В поисках мира, где тебя нет. Детективное агенство последнего дела

Хиро проснулся с неприятным осадком. Нет, это был вовсе не кошмар - просто отголосок прошлого, о котором он никогда не хотел бы вспоминать. Только-только в его жизни все наладилось и он обрел покой, без всяких сложных заданий и раздумий о том, стоит ли браться за ту или иную работу, только все стало спокойно, как прошлое начало всплывать в вот таких вот снах. Блондин посмотрел на спящего Энджи рядом и улыбнулся. Всего пару лет назад он об этом только мечтать мог, а сейчас жизнь превратилась в самую настоящую сказку. Если бы не чертовы сны. Нет, Хиро ничего не скрывал от Энджи и не обманывал его, просто это не то, о чем стоит говорить. А поскольку об этом знает только он один - ничего страшного. Пусть это станет небольшой тайной, которая со временем все-таки забудется. По крайней мере - он этого желал всей душой. Ястреб выскользнул из-под одеяла и направился в ванную. Как только дверь захлопнулась, блондин тяжело вздохнул и посмотрел на свое отражение. Из зеркала на него смотрел красивый светловолосый мужчина с легкой небритостью на лице и покрасневшими карими глазами. Хиро открыл воду и склонился над умывальником. К горлу подступила тошнота и всего через секунду его вырвало. Снова то воспоминание об отце. Снова тот котенок, который смотрит на него доверчивыми глазками и ждет ласки. Животное думает, что смогло обрести приют и теперь в его жизни все наладится. Котенку страшно, он он верит людям, которые подобрали его с улицы. Но мелкий пушистый комочек уж никак не ждет того, что через мгновение его проткнут ножом и на живую вспорют брюхо. Наверное, он даже понять ничего не успел, как умер. И его смерть стала лишь забавой для людей. по крайней мере - для одного из них. Хиро умылся и закрыл кран. Нет, все-таки он никогда не сможет забыть тот день, который стал переломным в его жизни. И этот день останется одним единственным секретом от Тодороки Энджи. Хиро никогда не признается, что собственноручно перерезал глотки своим родителям. И как только блондин вспоминает лица тех, благодаря кому он появился на свет, пульс успокаивается, а дыхание выравнивается. Теперь его больше не тошнит. Верно, все, что он питал к своей семье - это ненависть. Ничего более. Ястреб вышел из ванной и посмотрел на электронные часы у кровати. Три часа ночи. Ровно. Остается только подумать о том, стоит ли ложиться снова. Вылет запланирован на шесть утра. Но Хиро очень надеялся, что самолет задержат. Был ли вообще смысл приезжать сюда? Мидория никак не мог успокоиться. Он весь дрожал и постоянно всхлипывал. От одной только мысли о том, что Роджия хочет убить Хисаши, становилось страшно и мерзко. Но больше всего добивало то, что сам Изуку никак не сможет повлиять на ситуацию, если Кай согласится выполнить заказ. Детектив немного съежился, когда чужие объятия пропали. Стало неловко. Кому-то снова пришлось его успокаивать. - Изв... - Я не стану этого делать, - произнес Чисаки и протянул Изуку руку. - Вставай, нам тоже пора двигать отсюда. Мидория кивнул и принял чужую помощь. К машине они шли молча. Изуку смотрел под ноги и не решался поднять взгляд на Кая. А вот Чисаки был куда более спокоен, он открыл дверцу со стороны пассажирского сидения и не стал подгонять и без того поникшего детектива. Уже выехав на освещенную дорогу, Кай решился заговорить: - Успокойся. Я выбил нам немного времени для раздумий. Я не собираюсь ехать в Японию и убивать твоего отца. Мидорию передернуло от того, насколько спокойно этот человек говорит о смерти. Хотя нет, сам же был таким и ни капли не сожалел, когда стрелял в "Спасителей" или преследовал Хисаши. Просто сейчас ситуация складывается явно не в его сторону. - Я не могу понять, почему, - начал Изуку. - Когда я касался дела Хисаши и всех его преступлений, я ни разу не натыкался на этих... - А как ты мог