Мой капитан

Анжелика вошла в кают-компанию и начала с любопытством оглядываться. Обстановка была довольно простая, но кругом горели свечи, создавая уютный полумрак. Все гости уже собрались, Капитан же, поднялся из-за стола, хромая, подошел к девушке и, склонившись к ней, произнес восхищенно: - Ваша красота, мадам, поражает своей совершенностью, я думаю, что в Тулузе многие поэты захотят отразить ее в своих произведениях. Анжелика опять немного растерялась и не знала, что ответить, она не привыкла выслушивать такие комплименты от мужчин в свой адрес, тем более Капитан на нее производил странное смешанное впечатление, ее одновременно и тянуло к нему и было немного страшно находиться рядом с ним из-за его необычной внешности, поэтому она лишь смущенно улыбнулась в ответ. Он провел девушку к столу и посадил рядом с собой, остальные гости уже заняли свои места и оживленно общались. Атмосфера царила непринужденная, Д’Андижос болтал без умолку, все пробовали изысканные блюда, обильно запивали их вином и смеялись. Анжелику смущали только заинтересованные взгляды, которые бросал на нее Капитан, но выпитое вино быстро помогло ей расслабиться. Сначала разговоры были про сорта и урожай винограда, а также про Тулузу. все присутствующие, перебивая друг друга, пытались доказать Анжелике, что это самый прекрасный город на свете, но потом Д’Андижос задал Капитану вопрос о его поездке в Англию. - В основном, это была деловая поездка, - ответил мужчина, - не буду утомлять вас подробностями, но, зато, в этот раз мне удалось встретиться с английским математиком Ричардом Норвудом, с которым мы ведем переписку уже несколько лет, он живет на Бермудских островах и редко бывает на родине, но в этот раз мы наконец-то побеседовали. Он один из немногих людей, кого интересует не только хлеб насущный, родившись в простой семье, он нашел в себе силы и время изучать науки, что в наше время большая редкость, богатые предпочитают развлекаться, растрачивая свое время и деньги, а бедные люди думают только о том, как бы прокормить семью. - Бермудские острова? - переспросила Анжелика, - это ведь где-то в Америке? - Правильно, мадам, в Атлантическом океане, недалеко от Америки - он насмешливо улыбнулся, - в монастыре Вы изучали географию? - Да, немножко, - Анжелика вздернула подбородок, ей не хотелось выглядеть в глазах этого мужчины глупой и ничего не знающей. – Я слышала, там очень жарко и совсем нет зимы. Так чем же заинтересовал Вас этот ученый? - Например, он выдвинул одно очень интересное предположение, что наша Земля не круглая, а имеет форму эллипсоида. - О, Капитан, - воскликнул Д’Андижос, - не стоит забивать красивую головку нашей гостьи такими скучными вещами, спрашивая Вас о поездке в Англию, я надеялся услышать какую-нибудь веселую историю о Ваших приключениях, которые Вы так любите рассказывать. - Нет, нет, - с горячностью произнесла Анжелика, - мне интересно, я с удовольствием послушаю. - Видите, Д’Андижос, даме интересно, - в глазах Капитана зажглись насмешливые искорки, - а Вам должно быть стыдно за Вашу ограниченность. Вам, мой друг, наверное, трудно даже вообразить, что Земля круглая и Вы считаете, что ее держат три кита! -Какое мне дело до всего этого, главное в жизни, чтобы на ужин на столе стоял графинчик доброго вина, а ночью рядом была красивая сговорчивая женщина. Что касается всех этих Ваших ученых штучек, от них жди только неприятностей, мне и без них прекрасно живется. -Вы правы, Д’Андижос , - снисходительно улыбнулся Капитан, - мистер Норвуд очень переживает, как бы ему не попасть на костер из-за его записей по геометрии, значки в них многим несведущим людям напоминают какие-нибудь колдовские символы, но я надеюсь, все обойдется, и мы и дальше будем с ним переписываться. Так вот, я долго беседовал с мистером Норвудом, он показал мне свои расчеты, и я склонен с ним согласиться в том, что из-за вращения Земли, она имеет форму