджун нахмурил брови и весь как-то собрался, а затем, сначала отведя взгляд, а затем вернув его обратно на журналиста, попытался сказать хоть что-то: — Ты что здесь… делаешь? — он неопределённо махнул рукой и передёрнул плечами. — Мне сказали, что сюда пришли люди и… — вдруг замолк парень, словно что-то осознал, и спросил: — Это всё специально? — Тс-с, — тут же подошёл ближе к механику Джисон и приложил указательный палец к своим губам, — сделай вид, что общаешься с клиентами, — попросил он серьёзно. — Не будет хорошо, если кто-нибудь узнает, что ты как-то связан с журналистом. Ким посмотрел на него непонимающим и каким-то странным взглядом и повторил свой вопрос: — Зачем ты пришёл? — посмотрел он в сторону, замечая стоящего рядом с порше Минхо. — Что-то… случилось? — снова глянул Хонджун на бывшего друга. — Может, что-то с Чанбином? — предположил он, и Хан покачал головой. — Нет, ничего не случилось, — пожал журналист плечами. — Ну почти, — добавил он неуверенное и, вздохнув, объяснил: — Просто хотел встретиться и поговорить. — Двенадцать лет прошло, Джи, — как-то даже нервно фыркнул Хонджун, махнув рукой. — Не о чем тут разговаривать, мы всё уже давно выяснили, — высказался он. — После всего, что было, в разговорах нет смысла, пони… — Я виделся с Джинёном и Ючаном, — выпалил Хан, перебивая этим самым Кима. Тот удивлённо посмотрел на него и выдохнул: — И? — Они снова вместе, — прокашлялся Джисон, отведя взгляд, и после недолгого молчания Хонджун тихо спросил: — И? — Подумал, что эта новость тебя обрадует, — пожал журналист плечами. Ким тяжело вздохнул и, покачав головой, бросил: — Ладно, — он отошёл в сторону и сказал: — У меня смена заканчивается через два часа. Не думаю, что об этом стоит говорить здесь. Встретимся в ближайшем парке, — кинул парень взгляд на порше и спросил: — А с машиной что? — Ой, а её нужно будет всё-таки приводить в порядок, — почесал затылок Хан и подошёл к мастеру, взяв его под руку и потянув на выход. — И обязательно покрасить в малиновый! — кинул он и добавил: — Ладно, встретимся! — а затем всё-таки ушёл из мастерской.

***

К большой неожиданности Минхо — да и не только его — после того, как они ушли из мастерской, а затем, отсидев (для Ли — отмучившись) в кафе два часа, пришли в тот самый парк, появившийся в месте встречи Хонджун не приступил к разговору. Он лишь кивнул, махнул рукой и сказал: «Пойдёмте». Мастер и журналист переглянулись, но спрашивать не стали, и так, в тишине они дошли до вполне себе спокойной улицы с маленькими белыми двухэтажными домишками по бокам дороги. Это был мирный, но не самый лучший район, и дома уже косились или зарастали плющом. Снять здесь дом было не так дорого, поэтому Джисон сделал вывод, что они идут к Киму домой, что было удивительно, ведь пустить его в своё жилище… Хан думал, что его для этого слишком презирали, и он уже хотелось спросить об этом, но Хонджун его опередил: — Я думал, ты будешь один, — скосил Хонджун взгляд в сторону Минхо. Журналист смутился неожиданного вопроса и посмотрел в сторону мастера, судорожно думая, как же объяснить его присутствие. — А, ой, как бы объяснить? Хм-м, — протянул Джисон, но, не придумав ничего лучше, сказал: — Это моя… «работа» типа. Надеюсь, тебя не смущает этот факт? Просто я не могу его оставить, так что… «Работа, вот как…», — мысленно фыркнул кукольник и незаметно закатил глаза, когда как Хонджун кинул на него быстрый взгляд и бросил: — Ким Хонджун. — Ли Минхо, — представился в ответ Ли. — Хан Джисон, — весело протянул журналист, за что получил подзатыльник от Минхо. — Ауч, — недовольно проворчал он и вздохнул. — Как там Чанбин? — спросил Ким через какое-то время, чтобы заполнить тишину, и Ли вскинул бровь, услышав новое для него имя. — Его недавно повысили, — пожал плечами Джисон. — Теперь он большой начальник, — хмыкнул парень. — Правда работу свою он терпеть не может, а так… живёт себе припеваючи. — Даже так, — протянул Хонджун. — Хотя это неудивительно, учитывая его способности, — вздохнул он, а затем вдруг спросил: — А вы с ним… — Нет, нет и ещё раз нет! — тут же воскликнул Хан, скривившись и высунув в отвращении язык. — Фу, даже не напоминай, нет, — потряс он головой и, кажется, аж позеленел. — Да уж, это к лучшему, — хмыкнул Ким, растянув губы в неловкой улыбке, и Минхо чуть нахмурился, совсем не понимая смысла разговора. Но пояснять ему, конечно же, никто ничего не собирался, и все трое прошли к каменной чистой дорожке, ведущий к одному в принципе приличному домишке, по которой они и добрались до него. Хонджун поправил лямку своего рюкзака, вбежал по ступенькам и открыл дверь.  — Хва, я дома! — крикнул куда-то в пустоту Хонджун, бросая рюкзак у двери, и прошёл вперёд, махая рукой, чтобы гости вошли. — Не стесняйтесь, — кинул он им, а затем на лестнице слева послышался топот и к ним вышел темноволосый парень, что тут же выпалил: — Ого, сегодня ты ра… но, — замолк он, увидев незнакомцев в собственном доме, и выпрямился. — Привет, — поздоровался парень, скосив взгляд на Кима, как бы вопрошая. — Приве-е-ет, — протянул Джисон, растянув губы в улыбке, и помахал рукой. — Хонджун? — натянуто улыбнулся парень, всё-таки обратившись к Киму, и было понятно, что он волновался за то, кем именно могли оказаться люди, которых он совсем не знает — может, они бандиты, в конце концов. Но Хонджун лишь спокойно пожал плечами и ответил: — Знакомься, Хва, это Хан Джисон, — он указал на журналиста и добавил: — Тот самый Хан Джисон. — Оу, — неловко выдохнул парень, отведя взгляд, и посмотрел на кукольника. — Ли Минхо, — лишь хмыкнул тот. — Пак Сонхва, — прокашлялся парень, спустившись с последней ступеньки лестницы и пройдя к своему парню. — Приятно… познакомиться, — проговорил он, и наступила минутная тишина. — Неловкая ситуация, — в итоге протянул Джисон, хихикнув. — Что я здесь делаю?.. — выдохнул Минхо тихо и покачал головой. Сонхва оживился, качнув головой, и предложил: — Ох, может, чаю? Или вы хотите есть? — Нет, — ответил Минхо, но почти тут же Джисон кивнул и выпалил: — Да! Ли цокнул, закатив глаза, и сказал: — Нет, он не хочет есть. — Но… — повернул голову в сторону мастера Хан. — Ты только и делаешь, что жрёшь, — фыркнул Минхо, пихнув Джисона в плечо. — Хватит, — буркнул он и обратился к Сонхва: — Мы будем чай. Пожалуйста. — Ладно, сейчас, — кивнул Пак и, развернувшись, скрылся в арке впереди, что, видимо, вела на кухню. — Милый парень, — не поворачиваясь к Хонджуну, признался Джисон, и честно сказал: — Раньше ты бы на такого даже не посмотрел. Даже посмеялся бы, — чуть наклонил голову вбок он, не переставая смотреть туда, где скрылся Сонхва. — Как ты их там называл? Розовые сопли, кажется… — Я изменился, — сухо хмыкнул Ким, пройдя мимо Хана, и плюхнулся на диван. — А вот ты, видимо, себе совсем не изменяешь, — дёрнул уголком губ он, скрестив руки на груди и закинув ногу на ногу. — Всё такой же псих. — Я стал лучше, — пожал журналист плечами и, пройдя к соседнему креслу, сел в него. — Скажи это Тадеушу, — усмехнулся Хонджун, и Минхо заметил, как Джисон вздрогнул и замер. — Я уверен, он оценит твой личностный рост больше всего. Хан опустил взгляд, а затем натянуто улыбнулся и бросил: — Токката и фуга ре минор, — он посмотрел на Кима и подпёр голову рукой. — Любимое произведение Кастера. Он всегда знал, на какие клавиши нажать, чтобы было больнее. С каких пор ты заговорил, как он? — вскинул бровь Джисон. — Сан стал бы отличным психологом, если бы не ты, — поджал губы Хонджун. — Или отличным психом, — развёл руки в стороны Хан. — Мы были похожи. — Он был лучше тебя, — нахмурил брови Ким. — И он был моим лучшим другом. — С каких пор ты заговорил, как он? — повторил свой вопрос журналист. — С тех самых, как на мою шею повесили петлю в виде огромного долга, — всё-таки ответил Хонджун. — А ты что думал? — помахал рукой он. — Что все мы будем мрачно волочить своё существование и быть такими же слабаками? — предположил парень и покачал головой. — Твоя «работа», кстати, тоже милая, — решил резко сменить тему Ким, видимо, ощутив, что эта тема сродни камню, привязанному к ноге — уведёт под воду, и ты захлебнёшься. По крайне мере, это почувствовал Джисон. Он кинул взгляд на Минхо и, пожав плечами, ответил: — А какая добрая, ты не представляешь, — пробормотал Хан. — Завались, — фыркнул Ли, в очередной раз закатив глаза. — Не надумай себе ничего, этот псих прицепился ко мне и везде с собой таскает. Я бы с радостью свалил, честное слово, — покачал он головой и уселся на подлокотник кресла, в котором сидел журналист. — Вполне в его стиле, — улыбнулся Хонджун, а затем вздохнул и всё же перешёл к главному: — Ну так что? О чём будем разговаривать? Ты же не просто так пришёл, — посмотрел он прямо на Джисона. — О жизни? — выдохнул он, кинув взгляд на своего бывшего друга. — Серьёзно? — брови Кима поползли вверх. — Это всё, что ты хотел обсудить? — хмыкнул он. — Я думал, ты и так знаешь, как я живу. — Поэтому и пришёл, — снова пожал плечами Хан. — Хочу сказать, что выход есть. — Хах, смешно слышать это от довольно успешного журналиста, — потёр переносицу Хонджун, сощурив глаза. — Не подскажешь, куда мне встать, чтобы на меня свалились миллионы? — съехидничал он. — Можно попробовать под птичками, — вскинул бровь Джисон, посмотрев куда-то вверх. — Хотя нет, они насрут и не заплатят даже за моральный ущерб, — фыркнул он, и Ким прыснул. — Ну да, ты и правда не меняешься, Хан, — выдал вымученную улыбку он и сказал: — Вот только мне не до смеха. Хочешь знать, как я живу? У меня нет паспорта, я не могу свалить из мастерской и уехать со своим парнем, да ещё и корячусь за гроши, которые вообще никак не помогают жить с Хва хорошо, — развёл парень руки в стороны и признался: — Я в дерьме, Джи, в дерьме — вот она правда. — Хватит, Хонджун, — тут же послышалось со стороны кухни, и из арки вышел Сонхва. — Ты постоянно говоришь об этом, но, мне кажется, ты сильно преувеличиваешь, — закатил он глаза, уперев руки в боки, и фыркнул. — Чай готов, пойдёмте, — махнул парень рукой, но, когда Хонджун хотел встать, цокнул и бросил ему: — Нет, ты идёшь переодеваться. — Хва, — нахмурился Ким. — Я сказал, ты идёшь переодеваться, потому что я не дам тебе ужинать в грязной рабочей одежде, — настоял на своём Пак, и парень, закатив глаза, сдался. — Ладно, — кивнул он, вскочив с дивана, и взбежал по лестнице. — Ух ты, По кого-то слушается, — проследил взглядом за Хонджуном Джисон, поднимаясь с кресла. Сонхва сначала непонимающе вскинул бровь, а затем кивнул и бросил: — Ещё бы он меня не слушался, — он фыркнул и пошёл в сторону кухни, махнув парням рукой, чтобы те шли за ним. Минхо, что до этого ловил каждое слово в диалогах, оторвался