Синий Копейщик Ветра

      Лансер привык ко многому — жизнь с Учителем была полна неожиданных поворотов, новых знаний и сражений с существами Земли Теней. Так что излишне шокироваться или обдумывать некоторые события он не любил. Плюс, чудеса, продемонстрированные магией и рунами, очень быстро уничтожают веру в невозможное. Да что уж там говорить — Кухулин и сам способен творить такие чудеса, хоть и не на уровне Скатах, которая в этом деле уже неизвестно сколько времени. Поэтому при чтении о «Проявлениях», Лансер изредка изгибал бровь и усмехался — большую часть можно повторить и при помощи рун, хотя и исполнение будет хромать и эффект может немного отличаться. Всё-таки магия — не игрушка, которая слепо повинуется приказам мага. Хотя нет — рунная повинуется и очень охотно, воспринимая написанное буквально. К примеру, колдун думал, что написал рунами «местонахождение ближайшей девственницы для ритуала по призыву демона». Однако он допустил пару ошибок и Мир воспринял их немного по-другому: «Хочу быть девственницей в окружении демонов». Так что рунная магия — это наука точная, кропотливая и не терпящая никаких, даже самых маленьких, ошибок. Поэтому участь любого мага — идти со Смертью под руку, стараясь не разозлить её.       К чему это? А к тому, что Кухулин изучал в сети о «Проявлениях», сидя в кресле в номере отеля, который находился в… Не очень благополучном районе, если можно так выразиться. Зато дёшево и нет лишних вопросов к алоглазому синеволосому мужчине. А от бандитов и прочих Лансер отобьётся — всё-таки его обучала лучшая копейщик в мире! И неважно, что методы были нечеловечны — эпоха была такая — без испытаний и хождения по краю на тренировках в настоящих битвах тебя бы быстро уничтожили.       «Проявление»… Копейщик даже повторил это слово, пробуя на вкус. Кратко — уникальная способность людей с открытой Аурой, которая, формально, уникальна и создаётся характером, мировоззрением и убеждениями человека. И так обладающие невероятной силой (со стороны местных) люди превращались в машины разрушений с уникальными способностями. Кто-то создавал и управлял стихиями, кто-то мог летать, а некоторые и вовсе управлять причинно-следственной связью — но на довольно примитивном уровне, в отличие от Гэй Болга. И, когда глаза Лансера поймали статью об открытии Ауры у питомцев… Он ужаснулся. Если его копьё, способное жаждать крови, этот Мир посчитает живым и какой-то глупец решит «помочь» открыть тому Ауру… Кухулин такого сразу же отправит в лечебницу или заколет для надёжности. Однако самому обрести такие возможности… Хоть упоение силой и хвастовство ею раздражало и выводило из себя Кухулина, но получить Проявление и стать сильнее… Почему нет? Неизвестно, что вообще водится в этом мире и как здесь вообще всё работает. Может, где-то в диких местах живут себе преспокойно местные версии Арчера и в ус не дуют. А встречаться с тем, кого можно описать словом «ЭГО»… Ну, несмотря на возраст, Лансер не выжил из ума. И, честно говоря, свои шансы в бою против «Короля Героев» он видел на уровне «Выжить бы». И поэтому приобретение новой силы не казалось ему чем-то странным.       Впрочем, как бы не сложилось впечатление Кухулина об Охотниках, недооценивать владельцев Проявления не стоит — оно открывается либо в ходе тяжелейших тренировок, либо в стрессовых ситуациях, которые, если судить по Миру — приближаются к его сражению против целой армии в одиночку. Да и опытные пользователи Ауры тут являются чуть ли не оружием массового поражения против Гримм и не только. Однако, честно говоря, Кухулин сомневался в их прочности против магии. Всё-таки физическое и праховое сопротивления это немного не то, что нужно против магии. «Как хорошо, что здесь нет Седого, а то неизвестно, чтобы он натворил», — пронеслась мысль в голове Лансера, когда тот поднялся с кресла. Время было уже позднее (если смотреть по луне, которая тут разбитая, около полуночи), поэтому мужчине ничего не мешало покинуть стены города и за его пределами проверить свои навыки и снаряжение, а также магию, дабы при встрече с врагом не оказаться перед ним с голым задом. Да и на местный бич — Гримм — стоило посмотреть — на повадки, тактики и силу. Может, всё-таки, этот мир — какая-то странная версия Эпохи Богов?

