50 килограммов счастья

В общежитие мы приходим только ближе к девяти вечера. По дороге из универа Паша предлагает прогуляться, и я не возражаю, медленно ступая по дорожке, ведущей к зданиям общежития через центральный парк. Стрельников покупает нам мороженое в ближайшем киоске и накидывает мне на плечи свою куртку, чтобы защитить от прохладного весеннего ветра. Я невольно прижимаюсь к нему ближе, любуясь предзакатным солнцем, и понимаю, что хотела бы задержаться в этом моменте, где мы такие беззаботные и увлечённые друг другом, а впереди только уютный совместный вечер и чудесное утро в объятьях Стрельникова. Наверное, это и есть лучшее время в моей жизни, и я не хотела бы его упускать. Я беру парня за руку, переплетая наши пальцы, и увлекаю в сторону набережной, которая находится примерно в километре отсюда или даже меньше. Нельзя сказать, что это самое романтичное место в нашем городе, но мне хотелось бы ещё хоть немного погулять, наслаждаясь компанией Паши и свежим уличным воздухом. Единственное, что портит атмосферу – бесконечные звонки от мамы, которая интересуется, что приготовить к моему приезду. Она трезвонит мне всю дорогу до набережной, каждый раз уточняя список покупок, а потом к ней подключается ещё и Галя, напоминающая, что я обещала привезти ей из города новую помаду и комплект белья. Она намерена сразить Колю на ближайшем свидании. Последней каплей становятся сообщения от деда, который только осваивает мобильную связь и постоянно путает мой номер с телефоном соседа, спрашивая, пойду ли я калдырить и сильно ли мне досталось от Шурки. - Прости, - бормочу я, краснея и в очередной раз отписываясь деду, что он ошибся. В ответ он зачем-то присылает мне смайлик в виде какашки. – Если хочешь, я отключу телефон. - Не нужно, - качает головой Стрельников, усаживаясь на свободную лавочку и увлекая меня за собой. Перед нами открывается вид на речку и противоположный берег, усаженный высокими деревьями. – Знаешь, если честно, я даже немного завидую тебе. - Мне? – фыркаю я, нервно выдыхая, когда дед присылает мне очередное сообщение. На этот раз он просит не рассказывать бабушке о его похождениях. – Серьёзно? Почему? - Потому что у тебя есть семья, - отзывается Паша, обнимая меня обеими руками и притягивая к своей груди. Людей на набережной почти нет, поэтому на несколько минут я позволяю себе представить, что мы единственные в этом мире. – Они заботятся о тебе, переживают, ждут… У меня этого никогда не было. Мои родители были зациклены только на своих желаниях. Все праздники они отмечали отдельно – отец уходил к друзьям, а мама приглашала подруг и забывала о моём существовании. Когда мне исполнилось двенадцать лет, я начал сбегать из дома, а как только выпала возможность, съехал в общежитие. Думаю, они даже и не заметили моего отсутствия, а просто продолжили ругаться, как ни в чём не бывало… В этом году я впервые узнал, что такое семейный Новый год и как круто это бывает. Я ни разу не пожалел, что приехал к тебе… С каждым словом я чувствую, как сердце сжимается в груди, а когда парень умолкает, невольно сглатываю горький комок. Я и не думала, что всё было настолько плохо. Конечно, из его рассказов я понимала, что в его детстве всё было далеко не радужно, но даже не представляла, насколько эгоистичны были его родители. Они просто забросили собственного ребёнка. Не удивительно, что Паша вырос… таким, где ему было найти пример нормальных отношений? - Мне жаль… - шепчу, слегка отстраняясь, чтобы заглянуть ему в глаза. Парень качает головой, впервые избегая моего взгляда. – Но у нас никогда так не будет… ну, если мы будем вместе, - добавляю, слегка краснея. Даже