fade

Утро встретило ее тупой головной болью и слабостью по всему телу. Она лежала у себя в квартире на кровати во вчерашней одежде и пыталась понять что же такого произошло, почему после вчерашнего разговора не становилось легче, а сердце по прежнему болело. Прохладный душ привел ее в чувство, но не настолько, чтобы оправиться полностью и смыть с себя всю невидимую грязь взглядов людей. В зеркале на нее смотрела нагая девушка худощавого телосложения, выпирающие ребра и бледная кожа делали ее болезненной, словно все это можно было сломать по щелчку пальцев. Правда в том, что она уже была сломана, и собрать себя, склеивая, оказалось невозможно. Люси похлопала себя по щекам, придавая им более здоровый вид, и вышла из ванной в прохладное помещение коридора. Ее завтрак состоял из жаренного яйца, от которого тянуло вывернуть содержимое желудка наружу, и горячего сладкого черного чая. Телефон молчал, и лишь редкий звук уведомлений нарушал тишину момента. Может, ей стоило все прояснить, но ее разум отказывался все это воспринимать. Ровно также, как и вспоминать остаток вечера с Нацу: что происходило между ними, о чем они разговаривали и что делали. Она вышла на балкон, прикуривая сигарету на ходу. Первый никотиновых вдох в легкие сделал все чуточку проще и спокойнее. Люси курила на балконе, всматриваясь в проходящих мимо прохожих и представляла, как могла оказаться на их месте и быть такой же беззаботной и счастливой. Телефон находился в свободной руке и давил своей тяжестью, к удивлению, на плечи, словно она должна была это написать и что-то сделать. Переписка с Нацу была пуста и не было никаких намеков на то, что в прошлом они оба тонули друг в друге. Этот номер был помечен на случай чрезвычайной ситуации, и это было крайне глупо. «Я не помню, что наговорила вчера, но если как-то обидела тебя, прошу прощения, » — она хотела написать именно это, но почему-то не решалась. Во входную дверь кто-то стучал, что заставило ее вздрогнуть и не спеша выйти с балкона. Она не смотрела в глазок, а просто открыла, словно чувствовала, что должна была. Нацу стоял на пороге, облаченный во все черное, словно у него был траур по непонятно чему. В его руках был пустой бокал вина с какой-то незамысловатой надписью; кажется, там виднелось: «винная императрица». Люси хотела что-то сказать, но получилось лишь удивленно взглянуть на парня с бокалом в руке. — Ты вчера говорила, что хочешь такой бокал, чтобы пить из него вино и курить на балконе, — он слабо улыбнулся и протянул бокал. Вероятно, это было одним из самых глупейших поводов увидеться, но тем не менее он был. Люси лишь натянула улыбку и сделала шаг назад, пропуская парня в квартиру. — Очень неловко спрашивать, но что вчера было? — она повела незваного гостя в сторону кухни, ставя кипятиться чайник. — Просто… я не знаю защитная это реакция на стресс или количество выпитого вина, но мой мозг отказывается вспоминать все, что было. — Если ты думаешь, что произошло что-то сверхъестественное, то не переживай. Мы много разговаривали о жизни и дальнейших планах, вспоминали прошлое и делились кусочками воспоминаний. Ты удивительная, знаешь это? После причиненной боли, могла спокойно сидеть и разговаривать на сторонние темы, словно мы старые знакомые. Даже если тебе было тяжело, вчера я об этом не знал. — Мне всегда было тяжело, Нацу. Проблема в том, что мы, люди, сами выбираем, кто может причинить нам боль, и как нам с ней потом справляться. Кто-то находит утешение в алкоголе, кто-то забывается в наркотиках. Я же просто стояла сломленная перед целым миром и, как диковинная зверушка, пыталась собрать себя по осколкам. Некоторых это забавляло, некоторые испытывали жалость по отношению ко мне. Но я пыталась, чтобы вот так просто разговаривать с тобой на сторонние темы и перестать думать о случившимся. Прошлое не вернешь и не изменишь. Нужно лишь вынести из него урок и жить дальше, как бы тяжело не было, — она замолчала на несколько секунд, собираясь с мыслями, прежде чем продолжить. — В конце концов, если бы не было этой борьбы, мое тело давным давно гнило в земле. Звучит до ужаса смешно, но так оно и есть на самом деле. Вероятно, в глубине души, я до сих пор та маленькая сломленная девочка, которая пытается покончить с собой и долго плачет по ночам в подушку. Только эти слезы и эту слабость никто никогда не увидит. Проще показывать всем маску безразличия или вечного оптимизма, чем ходить без нее убитым и грустным, потому что никому нет до тебя дела. — Мне бесконечно жаль, что так вышло. — Прошлое не изменишь. — Я