Случившегося не изменить, Принцесса

Июль предвкушал стать самым жарким месяцем этим летом, если судить по прогнозу погоды в телевизоре и пять выпитых бутылок воды, которые Николь влила в себя лишь за эту ночь. На улице было уже часа два, но блондинка все шуршала в огромной кровати, окончательно запутавшись в своём собственном одеяле. Сегодня уже было пятое июля, а это значит, что до тридцать первого ещё пиликать и пиликать. Тисовая Улица, где проживала ее мама, была ужасной, и как бы Аллен не любила маггловские кафе и развлечения, в этом месте она умирала от скуки. Когда она была маленькой, она помнила лишь парк, но сейчас его к сожалению превратили в огромный торговый центр, который был ни уму, ни сердцу. Наверное Николь нужно было бы быть менее эгоистичной, ведь уже столько лет она в глаза не видела свою родную мать, которая не особо горела желанием с ней связаться. Все началось с развода родителей, когда отец, решив уехать в Америку, так как ему предложили занятную должность в Министерстве, не разделил своего желания с женой — магглом и увёз свою дочку на другой конец света, тем самым разрубив пополам последние ниточки надежды на воссоединение со своей супругой. Девушка знала, что это все рано или поздно могло закончиться именно так. Ее родители были из разных миров. Отец был чистокровным волшебником, который гордился своей родословной и загребал подмышку огромное количество денег, и мать, тихая, спокойная женщина, с неприязнью относившаяся к роскоши. Иногда Николь казалось, что вышла она чисто по залёту, иначе никак связь ее родителей объяснить было невозможно. Девушка лишь ждала, когда сбежит из этого проклятого дома в фамильный замок отца в Америке и встретится с лучшими подружками в Ивельрмони. Ей тут скучно. Утро началось с дикого грохота на кухне. Очевидно, что мать что-то снова разбила. Тихо взвыв, девочка встала медленно с кровати, и тихонько шаркая розовыми тапочками, спустилась вниз. Маленькая гостиная уходила сразу же в крохотную кухоньку со стиралкой. Конечно же Аллен, не привыкшая к этому, хмуро сдвинула аккуратно выщипанные брови и сев на деревянный стульчик на кухне, уставилась на мельтешащую мать на полу и громко сказала: — Доброе утро, мама. — женщина тут же подскочила, и охнув, встала на ноги. — Доченька, ты проснулась! Как спалось? — Замечательно. Чуть не сдохла от жары. — буркнула та, лениво крутя серебряную ложку в руках. — Ну не переживай, милая. Скоро будет не так жарко и ты можешь снова гулять подолгу! — А где тут гулять, мам? Где? Мне скучно! Здесь даже нет нормальных сверстников. Про кафе я вообще молчу. — Дорогая, — мило захлопала глазами мать, — Есть же целые компании тут. Вот например напротив живет девочка по имени Грейс и ей… — Пять с половиной лет. — устало протянула Николь, — Ещё варианты? — Дадли Дурсль. Очень пухленький такой мальчик. Ох, такая чудесная семья, но вот только их племянник… как же его… Гарри, да. Он… очень странный. Замкнутый. — Мама, не забывай, что я волшебница и все чудаковатое и странное — для меня не впервой. — от этой фразы мать поёжилась и опустила глаза вниз. Ей до сих пор омерзительна эта тема. Так какого черта она связалась с отцом? — Ладно. Проехали. — пробурчала блондинка, и спрыгнув со стула, взяла в руки ярко — красное яблоко и уже хотела подняться наверх, как вдруг раздался голос мамы: — Доченька, тебе кто-то звонил вечером, перед тем, как ты пришла. Какой-то Роберт тебя спрашивал. Ты его знаешь? — черт подери. По коже пробежал холодок, и девушка, сглотнув нервный комок в горле, медленно повернулась и тихо, почти что беззвучно, сказала: — Да так, дальний знакомый. Ничего такого. У нас общий друг. — мать вроде как поверила, и Николь, взбежав по лестнице наверх в свою комнату, громко хлопнула дверью, и тяжело дыша, села на пол. Матери лучше не знать кто этот Роберт. Лучше вообще никому не знать. Быстро переодевшись, девушка, не желая ни секунды оставаться с матерью наедине, выбежала во двор и направилась вдоль пешеходного перехода. Тисовая Улица напоминала ей какую-то маггловскую мыльную оперу, и казалось, что сейчас выбежит какой-нибудь смазливый паренёк с криком: «Андреа, я люблю тебя!» Быстро шагая по слегка искалеченному тротуару, Николь вдруг добралась до детской площадки, где никого не было из детей. Уж толстоватого парня и какого-то очкарика было сложно назвать «детьми». — Че такой кислый? А? — проблеял мерзким голосом толстозадый, и подойдя поближе, Аллен увидела за огромной спиной толстяка ещё