наткнуться? Полиция не будет работать с тем, что не может доказать. Кто знает, твой батя мог и перейти как-то дорогу тем же "Тиграм". Нельзя наверняка заявлять о том, что связи нет. Мидория кивнул и с опаской посмотрел на Чисаки: - Ты уверен, что не станешь этого делать? Если дело касается твоей дочери, то ты мог бы и согласиться. Кай укоризненно посмотрел на детектива. Он остановил машину у какого-то бара и заглушил двигатель. - Пошли. Тебе нужно отдохнуть. Изуку с недоверием посмотрел на старое здание заведения и проследил за кривой походкой одного из вышедших оттуда. Только сейчас до него дошло, что Чисаки изначально направлялся именно сюда, пропустив нужный им поворот еще метров пятьсот назад. Но Кай все-таки прав в том, что Мидории нужно расслабиться. А алкоголь очень этому поможет. - Здесь довольно неплохо, когда людей поменьше. Могу посоветовать тебе заглянуть сюда в понедельник - ни одной живой души. Чисаки листал меню и рассказывал о посещаемости бара. Он решил, что нужно отвлечь Изуку от дурных мыслей и показать, что конкретно ему, Каю, детектив доверять может. Чисаки уже успел понять, что у Мидории есть много минусов, таких, как замкнутость, скрытность и этот парень абсолютно точно паникер. Но если он спокоен, то делает правильные выводы, которые хорошо отражаются на работе. - Что-нибудь выбрал? Мидория покачал головой и покосился на барную карту. Он заприметил пару коктейлей, которые и заказал в итоге. - А ты не будешь? Изуку кивнул на чашку кофе и отпил из высокого стакана. Чисаки улыбнулся: - Я же за рулем. Не люблю пьяных придурков на дороге и им не уподобляюсь. Мидория внезапно вспомнил, что Шото не особо-то и стыдился езды подвыпивший. А вот Кай совершенно другого мнения о таком. "Погодите. Зачем я вообще их сравниваю?", - Изуку отвел взгляд и начал раздумывать над тем, как бы сменить тему. - У тебя свое агенство в Риме, да? Мидория растерянно кивнул и был благодарен Чисаки именно за эту тему. Сейчас он мог рассказать куда больше обычного и отвлечься от неприятных раздумий. - В основном я работаю с полицией и помогаю со сложными преступлениями. Ну, конечно, не такими, как в Японии было пару раз, но все же. - И как? Чувствуется власть над самим законом? Изуку прыснул: - Я о таком даже не думал. Но стоит как-то поразмыслить на досуге. Чисаки посмотрел на один из пустых стаканов и перевел взгляд на Изуку. Мидория сразу же смутился и снова начал нервничать: - Эм... Ты говорил, что у Эри нет матери... Могу я узнать об этом немного? Прости, я понимаю, что данная тема задевает тебя, но это могло бы помочь. Кай помедлил. Не особо он хотел открываться перед посторонними, но Мидория все-таки помогает ему, да и сам же хотел доверия у детектива вызвать. Он отодвинул пустую чашку и начал рассказ с самого, на его взгляд, очевидного. - Как ты мог заметить, мы с ней вообще не похожи. И тут дело вовсе не в генах. Ее родители, ее родные родители, - исправился Чисаки, - были с такой же внешностью. Я сказал, что у нее нет матери, потому что она бросила Эри сразу же, как та родилась. А отец девочки не знал, что с ней делать. Поэтому я предложил усыновление. По сути - это все. - Приемный ребенок, - проговорил Изуку. - Знаешь, у нас с Шото тоже возникла идея усыновить ребенка. Мы приняли одного мальчика из детского дома. Его зовут Кота. Взгляд Кая сразу же стал мягче. Он откинулся на спинку мягкого диванчика и улыбнулся: - Скучаешь по нему, да? - Немного, - признался Мидория. - Он оказался довольно смышленым для своего возраста, а в семье у него творился самый настоящий ужас. Поэтому мы не долго думали. Чисаки сразу же стал серьезнее. Он вздохнул и оперся о стол: - Знаешь, усыновление - та еще морока в своем роде. Но от этих детей ты получаешь куда большую отдачу, нежели от своих собственных. И я уверен, что этот мальчик очень вам благодарен за то, что вы сделали. - Да, это так. А что на