знаю. Тем не менее, это прошлое продолжает пожирать меня изнутри, заставляет чувствовать себя никчемным; тем человеком, который не достоин получить второй шанс и исправить все ошибки. — Никто не идеален. Мы оба не достойны друг друга, если рассуждать логически. Но, послушай, каждый заслуживает прощения хотя бы один раз. Мы все боимся ошибиться снова, и этот страх толкает нас на такие же действия. Это как точка невозврата или бомба замедленного действия — никогда не знаешь что случится и когда рванет, — она замолчала на несколько мгновений, ставя белые кружки на стол, чтобы сделать глоток ароматного кофе и продолжить. — В то время мы были молоды и не знали чего хотим на самом деле, поэтому в нашей жизни происходили пробы и ошибки. Ты думал, что не любишь, но смотри какая ситуация получилась после стольких лет: чувства, прикрытые за маской лжи, остались, к нему прибавилось чувство вины за совершенный поступок, а в душе совершенно нет гармонии. Ты попробовал, понял, что это ошибка, которая колоссально изменила твою жизнь, а теперь все, что остается, лишь винить себя и совершать попытки исправить эту ситуацию. Твоя проблема в том, что разум говорит тебе, что нет прощения. Но действительно ли ты не заслуживаешь его? — А разве я заслужил его? Спустя столько времени, увидев тебя на лестничном проеме с сигаретой в руках, я понял, что разрушил не только свою жизнь и не только мне приходится расплачиваться за свою ошибку. В тот вечер ты выглядела чертовски разбитой, словно время совсем не изменило тебя. Да, твои книги хорошо продавались, ты ходила и давала разного рода интервью, но даже там избегала темы отношений, а при упоминании прошлых отношений твои глаза наполнялись нескончаемой болью и слезами, словно ты до этого никогда не плакала из-за разрушенных отношений. — Тем не менее, я нашла в себе силы двигаться дальше. Да, иногда это чертовски тяжело и кажется совсем невозможным, но я встаю и делаю. И в моих глазах, несмотря на то, какую сильную боль мне причинил, ты заслуживаешь прощения. Но мое прощение совсем ничего не будет значить, пока ты не простишь себя сам. Нацу выдохнул и закрыл глаза, проводя ладонями по лицу, словно пытался этим жестом смыть все негодование и усталость. Люси открыла балконную дверь и вышла, прикуривая сигарету. По большей части они оба придумывали себе проблемы и бесполезные страдания, когда можно было либо разорвать эти отношения до конца, либо дать им еще один шанс. Люди любят драматизировать, словно в их жизни и без этого не хватало отрицательных эмоций. Скандал на работе или неудачно приготовленный кофе в какой-то новомодной кофейне — все это порождало негатив, который копился в огромной духовной чаше, чтобы потом рвануть в определенный момент. Самое грустное в этой ситуации, что под этот взрыв попадали дети и домашние животные. Отец, которого все достало на работе, вымещал злость на ребенке, оставляя на хрупком нежном тельце многочисленные синяки, либо травмируя его грубыми словами. — Давай все решим уже, наконец. Я устала нести на себе это тяжелое бремя, раз за разом топя себя в пучине отчаяния, — она смотрела как в пепельнице до конца тлела бумага, в которую был завернут табак, прежде чем выйти и снова сесть напротив. — Я хочу попробовать все сначала, даже если потом это решение принесет мне столько же боли. В конце концов, лучше попробовать и ошибиться, чем не попробовать и винить себя всю оставшуюся жизнь. — Я не хочу потерять тебя снова, Люси. Не сейчас, когда спустя столько лет мы снова встретились, и у меня появилась крошечная надежда, чтобы все исправить и сделать тебя действительно счастливой. Нам не будет также легко, как все было с самого начала, но я постараюсь сделать так, чтобы все прошло куда лучше, чем было до этого, — он выпрямился и сделал глоток свежесваренного кофе. — Не будем раскидываться громкими словами и давать несуществующие надежды друг другу. Давай просто плыть по течению и наслаждаться каждым прожитым днем, — она слабо улыбнулась и протянула свою ладонь. Нацу позволил себе сжать ее и почувствовать насколько же она теплая и хрупкая, совсем не изменившееся за долгое время. — Тогда сходим сегодня на свидание? — Только не в тот бар, где мы напились до беспамятства. — Это в который из? — комната наполнилась звонким девичьим смехом и еле слышным «дурак». В конце концов, жизнь оказывается настолько неожиданной, что даже люди, причинившие вам невероятное количество боли, могут вернутся в любой день. Главное, сделать правильный выбор и не причинить себе еще больше страданий.