Intertwined fates

      В квартире была напряжённая обстановка. Парни уже не помнили, когда так пререкались с Какаши. Последние события заставляли буквально кипеть кровь каждого. Слишком много проблем, в которые они впутались.       ― Слушайте внимательно. ― Скрестив руки на груди, Какаши, которого не волновало недовольство парней, посмотрел на каждого. ― С этого дня вы ездите на учёбу вместе.       ― А до этого мы так не делали, ― с сарказмом подметил Наруто.       Какаши устало потёр переносицу, после чего кинул парням две связки ключей от машин.       ― Теперь вы будете их возить, ― начал объяснять Хатаке.       ― Какого чёрта? ― возмутился Узумаки вместе с Саске.       ― Дослушай меня сначала! ― рявкнул Хатаке. ― О вас известно слишком много. Этого недостаточно?       Увидев, что его слова пусть и не подействовали, но заставили парней замолчать, он вернулся к спокойному тембру.       ― Ездить будете по двое и разными дорогами. Так больше шансов избежать слежки. ― Какаши тяжело вздохнул. ― Игры закончились. Теперь это приказ от верхушки. Исполняйте.       ― Под верхушкой ты подразумеваешь себя? ― подняв бровь, спросил Учиха.       ― Думаю, я имею на это право. ― Хатаке ясно дал понять, что больше вопросов не принимает. ― Машины уже на парковке. Надеюсь, вы всё поняли?       Все трое уставились друг на друга. Какаши оглядывал учеников слишком безразличным взглядом, что их раздражало. Парни яростно смотрели на наставника, ненавидя себя за свою же беспомощность. Это действительно настоящий приказ, который они должны исполнить.       ― Повторять не надо, ― рявкнул Саске и первым вышел из квартиры, крепко сжимая ключи.       Входная дверь захлопнулась, сотрясая рядом стоящий комод. Саске всегда знал, что придёт время, когда он пожалеет о своём решении работать с Какаши.       Знакомый вид из окна, привычная комната и законно лежавшая у кровати сумка. Наблюдая за всем этим, Сакура собиралась на учёбу, чувствуя долю облегчения, ведь наконец-то была дома. Девушек уже поставили в известность о небольшом изменении в компании. Теперь они будут ездить раздельно. Конечно, такой расклад не совсем радовал, но Какаши и Цунаде были слишком серьёзно настроены, чтобы им перечить. По крайней мере, Сакура с Хинатой, в отличие от парней, не рискнули.       Правда, каждая, сев в машину, и словом не обмолвилась с парнями. Они до сих пор таили на них злобу за последние события, а после недавнего разговора стали ещё и подозрительнее относиться. И всё же Сакура пообещала самой себе прикусывать язык, как только в голове появлялись положительные мысли.       У входа в университет девушки заметили полицейскую машину и толпу.       ― Что происходит? ― Хината, выйдя из машины, переглянулась с Сакурой.       ― Сейчас узнаем. ― Харуно, поправив сумку, направилась к университету.       При приближении к толпе по разговорам можно было понять, в чём дело. Судя по всему, кого-то задержали полицейские.       ― Сакура! Хината! ― увидев их в толпе, позвала Темари. ― Вы уже знаете?       ― О чём? ― Хината была встревожена.       ― Оказывается… ― Темари только начала объяснять, как все трое перевели взгляд на вход.       Двое полицейских выводили из университета Кабуто, который отчаянно пытался вырваться, постоянно говоря что-то о презумпции невиновности. Сакура и Хината повернулись к парням, но те даже не проявили интереса к шумихе. Встретившись с Саем и Шикамару, они разговаривали в стороне.       Но настоящим шоком для девушек стало то, что после Кабуто вывели Каруи. Она, в отличие от Кабуто, лишь со слезами послушно шла туда, куда её вели.       ― Подождите, ― тихо произнесла Сакура. ― Но как же так?       ― Ничего неизвестно, ― Темари услышала её, ― всё произошло так быстро…       Все стали расходиться, постоянно расспрашивая друг друга. Сакура с Хинатой с совсем упавшим настроением просто отсиживались на парах. Всё же если ситуация с Кабуто была более-менее ожидаемой, то Каруи вообще сюда не клеилась. Ино и Темари узнали, что Тен-Тен снова не было, а это добавило лишних волнений. Сакура не понимала, почему подруга стала пропадать так часто, поэтому договорилась навестить её вместе с Хинатой.       После занятия Сакура направилась в аудиторию этажом ниже. Вновь задумавшись о ситуации с Каруи, она оступилась на лестнице. Харуно постаралась за что-то схватиться, но ей помогли не упасть, придержав за локоть.       ― Ой, спасибо, ― немного смущаясь, она повернулась к человеку.       Перед ней стоял незнакомый парень. Он лишь мило улыбнулся.       ― Будь аккуратнее, ― промолвил тот и, увидев вопросительный взгляд, протянул руку для знакомства. ― Сасори. Новенький.       ― Ах да, точно! ― Харуно мигом ответила на рукопожатие. ― Сакура.       Сасори вновь улыбнулся и мельком глянул на учебник в её руках, ― сокурсница. Придя только ко второй паре, он ещё не встретился с однокурсниками до этого момента.       ― Нам с тобой по пути, ― показав на свой учебник, оповестил Сасори.       Сакура лишь улыбнулась в ответ и сравняла с ним шаг, направляясь на занятие. Он был приятным парнем, и она буквально сразу же нашла с ним общий язык.       