Что, если однажды я исчезну?

      Жизнь молодого альфы протекала как нельзя лучше. Много близких друзей и знакомых, отличные родители, жаль правда, что те живут в Японии, хорошая работа и заработок. Если быть точнее, то свой бизнес и достаточно успешный, альфа прошёл самостоятельно все преграды несколько лет назад и сейчас построил себе успешную карьеру. У альфы был свой дом, несколько автомобилей, имущество за границей, о количестве шмоток, обуви и различных аксессуаров вообще стоит промолчать. Ну, кажется, что всё у парня есть, но вот... впрочем, это не так важно сейчас.       Чон Чонгук, 25 лет. Родился и проживал в Южной Корее. В школе был хорошистом, скорее даже среднестатистическим учеником, что прикладывал усилия, но не по максимуму. Зато вот уже в университете альфа стал отличником, но на самого парня это не повлияло никак, ведь он всё так же бегал с друзьями по дискотекам, любил зажимать, лапать и целовать омег, курил и выпивал.       Со временем Чонгук начал больше вливаться в работу, как-то забивать на омег и тусовки и реже видеться с друзьями. Тело альфы было украшено татуировками, руки, грудь, спина, бедра. Чонгук придавал каждой картинке особое значение и любил время от времени смотреть на себя в зеркало, разглядывая собственное тело. — Омегам то нравится, только вот... И так продолжалось весь последний год. Работа - дом, дом - работа, пока друзья чуть ли за шиворот не начали таскать парня с собой по барам и тусовкам. Смеялись даже между собой, что сейчас у Чона никого нет, но он постоянно ищет кого-то, хотя кажется было бессмысленно искать. И вот очередная пьянка и альфа валится на кровать, разрывая на себе рубашку, оголяя накаченное и слишком соблазнительное тело, где явно не хватало омежьих меток. — Если в этом месяце я не пересплю хоть с кем-то, то снимаю шлюху. Решено! — рычит сам себе под нос и плетётся в душ.       Помимо работы Чонгук пару раз в неделю ходил в зал, он следил за своим телом, не преследуя никакой цели. С омегами у альфы всё было отлично, знакомство, флирт, свидания, все давалось легко, однако в постели до дела не доходило никогда. В случае Чонгука это "никогда", означало вообще никогда. То ли те не слишком привлекали, то ли планка альфы выросла до небес. Иногда Чонгука посещали мысли, а вдруг он по альфам, но эта идея сама по себе уходила прочь, когда в клубе у стены парень целовал омегу и уже готов был его взять, но... — Извини, я не могу... — Щебетал тихо симпатичный омега. — Не могу? — Мальчик мялся, пытался оправдаться, а потом и вовсе убегал. И так было каждый раз. Сколько раз он ходил в эти клубы, элитные, самые обычные и даже с самими лучшими стриптизерами в Корее, но всё так же парню не перепадало никогда. Звучит абсурдно, ведь Чон выглядел, как альфа, которому бы дал даже самый натуральный альфа в мире.       В один из вечеров, когда срок длинною в месяц подходил к концу, альфа с друзьями завалился в клуб. Компания сняла vip-стол, прямо напротив сцены по центру. — Чонгук, может тебе сегодня перепадет? — язвят друзья и ржут. а Гук уже привык к этому и даже внимания не обращал. Четвертый бокал коньяка опустошается альфой, а на сцене начинается шоу. В самый центр выходит мальчик, которого представляют, как Юнги. Худенький весь, маленький, но красивый и притягательный. Альфы, что были постарше раза так в два-три, все рты пооткрывали и сидели пускали слюни на это симпатичное молодое тело, да деньги, не жалея, на сцену бросали, потому что до омеги было не дотянуться. Однако, иногда Юнги подходил к краю сцены, подставлял своё тело и крутился возле них без всякой скромности, а потом снова убегал подальше, раздразнивая аудиторию. За Юном вышли ещё несколько омег, демонстрируя шикарный стриптиз. А Чонгук просто наблюдает за ними и стучит пальцем по бокалу в ритм музыке. — Джун, тебя я смотрю этот мальчик зацепил? — усмехается, ведь друг не отводит глаз от омеги в самом центре и поедает его взглядом. — Брат... не то слово. Я смотрю на него и понимаю одно. Это моё... — Друзья переглядываются, слыша от Намджуна такое впервые, а альфа облизывается, опрокидывает коньяк и двигается в сторону сцене. Не секрет, что каждого из выступающих омег можно было снять на ночь, поэтому сегодняшней ночью Юнги точно будет под Джуном, а что будет дальше, пока тайна для всех.       