счет Эри? Какая она? - Какая? - Чисаки задумался. - Наверное, правильнее всего будет сказать - открытая. Мидория удивился - впервые кто-то так охарактеризовал ребенка. - Открытая? - Она всегда все мне рассказывает и смотрит только вперед, - пояснил Кай. - Да, можно описать это так. Уверен, она там просто с ума сходит от одиночества. Изуку вздохнул. Он посмотрел на недопитый коктейль, а потом резко поднялся: - Ладно. Давай вернемся. Нельзя сидеть здесь и бухать, пока ситуация так и не разрешилась. Чиски удивился такой резкой смене настроя, но не стал возражать. Сейчас он заметил, что ему нравится узнавать Изуку Мидорию все больше. Для интервью было выделено компактное помещение, наверное, одно из самых маленьких в отделении. Светлая комната вместила в себя два кресла, столик между ними и шкафчик в углу. Каминари смотрел на названия книг и отметил, что он не первый, кто дает интервью здесь в таком формате. Написать о его отце? Интересно, кто же додумался до такого? Денки снял с полки одну книгу и раскрыл ее наугад. Прочитав всего две строчки, блондин захлопнул издание и вернул его обратно. Теперь все стало предельно ясно. Вот, что хотят знать чертовы писаки. Денки был готов уйти, а уже потом лично переговорить с Тенсеем о том, что его вовсе не устраивает все происходящее, но не успел всего на какую-то минуту. Дверь открылась просто перед ним и в комнату вошла невысокая девушка с пепельными волосами. Каминари сразу же отметил, что на ней парик. - Здравствуйте, меня зовут Тору Хагакуре, - журналистка поотянула руку и расплылась в приветливой улыбке. - Очень рада встретиться с вами лично. - Каминари Денки. Можно на "ты". Блондин пожал ей руку и кивнул в сторону кресел. Он решил не вдаваться в крайности и разобраться в ситуации больше. Тору присела и сразу же положила диктофон на столик. Помимо этого, она вытащила из рюкзака блокнот и открыла его на первой страничке. Сразу понятно - девушка подготовилась. Каминари присел напротив Хагакуре и закинул ногу на ногу. Он поудобнее развалился в жестком кресле и выдавил из себя улыбку: - Так о чем конкретно ты хотела бы поговорить? - Для начала, я хотела бы поблагодарить т-тебя, - произнесла она колеблясь, - за приезд. Я хочу написать о жизни Каминари Джоширо, поэтому и решила поговорить непосредственно с его сыном. Денки кивнул и с ожиданием посмотрел на нее. Тору заметно занервничала от такого пристального взгляда и снова начала копаться в рюкзаке. "Она так нервничает, - отметил блондин. - Но, судя по тем книгам, - он покосился на шкаф, - это не первое ее интервью. О, даже вопросы подготовила". Хагакуре раскрыла тетрадь и откашлялась. Девушка пролистнула первую страничку и начала задавать свои вопросы. - Для начала, я хотела бы поговорить о ваших с Джоширо отношениях. Все мы помним судебное разбирательство, касаемое... - Одну минуту, - перебил Денки. - Давай начнем с самого начала. Каминари кивнул на тетрадь, намекая на первую страничку. Это заставило журналистку смутиться, но она все-таки вернулась обратно. - Ходят слухи, что из-за незаинтересованности Каминари Джоширо, над его сыном было совершено насилие. Кажется, тебе тогда было пять. Этот вопрос выбил Денки из колеи. Он на секунду испытал шок, но потом быстро успокоился и спокойно произнес: - Слухи - просто слухи. Это абсолютная ложь, я уверяю. Хагакуре что-то черкнула в блокноте и Каминари абсолютно не пожалел, что тоже включил диктофон перед началом интервью. Кацуки сидел в кабинете Тенсея и ждал окончания интервью Каминари. Бакуго был абсолютно не против провести время с Денки, которого не видел почти год. Это помогало отвлечься от грустного и не заваливать себя работой. Иида что-то писал и, казалось, вообще не обращал внимания на чужое присутствие. После того, как Тенсей избавился от постоянного давления отца, то жить стало куда интереснее, а работа приносила куда больше