***

      Меры безопасности, связанные с въездом и выездом из города, серьёзны — всё-таки впустить Гримм по воздуху или по земле туда, где полно людей, чревато, но я проскользнул мимо всего наставленного (и камер тоже — хотя довольно муторно) и оказался за городом. Конечно, прямо рядом с местной академией, есть довольно свободный выход к Гримм и густому лесу, но я не решился там идти. Ещё непонятно, что там за хрень обитает! И я не про лес! Хоть мы и поболтали с командой «Старк» не очень много, мне удалось понять — в «Маяке» обитают довольно эксцентричные и неуравновешенные преподаватели и студенты. А драки мне не нужны! Без причин, по крайней мере…       И вот, я стою в окружении стаи Беовульфов (больших таких собачек, которые по-одному НИКОГДА не ходят). Всё как и было написано — чёрные, с белыми масками и костяными вставками, красными глазами, которые светятся. Страшные, неприятные, ещё и рычат — неудивительно, что простой народ боится их как огня. А мне ещё и противно — я ощущаю пустоту, словно в них нет того, что делает живого — живым, словно… Куклы или роботы, нет, даже роботы или куклы не могут иметь такую энергетику — пресловутый Искин и любимая игрушка (по крайней мере, я предполагаю), а здесь… Словно какие-то гвозди, которые вобьют и забудут. Пустые оболочки, которыми движет простая ненависть и голод. Это даже не животные — это нечто другое, даже не порождения Земли Теней — противней. А когда маг моего уровня начинает чувствовать такое… Это точно работа существа, равного или чуть ниже Бога. Вот это меня и несколько пугает — если эта дрянь — порождение Бога… Или просто вышедший из-под контроля эксперимент… Всё равно — ужасно. Да уж — Мир Людей жесток, что здесь, что там.       А пока я оценивал обстановку и готовился встретиться с угрозой, эти твари принюхались и… Осторожно, словно боясь меня, двигались вокруг, даже несмотря на отрицательную эмоцию — презрение. Презрение к ним, их создателю, их целям. Казалось, что их что-то пугает во мне настолько, что даже жгучая ненависть неспособна их толкнуть на атаку. И если подумать, то варианта два — мой «животный» запах либо кровь бога. Но мне плевать, потому что щадить этих… Существ я не намерен — само их существование неестественно и мерзко как с обычной, так и с магической точки зрения. — Давно я не дрался голыми руками, — произнёс я, разминая плечевой сустав, — Ну, покажите мне вашу гордость, или вы лишь мерзкие отродья, порождённые таким же мерзким отродьем?!       Честно говоря… Бой не впечатлил. Они просто… Просто нападали! Толпой, без тактики, без животных инстинктов, с ненавистью в глазах. А такие враги… Даже не враги, поэтому они быстро закончились, сломавшись об мои кулаки и колени. Духи, их хватало на один удар! А потом они просто испарялись, не оставляя охотничьих трофеев! Обидно, что мерзость даже не может выступить в качестве хорошей коллекции… И в стычке я понял ещё кое-что — я их чую. Не как маг, а как обычно — по запаху. Они пахнут словно… Словно… Не могу объяснить, но мой нос улавливает их. Странно, очень странно… И подозрительно…       Скажу так — даже слабейшему Слуге будет по силам стереть в порошок хоть тысячи таких тварей, но против Охотников, пользователей Ауры и простого народа — довольно эффективное оружие. Да — оружие. Бездушные, пустые твари и одноразовые, если судить по статистике об убитых Гримм. Как ракеты или пули — всего лишь боеприпас, на который жалко тратить талант или время оружейника и клепают много… На станках (Хотя и оружие для солдат по такой же методике делается — неудивительно, что у Охотников своё оружие — вложенная душа и труд заставляют оружие петь в руках хозяина). Если так судить и поставить мою версию как основную, то у этих вещей есть места, где они выходят на свет. Найти и сжечь — нет проблем. Но беда в том, что неизвестно, куда идти с огнём наперевес…       Теперь настало время проверить следующую часть — своё снаряжение… Которое состоит из Гэй Болга и усиленного рунами трико. Впрочем, я уже подумываю укрепить его металлом, а также приобрести местное оружие — махать копьём, раны от которого заживают очень