двух паренеков, гогочущих, словно трусливые куры. Неожиданно застыв, блондинка выгнула одну бровь, и косо усмехнувшись, поняла, что перед ней те самые «пухлый Дадли» и «странный Гарри». На миг ей стало даже его жаль, ведь было видно, что брюнет совершенно безобиден. Вдруг Дадли, нехило ударив его по плечу, заставил мальчика упасть с качель на спину. Глухо застонав, Гарри злобно посмотрел на жирного, отчего тот почему-то побледнел, и встав, отряхнул грязь со штанов. Неожиданно на глаза Николь попалась интересная вещица, лежавшая под качелями. Это была волшебная палочка. Неужто этот хилый является волшебником? Да, теперь неудивительно почему его считают «странным». Пронёсся ещё один тупой гогот ребят и те, что-то довольно пробурчав, покинули площадку. Дождавшись их ухода, Аллен подошла к Гарри, и хмыкнув, сказала: — Ну привет. — П-привет… Мне надо идти. Пока. — потупил взгляд тот и быстро зашагал от девчонки прочь. — Стой, придурок, ты забыл… — но парня уже и след простыл, — Волшебную палочку. — взяв ее в руки, блондинка вздохнула и поплелась обратно домой для одной единственной цели — узнать у матери дом этой семейки. — Мама! — вбежала девушка в дом, громко закричав и совершенно позабыв о «приличии», — Мама, ты где? — Да, милая? — женщина спустилась вниз по лестнице, слащаво улыбнулась. — Где живут те Дурсли? — Ой, а ты… — Мама, без лишних вопросов. Где они живут? В каком доме? — дождавшись тихого ответа, Николь, взмахнув своей шевелюрой пустилась прочь из гостиной, параллельно чуть не снеся странную вазочку на маленьком столике. Если на этой улице живет волшебник, то она обязана с ним познакомиться. Остановившись у нужного домишки, девушка зашагала по каменной дорожке и постучала уверенно в дверь, почти не колеблясь. Дом был похож на какую-то локацию в маггловской рекламе. Все в цветочках, гномиках, деревьях. Аж тошно, ей богу. Вдруг послышались тяжёлые и ленивые шаги, и белая дверь, со скрипом отворившись, открыла перед Аллен вид на огромного битюга, который, завидев девчонку, выпрямился и расплылся в тупой улыбке. Николь понимала, что она красива, а особенно в этих шортах, но она совершенно не ожидала, что это может вызвать такую идиотскую улыбочку. — Ты ко мне, детка? — прокряхтел невнятно тот, и Аллен поморщилась. Если хочешь клеить девчонок — поработай с дикцией для начала. — Дадличек, кто там? — раздался писклявый женский голос, который наверное принадлежал его матери, и к дверному проему подошла женщина, похожая на лошадь. Мерлин, что это за цирк уродов? — Девушка, вы к Дадличке? — нервно затрепетала та, и парень покраснел, словно помидор. — Нет, я к Гарри. — глаза обоих сразу померкли, и перед тем, как увидеть перед носом закрытую дверь, блондинка протараторила, — Мне ему надо кое-что вернуть. Пожалуйста. — Ладно. — скрипя зубами ответила женщина, — Гарри, к тебе пришли! — все ещё не заходя в дом, девушка вздохнув, спрятала за спиной палочку. На лестнице послышались громкие шаги и звонкий, но приятный голос, раздался за спиной у Дадли: — Кто пришёл? — расступившись, его родственники качнули на неё головой и сердце Поттера ушло в пятки. Перед ним стояла та самая девчонка. Он не успел ее разглядеть в подробностях, но сейчас мальчик увидел по-настоящему красивую девушку, с длинными светлыми локонами, огромными серовато — голубыми глазами и какой-то слишком хитрой улыбкой. — Эм… привет? — Привет, потеряшка. Ты забыл. — вручив ему палочку, девочка обворожительно улыбнулась, и развернувшись, ушла прочь. Николь знала, что Гарри пойдёт за ней, так как догадается, что она тоже волшебница. По крайней мере, она на это надеялась. Удаляясь медленно от дома, Аллен вдруг услышала топот сзади и, довольно хмыкнув, повернула голову к мальчику, как ни в чем не бывало. — Стой, я… я… — Ты? — У меня будет странный вопрос. Не пойми неправильно, но… ты тоже? — на последнем слове зеленоглазый понизил голос. — Я кто? Красотка, богиня, волшебница? — Так это правда?! — радостно воскликнул тот, широко улыбнувшись. — Тихо, не ори. — махнула рукой на него та, — Как видишь. — Но… я ни разу не видел тебя в Хогвартсе. — Потому что я из Америки. У нас своя школа. — пояснила девушка и Гарри, понимающе кивнул. — Что ж. Я рада, что у меня появился друг. Друзья же? — Да. — улыбнулся ласково брюнет. — Вот и замечательно. Будем вместе тусить. — ухмыльнулась Аллен, пожав пареньку руку. Гарри развалился на кровати, блаженно улыбаясь и вспоминая их знакомство. Он проводил девочку до дома, они