удовольствия, потому что теперь не нужно было переживать о то, что подумает его родитель. Кацуки отложил телефон и посмотрел на брюнета. Хотело поговорить, но он не знал, как начать. Поэтому Иида сделал это за него, заметив на себе пристальный взгляд: - Ты поговорил с Теньей? Бакуго сразу же отвел взгляд и заметно занервничал. Он принялся протирать экран телефона большим пальцем, продолжая смотреть куда-то в сторону. - Сегодня мы решили все обсудить. Он очень переживает из-за моего отказа. Тенья выпрямился и больше не отвлекался на бумаги: - Твое решение окончательное? - Конечно. Я не стану еще больше его обременять. Я уверен, что он все поймет, когда я ему расскажу. Кстати, сегодня в больнице был. Встретил Токоями и Даби в онкологии. Иида удивился: - Хм... Кажется, что ваша компашка снова собирается. - Немного не вовремя, - спокойно заметил Кацуки. - Но думаю, что мне нужно как-то провести время с ними. Знаешь, мне кажется, что это последний раз, когда мы сможем вот так вот просто посидеть. Потому что при следующей нашей встрече я могу лежать... - Бакуго! - Тенсей раздраженно уставился на блондина. - Кончай накручивать. Почему ты не рассматриваешь хороший исход? - Потому что его не будет. Иида не решился что-то возразить и снова опустил взгляд на бумаги: - Ты говорил со своей семьей? - Мать в шоке. Никогда ее такой не видел. Тенсей вздохнул: - Не хочешь и их увидеть? - Думаю, что они приедут... Только не знаю, когда. Кацуки говорил достаточно спокойно, пока речь не зашла о родителях. И брюнет не мог не заметить этого. - Будет неплохо познакомиться с твоей семьей. Бакуго усмехнулся и не решился произнести залезшее в голову "пока это возможно". Второй мыслью стало: "Главное, что до похорон". Но произнес он все-таки: - Ну, зато я тогда Тодороки жизнь спас. - Тебе будет полезно думать более позитивно. И я считаю, что ты должен рассказать об этом своим друзьям. Все-таки вы достаточно пережили вместе. И особенно это касается Киришимы Эйджиро. Твой бывший просто обязан узнать о случившемся. - Вот с ним я точно не готов разговаривать о таком, - отрезал Бакуго достаточно резким тоном. - Да и Денки точно ему все расскажет. - А что на счет Изуку? Кацуки цыкнул: - А вот говорить об этом тому, у кого жизнь прямо таки сложилась после нашего расставания, я точно не хочу. - Зря. Знаешь, вообще-то два твоих бывших теперь отлично ладят, как с тобой, так и между собой. Тебе не кажется, что сам заслужил хорошего отношения с их стороны? Ты выкладывался по полной, пока не случилось ужасное. Пожалуйста, не держи все в себе. Бакуго снова отвернулся: "Если бы это было так просто". - Итак, у тебя есть какие-либо предположения по поводу того, почему это именно он? Мидория лишь покачал головой в ответ на неожиданный вопрос. Он толком даже не знал Хисаши, какие тут предположения еще строить можно? Но Кай был абсолютно прав в том, что нужно найти причину, которая может стать ответом на главный вопрос: почему же "Тиграм" необходим именно Чисаки? Изуку очень сомневался в том, что Роджия хочет завербовать именно его только лишь потому, что Кай "лучший". Да и смерть заключенного уж никак не могла помочь найти Эри. - Все, что я знаю, так это то, что всеми делами Хисаши заправляет его жена. Она подала на развод и тем самым присвоила себе почти все деньги. Может, нужно как-то выйти на нее? Чисаки задумался: - Да, это могло быть вполне логично. У нас есть время до завтрашнего вечера. Сможешь? - Я постараюсь, - твердо произнес Мидория. - Но в любом случае, тебе придется звонить ему снова. - Уверен, что он ничего не сделает Эри в случае моего отказа. Скорее - продолжит свой шантаж. Изуку замолчал и обратил свое внимание к работающему телевизору. Звук был выключен, но яркая картинка не могла не привлечь к себе внимание. Девушку с экрана Мидория знал. Это была Кьека Джиро - певица, а по совместительству и бывшая одноклассница