долго, в тренировочном бою или против каких-нибудь маленьких глупых ворон (не виноват, что Кроу пахнет именно этой птицей)… Минимум будет очень глупо, потому что такой бой заставит слечь с ранами даже сильного Охотника на очень долгое время. А говорить про жажду крови, сильную настолько, что способна нехило повлиять на психику (Особенно при долгой битве — как тогда)… Честно — я не хочу такого. Поэтому против людей — местные аналоги (однако только при тренировках и соревнованиях, а не в реальном бою — там я уже буду бить серьёзно), а против Гримм — Гэй Болг. Вот они не заслуживают милосердия или равного отношения.       Планы только эти хрупки — не призову снаряжение — придётся драться только местным оружием. Однако мои опасения не подтвердились — в моей руке лежало такое родное мне копьё, а на теле было синее, укреплённое рунами, трико. Взмахнув пару раз, я удостоверился, что Гэй Болг не изменился, а пробитое дерево укрепило эту веру. — Ну-с, сейчас проверим — не растерял ли я навыки, пока перемещался оттуда сюда, — насмешливо произнёс я, закидывая копьё на правое плечо. Из леса на меня ползла змея — Тайджитсу, если память мне не изменяет. Двуглавая, с повадками настоящей змеи — опасный противник, способный на быстрые броски, укусы и, скорей всего, на яд. Если Охотник не испытывал его на себе, не факт, что его нет.       Удар, быстрый настолько, что змея не успела ничего сделать, лишил её глаза. Затем второго, затем глаз второй головы. Два режущих удара подряд оборвали жизнь Гримм. Слишком быстро, слишком легко, слишком… Обыденно, я бы сказал. Да, если изо дня в день истреблять этих тварей, работа Охотника превращается в унылую серую рутину, а сказки про героев рассыпаются в прах, про величие и так далее. Впрочем, ничего удивительно — легенды на деле часто оказываются не тем, чем являются. Хотя, если бы пареньку сказали, что этим он спасает людей — он бы с улыбкой до ушей вырезал бы Гримм и когда-нибудь смог бы их истребить — в упёртости ему не занимать.       Теперь настало время проверить руны — если работают, то они дадут мне огромное преимущество, если нет — то и ладно. Простая руна — «Ансуз», поджигает… Довольно иронично, что первая руна в этом мире будет та, которая в другом была последней. Кхм, так вот — Ансуз создаёт пламя, неконтролируемое, способное спалить гигантские площади, поэтому вокруг я разместил руны, создающие воду. Не сработает — значит и не надо, сработает — потушат огонь. Да, их надо чертить материалом, который хорошо проводит прану, магическую энергию — называйте как хотите, однако для чистого эксперимента подойдёт и простое начертание на земле. Аккуратно и точно, однако быстро, начертав символы, я активировал их. Произошло то, чего я не ожидал — руны вспыхнули и извергли из себя стихии, произведя пар. Вот только если на родине они имели под собой Фундамент — Мир принимал их, потому что они были в нём, то тут… Либо что-то резонирует, либо они вписаны в Фундамент кем-то или чем-то давным-давно. Забытое, но работающее искусство… Это значит, когда-то в этом мире была магия. Нет, она есть — только ей никто не пользуется, потому что никто не умеет. Но даже так…       Сложив всё узнанное, я кое-что понял — этот мир имеет почти такое же прошлое, что и мой. Ну, я жил в прошлом моего мира, хе-хе… Эпоха Богов или нечто подобное. Да, тут было нечто подобное, другое человечество, глубокое и мистическое прошлое, о котором никто не знает… Жесть! И если считать магию утраченной большинством… То тогда Гримм создаются с её помощью кем-то или чем-то, что помнит про магию! Древнее настолько, что даже у местных долгоживущих волосы на заднице зашевелятся!.. Фух, глубокий вдох, Кухулин, и выдох. Не стоит строить заговоры за спиной, а то до параноика дойти недолго будет. Просто… Просто буду медленно, очень медленно копать в этом направлении, потому что если это правда, моя деятельность разозлит «закулисные игрища», что с моей удачей (которая ещё ничего не выкинула — прогресс!) превратит мою жизнь в вечную беготню и сражение. — САММЕР! — истошный женский крик заставил сработать мои инстинкты почти мгновенно.