Этот крайне весёлый тандем наблюдал идущий поодаль Саске, которому также было в их сторону. Он лишь вопросительно поднял бровь, стараясь не засмеяться от этой приторной картины. Было очевидно, что Сакура поведётся на такого хлюпика, как Сасори. Покачав головой в знак того, что Сакура неисправима, Учиха лишь увеличил звук музыки в наушниках.       Но, как оказалось, хлюпик оказался-то приставучим. Он сидел рядом с Сакурой все пары и, помимо этого, проводил с ней перерывы. Но когда осмелился проводить её домой, Харуно всё же отказала. Хотя, если б не было причины, точно бы согласилась.       На следующий день ничего не изменилось. Каждый понимал, что нужно просто смириться с условиями Какаши. Сакуре нужно было ко второй паре, поэтому Хината покинула квартиру первой. Наруто и Хьюга пересеклись на этаже, и та, посмотрев на Узумаки, лишь хмыкнула. Он не мог смолчать.       ― Чтоб ты понимала, ― Наруто остановил её за локоть, ― только из-за Какаши я занимаюсь этой хернёй.       Предвещая подобное, Хатаке, расслаблено опёршись на косяк, наблюдал за ними. Он всем видом показывал, что никаких пререканий быть не могло. Наруто это прекрасно знал, поэтому решил на том закончить.       ― Нет, я не понимаю! ― дёрнув руками, Хината, сидя в машине, не могла смолчать. ― Почему мы должны так ездить?       ― Я задаюсь этим вопросом уже второй день, ― Узумаки пожал плечами, понимая, что больше ругаться с Какаши не собирался.       В абсолютной тишине Наруто завернул на заправку. Обученный горьким опытом, он решил перестраховаться. Выйдя, он направился оплатить за топливо, оставив Хинату в машине.       ― Мне полный бак, ― кинул Наруто, подойдя к кассе.       ― Наличными или картой? ― спросила работница.       ― Карточка, ― Узумаки протянул свою кредитку.       Девушка провела первый раз, но терминал лишь неприятно запищал. Неловко улыбнувшись, она повторила операцию. Наруто, стоя перед ней, держал руки в карманах и, топая ногой, выжидающе смотрел на работницу.       ― Прошу прощения, ― начала та, ― но ваша карта заблокирована.       ― Чего? ― удивился он. ― Не может быть, попробуйте ещё раз.       Пожав плечами, девушка, повернув к Наруто терминал, провела карточкой. Тот вновь выдал отказ.       ― Какого чёрта? ― разозлился Узумаки, доставая из портмоне ещё одну карту. ― Вот, попробуйте этой.       Проделав операцию с четырьмя кредитками, он, уперев руки в бока, не стесняясь, выругался на весь магазин. Он не понимал, в чём дело, но нужно было как-то выкручиваться. Наруто был уверен: так ему ещё никогда не приходилось унижаться.       Выбора не было. Подобно тигру в клетке, он направился к машине. Подойдя, он постучал по стеклу задней двери. Хината прекрасно услышала его, но сделала вид, будто нет. Наруто, вновь выругавшись, со всей силы стукнул кулаком, зная, что пуленепробиваемое стекло тяжело разбить. Стоило признать, что Хината от неожиданности даже дёрнулась, но, сохранив невозмутимое лицо, медленно опустила стекло, демонстративно не глядя на Узумаки.       ― Хьюга… В общем… ― Наруто почесал затылок. ― Это… короче…       Было видно, насколько тяжело ему давались слова. Он немного отошёл от машины и, помассировав шею, посмотрел на небо.       «Твою же мать!» ― Узумаки хотел провалиться сквозь землю. Собрав все силы, он вновь обратился к Хинате:       ― Так вот…       Вместо музыки в машине раздался заливистый смех Хинаты, которая не могла успокоиться уже несколько минут. Было честью увидеть, как Наруто вновь попал впросак.       ― Нет, ну ты серьёзно? ― Хьюга старалась успокоиться. ― Как так можно?       Её знатно позабавило, как Наруто, мечась от слова к слову, попросил её заплатить за бензин. Вначале Хината даже подумала, что ослышалась, но, увидев раздражение на лице Узумаки, поняла, что у него проблемы. Вряд ли ему просто не хватало средств. Но даже от осознания этого Хинате не становилось менее смешно.       Наруто горел от злости. Резко вывернув руль на сто восемьдесят градусов, пересекая двойную сплошную, он помчался в другом направлении. Хината, не на шутку перепугавшись, вцепилась в ремень безопасности.       ― Эй, погоди, ― нервно сглотнула она. ― Ты куда гонишь?       ― Куда надо. ― Наруто явно был не просто раздражён. Всё же гордость явно немаленькая, и задеть её очень легко.       ― Вообще-то у меня зачёт на первой паре! ― крикнула Хината, зло глядя на Узумаки.       ― Подождёт твой зачёт! ― рявкнул тот.       Хината поняла, что разговаривать с ним бесполезно и опасно. Подъехав к большому высотному зданию, Наруто припарковался, подрезав какого-то таксиста. Тот начал что-то кричать, но в ответ Наруто лишь показал фак, полностью игнорируя нравоучения.       ― Выходи! ― Узумаки резко открыл дверь со стороны Хинаты.       Та возмущалась про себя, но всё же вышла. Наруто, довольно уверенно зайдя в здание, без слов направился к лифту. Поднявшись на нужный этаж, он слишком быстро направился в конец коридора. Ближайший кабинет был открыт, и, увидев там мужчину, Наруто махнул ему рукой, словно они давние знакомые, на что тот кивнул. Хината удивлённо наблюдала за этим немым приветствием, как её дёрнул Узумаки.       ― Твоя задача сейчас просто помолчать. Ясно? ― Вряд ли это звучало как просьба.       Хината недоумённо смотрела на Наруто, который явно не думал, что творил.       ― Она у себя? ― спросил Наруто у секретарши рядом с кабинетом.       