Всё, что мы держим в ладонях своих

Если бы кто-нибудь сказал Феликсу Ли из прошлого, что всё может так быстро перемениться, то он бы… охотно в это поверил. Ложь. Поддался бы этим изменением, словно ветру, уносящему прочь. Ложь. Тут же пустился бы в путешествие, предлагающее ему всё тайны этого мира. Ложь. Ложь, ложь, ложь. Феликс Ли никогда не верил в большие перемены. Или даже так: он не верил переменам и не хотел им поддаваться. Спокойствие — вот, что он хотел ощущать всю свою жизнь. Но судьба обернула его в бесконечное беспокойство и поиски умиротворения. Перемены случаются. И иногда мы не можем их контролировать. Бурный поток унёс Феликса в боль и отчаяние, иногда перекрываемые такими маленькими радостями. Например, жизнь с Чанбином оказалась действительно самым счастливым временем для Янки, хотя и это разрушилось. И теперь вот они застряли на дороге без движения. Застряли на месте. Не могли пошевелиться. И… если бы кто-нибудь сказал Феликсу Ли из будущего — человеку, прошедшему ритуал, который перевернул всю его жизнь вверх дном, — что всё может так быстро перемениться, то он бы… снова не поверил и не доверился. Но вот парень был в кафе и рассказывал вместе с остальными о своём прошлом, а уже через какой-то час он вместе с Чанбином сидел в машине вместе с пластиковой конской головой. Вот уж неожиданно быстрые перемены. — Веснушка, — не смог сдержать смешка Со, покрепче сжимая руль машины, — прости, но ты с этой головой выглядишь таким растерянным, что это даже смешно. Феликс посмотрел на него таким взглядом, будто только что придумал план, как эту голову затолкать ему в рот. — У тебя друг — сумасшедший. Это во-первых, — фыркнул он, осматривая стеклянные глазки на лошадиной морде. — А во-вторых, я просто не могу поверить, что мы с тобой едем за возможным решением нашей проблемы. — А я не могу поверить, что в этом поучаствовал никто иной, как император мистер Ким, — хмыкнул Чанбин. — Несмотря на то, что я тоже император, он — другой уровень. Ли покачал головой и лишь выдал: — Но он же дурак. И всё же Феликс и сам был удивлён его вмешательством, ведь… Императоры всегда были скрытными. И не мудрено! Сколько бы времени ни прошло, какой бы отрезок истории ни рассматривался, какие именно ни были бы императоры, им всегда угрожала опасность. Ведь когда человек обладает чем-то настолько большим, что его начинают величать Императором, значит, найдутся и те, кто захотят его свергнуть. Корона, конечно, может давить, но какой правитель захочет отдавать её? Поэтому императорам приходилось быть осмотрительными. Скрываться в тени. Путешествовать в те места, в которых тебя никто и никогда не найдёт. Тянуть свою паутину, управлять, захватывать из тени — такова доля императоров Подполья. Ни за что нельзя было показываться. Ни за что нельзя было открывать спину. Но иногда случалось и так, что императорам приходилось возвращаться туда, где им не место. Город, в котором находился «Чёрный Джек», как знал Феликс и все его друзья-Янки, никогда не нравился мистеру Киму. Когда-то он жил в городе мимо проходящих переменных ветров, в котором было тихо, мирно и, казалось, безопасно. Там время текло медленно, но было так спокойно, что ни один другой город не давал ему этого. Кэтрин как-то передала ему его слова, похожие на упрёк: «И почему же моим друзьям было так скучно?». Конечно, ему был известен ответ, но император словно пытался обличить их глупость перед ними самими. Вы ошиблись и должны знать об этом. Они знали и никогда не забывали. Ошибки иногда приводят к трагедиям. И, видимо, мистер Ким решил, что пришло время: приходилось решать проблемы, порождённые трагедией. Он вернулся ради этого. Для Янки и остальных это стало новым витком в истории, ведь наконец-то кто-то мог подсказать им, что же делать дальше. Час назад серый город за окном кафе растекался по улицам мокрым дождём и чёрными зонтиками. Машины носились туда-сюда яркими и не очень кляксами. Тучи нависли, и было совсем не весело. Но ребята продолжали разговаривать о прошлом и будущем. — И что случилось в тот вечер? — не сдержал любопытство Чан, когда Чонин замолчал и оглядел своих друзей. — Вы совершили ритуал в тот вечер? Но почему? — Нет, — покачал головой Феликс. — Тогда у всех… как бы сказать? — Появился росток сомнения в наших жизнях, — вмиг помрачнел Хёнджин. — И посадил его именно я. Сынмин, сидящий рядом, положил на его сжатый кулак свою ладонь и спокойно сказал: — Ты же знаешь, что никто тебя в этом не винит. Мы сами решились на это. — Что такого сделал Хёнджин? — спросил Чанбин. — Он знал, как провести ритуал, и в шутку предложил изменить наши жизни, — стал рассказывать мастер. — Хёнджин и сам не помнит, откуда узнал о ритуале. Видимо, Нэтали выбрала нас жертвами, а Хвану вложила это в мысли, чтобы он уговорил нас. — Это не снимает с меня вины, — тяжело выдохнул Хван, но тем не менее улыбнулся своему парню и сжал его ладонь. — Но я буду в порядке, пока есть шанс, что мы можем всё разрешить. — Слишком неопределённо звучит, — пессимистично вздохнул Феликс. — Что мы вообще можем сделать? — Мастер, ты для нас — последняя надежда! — заявил Чонин, стукнув кулаками по столу и чуть не перевернув чашку с кофе. Минхо посмотрел на него единственным не скрытым глазом, и в нём отразилось что-то такое, что Ян сразу приутих. — Я ничем не смогу помочь, — сказал Ли честно и без прикрас. — То, что я являюсь вашим хранителем, не меняет того, что с Нэтали я не связан. — В смысле? — сощурил взгляд Сынмин. — А как же твой глаз? — У меня с Нэтали своя сделка, и глаз связывает её со мной, но не меня с ней, — покачал головой мастер. — Я вёл затворнический образ жизни и не участвовал в жизни магического мира, так что решения у меня нет. После сказанных кукольником слов Хан Джисон, что до этого сохранял молчание и просто слушал, прыснул, заставив и Минхо, и остальных сидящих за столом непонимающе уставиться на себя. — Простите, просто это так смешно, — уже захохотал в голос журналист, разве что за живот не схватившись. — Что тут смешного? — нахмурился Ли, который, кажется, полностью погрузился в проблему. И за этим совсем забыл, какая драма происходила в его жизни. Очень зря, очень. Не стоило закрывать глаза на обиду Джисона, ведь ей было свойственно раздуваться до размера Вселенной. Просто Хан обижался слишком редко, а потому нужно было навёрстывать, когда выдавалась такая возможность. — Знаешь, — начал Джисон, — это правда очень смешно. Ты всегда строишь из себя крутого, но на деле, оказывается, ты такой же беспомощный, как и все. Тоже мне, надежда человечества! — Я знаю, — спокойно ответил мастер. Была ли задета гордость Минхо? Возможно. Он боялся, что его обвинят в этом — в бездействии. Но Хан говорил это от обиды, а потому Ли решил стерпеть. И опять же, очень зря. — О, знаешь, значит? — ахнул журналист. — То есть ты признаёшь, что вся твоя индюшачья напыщенность — всего лишь пыль в глаза? — Дело же не в этом… — ещё одна ошибка кукольника. — Значит, не признаёшь? — громко усмехнулся Джисон, театрально так. — А почему же ты тогда, такой важный весь из себя, сейчас сидишь и ничего не делаешь? — Джисон, хватит, давай не будем устраивать сейчас