Каминари. Глядя на нее даже не верится, что Денки сейчас состоит в браке с парнем, а не с ней. Красивая, популярная, яркая - это все о Кьеке. - Знаешь, ты меня поражаешь, - произнес Изуку и снова посмотрел на Кая. Чисаки удивился этой фразе, поэтому детектив продолжил. - Ты так спокоен и рассудителен. Я бы так точно не смог. - Не говори так уверенно. Уверен, ты можешь куда больше, чем сам осознаешь. Вспомни только дело "Спасителей". Тогда тебе пришлось принимать трудные решения, которые в итоге помогли раскрыть дело. Мидория хохотнул: - Это ты нам помог. Если бы не ты, то мы бы никогда не вычислили личность преступника. А если бы не Хиро, кто знает, сколько бы времени мы потратили на его поиски и предъявление обвинения. Чисаки услышал знакомое имя и сразу же заинтересовался жизнью бывшего наставника: - Как он там, кстати? Он оставил все дела Фумикаге и уехал. С Тодороки Энджи, я прав? Мидория кивнул и пару раз моргнул от удивления: - Д-да... Но откуда ты знаешь? Кай улыбнулся, поднялся с дивана и направился в сторону кухни. Он говорил громко, чтобы Изуку мог его четко слышать: - Когда я учился у него, то замечал, что он интересуется жизнью семьи Тодороки. А когда случилось крушение - он незамедлительно бросил все свои дела и кинулся на помощь. Не думал, что они, оказывается, так близки. Мидория пришел за Каем и уселся на подоконник: - Они с детства знакомы. Хиро рассказывал об отце Шото только хорошее и всегда улыбался. Он очень ценит Энджи. - Я был удивлен, когда узнал, что такой человек умеет что-то ценить. Он без зазрений совести рушил и строил заново в свое время. Но, думаю, постоянство для него - это хорошо. - Кстати, - Мидория принял чашку кофе и с интересом посмотрел на Чисаки. - А как ты вообще стал учеником Хиро? Кай задумался, а потом оперся о кухонную тумбу и начал рассказ: - Можно сказать, что он меня спас. Семьи у меня не было, а в детском доме меня не особо воспринимали за человека. Я сбегал оттуда слишком часто, чтобы привлекать к своему отсутствию внимание. Воспитатели знали, что если я не вернусь сам, то меня вернет полиция. И вот, в один день, я стал свидетелем убийства. Мужик просто свалился передо мной замертво в одном переулке. Естественно, я тогда испугался до усрачки и убежал. Но убийца заметил свидетеля и попытался прикончить меня. Так я и познакомился с Хиро. Он отогнал от меня одного из своих парней и предложил стать его учеником. Наверное, это потому, что мы с ним немного похожи. - Похожи? - Ястреб рассказывал, что он постоянно сбегал из дома и ненавидел свою семью. За что и почему - мне неизвестно до сих пор. Но, если честно, как-то плевать. Тогда мне был девять. Мидория понимающе кивнул: - Ясно. А Токоями? - Для Фумикаге это был куда более осознанный выбор. Наверное, поэтому Ястреб доверял ему больше, хоть и знал меньше. Фумикаге это обучение нужно было для работы, а в моем случае - для жизни. Когда я решил уйти от Ястреба, то продумал все до мелочей. Не хотел чувствовать себя предателем. Из этого скомканного рассказа Изуку понял, что Кай не любитель говорить о себе, но не против открыться перед ним, Мидорией. Наверное, так Чисаки хочет показать, что ничего не скрывает, но слишком много болтать не станет. - Спасибо. Я рад, что ты доверяешь мне, - поблагодарил Изуку и поднялся. - Я попробую найти связь с женой Хисаши. Нельзя терять времени. Чисаки кивнул и не сдвинулся с места. Он продолжил пить кофе, боковым зрением наблюдая за уходящим парнем. И уже когда Изуку хотел скрыть в своей комнате, Кай неожиданно спросил: - Ты ни разу не заговорил о Тодороки Шото. Что с ним? Мидория остановился, но поворачиваться не стал. Он сглотнул и ответил заблаговременно подготовленной фразой: - Он занят своей работой. Так что говорить о нем сейчас не имеет смысла. Я хочу как можно скорее найти твою дочь. Чисаки усмехнулся, когда дверь захлопнулась. Он посмотрел