от своего места и, сравнявшись с Ханом, шепнул: — Потом мне всё объяснишь. Джисон посмотрел на мастера и лишь хмыкнул, заходя на кухню и смотря на спину Пака, что над чем-то колдовал у кухонной тумбы. Хан чуть наклонил голову вбок и присел на стул, как и Минхо. — Ты знаешь обо мне, — скорее констатировал факт, чем спросил, журналист. Сонхва на секунду замер, а затем кинул через плечо: — Да-а, Хонджун рассказывал о тебе. И о других своих… друзьях, — как-то неуверенно ответил он и хотел ещё что-то сказать, но вдруг передумал. Хан сказал за него: — И о том, что я сделал для этих самых друзей, тоже? — И об этом, да, — вздохнул Пак, развернувшись, и, пожав плечами, поспешил уверить: — Ты не волнуйся, я не стану тут говорить хоть что-то или пытаться обвинить, — опёрся он на тумбу. — Меня там не было, и я не могу судить людей. Тем более, что… — чуть замялся парень, но всё же продолжил: — Хонджун никогда не говорил о тебе с чувством злости, — признался он. — То, что он сейчас сказал, это так, ему просто надо было хоть немного разгрузиться, — махнул Сонхва рукой. — Он расстроен из-за своего старого друга, — добавил он тише. — Токката и фуга ре минор, — и как-то грустно улыбнулся. — Только не говори ему, что я рассказал, — чуть оживился Пак, взяв с тумбы две чашки и поставив их перед парнями. — Ладно, — опустил взгляд в стол Джисон, задумавшись вдруг о чём-то своём. — Ты обо мне тоже знаешь, да? — решил быстро сменить тему разговора Сонхва, и Хан кивнул. — Ты тот самый парень из эскорта, — вздохнул он, но Пак вмиг скривился и стальным тоном отчеканил: — Я больше этим не занимаюсь. — Прости, — тут же стушевался Джисон. Сонхва расслабился и, тяжело выдохнув и махнув рукой, сказал: — Ничего, просто не хочу, чтобы меня с этим как-то связывали. Я как встретил Хонджуна… мне эта работа ещё больше отвратительна стала. — Что тогда произошло? — спросил Хан. — Я хочу узнать подробности. Ли вскинул бровь и подумал: «А разве ты не узнал всё?» и тут же пожалел, что не умеет передавать мысли. Пак же хотел спросить, зачем, но затем лишь выдохнул: — Ну-у, мой босс, который заставил меня заниматься эскортом, чтобы я мог выплатить свой огромный долг, сильно оскорбился, когда я отказал ему и решил уйти вместе с Хонджуном, и стал шантажировать меня… моим преступлением. Про него ты тоже знаешь? — задал вопрос Сонхва. — Ага, — кивнул Джисон. — Я не хотел никого… — опустил плечи Пак, и взгляд его ненадолго потух. — В общем, мой долг теперь висит на Хонджуне, — глубоко вдохнул он. — Так эта гнида сделала не только мою жизнь адом. Отомстила обоим, так сказать, — передёрнул парень плечами. — Долг огромен, и пока Джун его выплатит… Я не считаю, что мы уж настолько в дерьме. Типа… Хонджун думает, что мне плохо жить в нищете, — обвёл обшарпанную кухоньку рукой он, — но, если честно, всё, что угодно, лишь бы он был рядом. К сожалению, он этого совсем не понимает. И не хочет понимать. Джун вытащил меня из ужасной профессии, попытался спасти, сам оказался в ловушке из-за меня, хотя мог бы сбежать один. Да, мы правда в дерьме. Но он есть у меня, а я — у него. Справимся. — Я бы хотел помочь, — чётко сказал Джисон, и в голосе его была такая серьёзность, что даже Минхо удивился. — Если вы выплатите долг, то будете свободны, верно? Я очень виноват перед Хонджуном, и мне хочется помочь ему. Я смогу выплатить долг и…  — Нет, — вдруг послышалось твёрдое за спиной, и парни обернулись, увидев стоящего в дверях Хонджуна со сдвинутыми у переносицы бровями. — Ни за что, — отчеканил он, скрестив руки на груди и встав непоколебимой стеной. Джисон поджал губы, конечно же, прекрасно понимая, что так просто у него ничего не выйдет, и попытался вразумить бывшего друга: — Хонджун, послушай, я просто… — Нет, — завертел головой Ким и махнул рукой. — Я ничего у тебя не возьму, Джи. Не потому что у тебя бы я в жизни не взял, — фыркнул он. — Просто я не слабый, и всё решу сам. Мне не нужны подачки, понял? Джисон тяжело выдохнул. Он терпеть не мог такой вид людей, который отказываться от любой помощи даже от самой искренней ради своих каких-то принципов в виде той же силы воли, когда это не стоит ничего в том случае, если за ними стоят близкие, которым помощь как раз-таки очень нужна. Хан считал это эгоистичным. Это даже парадоксально, учитывая, как Хонджун волнуется за своего любимого. Он ведь мог вытащить обоих, но Ким отказывается так настойчиво, словно журналист предлагал спасти только его одного. Иногда Джисон думал о том, что люди слишком глупы. Либо он чего-то в них не понимал. — Это ведь не только твоя проблема, — сделал ещё одну попытку Хан и сам нажал на одну из тех клавиш чужой души, которая была для Хонджуна болезненной. — Я могу помочь не только тебе, но и Сонхва, за которого ты так волнуешься. Я хочу помочь всем. Но для Кима, кажется, это стало лишь спусковым крючком — он ненадолго замолчал, а затем указал на дверь. — Уходи, — грубо бросил парень, и журналист выдохнул: — Но… — Джисон, — неожиданно подал голос Минхо, серьёзно посмотрев на парня, и, взяв того за руку и подняв со стула, с улыбкой сказал Паку: — Спасибо за чай, Сонхва, он был очень вкусный, — и потянул Хана на выход. Перед уходом Джисон обернулся и увидел, как Хонджун крепко обнимает Пака, а затем кое-что понял. В этой истории что-то было не так. А к чаю так никто и не притронулся.