сцен, — прошипел сквозь зубы Минхо. Его терпение стремительно заканчивалось, и глаз даже начал поддёргиваться. — А я и не устраиваю. Говорю всё, как есть! — распалялся Хан лишь больше. — Посмотрите-ка! Я бы сейчас не говорил всего этого, если бы ты не вёл себя, как мудак! «О да, я чертовски крутой кукольный мастер Ли Минхо, я пафосный, и меня все бесят и раздражают, — начал передразнивать кукольника он, — а ещё у меня большой член»! Да какой там! Член у тебя, мастер, хоть и хорош, но очень даже средний. Понял?! Все сидящие за столом молча наблюдали за всем этим представлением, смотря то на Джисона, то на глубоко дышащего Минхо. Вмешиваться никто не хотел. Разве что Чонин сделал попытку уйти за попкорном, но был остановлен Чаном и его здравомыслием. По лицу Ли можно было понять, что в нём сейчас происходила борьба, и он выбирал между двумя вариантами исхода событий: удавить гада или всё же простить. «Не забывай, что ты сильно перед ним провинился», — убеждал себя выбрать второй вариант мастер. Но ведь нельзя так ахреневать! Спокойствие, только спокойствие… — Джисон, — с видом поймавшего дзен проговорил Минхо, — мы поговорим потом. — Ещё чего, — лишь фыркнул Джисон, отвернувшись. Запал в нём закончился, и он уже не стал продолжать свою тираду — только схватил из корзинки, что стояла посередине стола, печенье и начал его агрессивно жевать. Хотя… — Я был не прав. Член у тебя всё-таки не так хорош, чтобы к нему возвращаться. Ли ударился лбом о стол, чтобы не ударить им Хана. Максимальное спокойствие, мастер! — Так, ладно, вернёмся к делу, — резко выдохнул он, выпуская из себя весь гнев. — Да уж пожалуйста, — почти даже возмущённо бросил Чонин. — Я как будто на мыльную оперу сходил. — Это нормально, если дело касается хёна, — прокашлялся Сынмин, отведя взгляд. — Но мастер прав. Мы не можем больше отвлекаться. — Мастер, ты правда ничего не можешь сделать? — спросил Феликс тихо, словно ответ мог разбить все его надежды. — Я — нет, — кивнул Минхо, — но есть те, кто могут. И я попросил их помочь. — О-о, неужели наша миссис Ким Тэха и её император помогут? — усмехнулся Хван Хёнджин, подперев голову рукой. — Миссис… Ким? — склонил голову к плечу Чан. — Тэха? — вскинул бровь Чанбин. — Кто такая Тэха? Чонин ответил: — Кэтрин, конечно. — Кэтрин? — удивился Бан. — Разве она не иностранка? — Да, но моё корейское имя — Ким Тэха, — послышался вдруг знакомый женский голос. — Хотя я не люблю это имя, но вот мой муж — просто обожает. Кэтрин оказалась у общего стола слишком внезапно, будто появилась из воздуха, и у некоторых этим вызвала лёгкий испуг. Все уставились на неё, а женщина тридцати девяти лет улыбалась как ни в чём ни бывало. — Ты быстро, Кэт, — махнул ей рукой Минхо. — Я спешила, — кивнула управляющая, усаживаясь за свободный стул, и потрепала Чонина по щеке. — Я же так соскучилась по всем. — Эй! — недовольно потёр свою щеку Ян. — Давно не виделись, Кэтрин, — с женщиной решил поздороваться и Сынмин. Они с Хваном не были с ней так близки, как те же Ян и Феликс, а всё потому, что находились у других хранителей в других магазинах. — Я рада видеть всех. Хёнджин, Сынмин, как поживают Чэрён и Цзинь Яо? — сложила руки на столе управляющая. — Мы редко видимся, но вроде хорошо, — ответил Хван. — Что ж, поболтать мы ещё успеем, а пока у меня есть для вас новости, — вернулась к важной теме Кэтрин. — Я так понимаю, — неожиданно подал голос Джисон, — Вы, Кэтрин, знаете, что делать? Женщина перевела на него нечитаемый взгляд и снова растянула губы в улыбке. Она долго думала, что будет делать, когда встретится с журналистом. Думала, как не выдать себя, потому что… Нельзя, нельзя показывать свои намерения. Этот парень, похоже, не был так прост. Наверняка он может чуять подвох. У-л-ы-б-а-й-с-я. И наблюдай. Смотри внимательно, ведь кто-то из сидящих за столом мог оказаться Рассказчиком, из-за которого всё и произошло. Управляющая кивнула, снова повернулась к остальным и сказала: — Да. В город вернулся мой муж — владелец особых кукольных магазинов, игрушечной компании «Антель» и по совместительству император Подполья — мистер Ким. Я передала ему проблему, в которую меня, кстати, посвятил Минхо. — И когда же этот мегаложночлен успевает? — охнув, покачал головой Хан. Кэтрин, заметив, как играют желваки на лице мастера, прокашлялась и продолжила: — У нас с ним есть план, а у вас — поручения. Каждому из вас нужно будет что-то сделать. — А в план посвятите? — понадеялся Чонин. — Потом, — качнула головой женщина. — Мой муж сейчас не выходит из «Чёрного Джека» из-за дождя. Знаете же, как он не любит такую погоду. Но он хочет, чтобы мы вместе рассказали вам о том, что придумали. Поэтому сначала выполните его поручения. — А император подполья мистер Ким… — вдруг начал говорить Чанбин. — Я ни разу его не видел на базаре. Какой он? — Ну… брат У довольно… необычный человек, — почему-то неловко улыбнулся Феликс. — Его можно описать одним словом… — Блаженный, — именно это хором сказал он, Чонин и Сынмин. — Это как? — не понял Чан. — Узнаете, — вздохнул Ян. — Наш брат У, конечно, очень странный, — наконец-то прикоснулся к своей остывшей чашке с кофе Хван, — но он всегда нам помогает. Именно он обеспечивает нас — ставших людьми Янки, — пока мы не встанем на ноги. Он, как и мастер, наблюдал за всем этим. Брат У ведь тоже был в тот вечер и… Странное. Странное. — … Ещё Иллю. Трое тех, кто не стал Янки. Странное чувство. — Кто? — как и все, озадачился Чонин. — Кто такой Иллю? — Ну как же, это наш… — Хёнджин нахмурил лоб, словно пытался что-то вспомнить, а затем поймал внимательный взгляд Сынмина и покачал головой. — Не знаю. — Воспоминания Янки о прошлом с годами становятся расплывчатыми, поэтому неудивительно, если ты что-то путаешь, — лишь пожала плечами Кэтрин, хотя мысли спутались, скорее, у неё. Иллю. Иллю. Иллю. В её голове мелькал размытый образ какого-то паренька, который крутился в компании ребят, но она не обращала на него никакого внимания. Но женщина его помнила, в отличие от остальных. А что если… Рассказчик — это не кто-то из Янки? Может ли быть такое, что… Нужно было найти этого Иллю. Управляющая передёрнула бровями и продолжила: — В общем, для того, чтобы план сработал, нам нужно собрать всех, кто участвовал в том ритуале. — То есть… — понял Феликс. — Мы должны отправиться на поиски наших друзей? — Почти, — подмигнула ему Кэтрин. — Их не нужно искать. Их нужно привести. Хотя у тебя и твоего любимого, Ликси, будет другая задача. Самая важная. — А? — удивился Феликс. — Значит, всё-таки книга, — хмыкнул Чанбин, поймав на себе полный замешательства взгляд Ли. — Потом объясню. — О да, — кивнула управляющая. — Ух ты, какая честь! Да вы, ребята, как греческие герои! Прямо-таки… владельцы священного Грааля, определяющего вашу роль в истории, — снова начал буйствовать Джисон, видимо, не умеющий быть просто слушателем. — Но у них же нет Грааля! — Джисон, я же сказал, чтобы ты… — попытался осадить его Минхо. — Нет, а что? План без Грааля — говно! Да что они без него?! — возмущался Хан. — А у тебя есть план получше? — не смогла не поинтересоваться Кэтрин. — Конечно! — активно закивал Джисон. — Предлагаю создать