посмеялись, поболтали и разошлись. Мальчишке было радостно осознавать, что в его жизни появился ещё один друг. Да, у него есть Рон и Гермиона, но будучи у Дурслей, Поттер всегда чувствовал себя одиноким и в какой-то степени разбитым. Вечные подколки, косые взгляды и хамство изводили, знаете ли. Впрочем, привыкнув к такому отношению с самого детства, Гарри особо не обращал на это внимание. Если конечно не считать тот случай с тетушкой и Дадли. Ему казалось, что если бы не то письмо из Хогвартса, если бы не Дамблдор и все эти приключения, которые он пережил за последние три года, мальчишка бы до сих жил в чулане под лестницей. Гарри скучал по своим друзьям, по приключениям. Ему на миг стало даже интересно, что будет дальше. Каким будет четвёртый курс? Что за приключения его ждут? Вдруг он вспомнил о Сириусе. О его добром и милом Сириусе Блэке, которого он полюбил всем своим сердцем. Поттер бы отдал все, чтобы жить с ним. Абсолютно все, лишь бы не проживать с этими идиотскими Дурслями. — Поттер! — прогремел голос Дяди Вернона за дверью, — Вырубай свет, ещё не хватало, чтобы я доплачивал из-за тебя! — стукнув по стене, мужчина громко и тяжело топая, ушёл спать. Вырубив свет, мальчишка укрылся одеялом, снял очки и наконец таки соприкоснувшись с подушкой, почувствовал, как его, под грузом сонного состояния, потянуло в долгожданное царство Морфея, как вдруг, в окно что-то попало. Гарри, немного напугавшись, встрепенулся, и быстро напялив очки, поднялся с кровати. Никого не было. Расстроенно вздохнув, Поттер хотел было лечь обратно, как в окно что-то опять прилетело. На этот раз вскочив, парень подошел к окну и прищурившись, увидел ее. Завидев мальчишку, девчонка помахала ему и огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никого нет. Открыв медленно окно, Гарри, наклонился и тихо спросил: — Что ты тут делаешь? — Мух ловлю, — саркастически ухмыльнулась та, — За тобой пришла. Пойдём! — Куда? — Развлекаться. Гарри, пойдём, пока нас не застукали. — Поттер, колеблясь, нервно оглядел все выходы. Единственный вариант — это само окно, иначе если его застанут у двери, то прощай свобода. Оперевшись на подоконник, брюнет встал на него ногами и с горем пополам, больно плюхнулся в кусты, глухо застонав. — Принцесса, ты живая? — засмеялась Николь, протянув ему руку. Тихо рыкнув, Поттер встал на ноги, отряхнулся и окинув неугомонную барышню сонным и недовольным взглядом, спросил: — Ну и куда мы? — В метро. А дальше, как пойдёт. — ответила загадочно Аллен и ребята сбежали с Тисовой улицы, сверкая пятками. Невзирая на то, что была ночь, юноша с девушкой еле вышли из вагона, так как огромное количество людей заполняло все пространство. На улице было гораздо холоднее, нежели в метро и Гарри, резко поёжившись, потёр ладонями свои руки. — Ты мне так и не ответила. — Насчёт чего? — повернула голову к нему довольная Николь. — Куда мы идём? — спросил ее настойчиво тот. — Развлекаться, очкарик, развлекаться. Признаться, я никогда не была именно здесь. Этим летом. — Почему? — Не доводилось. Компании не было. — хмыкнула та, как вдруг перед ее взором образовался небольшой клуб, насквозь пропахший дешёвым табаком и едким спиртным, — Ходил по клубам? — Что?! — не понял Поттер, но та лишь проигнорировав, схватила его за руку и потащила во внутрь. Громкая и режущая уши музыка, доносилась отовсюду, когда как люди, опьяненные алкоголем и ритмом песни, плясали, размахивая со всей мочи руками. Разноцветные блики, падали на темный паркет и мальчишка, прищурившись, прикрыл рукой глаза. — Ты уверена, что нам именно сюда? — заорал во все горло тот, пытаясь перекрикнуть верещащую рок — певицу. — Да! — завопила Аллен, потащив смущенного Гарри в центр танцпола, — Расслабься, парень, это просто танцы! Взмахнув белокурой шевелюрой, девушка вскинула руки вверх, начала подпрыгивая, танцевать под ритм. Парень, очевидно не привыкший к такому виду «развлечений», стоял в полнейшем ступоре, совершенно не понимая, что он тут делает. Потянув его за майку, девчонка заставила Поттера сделать шаг вперёд и вскоре, постепенно войдя во вкус, брюнет, стал легонько пританцовывать, а вскоре и вовсе плясать по-настоящему, совершенно позабыв о раннем смущении. Смех подростков доносился наравне с музыкой, пока Поттер кружил Николь в танце. Развернувшись, словно юла, девушка, повернулась к раскрасневшемуся и возбужденному от плясок Гарри, подняла на него взгляд и вдруг застыла. На его лбу горел шрам в виде молнии. — Так ты Гарри Поттер?!