***

Минхо ещё с самой первой встречи с Хан Джисоном понял, что тот самый настоящий сумасшедший. Псих, от которого можно ожидать всё, что угодно. Ну, и, собственно, это «всё, что угодно» и произошло, потому что ну конечно же слова Хонджуна о том, что помощь ему не нужна ну никак журналиста остановить не могли, и он быстро накидал новый план. Правда план его был таким же сумасшедшим, как и он сам, потому что ну вот какому нормальному человеку пришло бы в голову под покровом ночи проникнуть в автомастерскую? — Ты псих, — не стал сдерживать всего своего скептицизма Ли, выслушав парня. — Ты хотел сказать, гений? — лишь широко улыбнулся Хан. Гениальный долбоёб — вот, что действительно тогда хотел сказать Минхо. «Ага, как же, гениальный план, надёжный, как швейцарские, блять, часы!», — мысленно проворчал Ли, когда влезал в свой порше на водительское сидение, а Джисон — на переднее пассажирское. Смысл плана, как пояснил журналист ещё тогда, когда они гуляли по парку после разговора с Кимом, состоял в том, чтобы открыть заднюю дверь с помощью отмычки (мастер даже спрашивать не стал, откуда парень умел ею пользоваться), найти кабинет главного босса, выискать какой-нибудь компромат (в частности сейф, который можно было открыть с помощью специальной штуки, которая тоже не пойми как оказалась у Хана и о чём Минхо спрашивать не собирался), всё сфотографировать и передать в полицию. На словах план действительно казался неплохим, но на деле — всё оказалось провальным. Ли предчувствовал это, но зачем-то согласился, и сразу после того, как они пробрались в мастерскую, туда вдруг вернулся тот самый механик, что встретил их ещё ранее днём и им срочно пришлось ретироваться в порше кукольника, где они и спрятались. В помещении было темно, и парни вздрогнули, услышав громкое: — Да чтоб я ещё раз работал сверхурочно из-за каких-то богатеньких мразей, разбивших тачку! Парни спустились ниже по креслу, и злой механик пронёсся мимо машины, так их и не заметив, а затем скрылся в другом помещении, через которое парни, кстати, сюда и пришли. — Класс, теперь мы не сможем уйти, пока он сам не уйдёт, — выдохнул раздражённое Минхо, скрестив руки на груди и цокнув. — Ничего страшного, просто подождём и посидим здесь, какая разница, когда нам уйти? — лишь отмахнулся Джисон, сев ровнее и перекинув ногу на ногу. — Ну нет, я больше не выдержу твоей компании, — фыркнул Ли, закатив глаза. — Это всё из-за тебя! А ведь я мог сейчас спокойно сидеть в своей мастерской и делать куклы, — проворчал он. — Поверь, мир будет благодарен тебе, если ты оставишь бедных созданий в покое, — всплеснул Хан руками. — Снова оскорбляешь моё творчество? — вскинул мастер бровь и скосил на журналиста взгляд, уже никак не обижаясь на его слова. — Нет, ты безусловно талантлив, но твои куклы — это страшно, — пожал Джисон плечами. — Если бы куклы могли оживать, то, я уверен, твои бы устроили массовый понос у населения, — хмыкнул он весело. — Хотя… — и вдруг тише добавил: — Будь я куклой, наверное, я бы не хотел просыпаться никогда. — Не философствуй на темы, которые не понимаешь, — без особого интереса бросил Минхо, отмахнувшись от чужих слов. — Лучше расскажи, что будем делать дальше, — фыркнул он, кинув на Хана взгляд. — Мы пришли сюда, чтобы собрать компромат, но сидим здесь. — Не волнуйся, мастер, у меня есть план, — гордо вскинул подбородок Джисон. — Или ты правда думал, что я не буду подготовлен в полной мере? — хитро сощурил глазки он, и Ли пихнул его в плечо. — Мне всего лишь нужна улика, а там уже полиция быстро решит, что делать. — Расследования проводятся долго, — развёл руки в стороны мастер. — С чего ты решил, что они займутся этим делом настолько быстро? Да на это месяцы уйдут! — У меня много связей в полиции, прокуратуре и вообще во всей юридической сфере, — сказал Хан это так просто и вообще не хвастливо, словно даже стыдился этого. — Откуда? — вскинул бровь Минхо. — Я не поверю, что обычный журналист на такое способен. Джисон промычал и вскинул взгляд, взвешивая все за и против, а затем цокнул и, неровно вздохнув, бросил: — У меня отец — судья, — он сложил руки на груди и уставился куда-то в лобовое окно. Ли свёл брови у переносицы и, совершенно не понимая причины сокрытия данного факта, спросил: — Так ты просто попросишь отца помочь? — Нет! — тут же воскликнул Хан и потряс головой. — Ни за что, — помахал он руками и