***

      Жизнь Охотника полна рутины, опасности и порой неадекватности. Это связано не только с… Яркостью самих воинов, но и с событиями в жизни. Вот какого, когда вас, команду, которая уже успела прославиться в определённых кругах своими выходками, отправляют чуть ли не пинком ночью за город, в лес, чтобы… А зачем? — Дабы закалить вас и подготовить к ночным вылазкам, которые непременно появятся в ваших жизнях в качестве Охотников! — явно пародируя и цитируя кого-то, мерзким голосом произнёс Кроу, разрубая пополам небольшого Беовульфа своим двуручным мечом. — Я бы мог спать, спать или даже… Спать! — раздражённо гудел брюнет, завершая существование борбатаска, который решил протаранить его напарника. — Но вместо этого я торчу тут, убиваю Гримм, потому что на мнение младшего поколения Озпину плевать, — Кроу вонзил в голову Урсы клинок и провернул. — Ну да, ну да — пошли мы нахер. — Кроу! Сейчас не время ругаться! — Тайянг одним ударом своего кулака пробил маску очередного Беовульфа, чтобы потом оттолкнуть того ногой и нанести ещё удар, который прекратил страдания существа Тьмы. — Ты так ещё больше Гримм привлечёшь! — припечатала Рейвен, быстрым и резким взмахом отрубив голову Урсе. В это же время Саммер орудовала протазаном, которым забирала жизни Гримм. В общем, команда «Старк» занималась тем, чем и должны заниматься Охотники — убивали врагов человечества. Вот только обычно таким занимаются днём, а не ночью, однако их наставник был довольно убедительным в своей проникновенной речи о важности умения драться ночью. Неизвестно, что в жизни может произойти. Но, что логично, молодёжь тяжело приняла данный факт. Кроу ругался некультурно про себя, используя все известные эпитеты, Рейвен просто была раздражена и лишь Тай и Саммер были спокойны, понимая, что плохие эмоции — маяк в ночи для Гримм. Они были по характеру такими, но вот их товарищи… Были более свободными, дикими что ли? Поэтому принимали любое ограничение свободы с раздражением и руганьем. Вот только сейчас такая черта приносила только проблемы. Гримм ненавидят отрицательные яркие эмоции. И это когда-то должно было выйти боком. — САММЕР! — Рейвен видела, как буквально вылетевший из-за деревьев гигантский Королевский Тайджитсу с раскрытой пастью летел на Роуз с огромной скоростью. Хоть Аура и гасила удары, позволяя продолжать бой очень долго, но все Охотники, попавшие внутрь змеи не выживали. Никто и никогда. И прямо сейчас её подруга могла исчезнуть. Тай мгновенно устремился к Саммер, как и Кроу со своей сестрой — мешкать для Охотника равно смертельному приговору. Однако они не успевали, банально не хватало скорости, да и Гримм мешали быстро достигнуть напарницы. А сама Роуз успела развернуться, увидеть и оценить угрозу, уклониться — нет. Пасть была уже прямо перед ней. Страх перед смертью — она его не чувствовала. Всё-таки Охотник идёт с ней под руку. Было какое-то… Разочарование, грусть от того, что она оставит своих друзей. А тёмная зияющая пасть Тайджитсу уже нависла над ней, поэтому девушка просто закрыла глаза. «Если Королевский Тайджитсу сумеет застать вас врасплох, если его пасть оказалась перед вами тогда, когда вы не ждали — смерть. Стопроцентная. Бесповоротная. Только если ваше Проявление не связано со скоростью или уклонением. Ну, и верный союзник, что важнее всего. Он-то точно вас спасёт, убив змею. Так и было со мной, когда…», — вспомнились слова профессора Порта. А это значит…       Синяя в перемешку с красным вспышка пронеслась мимо, превращая Королевского Тайджитсу в ничто, как и окружавших его Гримм. Мгновение — Урса падает с дыркой в голове, ещё одно — Беовульф без головы мгновенно исчезает. Опушка леса в считанные секунды была очищена от всех врагов, а остальные, которые были за деревьями почему-то не спешили атаковать команду Охотников и новое действующее лицо. Синее трико, которое плотно облегало тело, такого же, только более насыщенного, цвета волосы, которые убраны в пучок, вытянутые серьги и алые глаза. Лицо выражало ничего, кроме презрения и злости, а красное, словно кровь, копьё, казалось, светилось и выпускала наружу Ауру. Агрессивную и… Голодную. Оно лежало на правом плече, а его владелец внимательно смотрел в сторону леса, что не помешало ему сказать: — Привет снова, команда «Старк»!