кей-поп группу! — Предлагаю тебе заткнуться и продолжить жрать печеньки! — всё-таки сорвался Минхо, громко хлопая по столу. — Ух-х, мне нравится, когда ты так мило грубишь мне, любовь моя! — наигранно радостно прощебетал журналист и надул губки. — Больные ублю… — пробасил Чонин, но его вдруг и самого заткнули печенькой. — Ешь, — приказал ему Чан. — Хорошо, если вы всё ещё хотите идти по старому плану, ничего! — Хан вдруг встал и, вскинув палец, объявил: — Но без Грааля у Феликса с Чанбином ничего не выйдет. Подождите, я найду вам эту херню и спасу положение! — а затем вдруг вышел из кафе на пять минут. — Не стоило тебе его обижать, мастер, — понурил плечи Со. — Когда Джи обижен, он ещё более дикий, чем обычно. — Хорошо, что обиделись не на нас, — хлопнул по плечу лучшего друга Чан. — Хотя я всё ещё немного обижен на вас. — Круг обид бесконечен, — с умудрённым видом заявил Чонин. Минхо шлёпнул себя по лицу и простонал что-то нечленораздельное. — Скажи, Чанбин, как ты с ним вообще встречался? — спросил он у вдруг побледневшего Со. Феликс и Чан одновременно выдали: — В смысле ты встречался с Джисоном? — Меня что, окружают твои бывшие? — не слишком обрадовался новости Янки. Чанбин вскинул ладони и попытался поправить ситуацию: — У нас с Джи по сути ничего не было. Давайте мы расскажем всю историю как-нибудь потом. Пожалуйста… Со спасло то, что Джисон в этот момент всё-таки вернулся. И не с пустыми руками! Он вернулся с истинным Граалем, который обязательно спасёт не только положение, но наверняка и весь мир. — Это… — кажется, Ли был близок к истерике. — Конская голова? В руках светящегося Хана находилась голова коня. Или лошади. Он не спрашивал, когда воровал его у какого-то маскота. — Не благодарите, — всучил журналист голову ошарашенному Феликсу. — Я спиздил у местного Гендальфа ваш священный Грааль. Можно без оваций и слов благодарности. — Минхо, — натянуто улыбнулась Кэтрин. — Я… я… — Ли очень… очень глубоко вздохнул. — Я сделаю с этим что-то. — Хорошо, — сказала женщина и положила на стол несколько конвертов. — Тут для каждого написаны задания, имена и адреса. Чонин посмотрел на это странным взглядом и фыркнул: — Нельзя было просто сказать? Или, не знаю, хотя бы написать в какой-нибудь чат… Кэтрин ответила: — Уджин в случае, если вы спросите, просил передать его слова. — Какие? Управляющая с каменным лицом пробормотала: — Это не стильно. Что ж, ладно, может, это и выглядело абсурдным, но у них хотя бы теперь были свои заботы. И вот все эти события и их личная забота привели Чанбина, Феликса и конскую голову в машину, на которой они ехали к своей цели спустя час. Вообще-то, слова Кэтрин взбудоражили каждого, кто сидел за тем самым столом в кафе. До того момента, наверное, этот предмет ничего более поразительного не наблюдал. Мало того, что за ним сидел император и живые куклы! Какие разговоры за ним велись! И теперь слова выливались во вполне себе чёткие планы. Они заставили всех действовать. Первыми, кто отправился на своё задание, конечно же, стали Чанбин и Феликс, и они, наверное, оказались самыми взволнованными. Вероятно, потому, что больше всего пострадали от ведьмы и теперь жаждали каких-то решений. Сейчас парни, что могло показаться удивительным, снова ехали к бабушке Со, но теперь поездка была уже не романтичной, а цель поездки — совсем не милый домик за городом. Бабуля именно в этот день решила отправиться на Загадочный рынок в одну деревушку за городом, поэтому пришлось завести машину и отправиться прямо туда. Почему именно бабуля-ведунья? А потому, что самом деле, всё было гораздо сложнее, чем многие думали, и Кэтрин с мистером Кимом не взяли свой план просто из воздуха. Всё для них изменил один единственный звонок. Звонок императора Подполья и управляющего Волшебным базаром Со Чанбина. Да, он был в этом замешан больше остальных, и именно это и узнал Феликс, только сев в машину. Пока они ехали, Чанбин рассказал всё. Кратко о их общем с Джисоном прошлом, о Неизвестных и о том, как встретил Янки, которому было больше пятисот лет. И именно этот Янки и дал ему подсказку, которая теперь могла им так помочь. — Эта история очень странная, — нахмурившись, проговорил тогда тот парень. — Ведьмы только в редких случаях могут вмешаться в жизнь своих Янки. Если это произошло, то, должно быть, причина очень серьёзная. Единственное, чтобы я посоветовал, найти ответ в книге. Мистериум. Я когда-то видел эту книгу. — Снова книга, — цокнул Чанбин. — Я знаю человека, который владеет Мистериум, и он бесполезен. — Да, если не знать о страницах, на которых написано не то, что должно. Найди обличающее зелье. В этих страницах должен быть ответ. Разочарование Мистериумом затуманило глаза, а книга оказалась хитра. Настолько, что скрыла всю правду даже от самых зорких. Мистериум сначала закрыл им двери, заставив отбросить попытки найти другой путь и пойти по проторенному, чтобы обжечься, а затем показал, что ключ есть. Знания этих скрытых страниц могли всё решить. Об этом Со и сказал Кэтрин, а та с мистером Кимом уже придумали что-то своё. Похоже, что они догадывались, что скрывал Мистериум. Чанбину и Феликсу нужно было подтвердить догадку. Мысль об этом вновь давала дышать. Ведь… Для Чанбина и Феликса, опять же, ничего не менялось с того дня, когда оба сердца были разбиты, и, хоть они старательно делали вид, что всё в порядке, отчаяние топило всё хорошее в них. Они лишь старались ради друг друга, в тайне страшась, что расстаться всё же придётся. А теперь появилась надежда. И как не быть ею одурманенным? — Веснушка, не волнуйся, — внезапно улыбнулся Чанбин, стараясь не смеяться из-за конской головы с раскосыми глазами, и положил свою ладонь на сжатый кулак. — Мы заберём Мистериум, и всё будет в порядке. — Я не волнуюсь, — покачал головой Феликс, позволив и себе простую улыбку, но тем не менее осторожно освобождая свою руку. — Я воодушевлён. Наконец-то мы можем что-то сделать, а не просто сидеть и ждать чуда. — Всё образуется, потому что… — всё-таки прыснул Со. — У нас есть священный Грааль! Ли что-то пропищал и, схватившись за конскую голову, откинул её на задние сиденья, а затем ещё и грозно на неё зыркнул, словно надеялся, что она загорится. — Нет уж, давай рассчитывать на свои силы, — покачал Феликс головой и, усевшись обратно, спросил: — Так что это за рынок? Это ведь не простое место, верно? — Да, Загадочный рынок — это что-то вроде очень маленького Волшебного базара. Только там нет ничего особенно важного. И тебе туда можно заходить, так как там нет трейсеров и охотников, — рассказал Со. — А что бабуля там делает? — У неё сегодня там встреча с подругами. Раз в месяц они собираются, чтобы выпить чай и поболтать о магических штучках. Она всегда берёт туда свои магические книги, включая Мистериум. Я уже написал бабуле. Она будет ждать нас. — Хорошо, — кивнул Ли и, отвернувшись к окну, ушёл в свои мысли. Разговорить его было сложно, а потому Чанбин лишь вздохнул и полностью уделил внимание дороге, длинной лентой убегающей куда-то вдаль. Загадочный рынок, на который парни очень скоро попали, и правда оказался намного меньше Волшебного базара. Может, он занимал лишь половину от