настолько разволновался, что Ли даже спросил: — Ты чего? Джисон выпятил нижнюю губу, потупил взгляд и пробормотал: — Меня типа… выписали из семейного реестра, — выдохнул он, и Минхо удивлённо повернул голову в сторону парня и открыл уже было рот, чтобы спросить, но захлопнул его и пару секунд помолчал. — Ты хочешь сказать, что тебя выгнали из семьи? — всё-таки сформулировал вопрос он, но Хан передёрнул плечами и стал внимательно всматривался в зеркало заднего вида. Хан потянулся к нему, чтобы поправить, и сказал: — Почти с позором, — хмыкнул он, хмуря брови. — Отец не позволил бы мне находиться в семье, когда ему собственноручно пришлось вытаскивать своего же сына из тюрьмы для несовершеннолетних, — цокнул Джисон, поджав губы. Брови Ли поползли вверх, а рот слегка приоткрылся в удивлении, и он не без удивления спросил: — Что же ты такого сделал? — Я ведь говорил, — пожал Хан плечами. — В своей юности я не был хорошим человеком, — вздохнул он и снова потянулся к зеркалу, поправляя его. — Кстати, — и в нём показалась только что распахнутая дверь, — токката и фуга ре минор — наша следующая цель, — и парень резко надавил на чужую макушку, чтобы затем скатиться с кресла куда-то вниз, прежде чем рядом с машиной послышалось: — Показалось, хм, — совсем недалеко от порше встал низенький мужчина с виднеющейся лысиной. Он сощурил левый глаз, и его морщинистое лицо всё исказилось. Мужчина казался очень неприятным, и его серый старый костюм добавлял ему образ того самого человека, который считает каждую копейку и за эту копейку будет готов горло перегрызть. — Что? — зазвучал ещё один голос, но на этот раз более живой и молодой, и на свет вышел кто-то в маске и с тёмными волосами, виднеющимися из-под капюшона. «Неизвестный объект, — подумал Джисон, сощурив глаза, и осторожно наблюдая за парнем. — Нехорошо…» Хан вмиг разволновался, ведь никакого другого элемента в этой истории не предполагал. У него было дурное предчувствие, и даже голос парня казался ему знакомым. Дело тут нечисто — вот о чём думал Джисон. — Показалось, что кто-то разговаривал, — тем временем хмыкнул мужчина, бросив портфель на капот одной из машин, и засунул руки в карманы брюк. — Тебе пора заканчивать с кислотой, а то совсем уже тронулся, — бросил молодой парень. — Закончишь, как тот паренёк, которого ты держишь здесь, — усмехнулся он. — Влезешь в долг из-за этой дряни. — Хонджун был наркоманом?.. — тихо спросил не пойми у кого Хан, поражённый внезапным открытием. — Вот в чём дело! — слишком громко сказал он, и Ли накрыл его рот ладонью, шикнув на него. — Тихо, — фыркнул он и услышал: — Завались, — низенький мужичок скривился и бросил: — Я тут глава своего дела, а эта блоха ещё долго будет на меня горбатиться. — Отпустил бы его уже, — хмыкнул парень. — Хай развлекается со своим эскортником, на кой чёрт их держать? — Не-е-ет, ни за что, — протянул мужчина с каким-то даже удовлетворением. — Он меня очень сильно оскорбил, так что будет на моём поводке, пока не решит вздёрнуться, а его подружка не приползёт ко мне на коленях, чтобы я её… И оба разразились ужасно противным и скрипучим смехом, от которого Хана аж передёрнуло. Ровно как и Ли, который аж скривился и сделал такой жест, словно ему хочется сплюнуть. Мужчины ещё немного поговорили о работе, и лысый мужичок, который, видимо, и являлся тем самым боссом, бросил: — Подожди меня, я кое-что забыл в кабинете, — развернулся он и пошёл в другую сторону. — Быстрее, а то у меня ещё есть дела, — кинул ему вслед парень, а затем хмыкнул, когда мужчина скрылся в проходе. Минхо и Джисон замерли, спустившись максимально вниз, чтобы с той стороны, с которой стоял парень, их видно не было. Кажется, они даже не дышали, словно человек мог услышать это. Но, кажется, парню даже прислушиваться не пришлось, потому он, пройдя к капоту одной из машин, вдруг протянул: — М-да-а, Джи, а я всегда считал, что конспирация — это твоя лучшая сторона. И Хан остолбенел и действительно на пару секунд перестал дышать, выпучив глаза и уставившись в потолок машины, на котором остался отпечаток его собственного ботинка, поставленный им случайно в одной из поездок, за что журналиста тогда чуть не прибили. Джисон бы сейчас даже посмеялся над этим, но что-то ему было не до этого. Парень, что стоял сейчас неподалёку, — вот, что его интересовало. — Что?.. — тихо выдохнул он и уже хотел подняться, чтобы посмотреть, но