50 килограммов счастья

Мне хочется закрыть глаза и открыть их лишь в тот момент, когда весь этот ужас исчезнет, обернувшись ночным кошмаром, но слишком быстро понимаю, что ничего не изменится. У Паши роман со Светой, и это самая очевидная, самая логичная и самая правильная вещь, которая только может быть на этом свете, ведь она такая красивая, такая умная, такая интересная, что в неё невозможно не влюбиться. А я… просто серость, которая не заслуживает внимания такого парня, как мой одногруппник. Может быть, Стрельников был прав и всё, на что я могу рассчитывать в жизни, пара страстных ночей в объятьях случайного знакомого? - Маша? – выдыхает Света, первой оправившись от замешательства. Она хватает со спинки стула халат и накидывает поверх красивого кружевного белья. – Прости, я думала, ты только завтра приедешь. - Я уже ухожу, - бормочу я, подхватывая рюкзак. Мне кажется, даже стены давят на меня и мешают дышать. – Не буду мешать. - Нет, останься, - просит девушка, подскакивая ко мне и подхватывая за руку. Паша выглядит обеспокоенным. – Мы хотели тебе рассказать, но как-то всё не было повода. - Давно это между вами? – решаю поинтересоваться я, прислонившись к стене. Мне важно знать это. Света задумчиво покусывает нижнюю губу, а Паша выглядит виноватым, и я почти сразу понимаю, как многого не знаю. Я вспоминаю все прогулки, все разговоры и все поцелуи в щёчку от Лукьянова и без всяких подсказок знаю, что всё это было лишь игрой. Только зачем? - С октября, - произносит Паша, прерывая затянувшееся молчание. Спасибо хоть, что сейчас не врёт. – Мы познакомились, когда Света пришла, чтобы… - Я хотела, чтобы Паша сводил тебя на свидание, - продолжает девушка, пока парень пытается найти подходящие слова. Я вскидываю брови. – Ты ведь такая милая, добрая и замечательная, но совершенно не верящая в себя. Я думала, что если кто-то вроде Паши начнёт оказывать тебе знаки внимания, то ты сможешь раскрепоститься и понять, как многого ты достойна… Но потом… между нами вспыхнули чувства, а игра слишком затянулась… - Это лучшее, что вы могли для меня сделать… держать за дурочку… из жалости, - шепчу я, чувствуя, как собирается ком в горле. Света протягивает ко мне руку, но тут же отстраняется, осекаясь. – Почему было бы сразу всё не рассказать? Думаете, я бы не порадовалась за вас?! Но нет, вы решили, что гораздо лучше водить меня за нос, как наивную идиотку. Я не понимаю, как можно так нагло вмешиваться в чужую жизнь и говорить, что это во благо?! - Маш… - бормочет Света, прижимая к груди дрожащие руки. Я вижу, как в уголках её глаз собираются слёзы, но это не вызывает у меня раскаяния. – Я хотела… я так хотела сделать тебя счастливой… Я качаю головой показывая, что больше не верю ни единому слову. Рюкзак выпадает из рук, и я молча выбегаю в коридор, хлопнув дверью напоследок. Первым порывом становится желание вернуться домой, но я понимаю, что не смогу избежать вопросов. Поэтому я отправляюсь в парк и гуляю там до позднего вечера, пока не замерзаю так сильно, что становится трудно дышать. Тогда я возвращаюсь в общежитие, чтобы собрать вещи и отправиться к коменданту с просьбой переселить меня. Но когда я захожу в комнату, то обнаруживаю записку, в которой Света сообщает, что временно съехала и просит у меня прощения. Я со злостью комкаю её и бросаю в переполненную урну. Падаю на кровать, чтобы как следует прореветься, но слёзы как назло не идут, и я вдруг вспоминаю о вечеринке, которую устраивает наш староста у себя на квартире сегодня вечером. Чем не способ отвлечься? Помедлив, я встаю с кровати и подхожу к шкафу, чтобы достать оттуда короткое чёрное платье, которое купила, чтобы впечатлить Лукьянова. Открываю рюкзак, чтобы достать оттуда помаду, но в этот момент мне попадается подарок от Стрельникова, и я, недолго думая, вскрываю коробку. Внутри обнаруживается нижнее бельё из тонкого кружева, и я решаю, что оно отлично подойдёт под платье. После