какого-нибудь Мовуа, но был похож на Юмию — не слишком чисто, много людей, а ещё несколько шумных баров. И тем не менее, это место оправдывало своё название — рыночных прилавков было много, и, казалось, крики продавцов могли оглушить. Вот только по улочкам не шастали охотники и трейсеры. Вместо них ходили обычного вида люди, и, если бы не набитые странностями прилавки, можно было бы решить, что приехали они на самый обыкновенный рынок. — Здесь не так пугающе, как на базаре, — осматриваясь, сделал свои выводы Феликс. — Люди на этом рынке продают и покупают магию исключительно для себя, поэтому здесь не так опасно. А ещё здесь тоже действует языковая пелена, так что проблем с продавцами-иностранцами не возникнет, — пояснил Чанбин и вытащил из кармана брюк телефон. — Моя бабушка любит это место. Я ей позвоню, а то будем её искать по всему рынку. — Угу, — кивнул Феликс и отвернулся, чтобы ещё немного изучить новое для себя место. Конечно, различий было предостаточно, но всё же здесь царил такой же дух, как и на базаре. Это немного давило на грудь, ведь Ли иногда так хотелось вернуться в место, где у него появились друзья, где он нашёл Кнопушку, где обменялся кольцами с человеком, которого полюбил. Жаль, что это осталось в прошлом. Теперь счастье казалось более недостижимым, чем тогда. Янки отвернулся от этого вида, и посмотрел на Чанбина, который цокнул и опустил телефон. — Не отвечает, — сообщил он и протянул свою руку. — Видимо, разговорилась с подругами. Мы можем пока поискать обличающее зелье. Без него нельзя будет увидеть тайные страницы Мистериума. — А это зелье и правда может проявить скрытые магией слова в книге? — Янки схватился за ладонь своего парня и пошёл вперёд. — У этого зелья очень много свойств, — ответил Со. — Оно рассеивает любую магию, так что справится даже с Мистериумом. Правда, зелье очень редкое, и, возможно, его здесь нет. Тогда придётся подключать связи на базаре. — А ты знаешь, как оно выглядит? — Нет, я не силён в артефактах и зельях, ведь занимаюсь только управленческими делами на базаре, — покачал Со головой и кивнул на одну из лавок. — Но ничего, просто будем ходить и искать. — Или можно просто спросить у знатоков. Чанбин вздрогнул и остановился, услышав знакомый голос, совсем не принадлежавший ни Веснушке, ни бабушке, ни кому-то ещё, кому он доверял. Этот надменный голос с явной усмешкой был не слишком приятным для слуха, но его уверенность прекрасно давала понять, кто является его владельцем. Со уже слышал этот голос. В последний раз — на балу гильдии кукольников. — Джейсон Ким, — Чанбин резко нахмурился и медленно развернулся. Он готовился даже к возможной драке, но… — Привет! Ким Лиен, ярко улыбаясь и махая им ладошкой, спокойно стоял рядом с человеком, которого ещё недавно так ненавидел, и похлопывал по макушке зацепившегося за его штанину маленького мальчика, так похожего на Джейсона. — Лиен?! — воскликнул Со удивлённо, непонимающе даже. — Я надеюсь, ты рад меня видеть, Бинни! — ещё больше засиял парень. — И тебе приветики, Ён, мы с тобой давно не виделись! Чанбин не слушал его радостных слов, и в его голове были мысли, никак не связанные с дружелюбной беседой. — Почему ты стоишь рядом… с этим?! Феликс неловко похлопал глазками и спокойно проговорил: — Привет, Лиен. — О, — спохватился парень, — Чанбин, Ён, зовите меня Лю Нэ-Иль. Я вернул себе своё настоящее имя. — Теперь он Ким Нэ-Иль, если быть точнее, — приобнял Джейсон за талию Лиена, который взял его сына за руку. Мысль казалась невозможной, но… Нэ-Иль и Джейсон показали кольца на безымянных пальцах и объявили: — Мы поженились! Вот так ошарашили — так ошарашили… — Это ведь… хорошо? — спросил не слишком понимающий ситуацию Феликс. — Нет, вообще нет! — всплеснул руками Со, выглядя так, будто собирался Кима прибить. И не так уж и важно, какого именно. — Он же тебя придушил несколько лет назад, Нэ-Иль! Как ты мог сойтись с ним вновь? — Ну, согласен, идея кажется такой себе, но и я не без говница, — прохихикал Лиен нервно, но затем попытался объясниться: — В общем-то, конечно, я Джейсона не простил за тот случай, но мы обсудили многие моменты и пришли к выводу, что можем сойтись. — Но прошла всего неделя! — продолжал возмущаться Чанбин. — Даже круги Ада можно пройти за неделю. Не то что выйти замуж! — заявил китаец. — У тебя был парень! — Э-э-э, он бросил меня, когда я привёл в дом Джейсона. Сказал, что это уже слишком… — Ох, мистер Со, что ж Вы лезете в личную жизнь моего дорогого мужа Неила? — с лёгкой насмешкой протянул Джейсон, крепче прижав парня к себе. — Между прочим, после того, как империю Ким уничтожили, Неил спас меня и показал, что всегда можно встать на правильный путь. И смотрите, я перестал употреблять таблетки и алкоголь, мой рассудок как никогда ясен. Я помирился с женщиной, родившей мне сына, и содержу их. А ещё я за три дня сколотил новую компанию, и теперь я довольно богатый владелец завода по изготовлению тортиков. Деньги я трачу не только на семью, но и на благотворительность. Я исправляюсь! — Это никогда не отмоет злодеяний, которые Вы натворили. Нэ-Иль — мой друг, и я не очень рад тому, что он вышел замуж за такого человека, как Вы, — нахмурил брови Чанбин, и лицо его стало серьёзнее. Феликс почувствовал в своём сердце что-то странное в этот момент. Защита. Со всегда защищал тех, кто был ему дорог. Но Ли не мог почувствовать её. Мучительное знание. — Ты можешь не волноваться, Бинни, — мягко улыбнулся Нэ-Иль. — Ты ведь знаешь, что я никогда не пойду на безумные поступки просто так. Всё в порядке. Я просто хочу нести ответственность за поступки, совершённые в прошлом. После этих слов Со смягчился и махнул рукой. Нэ-Иль не бросал слова на ветер, так что в нём можно было быть уверенным. Всё и правда в порядке. — Ладно, я всё ещё не одобряю этот союз, но сейчас мне просто интересно, что вы тут делаете, — скрестил руки на груди Чанбин. — Объясните, пожалуйста. Вместо того, чтобы ответить сразу, Джейсон усмехнулся и достал из кармана… карту Джокера. — Я терпеть не могу мастера Ли, но он недавно написал мне и попросил помочь. Прислал эту карту. Я не могу поступиться правилами собственной игры. К тому же его возлюбленный Хан Джисон помог мне пересмотреть мою жизнь и вернуть Неила, так что я могу попробовать найти вам обличающие зелье, — вздохнул Ким. — У меня есть связи, а у Неила — знания, ведь он — брат Сянь-Ай — главы Ютопии. — Да-да, мы поможем! — закивал Нэ-Иль, подтверждая слова своего мужа. — А что же ты, Джейсон, — хмыкнул Со, — не хочешь встретиться с Ханом? — Я ему, конечно, благодарен, да, но я терпеть не могу общаться с такими же великолепными мерзавцами, как я, — сдержанно улыбнулся Джейсон. — Я понял свою ошибку. Встречаясь с похожими на тебя людей, стоит ждать, что тебя попытаются проглотить. Что ж, идём? — Конечно, — кивнул Феликс, прижавшись к руке Со и заметно поникнув. Семейка Ким пошла вперёд, но Чанбин вдруг остановился, положив свою ладонь на чужую, и спросил: — Всё в порядке? — Да, конечно, — вопреки своим словам Ли как-то печально посмотрел в спину Неилу. — Знаешь, я вдруг понял, что у вас с Лиеном… Нэ-Илем наверняка хорошие отношения. Даже жаль, что вы