Та успела только испугано кивнуть, как Узумаки, резко открыв дверь, с шумом зашёл в кабинет. В буквальном смысле ворвавшись, Наруто без всякого приветствия сразу начал на повышенных тонах:       ― Значит, так, да? Серьёзно? То есть ты считаешь, что это лучший способ влияния на меня? ― Поток возмущения хлынул на милую женщину в кресле.       ― Ты что творишь?! ― Хината дёрнула его за рукав. ― Ты хоть понимаешь, кто это?!       Хьюга, осознав, куда привёл её Наруто, просто оцепенела. Но когда она увидела, с кем разговаривал Узумаки, уже просто не могла сдержаться. Сама министр образования сидела перед ними, а он даже поклона уважительного не сделал, не говоря об остальном. Хината сразу узнала Кушину ― ту дважды приглашали в их университет. И оба раза она производила невероятное впечатление. Хьюга могла долго говорить об уважении к ней, но для неё оставалось загадкой, какая связь между ней и этим взбалмошным парнем.       ― Нет, ну что мы как в детском саду? ― на удивление Кушина с улыбкой хлопнула в ладоши и спокойно обратилась к Хинате: ― Милая леди, вы не будете так любезны закрыть дверь?       Хьюга даже не обратила внимания на то, насколько подозрительно она добра, вытянулась в струнку и, поклонившись, выполнила просьбу.       ― Нахрена ты это сделала? ― никак не мог угомониться Наруто. ― Ты, блин, со…       Между тем Кушина подошла к нему вплотную. Перебив брань, она резко схватила Наруто за ухо.       ― Что-то современная молодёжь совсем забыла об уважении к старшим, ― довольно строгим голосом подметила она.        Как ни в чём не бывало Кушина, всё так же держа Узумаки, подвела его к столу. Наруто, насколько это возможно, старался спасти ухо и, только когда щекой почувствовал поверхность стола, раздражённо промычал:       ― Ну, ма-а-ам!       «Мама?!» ― Хината чуть не упала от этой новости. Теперь ясно, почему его так легко везде пропустили и ни один из охранников даже слова не сказал.       «Узумаки… Ну конечно же! Кушина Узумаки!» ― теперь Хината вспомнила, но от этого возмущение не уменьшилось. Значит, эта выскочка, эта ошибка природы, этот ходячий раздражитель ― её сын? Наруто явно пошёл не в мать.       Кушина, не стесняясь присутствия Хинаты, отчитывала, всё так же держа за ухо, своего двадцатиоднолетнего сыночка. Несмотря на то что Наруто был выше её головы на две, он, казалось, уменьшился втрое. Судя по всему, это не редкое явление в семье Узумаки.       ― Я говорю тебе в последний раз: я хочу… Нет! Я требую, чтобы ты бросил свою работу! ― Отпустив Наруто, Кушина, поставив руки по бокам, смотрела на него.       Она была зла и расстроена. Даже сквозь угрозы можно было услышать беспокойство в голосе.       ― Неужели тебе мало того, что даём мы с отцом? Хватит подставлять себя ради грошей, которые ты в день прогуляешь! Хочешь быть в полиции ― пожалуйста! ― Кушина развела руками. ― Но не там, где ты сейчас.       ― Я прекрасно могу зарабатывать сам! ― Наруто опёрся руками на стол. ― И какого чёрта ты влезла в мой счёт?       ― Тогда почему же ты так раздражён? ― с нескрываемой усмешкой спросила Кушина. ― Ну и зарабатывай. Я забрала исключительно то, что дали тебе мы.       Наруто не мог просто успокоиться. Он не любил, когда мать встревала в его дела. Вышло так, что он ещё и опозорился перед Хинатой.       ― Тебе заняться нечем?       ― А как мне ещё до тебя достучаться? ― Кушина вновь перешла на крик и положила ладонь на лоб. ― Это всё Минато виноват. Я говорила ему, что это плохая затея. А он мне: «Нет, нет, пусть будет там, где нравится… Какаши всё уладит». Чтоб им обоим пусто было!       ― Мама, ― Наруто закатил глаза, ― со мной всё будет в порядке. Сколько мне лет, по-твоему?       ― Вот и я задаюсь этим вопросом, ― Кушина нервно жестикулировала. ― В порядке? Наруто, кто-то нашёл твоё досье, понимаешь? Или для тебя это не проблема?       Её уведомили о насущной проблеме, и она разозлилась на всех, кто с этим связан. А на сына ― в первую очередь.       ― Мы решим этот вопрос. ― Наруто выдохнул, понимая, что мама слишком переживала. ― А теперь разблокируй мои карты.       ― Поговорим об этом позже. ― Кушина глянула в окно, не в силах больше злиться на сына.       Хината успела присесть на диван поодаль. Она наблюдала за этой сценой и не понимала, где попкорн и как Кушина могла так долго сдерживаться. Если б Хината была на её месте, то уже давно бы сорвалась.       ― Ой, прости, пожалуйста! ― Заметив ― или же вспомнив ― Хинату, Кушина подошла к ней. ― Мне так жаль. Мой сын тот ещё оболтус. Нервы мотает только так, да?       ― Э… ― Хината не совсем поняла, к чему это, но быстро встала. ― Извините…       ― Нет, это ты извини. ― Кушина взяла её за руки. ― Видеть любимого человека в таком амплуа не очень, да?       Хината на пару с Наруто чуть не поперхнулись.       ― Что? Нет-нет! ― Хьюга стала махать руками в знак отрицания.       ― Мам! ― Наруто быстро оттянул мать от неё. ― Это, чтоб ты понимала, и есть моя работа.       ― Да ладно? ― Кушина оглядела Хинату с ног до головы. На секунду ей показалось, что, может, не так уж всё и плохо.       Хьюга готова была провалиться сквозь землю. Она не понимала, что здесь забыла, а её доклад в сумке уже буквально горел.       ― Так, ладно, ― Наруто словно услышал её мысли, ― нам уже пора. И да, ― он вновь обратился к Кушине, ― прежде чем что-то рассказывать мне, подумала бы о себе. Нас с отцом ты так же слышать не хочешь, разве нет?       Хината не совсем поняла, о чём он, но Кушина, судя по всему, вполне. Она лишь серьёзно посмотрела на Наруто, но как только хотела ответить, её прервал шум за дверью. В коридоре слышались крики, и они становились всё громче. Дверь в кабинет министра резко открылась, и появились люди в форме.       ― Всем стоять на месте! Прокуратура.       Наруто удивлённо посмотрел на них, в то время как Кушина была всё так же невозмутима. Она серьёзно смотрела на пришедших, понимая, к чему всё шло. Можно сказать, Кушина ожидала подобного ― с приходом офицеров ни один мускул на её лице не дрогнул. Держа наручники, один из работников приблизился.       ― Узумаки Кушина, вы арестованы за коррупцию в особо крупных размерах. Вы имеете право хранить молчание. Всё, что вы скажете, будет использовано против вас в суде.       Во время этого монолога Наруто ошалело смотрел за происходящим. Когда офицер подошёл к Кушине и начал надевать наручники, он рванул к нему и, схватив за воротник, был готов уже откинуть того метра на два. Его быстро схватили ещё два офицера и, оттащив от сослуживца, швырнули на пол.       ― Молодой человек! ― обратился к нему один из них. ― Если вы ещё раз предпримите подобное, будете также арестованы.       ― Наруто! ― серьёзно произнесла Кушина, не теряя уверенности. ― Не надо.       Даже сейчас, стоя в наручниках, она в первую очередь волновалась за сына, зная, что он мог натворить. Кушина посмотрела на Хинату с просьбой в глазах. Она почему-то была уверена, что этой девушке можно довериться. Хината поняла намёк и мигом подошла к Наруто. Присев к нему, она, насколько это возможно, удержала его за плечи.       ― Она права. В тюрьме ты ей не поможешь, ― шепнула Хината, надеясь, что Узумаки не станет повторять одну и ту же ошибку.       В кабинет влетел Шикаку. Он должен был узнать всё, что возможно. Минато просил его осведомлять обо всём, происходящем здесь, зная, что жена могла попасть в подобную ситуацию. От Шикаку он сразу получит самую правдивую информацию и предостережёт её распространение в СМИ.       ― Куда вы её увозите? ― серьёзно спросил Нара.       ― Генпрокуратура. Там она будет ждать суда, ― процедил один из работников.       ― Кем выставлены обвинения?       ― Все материалы дела получите через адвоката, ― офицер не утруждался объяснениями.       Люди в форме стали выходить по одному и вывели Кушину.       ― Ублюдки! ― Наруто с презрением посмотрел на служащих.       Он вновь хотел наброситься на них, но сдержался ― Хината всё ещё была рядом. Наруто так и остался стоять на коленях, в оцепенении наблюдая, как его мать выводили из кабинета. Он знал, что это когда-то произойдёт. Они с отцом постоянно предупреждали Кушину, но та не сдавала позиций. Она никогда не передаст управление, зная халатное отношение других, и была слишком предана работе.       Хината была рядом с Наруто и понимающе обнимала его за плечи. Она впервые видела его в таком состоянии. Но Узумаки лишь грубо дёрнулся и встал, прожигая взглядом присутствующих. Один из офицеров велел отойти ― нужно было изъять все документы со стола министра. Пришлось перейти в кабинет Шикаку.       ― Я предполагаю, что одно из обвинений от благотворительных организаций. ― Он решил не тратить время зря и поделиться тем, что узнал ранее от Шикамару: ― Но проблема в том, что сам руководитель говорит, что его не предъявлял. ― Нара серьёзно посмотрел на Наруто. ― Кто-то хочет подставить твою мать.       ― Но кому это нужно? ― Хината искренне переживала.       ― Мы будем решать этот вопрос. ― Шикаку повернулся к Наруто. ― Не волнуйся. Я уже сообщил твоему отцу. Адвокат будет в генпрокуратуре раньше, чем госпожа Кушина.       Словно не слыша его, Наруто прожигал взглядом стену напротив, крепко сжимая пальцы в кулаки.       ― Идём, ― кинул он Хинате, направляясь к двери.       Доставив её в университет, Наруто, не выходя из машины, уехал. Ему было плевать на угрозы Какаши и на задание. Хината всё же опоздала на пару, но думала совсем о другом. Хьюга не винила Узумаки, так как могла только представить, что творилось в его мыслях.       Наруто вернулся домой поздно ночью ― вместе с отцом они были в генпрокуратуре. Ещё днём он коротко объяснил Саске, что произошло. Учиха не удивился: он знал, что Кушина уже довольно долго ходила по лезвию ножа. Саске понимал, чего хотел Наруто, поэтому успокоил его: у Какаши ночная смена, и два дня его не будет. Осталось только надеяться, что он не узнает о беспечности Узумаки.       Дома Наруто столкнулся в гостиной с Саске. Из-за бессонницы он устроил себе ночную тренировку и как раз тоже только пришёл.       ― Ну что там? ― поинтересовался Саске.       ― Ничего хорошего. ― Наруто устало плюхнулся на диван. ― Хоть адвокаты и говорят, что все улики косвенные, они не собираются её сейчас отпускать.       Он сложил руки в замок и закинул их за голову. Саске, хоть и видел, насколько ему паршиво, так ничего и не сказал. Хлопнув Наруто по плечу в знак поддержки, он ушёл к себе в комнату.       