эллипсоида. Это изменит многое в нашей науке, ведь сейчас ученые строят свои расчеты, основываясь на том, что Земля имеет форму шара, а это не так. Также мистеру Норвуду удалось создать шедевр в области навигации «Практическое руководство морехода», эта книга у меня всегда с собой во время путешествий. Он рассказал мне, как он ее создавал. В начале нашего века Бермуды славились среди капитанов тем, что их было трудно отыскать. Дело в том, что океан велик, Бермуды малы, а навигационные приборы часто абсолютно непригодны для преодоления этой несоразмерности. Не было даже согласия относительно длины морской мили. На океанских просторах малейшая ошибка в расчетах многократно возрастала, так что корабли часто очень сильно промахивались мимо целей величиной с Бермуды. Мистер Норвуд, первой любовью которого была тригонометрия, а значит и измерение углов, решил привнести в навигационное искусство долю математической точности и с этой целью взялся определить длину градуса. Отправившись от стен лондонского Тауэра, мистер Норвуд за два года самозабвенно прошагал чуть более миллиона футов на север до Йорка, по пути бесчисленное множество раз растягивая мерную цепь и педантично делая поправки на подъемы, спуски и изгибы дороги. Последним шагом было измерение высоты Солнца в Йорке в то же время дня и в тот же день года, когда он сделал первое измерение в Лондоне. Исходя из этого, рассуждал он, можно определить длину одного градуса земного меридиана и тем самым вычислить длину всей окружности. Это была почти абсурдная по своей амбициозности затея — ошибка в малейшую долю градуса исказила бы результат на много миль, — однако на деле оказалось, как с гордостью говорит мистер Норвуд, что он измерил градус с точностью «до щепотки», а если точнее, то приблизительно до тысячи шестиста сорока футов. Теперь, благодаря этому ученому и его книге, навигация стала значительно легче. Анжелика смотрела на сидящего рядом мужчину, ловя каждое его слово, ей действительно было интересно узнавать новое и ей льстило, что этот человек не считает пустой тратой времени говорить с ней об открытиях. Ей казалось, что он рассказывает эту историю только для нее и посмотрев на остальных гостей, она поняла, что это так и есть, и остальные гости заскучали. Девушка подумала о том, что этот человек очень одинок, его мало кто может понять, так как он намного опередил свое время. Мадам де ла Брэд встрепенулась, когда мужчина замолчал и воскликнула, что теперь пришло время развлечься, и, что Анжелике, наверняка, захочется послушать, как он поет, остальные гости оживились и тоже стали просить его спеть. Было разлито вино по бокалам, а Капитан медленно перебирал струны гитары. Анжелика вдруг почувствовала себя счастливой, в отблеске свечей все вокруг казалось волшебным, ее сердце замирало и она спрашивала себя, почему же ей так хорошо. Она посмотрела на окружающих, и девушке пришлось признаться себе в том, что дело было в сидящем рядом мужчине, в его горящем взгляде, в той нежности, смешанной со страстью, с которой он смотрит на нее, ну и, может быть, немножко в выпитом вине. Потом Он запел и все вокруг перестало для нее существовать. Анжелика сидела, очарованная его глубоким голосом, проникающим в самую душу, она почти не понимала слов, так как песни были на Лангедогском наречии, но чувствовала, что песни о любви и, что Певец сейчас поет только для нее. Она взглянула в мужественное лицо Капитана, свет свечей сглаживал шрамы на его лице, и Анжелика поняла, что он красив, а внутренняя сила, исходящая от него делает его неотразимым для женщин, хотя когда вчера мадам де ла Брэд в разговоре сказала, что женщины бегают за ним, девушка не поверила своей собеседнице. Вскоре, гости начали расходиться по каютам, Анжелика тоже пошла к себе и попробовала прилечь, но поняла, что не заснет сейчас. Она вышла на палубу и стала любоваться на звезды, чтобы продлить этот волшебный вечер.