Мы могли бы быть лучше, чем мы есть

      Кира распахнула глаза, чувствуя, как гудит голова и потёрла их кулачком, желая оказаться в душе как можно скорее. Через пару секунд она поняла, что лежит в обнимку с Глебом… абсолютно голая. Она резко отпрянула, вспоминая вчерашнее и обхватывая голову руками, сгорая со стыда. Парень ленно выдохнул, переворачиваясь на спину и не открывая глаз.       Кира начала потихоньку двигаться к краю кровати, надеясь, что парень не проснётся и пристально наблюдая за ним.       — Мне сделать вид, что вчера ничего не было, чтобы ты не упала в обморок тут? — проговорил он, руша все надежды Киры на то, чтобы ушмыгнуть незаметно.       — Н-нет, — выдавливает Кира, прижимая одеяло к груди. — Хотя может быть и да.       Глеб наконец открывает глаза и глядит на Киру, выгнув бровь, отчего та ещё сильнее прижимает к себе одеяло.       — Не дождёшься, малышка. Мы вчера трахались, и тебе очень понравилось, напомнить тебе? — Глеб вдруг оказался около неё, зарываясь кончиком носа в её волосы, но она быстро отшатнулась назад.       — Господи, — закрывая лицо руками, пищит она. — Я вчера не была такой пьяной, но просто что-то нашло на меня. Извини.       — Ты про своё прелестное «сойдёт»? — хмыкнул Глеб.       — Что? — непонимающе и жалобно смотрит Кира, боясь услышать, что она что-то не помнит из вчерашнего.       — Тебе и в правду напоминать? — улыбаясь, Глеб ловко укладывает Киру на спину, в то время как она все ещё натягивает одеяло, боясь оголиться хоть на сантиметр.       — Нет-нет— начинает она, одну руку положив на грудь парню, когда тот уже разглядывает ее, нависая сверху.       — Я был такой, сука, нежный и медленный, что самому аж тошно. Хорошо, что первый раз бывает только один раз в жизни, да, колючка? Теперь-то можно входить поглубже и побыстрее, — он хмыкает и тянется к её шее, выдыхая тёплый воздух.       — Глеб, ну хватит, прошу тебя, — отворачивая голову, выдавливает Кира.       Глеб цокает и слезает с Киры, закатывая глаза. Он плюхается обратно и ленно потягивается, пока Кира облегченно вздыхает.       — Интересно, если со мной тебе было «сойдёт», то что бы ты тому Игорю тогда сказала? — глядя в потолок, спрашивает Глеб.       — Ты что, правда загоняешься по поводу моих тех слов, сказанных в том состоянии, в котором я была? Я же просто тебя хотела побесить наверняка, как и обычно, ты же и сам всё про себя прекрасно знаешь, — подняв брови, говорила Кира, видя, что парень, видимо, никак не может отпустить всю эту ситуацию.       — М, — коротко выдавил Глеб, не глядя на Киру.       Она вздохнула и подвинулась чуть ближе, положив свою ладонь на его.       — Ты правда был очень милым, Глеб. Спасибо.       Парень наконец поворачивает голову, встречаясь с Кирой взглядами.       — Милым? — на смешке выдыхает он. — Может, тебе нужно показать разницу между «милый» и тем, что было вчера?       Кира вдруг меняется в лице окончательно, и Глебу кажется, что она вот-вот заплачет, отчего он удивленно вскидывает брови.       — Кир, ты чего? — проговаривает он, глядя как она жмет руки с одеялом к груди всё сильнее и закусывает губу, чтобы та не подрагивала.       Глеб придвинулся к ней опять вплотную и начал поглаживать большим пальцем скулы девушки, напряжённо глядя ей в глаза.       — Что-то болит? — обеспокоено спрашивает он, видя, как она борется со слезами.       — Нет, — Кира мотает головой, опуская взгляд и мечтая забиться в какой-нибудь самый дальний уголок вселенной. — Прости, это просто от осознания… Я ужасная, господи.       — Эй, ну это уже совсем ненормально — непонимающе говорит Глеб, уже окончательно приближаясь к ней и обнимая, приподнимая её голову за подбородок. — С чего ты вдруг стала ужасной, малыш?       — Сначала попросила тебя о таком, потом обидела, а теперь ещё и голая у тебя в постели. Я больше никогда не буду тебя просить, прости меня, я правда не знаю, зачем я вчера это сделала…       — Притормози, — оборвал её жалобный поток Глеб. — У меня ты спросить не хочешь? Я может против того, чтобы ты больше никогда не просила.       Кира всё-таки сдаётся и, утыкаясь Глебу в грудь, начинает вздрагивать от слёз. Парень обречённо выдыхает, не понимая, что за истерика у неё началась.       — Ты пиздецки эмоционально нестабильна. Как мне с тобой теперь в перепалки вступать? — хмыкая, говорит Глеб, гладя её по волосам, пока она всё ещё утыкается в его грудь и всхлипывает.       — У меня скоро месячные, — проговаривает Кира, не поднимая головы. — Я перед этим всегда такая.       — Не-ет, — выдыхает Глеб, проклиная эту женскую особенность в виде месячных. — И сколько они длятся?       — Что? — Кира поднимает заплаканное лицо на парня, недоумевая.       — Месячные. Сколько они у тебя длятся? — вглядываясь в её глаза, переспрашивает он.       — Пять дней, — хмуро произносит она.       — Ладно, в крайнем случае просто сделаем это в душе, — размышляет он с серьёзным видом, пытаясь успокоить себя этим аргументом.       — Ты сейчас серьёзно? — к Кире накатывает новая волна слёз и она уже вырывается из хватки Глеба и отворачивается от него. — Я не собираюсь больше этого делать. Тем более в месячные.       Глеб в конец офигевает от ситуации, не находя даже слов.       — Насколько сильно я должен был облажаться, чтобы девушка после первого раза со мной сказала, что вообще больше не собирается трахаться?       — Нет, я не то имела ввиду, это не из-за тебя, — Кира вновь жалобно повернулась к нему, заглядывая в глаза. — Просто я запуталась в себе.       Кира понурила голову, чувствуя, как стыдно ей перед парнем. Она не могла даже себе объяснить, почему. Просто хотелось провалиться под землю.       Глеб глядел на неё выжидающе, пытаясь понять, что с ней вообще происходит.       — Слушай, Кир, давай поговорим об этом. Перестань накручивать, пытаться себя в чём-то винить, запутываться ещё больше. Просто скажи, что было не так? — Глеб решил действовать осторожно, понимая, что у Киры серьезная истерика и самобичевание.       — Чувствую себя грязной. И неправильной, — после долгого молчания наконец решается Кира. — Это не из-за тебя, правда. Проблема во мне, я теперь не знаю, что я вообще чувствую. Мне до сих пор стыдно и страшно от близости, но при этом вчера… я тебя заставила это сделать, хотя до этого говорила, что любая близость вообще не про меня. Ужасно, правда ведь?       — Заставила? — нервно хмыкнул Глеб.       — Да, — Кира зарылась лицом в руки. — Прости меня.       — Во-первых, никто и никогда не заставит меня делать то, что я не хочу. Во-вторых… я надеялся, что после вчерашнего ты немного обвыкнешься к такому роду близости, а ты, наоборот, теперь убиваешься из-за того, что неправильная и грязная?       Глеб выдыхает, приобнимая ее за плечи и прижимает к себе обратно, укладываясь вместе с ней на кровать. Она ерзает, но не отталкивает парня.       — Кир, это все нормально, ясно? Нет ничего такого, в том, чтобы иногда хотеть кого-то и получать удовольствие. Может даже не иногда, — Глеб молчит пару секунд, а потом вдруг быстро переворачивается и оказывается над Кирой, целуя ее в шею, отчего она резко вдыхает воздух от неожиданности.       — Нет, Глеб, погоди, — выдыхает она, положив руки ему на плечи.       — Нам нужно добиться, чтобы было не сойдёт, а как минимум ахуенно, — поднимая на неё взгляд, говорит он, вновь после этого опускаясь к шее и проходясь поцелуями сантиметр за сантиметром.       — Да нет же, все и в правду было очень… приятно. И я чувствовала себя с тобой безопасно и вовсе не мерзко, правда. Прости за те слова, — лепетала Кира, пока Глеб не отрывался от неё, спускаясь уже к ключице.       — Уже простил, — выдохнул Глеб, добираясь уже до края одеяла, которое Кира все прижимала к себе. — Хватит извиняться за всё на свете.       — Глеб, ну пожалуйста, — выпалила Кира, когда Глеб потянул одеяло вниз, хотя она и пыталась оставить его на месте.       — Перестань стесняться и гнобить себя только потому, что тебе понравился секс, — Глеб все же стянул одеяло до живота девушки и перехватил её руки, которыми она поспешила прикрыться.       Он довольно рассматривал ее при утреннем свете, льющимся из полупрозрачных штор в комнату, а Кира между тем почувствовала, как заливается краской.       — Что вообще на меня могло найти, — пытаясь вывернуться, выдавливает Кира. — Это всё не по мне, ты прекрасно знаешь. Так что хватит.       