знакомый незнакомец быстро осадил его: — Даже не думай, — он протянул это мелодично, и Хан лёг обратно, но перед этим краем глаза увидел, что человек встал к ним спиной. — Предвосхищая твои возможные вопросы, я скажу, — хмыкнул парень, разведя руки в стороны. — Да, это я тот самый Неизвестный, — сказал он так просто, а у Джисона сердце заколотилось так, словно грозилось пробить себе путь наружу. — Тебе, наверное, интересно, что я здесь делаю, верно? — спросил Неизвестный, и с его стороны послышалось какое-то шуршание. — К сожалению, полный ответ на вопрос я тебе не дам, но скажу, что пришёл немножко тебе помочь. Тебе же нужен компромат, да? Ты всегда был сумасшедшим… — хмыкнул он и вдруг бросил что-то на пол, и это закатилось под порше. — Облегчу тебе задачу. Пусть это будет небольшим подарком, — хохотнул он. — Ты ведь уже понял, что именно я сделал? — Обвалил информацию… — прошипел Джисон сквозь зубы и сильно нахмурился. — Теперь ты не будешь знать всего, — развёл парень руки в стороны. — Но это же немного честнее, если так подумать. Может, тебе уже пора прекратить пользоваться услугами хакеров и доставать всю информацию? Думай сам, Джисон. Исправляй свои ошибки искренним желанием. Хан усмехнулся и поджал губы, а затем, подумав, выдохнул и воскликнул: — Токката и фуга ре минор? Неизвестный помолчал и вскоре протянул: — Хах… — он глубоко и шумно вдохнул и сказал: — Думай сам, — а затем, словно издеваясь, добавил: — Лидер-ним. И Джисон тут же вскочил на сидение, но парня уже не было — замок на двери щёлкнул, и она за ним захлопнулась. Хан чертыхнулся, упал обратно и вскоре мимо них пронёсся мужчина, забрав свой портфель и быстро выйдя за дверь, которую закрыл на ключ. И так парни вновь остались одни. — Херово, — пробормотал Джисон, поднимаясь вместе с Минхо обратно, и скрестил руки на груди. — Согласен, — кивнул Ли, продолжая смотреть на дверь, за которой скрылись мужчины. — Поворот неожиданный даже для меня, — хмыкнул он, усаживаясь поудобнее. — И что будешь с этим делать? — Ничего, — лишь выдохнул Джисон. — Сейчас, что бы я не решился сделать, Неизвестный, просто сотрёт информацию, а попытаюсь противостоять — всё дерьмо обо мне всплывёт наружу. — А голос? Ты его совсем не узнал? — вскинул Минхо бровь. — Не могу вспомнить, — покачал он головой. — Твою мать, он крутит мною, как хочет! Зачем ему было скрывать зависимость Хонджуна и то, что было в начале? — начал парень кусать губы. — Да я словно клоун в его чёртовой игре! — зло выдохнул Хан, ударив по бардачку кулаком и зашипев. Взгляд парня потемнел, а он сам, словно наполнился чистым и холодным гневом. В его глазах блеснули стальные нотки, и лицо перестало быть лицом того дурачка, которого Ли знал — это была другая сторона Хана. Сторона, которую он всю жизнь пытался задушить. Но сейчас она возобладала, и он ледяным тоном проговорил: — Я уничтожу его. Минхо вздрогнул и поджал губы — ему это совсем не нравилось. Он хлопнул парня по коленке и спокойно сказал: — Хватит придуриваться, идиот, только словами бросаться и умеешь, — фыркнул парень, хотя что-то глубоко внутри ему подсказывало. Хан Джисон не только это умеет. Журналист же вздрогнул и вмиг вернулся в своё прежнее состояние — он глупо похлопал глазками, посмотрел на мастера, а затем ударил себя по щекам. «Я теряю контроль! — судорожно подумал Джисон, качая головой. — Мне нужно отвлечься! Быстро!» — Лучше не беси меня, давай уже решать, что будем делать дальше, потому что больше сидеть здесь я не наме… — хотел было выругаться мастер, как журналист внезапно поднялся со своего места и, показав чудеса ловкости, вмиг перебрался на чужие колени, облокотившись спиной парню на грудь. — Эй, какого?.. — сначала опешил Минхо, вжавшись в спинку водительского кресла, вмиг забыв обо всём, а затем воскликнул: — А ну слезь! — Не нервничай, мастер, и будь тише, а то нас так найдут, — недовольно цокнул Джисон, слабо ткнув парня в бок локтем, и начал шариться по всему, словно пытаясь что-то найти. — Мне просто нужно отвлечься на какую-то ерунду, и мне станет лучше, — пробормотал он себе под нос. — Всего лишь найти какую-нибудь фигню… — Зачем ты это… — решил спросить Ли, но Хан открыл солнцезащитный козырёк и увидел прикреплённый к нему листок с надписью: «Sweet tooth, I eat all of the Skittles I like my donuts with jam in the middle» — О, — округлил глаза Джисон, вытащив бумажку, и