Цунаде нервно стучала ногтями по поверхности стола. Ей пришлось отказаться от предложения Шизуне где-нибудь расслабиться ― появился внезапный вопрос, который Сенджу не могла упустить.       ― Как же я это не люблю, ― протянула Цунаде, набирая чей-то номер. ― Мина, свяжись с главным прокурором. Мне всё равно как, но он должен быть у меня сегодня шесть вечера. Меня не волнуют его отговорки. Сегодня в шесть он должен стоять передо мной.       Звонко положив телефон, Цунаде недовольно скривилась. Она не хотела разговаривать в таком тоне, но в некоторых случаях нужно пользоваться привилегиями. Зато такой способ всегда был действенным. Главный прокурор ровно в шесть постучал в дверь её кабинета. Он был напуган. Прокрутив в голове все недавние события, генпрокурор был уверен, что не было ничего, что могло бы не удовлетворить Сенджу. Зайдя в кабинет, он медленно подошёл к её столу.       ― Госпожа Цунаде, ― начал тот, ― я…       ― Перейдём сразу к делу, ― Цунаде перебила его, начиная серьёзный разговор.       Спустя какое-то время в кабинете повисла тишина. До этого в основном говорила Цунаде, и с каждым её словом мужчина чувствовал сильное давление. Цунаде не понадобилось много времени, чтобы дать понять, что именно ей нужно. Она прожигала его взглядом, ожидая ответа. Видно, что прокурор словно метался из стороны в сторону. Но Сенджу имела слишком большой авторитет. Он, от безысходности сжав кулаки, опустил голову в знак уважения.       ― Будет сделано, госпожа Цунаде.       Прокурор лично убедился: Сенджу умела произвести впечатление женщины, которой нельзя отказывать.       ― Рада, что мы поняли друг друга, ― притворно улыбнулась та и жестом показала, что разговор закончен.       Цунаде вела себя ужасно? Не исключено. Пользовалась ли она статусом? Очевидно. Цунаде понимала это, но также знала, что ни капли не пожалеет.       Утром Наруто вот уже десять минут наматывал круги по комнате. Всё случилось настолько быстро, что он до сих пор не верил. Вчера вечером отец позвонил ему, сказав, что с Кушиной всё улажено. Естественно, Узумаки сломя голову направился к ним. И только там он узнал, что всё сделано по велению Сенджу.       У Наруто было двоякое чувство. Человек, которого он недолюбливал, помог ему и в один момент заставил задуматься об отношении к нему. Но Узумаки решил отложить этот вопрос. Всё же семья была для него всем. Узумаки от злости сжал кулаки. А злился на самого себя ― его позиции стали рушиться. Из-за Цунаде у него куча проблем, но она сделала то, что перекрыло всё.       Подъехав к университету, Сакура поторопилась. Насколько она знала, Хината уже в аудитории. Харуно ещё с утра слышала, как из соседней квартиры доносилась ругань. Увидев Саске, она поняла, что лучше сделать вид, что её вообще не было. Выйдя из машины, она быстро слилась с толпой студентов в надежде уйти подальше.       Когда Сакура поднималась по лестнице, её зацепил какой-то студент. Она вновь оступилась. Получилось удержаться на ногах, но из-за этого она умудрилась попасть в самую что ни на есть нелепую ситуацию в жизни. Навстречу ей шёл Сасори, который и придержал её за руку. Но понимая, что что-то не так, Харуно повернула голову и увидела, как за другую руку её держал Учиха. И она не могла понять: он так злобно зыркал на неё или на Сасори? Или же на обоих?       Первую минуту парни просто играли в гляделки. Сакура, которая стояла между ними, уже чувствовала, как в голове прожгли дыру.       ― Ты ещё долго стоять будешь? ― Саске посмотрел на неё, явно давая понять, что лучше поторопиться.       Сасори усмехнулся. Он уже давно наблюдал за Саске, и его мнение о нём подтвердилось. Видно, самолюбие родилось раньше Учихи. Его взгляд так и говорил об этом.       ― Погоди, ― решил встрять Сасори, ― отпусти её сначала.       ― Э… ― Сакура металась из стороны в сторону.       Саске, проигнорировав её, оскалился, удивляясь смелости Сасори. Не отпуская руку Сакуры, он подошёл ближе.       ― Ты вообще кто?       ― В этом есть какая-то разница? ― Сасори не отставал. ― Отпусти девушку ― и разойдёмся.       ― Слушай, ― Саске приблизился, ― ты исчезаешь сам или тебе помочь?       Сасори удивлённо уставился на него. Он ещё не знал, каков Учиха в гневе, ― он не просто горделивый парень. Саске резко дёрнул Харуно за руку и, освободив её из хватки Сасори, пошёл вместе с ней в их аудиторию.       Но на занятиях Сасори вновь был с Сакурой. Они сидели вместе, да и на обед ходили вдвоём. Однако Саске уже не был так раздражён. Тогда его вывела самоуверенность Сасори ― вот он и указал на его место. А сейчас пусть Сакура делает что хочет.       ― Ты сегодня прекрасно выглядишь, ― идя по аллее, подметил Сасори, глядя на Харуно.       ― Спасибо. ― Сакура смущённо поправила упавшую прядь волос. Ей очень редко приходилось слышать такие слова от парней.       ― Сакура, ― было видно, что Сасори что-то тревожило, ― этот парень, что был с утра, ― вы с ним…       ― О нет! Нет! ― Сакура поняла, к чему тот клонил, и быстро замахала руками.       ― Просто вы постоянно вместе, вот я и подумал, ― Сасори пожал плечами.       ― Да… Так получается иногда. ― Сакура не знала, что сказать, ― для её ситуации нельзя придумать нормальную отмазку.       