Кира поджала губы, уже недовольно глядя на парня, всё ещё удерживающего ее руки.       — У некоторых девочек перед месячными повышается сексуальное влечение, так что… — приподняв бровь начал Глеб. — Так что тебе достаточно попросить, я всегда к твоим услугам.       Он нагловато ухмыльнулся и прильнул тёплыми губами к груди Киры, а потом слегка закусил её и провёл кончиком языка, оставляя влажный след. Кира выгнулась, невольно вспоминая вчерашнее и сдавленно заскулила.       — Ну Глеб, — чувствуя вселенскую неловкость, выдавила она, но в то же время невольно понимая, как появляется тянущее чувство внизу живота.       — Во время месячных, кстати, тоже, — не обращая внимания на ее попытки, продолжает Глеб, посасывая кожу вокруг соска и вновь слегка закусывая её.       — Это всё так пошло, господи, — зажмуриваясь, проговаривает Кира, сводя ноги от неконтролируемого ощущения внизу живота.       — Хочешь есть? — вдруг Глеб отрывается от неё, и принимая сидячее положение на ее ногах, спрашивает с добрым невинным видом.       Кира тут же прижимает руки к груди и ловит себя на мысли, что разочаровалась, не получив продолжения, но пытается отогнать эти мысли и утихомирить свои чувства.       — Есть? — переспрашивает она, давая себе время подумать.       — Кир, с тобой совсем что-то плохо, — Глеб сжимает её руку. — У тебя точно всё хорошо с самочувствием?       — Да, мне просто нужно всё это переварить, — хмурится Кира. — Можно я схожу в душ? К себе. И Глеб, правда, я всегда думала, что это намного хуже, чем то, как было с тобой. Но сейчас мне очень стыдно.       Глеб смотрит на неё пару секунд, ловя себя на мысли, что ни с кем не сюсюкался так долго ещё.       — Ладно, только не избегай меня, иначе придётся действовать, — хмыкает Глеб. — Лично я тебя ни за что не осуждаю. Наоборот. Ты большая умничка.       Глеб чмокает её в лоб, и, улыбнувшись, выходит из комнаты, закрывая дверь, чтобы Кира могла спокойно одеться без него.

***

      Глеб постучал в дверь номера Киры под вечер, понятия не имея, выходила ли она оттуда вообще. Он выглядел недовольно напряженным, понимая, что нужно было дать ей время, но в то же время она не появлялась у него на глазах уже слишком долго.       — Кир, ты хотя бы ела сегодня? — громко проговаривает Глеб в закрытую дверь.       Через минуту он начинает уже серьезно беситься, особенно учитывая то, что свой телефон мелкая оставила в его номере после вчерашнего.       Наконец дверь открылась и перед парнем предстала Кира в одеяле с заспанными глазами и спутавшимися волосами.       — Глеб, — прохрипела она, открывая дверь уже до конца. — Сколько времени?       — Около семи вечера, от тебя ни слуху ни духу, — раздраженно начинает парень, входя в ее номер. — Панк вообще считает, что я теперь держу тебя в сексуальном рабстве.       Глеб осмотрел её, пытаясь понять, действительно ли она спала весь день. На шее девушки красовались темно-синие следы со вчерашней ночи, и Глеб знал, что они продолжаются до самой груди.       — М, да, — Кира медленно направляется к кухне, жмурясь. — Прости, я уснула. У меня начались эти дни чуть раньше, чем я думала. А в первые дни я на максимально энергосберегающем режиме.       Кира недовольно хмыкнула, наливая себе воды и чувствуя, как пусто в животе.       — Это может быть из-за секса, — Глеб уселся на диван, глядя на Киру. — Я про твои дни. Поэтому они раньше.       Кира выгнула бровь, оставляя стакан и закутываясь в одеяло сильнее.       — Буду иметь ввиду, — бросила она, раздумывая, на что способна в таком состоянии: продолжить спать или попробовать выбраться из номера и поесть. Хотелось одинаково сильно и того, и другого.       — Завтра концерт, — начал Глеб аккуратно.       — Я знаю, я буду в форме к концерту, не беспокойся.       — Да нет, могла бы и отдохнуть, раз такая ситуация.       — Нет, — твёрдо ответила Кира и, прижав руку к голове, поплелась к спальне.       — Может закажем поесть? Ты весь день ничего не ела.       — Я усну, пока буду ждать. Но и выходить как-то не хочется, — задумчиво протянула Кира. — Завтра поем.       — Стебёшься? — нервно хмыкает Глеб. — Я разбужу тебя, когда доставят еду.       Он уже набирал что-то в телефоне, видимо, заказывая, но Кира недовольно выдохнула и подошла к нему.       — Если будешь будить меня, я испепелю тебя взглядом, — проговаривает она, глядя ему в телефон.       — Я разбужу так, что потом ещё попросишь продолжения, — не отрываясь, отвечает парень.       Кира закатывает глаза и плюхается рядом на диван.       — Это, кстати, вообще полезно. Заниматься сексом во время месячных, — без тени улыбки проговаривает Глеб, все ещё заказывая еду.       — Угу, — поджимая слегка губы, мычит Кира и откидывается на спинку, прикрывая глаза.       — Я серьезно, — видимо, закончив, Глеб поворачивается к девушке, глядя в глаза. — Боль уходит, продолжительность опять же таки может сокращаться. Это так, к сведению.       Кира хмыкает, в душе понимая, что возможно парень и в правду не шутит сейчас с ней, ведь на его лице не было и намёка на обычную ухмылку.       — Голова болит, — хрипит она.       — Ну так я о том и говорю, — наконец хмыкает Глеб и берет Киру за руку, притягивая к себе.       Кира хмурится, давая понять, что и вправду сейчас не настроена ни на какие выходки парня, но он лишь укладывает ее к себе на коленки головой и зарывается пальцами в волосы, начиная массировать ее голову, отчего Кира закрывает глаза и выдыхает от удовольствия. Она устраивается поудобнее на его коленках, закутывается в одеяло и в полной мере наслаждается движениями Глеба. Вскоре Кира понимает, что веки тяжелеют, хотя от сна уже болела голова.       — Не буди меня, — пищит она, понимая, что сложно бороться с сонливостью.       — Могу просто не давать тебе уснуть, — отвечает Глеб, явно недовольный тем, что Кира голодает весь день.       Кира недовольно бурчит что-то в ответ, и Глеб понимает, что она опять засыпает.       — Кир, ты всё равно сегодня поешь, — шепчет он, поглаживая её по волосам.       Он прикрыл глаза вслед за мелкой и глубоко выдохнул. Что-то странное творилось в его душе, и это не могло не напрягать. Хотелось сейчас постоянно быть около неё. И так вымораживало её присутствие около других парней. Идеальным вариантом было бы пристегнуть её к себе наручниками и отучить постоянно огрызаться. Глеб хмыкнул от своих мыслей, всё ещё зарываясь пальцами в её волосы.       Он не заметил, как и сам начал отключаться, будто у мелкой в номере была особая атмосфера.       Когда Кира вновь проснулась, она поняла, что Глеб уже не гладит её, но она всё еще лежит у него на коленках. В дверь стучали. Она поёжилась и недовольно сморщилась, медленно вставая.       За дверью стоял курьер, пролепетавший что-то на чешском, вручая Кире пакеты с едой. Она вздохнула, вспоминая, что Глеб заказал еды. Выдавив улыбку, она поблагодарила курьера и тихо направилась на кухню, видя, что Глеб спит. Она фыркнула, вспоминая его слова о том, что он будет её будить. Открыв коробку, она с наслаждением проглотила кусок пиццы, понимая, что очень сильно голодна. Пока она ела, она невольно засмотрелась на парня, который выглядел довольно мило. Она хмыкнула, но в память вдруг врезалась вчерашняя ночь, и Кира отвела взгляд, будто бы парень глядел на неё. Она почувствовала легкий румянец на щеках и с ужасом осознала, что ей и в правду понравилось вчерашнее. Она снова подняла взгляд, глядя на вздымающуюся грудь парня, и вспоминая, как он выглядит без футболки.       «Чёрт, может он прав на счёт повышения сексуального влечения…» — закусив губу, подумала Кира, понимая, что с ней творится что-то непонятное.       Она глубоко вздохнула, пытаясь унять это чувство внизу живота, и пошла в спальню за подушкой. Она положила её к изголовью дивана и очень аккуратно уложила парня на неё, меняя его сидячее положение на лежачее и укрыла одеялом сверху, в которое куталась до этого. Постояв над ним пару секунд и глядя в его умиротворенное лицо, она сдалась и прилегла рядом, залезая под одеяло. Так как места было не так много, то она положила голову ему на грудь, и парень приобнял её в ответ, позволяя поудобнее устроиться. Закрыв глаза, Кира слушала его сердцебиение и вспоминала его взгляд на неё, от которого улыбка сама появлялась на губах.