Чонгук же остался в окружении Хосока и Джина, что продолжали сидеть за столом. Молодые симпатичные официанты подавали дорогой алкоголь и сигары, вертя попками в коротких юбочках под носами альф. Но резко свет переключается, что привлекает внимание зала и после Юнги на сцену выходит следующий омега, не менее шикарный мальчик по имени Чимин, что сразу привлёк внимание и заворожил всех своим телом и пластикой. Этот малыш был слегка крупноват для омеги, потому что тельце было слегка подкаченным, но это совершенно не мешало омеге привлечь внимание зала, заставив альф открывать рты. — Парни, как думаете, у меня есть шансы с ним? — Хосок поправляет рубашку и кашляет в кулак. — Кажется я нервничаю. — Не дрейфь, брат. Ты сможешь покорить эту рыжую вершину. — Говорит Чон, а Хо глубоко вдыхает, поправляет волосы и уходит в направлении, в каком недавно ушёл Намджун. — Чонгук, ну что? Тебе то ещё никто не приглянулся? — Джин обратился к парню. Альфы остались за столом вдвоём. — Месяц подошел к концу и пора.. Разговор прерывает объявление о выходе на сцену ещё одной омеги. — Поприветствуйте нового танцора нашего клуба заездом из самой Японии! — Кричит ведущий, который, как выяснилось, был тут, по залу летят аплодисменты и свист. — Мальчик, покоривший вершину ночной жизни Бангкока и Токио, теперь задержится и в Сеуле! — весь зал начинает еще громче хлопать, свистеть, гудеть и мычать, но перед самым выходом над залом нависает тишина. Эту тишину в ту же секунду прерывает негромкая музыка, а на сцену опускается розовый свет и выходит тот, кого все ждали.        Лицо мальчика было закрыто вуалью, тело стройное, изворотливое и гибкое. Омега идёт по краю сцены, оглядывая хищные взгляды альф сквозь вуаль. Он водит тонкими, по-красивому бледными руками в чёрных кружевных перчатках по воздуху, словно по облакам, а его блестящие, вишневые волосы были рассыпаны на лбу и щеках, слегка завиваясь на концах. На омеге были чёрные туфли на высоком каблуке, блестящий, но не откровенный костюм, состоящий из штанов, тонкой блузки и кофты сверху.       Омега подходит к шесту, обхватывает его ручками и закидывает ногу почти над головой, замерев в этой позе. Музыка начинает играть громче, становится быстрее, по краям сцены взрываются фонтаны фейерверков, а свет меняет свой цвет, мелькая из стороны в сторону. С мальчика соскальзывает шелковая чёрная кофточка, оголяя острые плечики и падает на пол, танцор поднимает голову и стреляет глазками в сторону публики. После короткой паузы, под музыку омега начинает крутиться, летая по шесту и изгибаясь. — Слов нет... — Выдавливает из себя Чонгук, а Джин с улыбкой смотрит на друга. — Нравится? — Безумно. — Тут же отвечает Чон, а ведь мальчик ещё даже лица не показал и тело тоже. Он всё ещё не снимал с себя ничего, кроме прозрачной кофточки.        По левую и правую сторону сцены краем глаза можно было увидеть других мальчиков-танцоров, что со стороны наблюдали за омегой. Чонгук подумал, что они смотрели с капелькой злости и зависти. В отличие от всех, этот омега танцевал совершенно один. Когда время танца подходит к финалу, мальчик растягивается в шпагате, соскальзывает по шесту сверху вниз и задерживается в позе вниз головой, в этот момент вуаль соскальзывает, позволяя зрителям разглядеть лицо прекрасного танцора. Блестящие алые губы, большие глаза, длинные чёрные, как уголь, ресницы, он влюбляет в себя и завораживает с одного короткого взгляда. Омега был безумно красивым и это было неоспоримо. Альфы загудели, замычали, на сцену повалились банкноты самых крупных номиналов и даже цветы. Но выступление закончилось, мальчик подошел к краю сцены, оглядел зал и встретился случайным, коротким взглядом с Чонгуком. Затем быстро отвёл взгляд и поклонился, поднял свою кофточку с пола и поклонился вновь, сказав на японском языке: "Всем спасибо и хорошего вечера!"       Музыка переключилась на спокойную сразу, как исчез омега, по залу пустили свет и все словно пришли в себя после гипноза. У Чона в горле пересыхает, руки в кулаки сжимаются и сердце бешено бьётся. — Он мой. — Обращается к Джину. — Где этот мальчик, что сейчас танцевал? Я могу его снять? Сколько он стоит? — Альфа обращается к своему другу, который по совместительству был директором данного клуба. — Нет, Чонгук. К сожалению, он недоступен. — Чонгук рычит, бьёт по столу и идёт за сцену. — Эй, Гук! Ты куда пошёл?! — Кричит вслед парню Джин, что смотрел на уходящую спину.