сощурил глазки, пока Минхо ударял себя ладонью по лбу. — Что это значит? А ну-ка переведи! — кивнул на бумажку он. — Быстро же ты отошёл от важной темы, — фыркнул Ли, закатив глаза, но всё же решил поддержать эту маленькую игру: —Это отрывок из песни. Переводи сам, это почти элементарно, — бросил он, разведя колени врозь, чтобы парень мог сесть поудобнее на сидении. — Ага, я немецкий в школе учил, — бросил Хан и стал всматриваться в слова. — Окей, я попробую перевести… — глубоко вдохнул он и начал: — Сладкий тут, я ем всё оф зе скиттлз. Мне нравится донаты чё-то джем в средний, — пробормотал он, сведя бровь у переносицы, и, повернувшись к мастеру, вскинул голову. — Насколько всё правильно? — спросил Джисон у него, но тот лишь вскинул бровь и посмотрел на него, как на идиота. — Ладно, давай попробуем мыслить логически… — протянул Хан и вздохнул. — Первые два слова означают типа любовь к сладкому, верно? Если да, ищем синоним, — он чуть задумался и выдал: — Сладкоежка, я ем скиттлз. Нет, я съел весь скиттлз?.. — и, получив одобрительный кивок, продолжил. — Идём дальше. Мне нравится — это мне нравится. Мне нравится моя что? Донутс — это не донат, да? — Хан снова помолчал. — Понял, это пончик, — тяжко выдохнул он и покачал головой. — Так, я почти у цели… — с напрягом проговорил парень и сдался, откинувшись на спину Ли и сказав: — Нет, я не понимаю смысла. Минхо закатил глаза и раздражённо проговорил: — Это можно интерпретировать, как текст про глубокую анальную любовь. Джисон свёл брови у переносицы и воскликнул: — Фу! Нафига тебе это? — стал буквально плеваться Хан и проныл: — Теперь я не смогу смотреть не только на персики, но и на пончики! — Это что, отсылка на «Назови меня своим именем»? — вскинул Минхо бровь и скрестил руки на груди. — Нет, на песню Лил Нас Экс, — всплеснул Джисон руками, но, увидев каменное выражение лица Ли, всё-таки сказал: — Да, это была отсылка к «Назови меня своим именем». И я всё ещё переживаю за судьбу бедного персика! — фыркнул он и снова облокотился на чужую грудь, заставляя Ли опустить руки. — Мастер, — через минуту молчания вдруг позвал Минхо парень. — Что? — неохотно отозвался тот, и Хан обернулся к нему с хитрой улыбкой, не предвещающей ничего хорошего. И Джисон чуть приблизился к Ли и неожиданно попросил: — А назови меня своим именем. — Ч-чего? — буквально выпучил глаза Минхо, застыв на месте и по-дурацки разинув рот. — Ну давай! — потряс парня за плечи журналист и наигранно томно прошептал: — Назови меня своим именем, и я назову тебя своим. — Зачем? — всё ещё не понимал Ли, а потому начинал раздражаться. — Хочу понять, в чём смысл, — пожал Джисон плечами. — Я до сих пор не знаю, что в этом такого… особенного и интимного, — махнул он рукой. — Давай, назови, это будет экспериментом! — Нет, — буркнул Минхо. — Ну мастер. — Нет. — Ну ма-а-астер. — Нет. — Ну пожалуйста, — выпятил парень нижнюю губу и посмотрел на кукольника так по щенячьи. — Тц, может, ты уже замолкнешь наконец? — схватил парня за подбородок Ли и сжал его щёки так, что тот невольно выпятил губы вперёд, а затем отпустил, закатив глаза. — Или мне заткнуть твой рот по-другому? Джисон расплылся в хитрой улыбочке и, наклонившись к чужому уху, шепнул: — Ну давай, заткни мой рот по-другому, — а затем протянул: — Минхо-о. Ну и Ли сделал это. Оттолкнул Джисона от себя, а затем схватил за воротник, притянул обратно и заткнул его. Их губы столкнулись слишком внезапно, и парни стукнулись зубами, но Хану это совсем не помешало. Он подумал: «Да уж, лучший способ отвлечься…» и стряхнул с себя чужие руки, чтобы съехать ниже и обнять парня за шею — не хотел дать Ли и шанса повернуть назад. А тот вроде как и не пытался даже, лишь обняв журналиста за талию и приоткрыв свой рот, чтобы Джисон мог скользнуть своим языком в него и углубить этот до жути странный поцелуй. «Что я делаю?», — пролетело в голове Минхо, когда он сплетался с Ханом языками и напористо двигал по чужим губам. «Надеюсь, он знает, что делает…», — подумал Джисон, поёрзав на чужих коленях и поймав губами чужое мычание. «Это всё плохо закончится…», — предположили оба, а затем… — Какого хрена?! — послышалось громкое совсем рядом и в окно несколько раз постучали. Джисон тихо промычал и всё-таки оторвался от Минхо, выпрямившись и кинув взгляд на белого и испуганного механика, что с выпученными глазами смотрел на них. Вот они и попались.