Но Сасори не настаивал. Ему было плевать на Саске. Главное ― он узнал, что Сакура не состояла с ним в отношениях. Он быстро перевёл тему:       ― У тебя есть планы на сегодня?       ― Планы?       ― Сегодня будет выступление французских актёров под открытым небом. ― Было видно, что Сасори немного смущён. ― Я подумал, может быть, мы могли бы сходить?       Сакура осознала, что её приглашали на свидание, и оно могло быть первым. Её глаза радостно загорелись, но задор вмиг пропал. Харуно вспомнила, что планы на сегодня уже есть.       ― Мне так жаль, ― Сакура заметно погрустнела, ― но сегодня я не смогу пойти с тобой.       ― Раз так, ― Сасори понимающе улыбнулся, ― тогда оно условие.       ― Какое?       ― Пообещай мне один вечер, ― Сасори хитро посмотрел на Харуно.       ― Хорошо, ― она засмеялась.       ― Ты пообещала. ― К её удивлению, Сасори протянул ей мизинец.       Сакура всегда любила этот детский жест. Она верила, что обещание, скреплённое мизинцами, намного крепче. Они завели разговор на другую тему. Всё же Сакуре очень симпатизировал Сасори, но она не могла согласиться на его предложение. Сегодня ей нужно быть в другом месте.       Часы показывали шесть вечера. Ровно через час состоится суд по делу Хидана. Цунаде приехала вместе с Какаши и уже поднималась к главному залу. Она уже знала, что именно из-за него погиб Дан, и как никто ждала, чтобы его засудили. Сенджу чувствовала, что хоть как-то, но её любимый будет отомщён.       Какаши вёл себя более расслабленно ― он знал, что приговор известен всем. Когда они были в Лос-Анджелесе, разговор был записан, а это самая прямая улика. Было видно, что Хатаке даже немного злорадствовал, правда, причина была известна только ему.       Зайдя в помещение, они присели на одну из скамей. Людей было довольно мало ― заседание закрытое. Спустя какое-то время пришли и Сакура с Хинатой. Они сели рядом с Цунаде, кивнув в знак приветствия Какаши. Наруто и Саске тоже присутствовали, правда, по ним было видно, что их приход вынужденный. Какаши, который осмотрел их, недовольно цокнув:       ― Вы могли поприличнее одеться?       Парни, закатив глаза, недовольно скривились. Но всё же, когда осталось несколько минут до начала заседания, каждый выпрямился.       В зал зашли прокурор и секретарь. Поклонившись, они заняли места. После появился и адвокат Хидана, что сел рядом с местом подсудимого. Судя по всему, он не так просто отдаст своего подзащитного. Два офицера привели Хидана, что был в тюремной робе. Он глянул на присутствующих и увидел знакомые лица. Глянув на них последний раз, он перевёл взгляд куда-то вниз, больше не поднимая головы.       В зале появился верховный судья ― на этот раз встали все. Наруто встретился взглядом с отцом. Узумаки нечасто бывал на заседаниях Минато, но прекрасно знал о его компетентности.       ― Всем встать. Суд идёт, ― прозвучало на весь зал.       Минато, заняв своё место, повернулся к прокурору.       ― Господин прокурор, предъявите обвинения.       Мужчина в строгом костюме вышел вперёд и встал напротив Хидана.       ― Подсудимый обвиняется в убийстве четырнадцати человек, хищении имущества и нелегальной торговле оружием.       Здесь уже была работа Какаши. Найдя эту информацию, он идеально дополнил доказательства парней. Реакция зала была явно негативной. Минато кивнул в знак подтверждения и повернулся к Хидану.       ― Подсудимый, вы согласны с этим?       Хидан изменился в лице. Приняв самый жалкий вид, он посмотрел на Минато.       ― Нет! Господин судья, это всё ложь! Я невиновен!       Минато прекрасно понимал, что Хидан врал, но всё же ради справедливости перед всеми должен был сделать всё, что требовалось. Он вновь обратился к прокурору:       ― У вас есть доказательства?       ― Аудиозапись.       ― Передайте её на рассмотрение, ― Минато указал рукой на большой экран возле секретаря.       Буквально спустя минуту запись была готова для обнародования. Все затаили дыхание, включая Цунаде с девушками.       «Был у меня заказ на них. Угадали. Его я тоже грохнул. А ещё…»       Все с ужасом слушали признание. И казалось, всё так, как и должно быть: прямая улика вины Хидана. Но Саске и Наруто лишь переглянулись и, скрестив руки на груди, стали вслушиваться в каждую фразу. Когда запись закончилась, встал адвокат Хидана. Он словно выжидал нужный момент, и когда он настал, стал действовать.       ― Господин судья, прошу посмотреть ещё одну запись. Сегодня утром я получил её, и, думаю, вам стоит это услышать. Она подлинная, вы можете в этом удостовериться.       Какаши, наблюдая за этим, сдержался, чтобы не засмеяться. Кто приносит улики во время заседания? Неужели адвокат не в курсе, что все материалы должны быть переданы заранее?       «Жалкое зрелище», ― подумал он, наблюдая за этими наивными попытками оправдания. Но, к его удивлению, Минато, вместо того чтобы отклонить его предложение, замолчал. Внимательно посмотрев на адвоката, он разрешил дать его доказательство на рассмотрение.       «Какого?..» ― Хатаке сдержался, чтоб не высказаться на весь зал. Он знал, что Минато не мог их предать. Так почему дал согласие?       Спустя пару минут вторая запись также была готова к прослушиванию. Минато, кивнув, попросил секретаря её включить.       «Ну как? Я сделал, что вы просили! Я готов, хорошо, только прошу, не трогайте меня! Прошу, я не хочу умирать! Я всё скажу! Скажу, что виноват во всём я! Хорошо, это я! Я убил их всех! Это я…»       Когда запись оборвалась, в зале суда повисла тишина. Все переглядывались. Никто не понимал, что происходило. Какаши вмиг посерьёзнел и посмотрел на парней, которые, в свою очередь, чуть не поднялись с мест. На этом заседании их записи в принципе не было. Ни первая, ни вторая не являлись настоящими. С самого начала всё было не то, что они слышали от него лично.       Поправив галстук, адвокат Хидана решил действовать.       ― Господин судья, это что получается? ― стальным голосом начал он. ― Судя по всему, как раз таки моему клиенту угрожали, а не наоборот.       ― Что ж, вы правы, ― Минато старался оставаться невозмутимым.       ― Да и спешу заметить, что любые признания, полученные под воздействием силы, считаются недействительными, ― подметил адвокат.       Минато серьёзно посмотрел на последнюю скамью, где сидел его сын. Все доказательства были против их слов. Он лишь подтверждал всё, что говорил адвокат. Минато знал, что, несмотря ни на что, должен признать Хидана невиновным.       Цунаде всё это время сидела с потерянным взглядом, нервно перебирая пальцы. Этот человек убил её любимого. Но вместо того, чтобы сидеть за решёткой, он будет спокойно расхаживать по улицам. От чувства вины у неё появились в глазах слёзы. Она ничего не понимала. Как так получилось? Сенджу вопросительно посмотрела на Какаши, надеясь хоть что-то узнать, но тот проигнорировал её.       Сакура с силой сжала кулаки. Они и Хината были там и прекрасно всё слышали. Они, так же как и парни, первыми заподозрили неладное.       Когда заседание закончилось, все вышли из зала суда, оставаясь в холле. Они недоумённо смотрели друг на друга, понимая, что последняя надежда на справедливость рухнула в один момент. Минато подошёл к ним и, сказав, что нужно поговорить, позвал их в кабинет. Он был настроен очень серьёзно.       Зайдя в кабинет отца, Наруто, не сдержавшись, громко хлопнул дверью.       ― В чём дело?!       ― Серьёзно, разве всё уже не было решено? ― Скрестив руки на груди, Какаши прислонился к стенке.       Пусть этого не было видно, именно Какаши был раздражён больше всех. Мало того что он не смог засадить Хидана, так в этом помог не кто иной, как его друг.       ― Меня это тоже волнует, ― вздохнул Минато, понимая, что подвёл важных ему людей.       ― Что? ― Наруто уже ничего не понимал. ― Где наша запись? Что за херня была только что?       ― Я верю тебе, ― Минато посмотрел на сына, ― но доказательства говорят о другом.       Пока они ругались, Цунаде кое-что прокручивала в голове. Она поняла, что есть нестыковка.       ― Минато, подожди, ― Сенджу скрестила руки на груди. ― Доказательство, что предоставил адвокат Хидана… Он ведь не сказал, где именно его получил, верно?       ― Она права, ― согласился Какаши. ― Источник неизвестен.       Хатаке поражался, как Минато мог упустить такое. Здесь явно что-то не так ― он бы никогда не этого не допустил. Минато понимал, что правы абсолютно все, но была причина так поступать.       ― Какая разница, если нашу запись даже не взяли? ― Наруто скрестил руки на груди.       ― Мы передали её прокурору, ― подметил Саске. ― Если подменили, то уже здесь.       ― К чёрту всё это! ― встрял Какаши, решив узнать то, что волновало его больше всего. ― Минато, какого чёрта ты разрешил рассмотрение записи адвоката Хидана? Неужели ты не понял, что это уловка?       Но на его слова реакции не было. Минато лишь над чем-то раздумывал, словно взвешивая, говорить или нет.       ― На самом деле я предполагал что-то подобное.       ― Что это значит? ― Какаши не на шутку удивился.       Выходит, с самого начала Минато знал, что Хидана отпустят. Хатаке не представлял, что должно произойти, чтобы Минато признал потенциального преступника невиновным. Решив ответить на все вопросы сразу, Минато подошёл к столу и, достав закрытый конверт, кинул его в руки Наруто.       ― Открой.       Узумаки в недоумении сдвинул брови. Достав содержимое конверта, он разложил несколько фотографий на стеклянном столе. Саске и Какаши внимательно смотрели на фото, а Цунаде становилось тяжелее дышать от увиденного.       Она смотрела то на фотографии, то на стоящих позади Сакуру и Хинату. На фото было запечатлено похищение Хидана, поход в клуб, аэродром, пересечение границы. Все фото были высокого качества, и чёткость идеально могла дать понять, кто на них изображён. Очевидно, кому-то известно, что они связаны с Минато, ― поэтому и связали этим руки судье.       ― Эти фотографии могли бы вас самих отправить за решётку! ― Минато грозно посмотрел на молодёжь и внимательно всмотрелся в глаза Наруто. ― Теперь ты понимаешь, почему я не мог вынести другое решение?       Минато, конечно, мог вопреки всему всё же признать Хидана виновным, но тогда не смог бы гарантировать безопасность четверых детей. Пусть Какаши будет презирать его за временную трусость, но жизнь сына для него намного важнее.       Какаши и Цунаде ехали обратно в полной тишине. Сенджу до сих пор не верила в увиденное. После того как Минато показал фотографии, он стал говорить о поездке, и Цунаде узнала много нового. Недоумение Сенджу медленно, но верно сменялось яростью.       ― Ну, ― Цунаде не могла больше молчать, ― и когда ты собирался мне рассказать?       ― О чём? ― всё так же спокойно поинтересовался Хатаке, глядя на освещённую фонарями дорогу.       ― Для чего на самом деле мои девочки ездили в эти чёртовы Штаты? ― Цунаде крепко сжала кулаки.       Какаши понимал, что нет смысла отмахиваться: Цунаде узнала, можно сказать, всё.       ― Я не ожидал, что это когда-либо всплывёт, ― честно сказал он, пожав плечами.       Цунаде, вскинув брови, нервно улыбнулась. Её поражало отношение Какаши к этой ситуации.       ― Значит, вот как ты заговорил? ― Она готова была задохнуться от злости. ― Недавно ты распинался о том, как важно доверие, нет?       ― При чём здесь оно?       ― Ты издеваешься? ― Тормоза Цунаде сдали. ― Сакура и Хината важнее всего для меня. Они мне как дочери. И из-за такого, как ты, может разрушиться их жизнь.       ― Не утрируй, я…       ― А если бы эти фото попали в чужие руки? Нет, к чёрту фото! Если бы с ними там что-то случилось?       ― С ними ничего бы не случилось. ― Хатаке старался быть спокойным.       ― Да? ― Цунаде вопросительно подняла бровь. ― Ты говорил, что суд уже выигран. А в итоге что?       ― Цунаде, послушай…       ― Нет, это ты послушай, ― она не давала Какаши и шанса объясниться. ― Мне вот интересно, ты взрослый человек ― и позволил им в такое ввязаться?       ― Это было задание.       ― Будь добр выполнять задания без привлечения Хинаты и Сакуры. ― Цунаде готова была поклясться, что никогда не была так серьёзна. ― Ты ведь их не просто так туда отправил, верно? Случай в университете ― лишь прикрытие, да?       Она уже не раз пожалела о том, что дала согласие на эту поездку.       ― Ты и половины не знаешь. ― Какаши начинал раздражать этот разговор. Он не любил быть обязанным никому и ни в чём, а Цунаде в буквальном смысле пилила его.       ― В этом случае я должна знать абсолютно всё.       ― Вот ты и узнала, ― немного шутливым тоном подметил Какаши, словно дразня её.       ― Да? ― Сенджу, глубоко вздохнув, старалась держать себя в руках. ― Скажи мне, что такого произошло, что им понадобилось пересекать границу и лететь с военным отрядом?       Вот теперь Хатаке действительно удивился. Насколько он знал, Сакура и Хината не хотели её ставить в известность. Скорее всего, они сами даже не подозревали, что она об этом узнала.       ― Цунаде, ― Хатаке решил закончить этот диалог, ― мы должны были его поймать.       ― Я ещё раз повторю, ― Цунаде также решила сделать последнее предупреждение, ― делайте что хотите, но не смей вмешивать сюда моих девочек.       ― Ты слишком остро всё воспринимаешь, ― усмехнулся Какаши.       ― Ты вообще понимаешь, что говоришь? ― У неё в голове не укладывалось. ― Они похитили человека, ― Цунаде стала жестикулировать, ― а в следующий раз что? Убить придётся?       Промывка мозгов от Сенджу хуже всего, что знал Какаши. Сейчас она окончательно вывела его из себя. Какаши всегда умел держать всё под контролем, но сорвался, забыв обо всём:       ― Не волнуйся ― для этого я позову тебя. У тебя-то уже есть опыт?       Сердце Цунаде будто остановилось. Она, широко раскрыв глаза, уставилась на Какаши. Он упорно продолжал смотреть на дорогу, словно не замечая взгляда Сенджу. Но точно одно ― в этот момент оба вспомнили один и тот же случай из жизни.       ― Что ты несёшь?       Цунаде больше ничего не могла сказать. На этом они и закончили. Какаши вёл себя так, словно ничего не произошло, но Цунаде стало не по себе. Она, конечно, уже была наслышана о способностях Хатаке, но всегда отмахивалась, когда ей говорили, что ему многое известно. И она была права. Ему известно немногое. На самом деле Какаши знал абсолютно обо всём.       Придя домой, Цунаде, громко хлопнув дверью, стала нервно ходить по комнате. Сегодняшний день заставил её вновь погрузиться в воспоминания, в которые она не хотела возвращаться. Ещё с утра она трижды дала волю слезам из-за Дана. Закрывшись в ванной, она, не выпуская из рук фотографию любимого, пыталась остановить горькие слёзы.       Однако Какаши окончательно добил её. После их разговора Цунаде до сих пор так и не могла унять дрожь в руках. Фраза Хатаке вывела её из равновесия, заставляя вспомнить события двадцатилетней давности.       «Не волнуйся ― для этого я позову тебя. У тебя-то уже есть опыт?»       Нервы Цунаде сдали, и она изо всех сил сбила стеклянные стаканы со стола. Осколки оставили пару глубоких ран на ладонях. Увидев кровь на руках, Цунаде затряслась с большей силой.       «Не волнуйся ― для этого я позову тебя. У тебя-то уже есть опыт?»       Несмотря на то что руки были в крови, Цунаде зарылась пальцами в волосы. Крепко сжимая пряди и даже не замечая, что они окрасились алым, Сенджу вновь пыталась забыть весь тот ужас, что пережила.       Понимая, что силы на исходе, она прямо в одежде легла на кровать. Сжав простынь, Цунаде почувствовала, как стали побаливать ладони. Это немного протрезвило её, но стало волновать другое. Она отчётливо помнила картину, что часто вплывала перед глазами, ― трагедия клана Сенджу, и она навсегда останется в истории её семьи.       Но откуда Какаши знал, что на самом деле произошло в тот день?