не знаю, как ещё поддержать его, но… - А моя семья всегда будет рада тебя видеть, особенно дед. Ты больше не один, знай это, хорошо? Парень поворачивается ко мне и несколько секунд молча вглядывается в лицо, словно бы пытаясь отыскать в нём что-то. А затем обхватывает руками мою голову и порывисто прижимается поцелуем к губам, заставляя позабыть обо всём на свете. Я прижимаюсь к нему всем телом и обнимаю за шею, глубоко, жадно целуя, желая выразить свои чувства к нему каждым прикосновением. Паша тянет меня ближе и усаживает к себе на колени. - Мне хорошо с тобой, ты знаешь? – выдыхает Стрельников, чуть отстраняясь и прижимаясь своим лбом к моему. Я слегка неуверенно киваю, всё ещё чувствуя вкус его поцелуев на губах. – Как у тебя это получается? Делать так, что мне хочется возвращаться к тебе? - Я не знаю, - пожимаю плечами, медленно очерчивая линии его скул. Мне по-прежнему тяжело устоять перед его глубоким и внимательным взглядом. – Магия! Ну, или ты неисправимый собственник, которого греет мысль, что я была в постели только с тобой. - Не только греет, но ещё и возбуждает, - усмехается он, целуя меня в нос. Его ладони медленно соскальзывают к моим ягодицам. – Но дело не только в этом, а и в тебе самой. Я и не помню, когда в последний раз обо мне так беспокоились. - То есть, дело всё же в твоём эгоизме, - отшучиваюсь я, потому что разговор начинает казаться слишком серьёзным. Ещё немного, и я начну признаваться ему в любви, а Света говорила, что с этим спешить не следует. – Но я вижу, что ты исправляешься. Может быть, в будущем ты даже перестанешь называть моего одногруппника Принцем Салатом… Буркнув «не в этой жизни», Стрельников напоминает, что нам ещё нужно зайти в супермаркет, чтобы купить что-нибудь к ужину, и подаёт мне руку, помогая встать. По дороге в магазин мы говорим на всякие отвлечённые темы, включая учёбу и мою предстоящую поездку домой. - Не могу поверить, что ты оставишь меня здесь одного, - хмурится парень, картинно закатывая глаза и вваливаясь в комнату общежития. Он оставляет пакеты на входе и тут же начинает снимать одежду, чтобы сменить её на домашнюю. Я невольно засматриваюсь на его тело, ведь никак не могу привыкнуть, что могу прикасаться к нему, когда захочу. Мне, наверное, и жизни не хватит, чтобы поверить, что я встречаюсь со Стрельниковым. - Если хочешь, можешь поехать со мной, - предлагаю я под его таким же внимательным взглядом стягивая платье. Стрельников ухмыляется, словно бы поймал меня в ловушку. – Папа как раз собирается готовить поле под картошку и ему не помешают лишние рабочие руки. О, и ещё нужно наколоть дров и забор починить… - Кажется, ты говорила, что мне там будут рады, - напоминает Паша, скептично приподнимая бровь. Я усмехаюсь. - Конечно, рады, ты же им теперь как родной, - замечаю я, быстренько переодеваясь в его футболку. Вещи Стрельникова – теперь моя слабость. – А у нас в семье лентяев нет. В итоге мы договариваемся, что я уеду домой завтра вечером, а Паша приедет в субботу утром, и на этой радостной ноте идём на кухню готовить ужин. Точнее я готовлю, а парень пытается мне помогать, но только подъедает продукты. Из-за этого мне приходится гоняться за ним по кухне, хихикая и угрожая сдать его деду. Когда мы заканчиваем ужинать, настенные часы в комнате показывают уже пол-одиннадцатого, и у нас остаётся время только на просмотр сериала и душ. После этого мы укладываемся в постель, и я почти сразу засыпаю, устроившись в крепких объятьях Стрельникова… Даже и не думала, что он может быть таким по-домашнему уютным. Каждый день Паша открывается для меня с новой стороны, и от этого отношения с ним только интереснее.