расстались… Со, кажется, прошибло током от этих слов — да так, что он не смог сказать и слова. Неприятно. Нэ-Иль заметил, что они остановились, и сказал: — Чего застыли? Если будем стоять на месте, то кое-кто будет волноваться. Знаете ли, я решил, что нам понадобиться подмога и позвал кое-кого. Феликс удивлённо посмотрел на парня, а затем услышал приятный женский голос: — Мы решили сами вас найти. Всё-таки мы не могли бросить нашего малыша Янки в беде, поэтому решили, что кое-кто должен поднять ему боевой дух. И дальше — детский радостный смех. Ли не сразу поверил в то, что это происходит именно с ним, но всё было взаправду — повернувшись, он увидел, что ему махал тепло улыбающийся Элай, а рядом стояли вечно развесёлый Свэн и сестрёнка Сянь-Ай с… малышом Кнопушкой на ручках. Феликс так и застыл на месте, не зная, что же ему сделать. Казалось, Чанбин тоже был крайне удивлён, но сам он нашёлся, что сказать: — Ребята? А вы что здесь делаете? Глава Ютопии хитро сощурила свои красивые глазки и ответила: — Путём долгих пыток я выбила из Ынкэ признание в том, что случилось и почему ты так часто работал в последнее время, а Нэ-Иль проболтался про эту поездку. Вот мы и решили поддержать вас! Сложно было, конечно, вывести ребёнка с Базара, но Май-Ли очень помог. Но благодарить стоит Сэй-Ина, ведь именно он уговорил его помочь. Ему снова пришлось согласиться на наручники, — гаденько захихикала она, за что получила тычок в бок от брата. — Ты, как и всегда, злобная, сестрёнка, — хмыкнул Неил мягко. — Эй, Феликс, не хочешь взять мелкого на ручки? — предложил он. — Он скучал по вам, — улыбнулся Элай, подошёл к парням и подтолкнул застывшего на месте Ли, чтобы тот наконец-то подошёл ближе. А Феликс продолжал смотреть на тянущего к нему ручки Кнопушку, совершенно не осознавая своих чувств. Он быстро вытер слёзы со своих щёк и не выдержал — подлетел к Сянь-Ай и забрал малыша к себе, с таким счастьем замечая, как тот радостно обнимает его за шею в ответ. — А я как скучал, малыш, — крепко прижав к себе ребёнка, пробормотал Ли и зажмурился до ярких звёздочек. Со тоже отмер и, мягко улыбнувшись, подошёл к парню, чтобы приобнять его, а затем потрепать Кнопушку в его руках по макушке. Да, это то, что им нужно было сейчас. Друзья и маленькое счастье, ставшее им таким родным. — Спасибо, ребята, — искренне поблагодарил Чанбин всех и поцеловал Веснушку в висок. — Говорю же, мы не могли бросить нашего друга, — обняла своего брата Сянь-Ай. — Всё равно Нэ-Иль вышел замуж, и я не сведу его с тобой. Его муж так себе, но ладно, я смирюсь. Джейсон Ким закатил глаза, но ничего на это не ответил. Да, очень важно налаживать отношения с семьёй мужа. Так что терпение и ещё раз терпение! Феликс не обращал внимание на остальных, лишь крепко обнимая малыша, который играл с его волосами и хихикал. Правда, красивый момент был разрушен одним рыжим веснушчатым пареньком, который вдруг протянул: — Ну что-о? Мы вообще пойдём искать это ваше зелье или как? — Тц, Свэн, — недовольно цокнул Элай, одарив парня подзатыльником, — весь момент испортил! — Да успеют они ещё порадоваться. А зелье купить могут! — надулся Свэн, потирая затылок. — Давайте пойдём, — отстранившись от Со и рассмеявшись, всё-таки сказал Феликс. — Я готов. Рыжий сорванец вмиг приободрился и воскликнул: — Я ведь могу оббежать весь рынок и найти то, что нужно! Он стукнул тяжёлым магическим ботинком о землю, принял позу и уже почти сорвался, как с крыши какого-то ларька спрыгнул человек в форме охотника и схватил его. — О нет, Свэн, ты не воспользуешься ботинками! Дай этим двоим развеяться! Не порть кайф! — начал стучать по рыжей башке он. — Зачем же бить, Уилл? — взвизгнул Свэн, пытаясь вырваться из захвата. Чанбин посмотрел на это и пробормотал: — Вы что, решили привести сюда весь Базар?.. Феликс лишь прыснул и, поудобнее перехватив Кнопушку и взяв за ручку сынишку Джейсона, который явно хотел познакомиться с ещё одним ребёнком, пошёл вперёд. Шли они медленно, чтобы насладиться встречей, и Ли правда радовался. Он ведь боялся больше не увидеть своих новых друзей. Да и малыш так улыбался ему, что сердце щемило от нежности. Чанбин тоже не мог не улыбаться. В этот день они оба снова почувствовали себя счастливыми. — А Калиоппа с Мильфи не придут? — спросил вдруг Феликс. Свэн на плече у Уилла вздрогнул, отвернувшись и явно занервничав. — Оппа занята предсказаниями с Келлани, — принялась объяснять Сянь-Ай. — А вот Мильфи… Чанбин ответил за неё: — Мильфи сейчас не до встреч. Недавно был большой скандал, затронувший Юмию и Мовуа, и всё потому, что Мильфи и Дравиус поссорились. — Из-за чего? — Ли стало интересно, что могло обидеть такую сильную женщину, как Мильфи. — У Дравиуса скоро свадьба, и Мильфи злиться, потому что невеста не она, — тяжело вздохнул Элай. — Свадьбы почему-то всегда вызывают проблемы на базаре. — Наша с Чанбином свадьба не вызвала, — проговорил Феликс тихо. — Наверное, потому, что тогда она была вынужденной, — усмехнулся Чанбин, взяв Кнопушку к себе и усадив на плечи. — Я так не считал, — отвернулся Ли. Лэнгфорд вскинул бровь, уставившись на этих двоих, и ему вдруг стукнуло в голову, что здесь определённо было что-то не так, а мириться с этим он не собирался. Элай просто взял, схватил сначала Нэ-Иля, а затем и Феликса и потянул их назад. — Мы поговорим, а вы идите вперёд, — кивнул он остальным и посмотрел таким взглядом, что никто не рискнул спорить — даже Со, который в этот момент качался из стороны в сторону, заставляя Кнопушку смеяться. Лэнгфорд удовлетворённо хмыкнул и утащил парней подальше. — Лай, ты чего? — непонимающе уставился на него Ли. — Да, ты чего, Лай? — согласно закивал Ким. — Я-то что сделал? — Так, парни, я срочно объявляю собрание Бывших и Нынешнего парней Со Чанбина, — хлопнул в ладоши Лэнгфорд. — Тогда стоило захватить с собой голову коня, как представителя Хан Джисона, — пробормотал Ли и сложил руки на груди. — Чего? — сощурил взгляд Неил, но Элай не стал акцентировать внимание на чужих слова и спросил: — Ён, что происходит? — Не совсем понимаю, о чём ты, — неловко почесал затылок Янки, отведя взгляд. — Ты всё понимаешь, — утвердительно сказал Элай. — Поэтому рассказывай. — Э-э, а я не понимаю, — хлопал ресницами Неил. — Нэ-Иль, тебе стоит быть внимательнее, — фыркнул Лай. — Ён же морозиться от Чанбина! И смотрит на него так, будто… не знаю, сейчас со слезами бросит его и убежит. — Серьёзно? — поражённо уставился на Лэнгфорда китаец. — А нафига мы их сводили? — он повернулся к Янки и возмутился: — Ён, что ты творишь? — Я ничего не… — Твоё счастье настоящее лишь отчасти. Ты рад видеть нас, Кнопушку, но Чанбин рядом вносит смуту в твоё сердце, — разобрал всё по полочкам Лай. — Да, я всего лишь мастер по инструментам, но, поверь, я прекрасно читаю людей. Повторим вопрос, что ты творишь, Ён? Ли тяжело выдохнул и честно признался: — Да я сам не знаю. — Ты что, не любишь Чанбина? — осторожно решил предположить Нэ-Иль, но Ли всё равно отреагировал слишком бурно, тут же замахав руками. — Нет! Нет… Ну вы чего говорите?.. — покачал головой Феликс. — Люблю, конечно, просто… сейчас всё слишком странно. Я чувствую себя не в своей