этого я подхожу к зеркалу, чтобы самой сделать макияж. Намеренно подвожу тёмным цветом глаза и крашу губы вишнёвой помадой, что, кажется, прибавляет мне пару лишних лет. Я завиваю волосы с помощью плойки и в качестве редкого исключения обуваю чёрные туфли на каблуках. Когда я прибываю на вечеринку, веселье идёт полным ходом. Кто-то из гостей едва ли не с порога подсовывает мне бутылку вина, и я делаю глоток прямиком с горла, потому что впервые в жизни хочу оторваться на полную и позабыть обо всём. Музыка звучит так громко, что заглушает голоса других гостей, и я решительно пробираюсь к танцполу, когда включают мою любимую песню. Мне хочется хотя бы на один вечер перестать быть закомплексованной девочкой из деревни и позволить себе стать такой, какой всегда мечтала – уверенной и раскрепощённой, сметающей преграды на своём пути. Может быть, завтра я смогу притвориться, что просто перебрала с алкоголем. - Семёнова, неужели ты? – произносит парень из параллельной группы, глядя на меня с явным восхищением. Кажется, его зовут Рома. – Выглядишь просто охрененно. - Спасибо. Сбросила пару лишних килограммов, - улыбаюсь, обхватывая его за шею и увлекая за собой в центр комнаты. На самом деле Маша бы никогда на такое не решилась, но сегодня ведь я просто пьяная версия самой себя, и мне всё можно. – Потанцуем? Парень обхватывает меня за бёдра, и мне приходится притормозить его, потому что он прижимается ко мне слишком близко. Этого бы я, наверное, даже в стельку пьяной терпеть не стала. Вряд ли возможно напиться до такой степени, чтобы получать удовольствие от того, что тебя лапает едва знакомый человек… Мы продолжаем танцевать, сохраняя вполне приемлемую дистанцию, но в следующий момент происходит то, чего я должна была ожидать, но совершенно об этом не подумала. В комнату заходят Света и Паша, и я едва успеваю спрятаться за спиной Ромы в последний момент. - Всё в порядке? – спрашивает парень, обеспокоенно вглядываясь в моё лицо. Я киваю. - Да, - бормочу, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Всё паршивее некуда. – Просто… мне уже пора. Спасибо за танец! Мне удаётся подгадать момент, чтобы выскользнуть из комнаты незамеченной. Но оставаться на вечеринке больше не хочется, и я ухожу из квартиры, прихватив с собой бутылку вина. В этот момент мне вдруг становится до ужаса себя жалко. Какая же я неудачница, даже на вечеринку не смогла сходить, чтобы не нарваться на неприятности! А вместо того, чтобы остаться там и показать, что не нуждаюсь в жалости, я просто сбежала, в очередной раз подтвердив свою беспомощность… Идиотка! Слёзы наворачиваются сами собой, и я неспешно бреду вдоль улицы, рыдая и делая глотки из бутылки. К счастью, мне удаётся поймать такси до того, как меня принимают за проститутку, и уже через пару минут я захожу в лифт, чувствуя себя разбитой и уставшей. Но вместо того, чтобы нажать на кнопку пятого этажа, я по ошибке тыкаю на седьмой… А может, умышленно. Я не спешу исправляться, когда лифт останавливается на этаже, где совершенно точно живёт Стрельников. Вместо этого я продолжаю идти по коридору, почти на интуитивном уровне зная, что сегодня он будет один. Поэтому я открываю дверь ещё до того, как в ответ на мой стук раздаётся негромкое «войдите!», и прижимаюсь спиной к её поверхности… - Привет, - выдыхаю я, скидывая куртку, которая с тихим шуршанием опускается к моим ногам. Я ухмыляюсь в ответ на его усмешку и вскидываю подбородок так, словно бы это не я ввалилась к нему пьяная и заплаканная посреди ночи… а это он ко мне пришел. - Я уж думал, что ты не придёшь, - фыркает Паша, опираясь коленом на край кровати и окидывая меня взглядом изголодавшегося хищника. Он рывком преодолевает расстояние между нами, по пути сбрасывая футболку. Вместо ответа я подаюсь вперёд и прижимаюсь к нему всем телом, припадая к губам жадным поцелуем. Кажется, я собираюсь совершить ошибку… Но что, если она на самом деле стоит того?