Стезя возрождения

      Весть о захвате столицы революционерами мигом прошлась по всей Империи, и в моём захолустном городке Бримвиль, до которого Революционная Армия ещё не добралась, вскоре поднялась шумиха. Ввиду того, что алчным чиновникам города больше некуда было деваться, толпа уставших от незаслуженно бедной жизни людей из низших слоёв подняла восстание, надеясь на скоротечное свержение органов местного самоуправления.       Я и сам, находясь в главной библиотеке Бримвиля и занимаясь своей привычной работой по оформлению всяких рукописей, думал, что этот бунт пройдёт успешно. Но каково же было моё удивление, когда десятки раненых человек ломанулись в здание, ибо вся городская больница была переполнена.       Оказалось, что в руках мэра города по имени Гристент Вайтлесс было тейгу, при использовании которого защищавшие его стражники вдруг наполнились таким гневом, что без капли сомнения смогли насильно обратить в бегство бунтовщиков под противный хохот Гристента и других чиновников.       — Чёрт, и на что эти зажравшиеся тупицы надеются?! — недоумённо восклицал потерявший в том бою руку кузнец Боб, что за день до битвы молился за процветание постреволюционного государства, в том числе и нашего города.       — Может, запросили помощь от восточных стран, например, Вакоку, и теперь тянут время, — рассудительно предположил аптекарь Дэгги, заматывавший свой глаз бинтовой повязкой. — Как-никак сейчас Империя находится в наиболее плачевном состоянии за всю историю, никто не может гарантировать сохранность суверенитета нашей страны.       — Да совсем скоро сюда прибудут солдаты Революционной Армии, и тогда всем им будет крышка, а этому мэру-жирдяю никакое «туйгу» не поможет, или как его там?       — Тейгу. — скромно поправил я, слушая их диалог; остальные люди, приютившиеся в библиотеке, чувствовали себя ещё более подавленно и молчали.       Ещё с детства мне были интересны военные достижения родного государства, а деятельность покойного Первого Императора, собравшего 48 штук легендарного оружия, всегда вызывала у меня восхищение и патриотизм. Ещё в моём подростковом возрасте мать с отцом ушли из жизни от рук городской полиции за «сокрытие экстремистской литературы», в которой подробным образом излагалось бурно развивающееся гниение госаппарата погрязшей в коррупции Империи. С тех пор я и ждал, когда падёт диктатура, нависшая над моим народом, к сожалению, так и не сумев попасть в ряды Революционной Армии.       — А ты-то, Сэм, почему с нами не пошёл? Струсил? — с усмешкой спросил Боб.       — Для меня и экипировки не осталось, а в кулачных боях я никогда не выходил победителем… Пойду проветрюсь. — так я оказался на запустелой улице, перед этим накинув серую куртку и положив в её карман шапку, дабы, если что, не замёрзнуть на ночной прогулке.       Направляясь в сторону больницы, я отметил, что пейзаж Бримвиля был привычным: множество жилых домов и несколько ремесленных лавок на фоне тёмной, далеко протянувшейся аллеи под лунным небом нагоняли тоску, даже фонари сегодня не были включены. Не видно ни души.       В целом возникшая ситуация вызывала у меня сплошное недоумение. Либо Гристент от горя сошёл с ума и готов оказывать сопротивление революционерам, либо у него действительно есть какой-то план, и в его рукаве припрятаны ещё сюрпризы. Я слышал, что ворота города, окружённого огромной стеной, сейчас закрыты, придётся сильно постараться, чтобы отсюда сбежать. Мирных жителей могут взять в заложники, тем вставив палки в колёса Революционной Армии, которая, как мне кажется, ещё задержится перед нашим спасением, её численность и так сократилась от штурма столицы.       Насколько я понял, тейгу мэра способно накладывать на людей некий эффект «берсерка», окрыляя и, наверно, затупляя все их чувства, мысли, эмоции: до сих пор не нашлось дезертиров среди стражников.       — Осмотрите весь район! — вдруг послышался вдалеке голос начальника городской стражи Содара, обращающегося к своему отряду солдат. Легки на помине.       Не знаю, какой приказ сверху получил этот блюститель правопорядка, но встретиться с ним или его подчинёнными прямо сейчас не хочется. Нужно спрятаться…       Быстро очутившись у груды деревянных ящиков в ближайшем переулке, я увидел, как в узком пространстве шевелятся силуэты о чём-то споривших людей. И везёт же мне на подобные встречи! Я вслушался, благо меня никто не заметил, :       — Что значит «жжётся», Дэниель?! — грозно спросил один из бугаёв. Судя по надетым на нём и трёх его собеседниках тёмным плащам и соломенным коническим шляпам, все они состояли в той бандитской группировке, что давненько втихаря терроризирует Бримвиль и близлежащие деревни, занимаясь покушениями, кражами, вандализмом. — Ещё вчера ты не жаловался.       — Сам не знаю, Брок. Моя рука вдруг резко загорелась, когда я, как обычно, начал воскрешать убитых вчера сопляков. С этим тейгу явно что-то не так.— оправдывался зажатый с трёх сторон худощавый парень, указывая на бордовую перчатку, которую он держал левой обожжённой рукой. На самой перчатке виднелся рисунок чёрного черепа.       — Чёрт возьми, ты просто должен был привести сюда туеву кучу скелетов, но и тех, что были, ты просрал. Как мы теперь завалим тех говнюков у ворот?! — грубо высказался Брок. Похоже, они здесь тоже застряли и собирались устранить отвечающую за открытие ворот стражу какими-то скелетами, в которых, видимо, этот убийца Дэниель превращал невинных граждан. — Всё, хватит! Он нам больше не нужен, Грег. — отозвавшись на своё имя, другой мужик, ростом превосходивший каждого из окружающих, достал из ножен саблю и без колебаний отрубил своему «коллеге», даже не успевшему вскрикнуть, голову.       От увиденного меня резко стошнило, и разбойники повернулись в сторону моего укрытия. Плохо дело!       — Кто здесь? — встревоженно спросил Грег.       Прежде чем я смог опомниться, старые ящики за мной разрушились вдребезги, как и мои надежды на спасение, от пинка этого головореза.       — Так, так, так, — сказал с противной улыбкой Брок, — незваных гостей, как ты, должна ждать смерть. Жаль, из тебя мог выйти хороший мертвяк, вот только… — он обернулся на место, куда упала перчатка Дэниеля, и замолчал.       Лежащее на земле тейгу внезапно залилось ярким оранжевым светом. Это как-то связано со мной? Секунды затянувшейся тишины ещё больше стали действовать мне на нервы.       — Постойте-ка, парни. — пошёл всё так же улыбающийся главарь к перчатке, — Помнится, она засветилась и тогда, когда мы показали её Дэну.       Подобрав её и подойдя ко мне, Брок дерзко взял мою правую руку и надел на неё тейгу. Череп на перчатке резко покраснел, и я почувствовал такую сильную головную боль, что упал на колени, сдерживая желания снова блевануть. Не прошло и полминуты, как череп заново принял чёрный цвет, вместе с тем закончив мою агонию.       Потянув меня за чуть ли не поседевшие чёрные волосы и уставив своё лицо напротив моего, Брок утвердил:       — Сегодня твой день, пацан. — спасибо, блин, не знал.       Затем он кивнул в сторону своего мёртвого соратника, приказав:       — Теперь преврати этого и при жизни бесполезного покойника в нашего костяного прислужника!       Освободившись от его хватки, я поднялся и, недолго думая, направился к свежему безголовому трупу, чувствуя вокруг себя напряжённые взгляды бандитов. И на что он рассчитывает? Понятия не имею, как именно надо «оживить» Дэниеля.       Подойдя к мертвецу ближе, я заметил мелкое серое свечение в области его грудной клетки и, не имея большого выбора действий, нажал на тусклый огонёк правой ладонью — глазные отверстия черепа на перчатке приняли такой же серый цвет, а труп начал постепенно нагреваться. Я ощутил, как силы стали покидать меня, и последним, что отключившийся мозг запомнил, было доселе мной не виданное «примагничивание» головы к шее. Далее мой разум заволокла тьма…