тарелке рядом с ним. — Иногда между нами всё как раньше, и мы хорошо общаемся, но затем будто вспоминаем, что происходит, и, может, всего на шаг, но отдаляемся. — И почему же? — решил добиться ответа Лэнгфорд. — Вы ведь знаете, что произошло, — обнял себя руками Ли и отвернулся. — После того, как я не стал человеком, мы… поссорились. Потом вроде как помирились, но всё равно что-то изменилось. Не знаю, как теперь быть. — Есть чувство, которое тебя гложет? — спросил Неил. — Да, — честно ответил Феликс. — И я не знаю, как с ним бороться. — Что за чувство? — Да не так уж и важно, что это за чувство. Какое бы оно не было… Это всё так смешно! Феликс не успел отреагировать, не успел даже понять, что сказал это не Элай и не Нэ-Иль. Его просто схватили за руку и потянули назад. Он оглянулся и попал в плен знакомых глаз. — Дравиус? — удивлённо воскликнул Лай. — Вот так встреча, да? — подмигнул вмиг застывшему от страха Ли. — Даже не думай его трогать, Дравиус, — твёрдо сказал Ким. — Если ты что-то с ним сделаешь, тебе не поздоровится. Прежде всего, достанется тебе от Со. — Я знаю, — разразился хохотом глава Юмии. — Вот только я его не боюсь, — сказав это, Дравиус вдруг поднял Феликса на руки и, подпрыгнув, оказался на крыше ближайшего здания. — Передайте управляющему, что он меня раздражает, — он прыгнул на другую крышу, затем на следующую и стал стремительно удаляться под крики Лэнгфорда и Неила. Вот и снова Янки похитили… Правда, в этот раз его утащили не в бордель и не в какое-нибудь тёмное логово — Дравиус остановился на одной из крыш и спустил Феликса на твёрдую поверхность. Отсюда открывался вид на весь Загадочный рынок. Но Ли его не рассматривал. Он тут же отскочил от мужчины и воскликнул: — Верни меня обратно! — Воу-воу, принцесса, чего ж ты так волнуешься? — усмешка на лице Дравиуса стала ещё очевиднее. — Я не оставлю тебя здесь, а иначе Со и правда мне голову снесёт. Я его, конечно, и правда не боюсь, но всё же, голова мне ещё нужна. — Ты снова будешь шантажировать Чанбина? — нахмурившись, напряжённо спросил Янки. — Я не позволю! — Если ты не знал, мы с управляющим пришли к некоторым соглашениям и решили больше не враждовать, так что мне нет смысла его шантажировать, — лишь пожал плечами мужчина, разглядывая серое небо. — Для чего же ты тогда меня сюда притащил? — чужие слова чуть расслабили Феликса, но доверять им он всё равно не собирался. Пока что. — На разговор, конечно же! — излишне воодушевлённо сказал Дравиус. — Мне просто стало интересно, почему Со в последнее время такой убитый, и я случайно подслушал ваш с Лаем и Нэ-Илем разговор. Мне так-то вкратце поведали обо всём, но я и не думал, что всё настолько комично. — Ты считаешь это смешным, Дравиус? — начинал злиться Ли. — Определённо. — И чем же тебя веселят трагедии других людей? — Трагедии — это тогда, когда у тебя нет никакого решения, но у вас есть выход из ситуации, — вскинул палец мужчина и склонил голову к плечу, кидая такой взгляд, что становилось понятно — сейчас он не шутит, ему не так уж и смешно, и он явно что-то хочет сказать. — Наше возможное решение нам пришлось сжечь из-за тебя, — не забыл напомнить Янки. — Извини, я просто не такой, как Со, — пожал Дравиус плечами. — Я во всём пытаюсь найти выгоду. Даже разговор с тобой мне полезен. — Конечно, бессмысленная болтовня точно что-то тебе даст. — Это ты считаешь её бессмысленной, но у меня есть свои цели. Тем более, что делаю я это, во-первых, ради своего жениха, а во-вторых, чтобы Мильфи простила меня. Благородство подкупает всех. — Неприятный же ты человек, Дравиус, — вздохнул Феликс, тем не менее смиряясь с ситуацией. — Я в курсе. Лови, — вдруг кинул он что-то в сторону парня, и тот едва умудрился поймать небольшую склянку с лиловой жидкостью. — Это… — Обличающее зелье, — подтвердил догадку Дравиус. — Меня его попросил найти мой жених. Пришлось заставить моих детей бегать по всему базару, а затем спешить сюда. Видишь, я могу быть хорошим. — Зачем ты привёл меня сюда? Только для этого? — сжав в кулаке склянку и подняв взгляд, спросил Феликс. Мужчина растянул губы в улыбке и постучал по своему виску. — Ради решимости. — Что значит, решимость? — не понимал Феликс. — Тебе нужно приобрести решимость. Я понял вашу с Со ситуацию, и она скверная. Но решимость может всё изменить. — Нет, тебе не понять, — фыркнул Ли. — Знаешь, как сложно бороться, когда пережил столько все… — он осёкся, столкнувшись с тяжёлым взглядом мужчины. — Моего жениха зовут Джекилл, но он всегда просит называть его по фамилии, потому что его собственное имя напоминает ему о временах, когда ему в молодости пришлось наблюдать за сумасшествием своего брата. А ведь ему уже почти сорок. Он до сих пор не забыл, — спокойным, но таким печальным голосом стал рассказывать Дравиус. — Свою жену я знал с пяти лет и любил её больше всего на свете. День, когда родились мои дети, стал для меня самым счастливым. Но её нет уже как десять лет. Я до сих пор не забыл. Ён, пойми, в этом мире нет людей, у которых в прошлом не было трудностей. Но многие находят в себе силы идти дальше, продолжать любить и позволять себе быть любимым. Мне плевать, что у вас случиться, но если я донесу до тебя свои слова, то мой жених сможет лишний раз улыбнуться. — Я всё равно ничего не понимаю, — покачал головой Феликс, чувствуя себя почему-то… паршиво. Он и не думал об этом. — У тебя есть какое-то чувство, которое тебя гложет? Смешно. Оно неважно. Главное, что ты собираешься с ним делать. Ты обязан бороться. Если, конечно, ты правда любишь нашего управляющего. Если любишь, то ты сделаешь всё, что должен. Или отступи и найди другого. Выбери, какая решимость тебе нужна, — на губах Дравиуса вновь появилась усмешка, и Ли посмотрел на него с другой стороны. Нет чёрных. Нет белых. Все люди серые и иногда ради близких готовы были помочь даже тем, кого почти не знали. Эти слова Ли так поразили, что он аж кивнул. Что ж, похоже, ему правда стоило обрести свою решимость и сказать о ней. Дравиус так и не услышал, что за решимость приобрёл в эту секунду Ли, потому что снизу послышалось: — Дравиус, я не понял, что это ты делаешь? — это оказался Со Чанбин, стоящий внизу вместе с остальным. — Ой-ой, — расхохотался мужчина, махая руками, — не думал, что Уилл так быстро нас найдёт. — На то он и Нюхач, — прорычал Чанбин. — Я слушаю, а не нюхаю! — возмутился охотник, но был повержен одним точным ударом под зад от Элая. — Он мне ничего не сделал! — чтобы лишний раз никого не волновать, решил сразу заявить Феликс и показал склянку. — Дравиус дал мне обличающее зелье! — Нам ничего от тебя не нужно, Дравиус, — цокнул Чанбин. — Не обесценивай мои старания! — став в позу, воскликнул Свэн. — Я ведь так старался! — А? — закрутились в голове Феликса шестерёнки, а затем рыжий запрыгнул на крышу и пнул мужчину. — Я не так просил тебя помочь. Дурак! — Ч-чего? — округлил глазки Ли. Неужели… Дравиус говорил о… — Веснушка, не вникай, на базаре вечно происходят какие-то драмы, — махнул рукой Со. — Уилл сейчас тебя спустит вниз, и мы погуляем ещё. — Ходить та-а-ак скучно, — протянул Свэн. — Если тебе так скучно, можешь пойти гулять со своим хахалем, — быстро