***

У Чонгука, Хосока и Джуна были vip-пропуска за кулисы, в своё время Джин сделал их друзьям. Такие пропуска были у всех богатых или влиятельных альф и вот сейчас, таких как Чонгук, за сценой столпилась уйма людей. Чонгук подозревал, что Хо и Намджун трутся где-то в этой же толпе, но их не было видно.

***

      Толпа слилась за кулисами в одну кучу, все кричали, что-то требовали. Вышли двое парней из охраны разгонять толпу. — Его снять нельзя. Уходите все! Сейчас будут другие омеги выступать. — Прорычал один из охранников, в ответ на их слова недовольные альфы начали возникать, показывая свои недовольства, и охране ничего не осталось, как выставлять всех силой.       На какой-то миг, взгляду Чонгука стала доступна гримёрка, что была подсвечена красным цветом вдали коридора. На двери была табличка, с выгравированной надписью, скорее всего это было имя омеги, но этого было не видно. — Господин Чон, администрация не подпускает к нему никого в том числе и вас. Не заставляйте принимать силу. — Альфу хорошо знали в этом клубе, он был на хорошем счету из-за дружбы с хозяином и сейчас только поэтому не вытолкали силой с остальными. Чонгук кивает и сам отходит в сторону, направляясь как раз к главному среди охраны парню, что распоряжался тут всем. — С каких пор у вас нельзя снимать всех мальчиков? Он ведь... Он.. — Чонгук мямлит, не в силах подобрать слов. — Таких и даже подобных я ещё не встречал. — Говорит Чон и всё смотрит на ту гримерку, изучает её, но делает все незаметно даже для собеседника. Больше информации. Ему нужно больше. — За него такие пачки денег предлагают, с чего вдруг отказываться? — Чонгук смотрит на знакомого, а тот смотрит на толпу диких альф, что кажется готовы всё состояние переписать ради омеги. — Если взять все деньги и пустить к нему альф, то от мальчика не останется ничего, к тому же его услуги особые. Он не шлюха, как привык тут думать каждый с набитым карманом. Омега ещё юн и думает над контрактом, так что прикрой рот и приходи в другой раз посмотреть, он будет тут через неделю. Мне сказано не пускать никого, я это и делаю. — Чонгук быстрым шагом уходит из клуба, вдыхая холодный воздух. — Такого со мной ещё не было. — Говорит себе под нос и обходит клуб, направляясь к чёрному входу, ведь машина стоит там на парковке для персонала. Снова Джин постарался для друзей, чтобы у тех всегда было, где оставить автомобиль. — Блять. — Не перестает материться и рычать альфа, метаясь, как зверь в клетке, из стороны в сторону.       Омега после выступления возвращается в гримёрку, переодевается в платье, смывает макияж, собирает свою сумку и накидывает на себя пальто. Мальчик идёт на выход, он решил не задерживаться, дожидаясь конца всех выступлений, и сразу поехать к дому. Двое альф, что были поставлены в качестве сопровождения, идут следом. — Мы отвезем тебя. Ничего не забыл? — Я всё взял, не нужно тянуть время, поехали. — Разговор шёл на английском языке, Чонгук повернул голову на звук и увидел у двери чёрного выхода омегу и двое парней из охраны. Мальчик был в маске, очках и длинном чёрном пальто. Гук глотает ком в горле и решает действовать, хотя он знает, что его за любую попытку разговора откинут, а за любую попытку сближения убьют. — Извини, я ничего плохого не желаю, просто хочу сказать, что выступление было отличным. И до следующей пятницы. — Альфа стоит между двух громил, что не так сильно уж и отличались от него самого. Чон выдаёт продуманную речь и улыбается омеге, что всё же поднял на него глаза, а затем идёт к своей машине и улыбается. Он даже не пытался притронуться к омежке или обойти тех альф, всё же он не самоубийца, а за этого волшебного мальчика, он ещё успеет побороться.        Омега подходит ближе к одному из охранников и что-то шепчет на ухо. Альфа кивает и идёт к Чонгуку, что уже успел открыть и сесть в свою машину. — Он просит передать спасибо. — Говорит негромко секьюрити, а когда Чон поднимает глаза, ища мальчика, видит, что тот уже скрылся в машине. — Какой хороший мальчик. — Улыбается и говорит сам себе.