на место, где ранее сидел Изуку и подошел к нему. Подоконник был теплым, и Кай почувствовал это своей ладонью. Тенья сверил время на своих часах, с временем на дисплее телефона и вздохнул. Он уже не мог находиться на это чертовом заседании и слушать весь тот бред, который тут обсуждался. А только час прошел. Хотелось поскорее уйти отсюда, встретиться с Кацуки и все нормально обсудить. Но приходилось слушать о курсе валюты, как это влияет на бесплатное образование и думать о написании отчета по "ничегонеделанию", как это называл сам Тенья. Благо, внезапное сообщение, стало отличным поводом подняться со своего места, извиниться и выйти. Это был Даби. Иида нахмурился, но поспешил прочесть написанное. "Когда пересечемся?", - Тенья изогнул бровь. Писать в ответ лишь отнимет время. Иида позвонил по номеру с которого было отправлено сообщение и со вздохом принялся слушать гудки. - Не отвлекаю? - Только не говори, что ты приехал, - с наигранной тревогой произнес Тенья. Даби так же наигранно обиделся: - А разве ты не хотел меня увидеть? - Ну зачем сразу угрожаешь? - Ладно, я серьезно. Разве Кацуки тебе ничего не сказал? Мы с ним встретились сегодня. Думаю, что можно... - Мы? - Ну, да, - Даби даже растерялся немного. - Фумикаге со мной. Обидно, что Бакуго ничего тебе не говорил. Так что по поводу нашего предложения? Иида усмехнулся и прикрыл глаза: - Ничего не имею против. У меня сейчас совещание, закончится примерно через час. Устроит любое место. Хагакуре выключила диктофон и снова натянула свою дружелюбную улыбочку: - Спасибо, что составил мне компанию на сегодня. Когда мы снова сможем встретиться и поговорить? Каминари сразу же расслабился. Каждый вопрос этой девушки заставлял его подбирать слова и даже подолгу думать над ответом. Слишком много провокаций. Тору слишком сильно лезет в душу. С ней не хотелось говорить. Но он должен был. - Когда тебе будет удобно. Мне все равно, на самом деле я приехал сюда только для этого интервью. - Тогда - завтра в два. Я буду ждать тебя здесь. Денки кивнул и заметил, насколько неаккуратно журналистка обращается со своими вещами. Хагакуре просто забросила все в рюкзак и поспешила к выходу. Но все время она довольно улыбалась. Каминари поднялся, когда девушка вышла. "Ну, надеюсь, что ее устроили мои ответы", - подумал блондин и снова подошел к шкафу. Он был уверен, что никто не расстроится, если он прихватит с собой пару работ этой журналистки. Тенсей уже начал игнорировать то, что к нему в кабинет входят без стука. Это вошло в привычку у некоторых. - Как все прошло? Кацуки с любопытством перевел взгляд на Денки. Бакуго тоже было очень интересно мнение Каминари об его интервьюере. Блондин плюхнулся на одно из свободных слульев и вздохнул: - Типичная журналистка. Но копает она глубоко. И она странная. Кацуки взял в руки одну из книг, которую притащил с собой Каминари и открыл ее. Читать долго не пришлось, чтобы понять, на какие вопросы отвечал Денки. - Тору Хагакуре, - прочитал Бакуго на корешке книги. - Интересно, ранее я о ней не слышал. - Проводит собственные расследования по поводу жизни знаменитостей, - произнес Иида. - По какой-то причине она взялась за полицейских. Хотя я не ожидал, что даже Каминари Джоширо ее заинтересует. - Только вопросы были в основном обо мне или о моих отношениях с отцом. И мне это не понравилось, - честно признался Денки. - Но я продолжу говорить ей всякую ересь, лишь бы еще больше беды не навлечь. Пусть уж лучше напишет то, что скажу я, нежели придумает какую-то чушь. Тенсей подал плечами и ни на мгновение не отвлекался от печатания: - Дело твое. Но раз уж тебе не чем заняться, то я бы хотел попросить тебя об одолжении. Помнишь, как оформляются протоколы? Каминари измученно улыбнулся: - Это не забывается. Давай, помогу тебе с этим дерьмом. Кацуки вернулся обратно к книге и решил начать читать ее с самого начала.