оказался рядом с Янки Уилл и, подхватив его, всё-таки помог спуститься вниз. — Ещё скучне-е-е, — потёр свои щёчки рыжий паренёк, но тут же подпрыгнул, потому что его ущипнули в бок. — Как грубо… — фыркнул Дравиус. — Тебя на прогулку не приглашаем, — зыркнул на него Чанбин, усаживая Кнопушку на шею Феликса. — Малыш скучал, да? — вмиг улыбнулся Ли, придерживая ребёнка за ножки. — Если с обличающим зельем что-то не так, Дравиус, поверь, я уничтожу Юмию, — абсолютно спокойно сказал Со, забрав пузырёк из рук Феликса и сунув его в карман джинсов. — Охотно верю, — пожал плечами мужчина и сказал что-то ещё, но на незнакомом языке. Кажется, на греческом? Он замолчал и повернулся к Свэну. Тот заговорил на английском. Началась языковая каша: Сянь-Ай заговорила на китайском, Лай — на английском с идеальным британским акцентом, Уилл неожиданно болтал на иврите. И только Чанбин, Феликс, Нэ-Иль и Джейсон могли переговариваться на корейском. — Кажется, языковая пелена вышла из строя, — вздохнул Со. — Погулять так не получится. — Что ж, — немного расстроился Феликс, — значит, пойдём искать бабулю. Чанбин взял его за руку и, зная, что его всё равно не поймут, кинул остальным: — Жду от вас отчёты завтра. Валите-ка вы все работать! Никто за ними не пошёл. Парни пошли дальше по улочкам, почти не разговаривая и уделяя внимание малышу Кнопушке, который то начинал шуметь и жестами просить его спустить на землю, чтобы побегать между прилавков, то тянул парней к ним, указывая на разные сладости. Отказать ему было невозможно. Кнопушка оставался таким же замечательным ребёнком, как и тогда на базаре, но теперь он очень много улыбался и смеялся. Сянь-Ай говорила Чанбину, что они каждый день заходят к нему. Видимо, Со и Феликс всё-таки сделали жизнь одного ребёнка лучше и счастливее. Было бы здорово и им участвовать в ней, но сейчас было столько проблем, что пока это было просто невозможно. Зато можно было насладиться этим днём и греть воспоминания до того момента, когда они снова смогут прийти к Кнопушке. Вскоре Чанбину перезвонила бабушка и сказала, где её искать. После того, как пелена сломалась, её подруги разошлись по домам, так что она ждала одна в кафе. И прогулка привела парней к зажатому ларьками уютному местечку, окружённому цветами. Как только они зашли в кафе, им навстречу вышла улыбчивая бабушка Со. — Мальчики, наконец-то мы встретились! — взяла она Феликса за руку и потрепала внука по щеке. — Как у вас дела? — Теперь лучше, — кивнул Чанбин, указывая на Кнопушку. — Оу, это… — похлопала ресницами женщина. — Неужели, это мой правнук? — Нет, бабуль, ты не так поняла. Это Кнопушка — малыш, который как-то потерялся на базаре и… Долгая история, короче говоря! Я для него… — Мой папа! — Кнопушка указал на Со, а затем рассмеялся, прижимая ладошки ко рту, будто бы только что совершил какую-то шалость. Феликс прыснул и закивал. — Да, Чанбин стал папой раньше, чем планировал. — Ох, моя ж ты бусинка, — похлопала по макушке малыша старушка. — А говорил, что не умеешь общаться с детьми! Я думала, что прабабулей меня сделает твоя сестра, а не ты, Бинни, но я рада! — Сестра? — удивился Феликс. — Да, младшая, — вздохнул Чанбин. — С моей семьёй тебе ещё предстоит познакомиться, Веснушка. В любом случае, бабуль, можно нам взять на время Мистериум? Он должен помочь нам кое с чем. — О, Мистериум? Ну, конечно, идём, — махнула рукой женщина и указала на сумку, что лежала на барной стойке. — Малыш Ликси, займи пока столик, хорошо? Возьми Кнопушке пирожное! Ли кивнул и, спустив Кнопушку, позволил ему самому выбрать им место. — Ты чего, ба? — растерялся Со, когда они подошли к барной стойке. — Что случилось? — Это у тебя что-то случилось. Я примерно понимаю ситуацию. При любой другой ты бы вряд ли пришёл за Мистериумом, — бабушка пододвинула к себе за свою сумку и достала оттуда книгу. — Держи. Только не потеряй. — Да, — крепко взялся за книгу Чанбин. — Так всё-таки… почему ты отвела меня в сторону? — Твой Феликс… — вдруг выдохнула женщина. — Бинни, он наполнен решимостью. — Какой? — совсем не понял Со. — Не знаю, — покачала головой старушка. — Я просто волнуюсь за то, что он может разбить тебе сердце. Если его решимость — это найти другого… — Ба, — стальным тоном прервал её Чанбин, — Веснушка не такой. — То, что ты не называешь его по имени, уже говорит, что что-то не так, — хмыкнула бабушка, а затем улыбнулась. — Ладно, я рада, если ты так веришь в него, — похлопала она его по плечу и пошла на выход. — Мне уже пора идти, милок, но как будет время, заезжайте к старой в гости. Хорошо? — Да, бабуль, — кивнул Со, а затем посмотрел на Феликса, которые так ярко улыбался, пытаясь усадить Кнопушку на стул. Чанбин подошёл к столику и спросил: — Ну что, возвращаемся обратно? Ли посмотрел на него ясным, таким чистым взглядом и попросил: — Может… ещё немного погуляем с Кнопушкой? Обличим странички, отошлём фото Кэтрин и побудем… втроём. Чанбин улыбнулся и кивнул. Никаких сомнений. Судьба, которой они доверились, соединила их не просто так. Эти глаза не могли быть наполнены решимостью его бросить. Он всегда верил и будет верить Феликсу. Или?..

***

Жарко… Невыносимо жарко… Жарко, как в Аду. В жаровне. Как на сковородке. Жарко, будто в духовку запихнули. Как же жарко… — Судьба, судьба, куда же ты ведёшь нас?.. — Похоже, что на ужин к Дьяволу, потому что к месту назначения мы придём в виде поджаристых свиней без яблока в глотке… — … Оптимистично. Хван Йеджи пожала плечами. По её скромному мнению, жара была худшим, что только могло выпасть на её с Лией нелёгкую долю. Погодные условия никогда ещё так сильно не волновали её, хотя, казалось бы, они не должны как-то особенно портить настроение. Погода была и правда просто отвратительной. Жара стояла невыносимая, и в ней девушки варились, как в котелке. Раскалённое солнце казалось ещё ярче обычного, и пекло в самые макушки, будто пыталось добраться до мозга и пожарить его, как яичницу. Оно выжигало пустынную землю вокруг и словно плавило сам асфальт на длинном шоссе, по которому шли Йеджи и Лиа, чьи глаза уже успели утомить песок, корявые деревца, сухая трава и абсолютное ничего на ближайшие километры. Из-за духоты дышать было невероятно тяжело, а передвигать ноги после длительной ходьбы — ещё тяжелее. Лямки громоздких сумок неприятно тёрлись о кожу, а чемоданы еле катились. Пот тёк ручьём, и одежда липла к коже, раздражая ещё больше. Но, в общем-то, девушкам это, хоть и мешало идти быстрее, но не сбивало желание всё же достичь цели своего путешествия — ближайший город. Не очень-то хотелось помереть от солнечного удара. В конце концов, они сами выбрали путь бродяжничества по стране без денег и машины. Такой образ жизни, когда постоянно находишься в движении, должен был стать обыденным делом, и ни Йеджи, ни Лиа уже и не обсуждали возможность чего-то иного, а потому шагали и шагали вперёд. Они решили, что их жизнь — одно большое приключение без конца. И хоть это оказалось довольно весело, но неудобства присутствовали. Например, прогулка на десятки километров по пустому шоссе между городами. Поймать на этой дороге машину — мечта, но, как считала Лиа, мечтать не вредно, поэтому она