***

Как всегда и говорил Джисон, связи — вещь сильная, а значит быстро работающая, что было однозначно доказано, потому что не прошло и дня, как полиция завела дело на босса и его сообщников, по которому им уже выдали ордер на арест и на обыск. Парням очень повезло тогда в автомастерской, когда их застукали, и именно из-за того, что их застукали за определённым делом, всё обошлось. Они просто выскочили из машины, извинились и быстро ретировались, успев при этом захватить папку с документами, которую оставил им Неизвестный. Эта папка, кстати, и оказалась отличным компроматом, из-за которого парни сейчас и наблюдали за тем, как полиция работала в оцепленной автомастерской, перед которой они и стояли, попивая прохладительные напитки из высоких стаканчиков. А о произошедшем тогда в машине они не разговаривали. И кукольник убить был готов, лишь бы не вспоминали и дальше. — Ты и правда организовал всё очень быстро, — скосил Минхо взгляд на Джисона, втянув коктейль через трубочку. — Один звонок решает всё, — громко щурпнув свой напиток, пробормотал Хан и, весело хмыкнув, протянул: — Связи. — Тебе страшно переходить дорогу, — дёрнул уголком губ Ли, театрально закатив глаза. — Кстати… Что теперь будет с Хонджуном и Сонхва? Босс ведь наверняка захочет сдать Пака. — Я уже обо всём позаботился, — пожал Хан плечами, и на губах его заиграла улыбка. — Босса и всех связанных с его преступной деятельностью людей арестовали, я нанял хорошего адвоката, чтобы Сонхва смогли оправдать за то дело, а вопрос с деньгами решил более оригинальным способом. — Интересно услышать, — вскинул бровь Минхо. — Подстроил так, что они якобы выиграли в лотерею, — гордо всинул подбородок Джисон. — Сонхва часто покупал билеты, и я решил схитрить. — Умно, — качнул головой Минхо. — Ага, — кивнул Хан. — Так что они успеют свалить из этого города до того, как хоть кто-нибудь сможет им навредить. — Значит, ещё одно задание выполнено? — усмехнулся Ли, растянув губы в полуулыбке. — Ещё одна галочка, да, — хихикнул Джисон, поймав губами трубочку и игриво посмотрев на Минхо. — Ну почти, — добавил он чуть погодя. — В этой истории кое-что не сходится. — И что именно? — решил поинтересоваться Ли. — Расскажу, когда пойму сам, — хмыкнул Хан и развёл руки в стороны, оставив это тайной. И Минхо не успел ничего спросить. — О, простите, — вдруг подскочил к ним тот самый механик, — ваша машина… машина готова. Тут такая ситуация, ужас, так что лучше её забрать побыстрее, пока всё не закрыли… — Какая хорошая новость, — разулыбался Джисон. — Подгоните её, пожалуйста, — попросил он, и мужчина удалился. И её прикатили прямо к ним. Всю ярко-малиновую. С чёрной надписью на капоте, гласящую: «Sweet tooth, I eat all of the Skittles. I like my donuts with jam in the middle». — Хан Джисон, — наигранно добродушно обратился к Хану Минхо, медленно к нему повернувшись и натянуто улыбнувшись. — Да-а? — протянул журналист, игриво сощурив глазки. — Я с тобой знаешь, что сейчас сделаю? — хохотнул Ли, не переставая уже угрожающе улыбаться. — Заткнёшь мне рот… по-другому? — предположил Джисон, невинно надув губки, и Минхо, не выдержав, закричал: — А ну иди сюда! И побежал за вмиг сорвавшимся с места парнем.

***

Джисон знал, что что-то не так. Он понял это ещё с того самого момента, как Неизвестный назвал ему имя По, как его следующую цель. В этом было много несостыковок, которые никак не давали Хану покоя. Он перерыл всю информацию, но многое в истории Хонджуна ему так и не стало известно, будто кто-то подчистил и стёр часть эпизодов его жизни, чтобы Джисон не узнал. Журналист уже понял, что сделал это Неизвестный. Но для чего? Хан был уверен, что дело тут не в том, что использование информации не считается честным. Здесь дело было в другом. В чём-то большем. Или в ком-то. Токката и фуга ре минор. В этой истории была третья сторона. «Блять», — выругался у себя в голове Джисон, ступив на слабо освещённую дорожку, ведущую к его квартире. Стояла ночь, и за пределами этого круга была тьма, а Хан давно уже шёл один. Он не был трусом, но своей спиной парень ощущал чужой взгляд. Была ли эта та самая третья сторона, желающая ему навредить? Джисон не знал — он решил просто забежать в подъезд и скрыться в своей квартире. Правда тьма всё равно успела его нагнать. — Хан Джисон? — внезапно позвал парня голос. Джисон обернулся раньше, чем понял, что голос принадлежал девушке, а потому удивлённо замер, уставившись на невероятно красивую незнакомку. Она стояла неподалёку, держа чёрный кружевной зонтик в обтянутой кожаной перчаткой ладони, и делала это так статно, что казалась кем-то не из этого времени. Её прямые черты лица не искажали грубые эмоции, и она лишь загадочно улыбалась. Ярко-алые губы на фоне почти меловой кожи изгибались красивой линией, а чёрные локоны спадали на открытые плечики. В чёрном платье и туфельках на низком каблучке она была похожа на фарфоровую куклу. И в темноте ночи её правый глаз горел зелёным, когда как левый был скрыт тёмной повязкой. Странная незнакомка определённо притягивала взгляд. Так же, как и притягивала тьму, словно свет не мог её коснуться. Джисон вздрогнул, осознав, что слишком пялиться, и вмиг отмер. Он прокашлялся и всё-таки ответил: — Да, это я, — он недоумённо уставился на девушку, сделав шаг в её сторону. Она улыбнулась лишь шире и протянула парню чёрный конверт с серебряным уже знакомым треугольником на нём. — Что это? — сощурил в подозрении взгляд Хан, но конверт в руки взял, окинув его быстрым взглядом, который вскоре вернулся на девушку. — Приглашение на ежегодный бал от гильдии кукольников, — ответила она, передёрнув плечами. — Я знаю, что Вы знакомы с мастером Ли Минхо. Он мой дорогой друг, и я хочу, чтобы он был там. Передадите ему? — попросила девушка, чуть наклонив голову вбок. — Он не хочет там быть, как мне известно, — вскинул Джисон бровь, сжав конверт и прижав его к себе. — Но ты же сможешь его уговорить, верно? — усмехнулась девушка, и Хан чуть нахмурился. Что-то внутри било тревогу. — Как мне Вас называть? — тем не менее спросил он. Девушка загадочно улыбнулась и ответила: — Та, чьё имя начинается на «Н», — а затем, резко развернувшись, зацокала по асфальту, и, прежде чем скрыться во тьме окончательно, бросила: — Передайте мастеру мой пламенный привет.