встала на середине дороги и, поднеся ладонь ко лбу, стала всматриваться вдаль, но никакой машины она так и не заметила. — Лили, хватит искать машину, она не появится, — бросила за спину Йеджи, что продолжала идти, даже не думая останавливаться. — Если мы не поймаем машину, я умру прямо тут, — сказала Лиа и приподнялась на носочки, стараясь разглядеть хоть что-то, но горизонт так и был чист. — Не помрёшь. Такие, как ты, не помирают, — отмахнулась Хван. — Какие такие? — не поняла Чхве. Йеджи снова кинула на девушку взгляд усталых глаз и ответила: — Дурные. Видят небеса, Хван всегда везло на странных людей, и она никогда… никогда! Никогда не попадала к нормальным хозяевам, будучи Янки. Двадцать лет жизни в роли куклы дали ей понять, что в мире много отбитых. Она поняла это и в первый раз своего обращения в человека, когда больше похожий на воздушный шарик тучный мужчина попросил наступить на него. И это было ещё самое адекватное из того, что могли ей предложить все те люди, что покупали куклу в «Чёрном Джеке». Плётки, кляпы, распорки — самое простое. Нет! Круче чем вязание из человеческих волос… в одной экзотической парикмахерской, хобби ещё нужно поискать. В общем-то, у Йеджи не было даже шанса на то, чтобы найти взаимную любовь. Но у неё был волевой характер, так что она находила в себе силы бороться с обстоятельствами. По крайней мере, девушка знала, когда нужно уходить и пробовать снова. Хван соврала бы, если бы сказала, что это не приносило ей страданий, но её с детства научили одному очень хорошему трюку. Закрой глаза и сделай вид, что всё это — лишь твоя фантазия. Если очень-очень захотеть забыться, то время летит быстрее. Если находить в новых днях веселье, то время летит быстрее. Если долго спать в образе куклы, то время летит быстрее. И вот Йеджи тут — в жаре и усталости. А всё потому, что, забывшись, совсем не заметила, как попала к очередному странноватому хозяину. Да, Чхве Джису, или Лиа, как она любила, чтобы её называли, была тем ещё экземпляром, но всё равно особенным человеком. Лиа была трусихой, девочкой-одуванчиком, любящим блестящие шмотки и яркие румяна, но она почему-то даже не пискнула, когда Йеджи из красивой куклы обратилась в настоящую девушку. Чхве даже спокойно выслушала её историю, ни разу не подвергая её сомнению. А затем и вовсе пообещала, что поможет с условием. Хван готова была провалиться тогда под землю от услышанного. Лиа, узнав об условии, просто сказала, что они его выполнят. Ну не дурость ли? «Только у меня будет своя просьба», — но подвох был. Оказалось, что Чхве всегда мечтала вырваться из своей обыденной жизни и отправиться в приключение, но сама боялась это сделать. Йеджи вспомнила, как когда-то сделала такой шаг, но он был фатальным. Что ж, приключение по стране — это совсем не сделка с ведьмой. У Хван разве были какие-то дела, чтобы отказываться? Из-за скуки, а может, из-за вдохновения, которым так и пылала Лиа, но она согласилась. И что теперь? Хван Йеджи всё-таки стала человеком. Человеком, который теперь бродяжничал под солнцем. Девушка скучала по нему, но по ласковым лучикам, а не по монстру, который собирался её сейчас убить. Она вздыхала и вздыхала, пока Лиа продолжала ныть: — Ну почему мы не могли заплатить кому-то и попросить отвезти нас в другой город? —пролепетала Джису и, закинув на плечо сумку и взяв в руки чемодан, побежала к уже успевшей отдалиться Йеджи. — Потому что у нас нет денег, — хмуро заметила Хван и стёрла со лба пот. — Да и ты сама хотела приключений. Вот и получай их! — Но Джи, — захныкала Лиа. — Я больше не могу тащить эти чемоданы! — Лили, не ной, — бросила Йеджи, не отрывая взгляда от горизонта. — Но Джии-и, — шмыгнула носом Джису. — Что? — буркнула Хван и кинула взгляд на девушку. — Не смотри на меня так! Я никак не облегчу твои страдания! — Давай ограбим ближайшую заправку, а на деньги арендуем авто? — предложила Лиа. — А потом угоним его… — О как мы заговорили! Мы что, по-твоему, Бонни и… Бонни-2? — кинула Хван. — Нет, никаких ограблений! — Тогда я умру прямо здесь! — воскликнула Джису, взмахнув руками и упав на колени. — Лиа, да помолчи ты, — раздражённо цокнула Йеджи. — Но… — Молчи, — Хван кинула испепеляющий взгляд на девушку и отвернулась. Впрочем, несмотря на строгий тон Йеджи, тишина длилась недолго. Джису вскочила на ноги и вскоре снова начала причитать: — Да какие же эти сумки тяжёлые! — Ты меня достала! Дай сюда! — не выдержала Йеджи и схватила чемодан Чхве. — Так нормально? — Нет! Тебе же тяжело! — Лиа попыталась забрать чемодан обратно, но Йеджи не дала ей этого сделать. — Ладно, я буду молчать, только не злись, — пролепетала девушка. — Отдай чемодан, тебе будет тяжело… — Всё нормально, — закатила глаза Хван и подтянула спадающий с плеча рюкзак. — Нет! — Лиа схватилась за свой чемодан и потянула на себя вместе с Йеджи, которая не удержалась на усталых слабых ногах и повалилась на Чхве, едва её удержавшую. — Ой… Прости… — Лили, — Йеджи снова тяжело вздохнула и выпрямилась. — Прости-прости-прости, — виновато потупила взгляд Джису. — Я вечно приношу тебе неприятности… — Лили, — Хван снова вздохнула и потрепал девушку по волосам. — Давай так, ты ведёшь себя как хорошая девочка всю дорогу, а в городе я куплю тебе все сладости, которые ты захочешь. Идёт? — Джи! — Лиа, встрепенувшись, кинулась к Йеджи и обняла её за шею, чуть снова не повалив. — Лиа, отстань! — Хван легонько пнула локтем девушку в живот. — Ты лучшая! — Джису чмокнула Йеджи в щёчку и отстранилась, уже более бодрой походкой идя по дороге. — Тебя так легко купить… — покачала головой Хван и сравнялась с девушкой. — Нечего было сажать меня на диету без сладостей! — Ты бы так себе не только зубы, но и здоровье в целом испортила бы. — Ну конечно, — закатила глаза Чхве. — Конечно. Странно, что тебя не раздуло ещё, — фыркнула Йеджи, а затем остановилась, услышав какой-то звон. — О, — с удивлением осознала она, что звонил её телефон. Хван опустила все сумки на землю и ответила на звонок. — Да? Это… Брат У?.. Лиа наблюдала за девушкой, пока та разговаривала, и замечала, как с каждой секундой её лицо меняется из безучастного в удивлённое. Когда же разговор был окончен, Йеджи аж побелела. — Что случилось? — заволновалась Чхве. — Нам нужно срочно ехать, — встревоженная Хван теперь и сама начала высматривать у горизонта машину. — Ну чёрт возьми! — Ты хоть объясни, что это был за звонок? — нахмурила брови Лиа, но затем резко вскинула голову, когда услышала какой-то звук, похожий на визг шин. — Что это? — Неужели машина? — не поверила их счастью Йеджи. Вскоре показалась серебристая тачка, вся блестящая на солнце и быстро приближавшаяся к девушкам. И это было так удивительно и странно одновременно, что девушки почувствовали некий дискомфорт. Каждая решила, что с этой машиной что-то не так, но упускать такую возможность было нельзя. Поэтому Хван и Чхве уже хотели попробовать остановить её, но она сама замедлила ход и остановилась рядом с ними. В спасительной тачке сидели три девушки, которые заинтересованно уставились на Йеджи и Лию. Те переглянулись и подумали, что, кажется, это была судьба. Судьба, которой они доверились, всегда куда-то вела.