Intertwined fates

      Слёзы вмиг полились из глаз. Сакура резко упала на колени, закрыв рот руками от истошного вопля.       Сорок минут назад.       Такая же фигура. Такие же глаза и даже голос практически такой же. Крашеные белые волосы не могли скрыть сходство сестёр Сенджу.       ― Госпожа Кагуя! ― крикнув на всё помещение, Мадара резко встал и поклонился.       Саске, наблюдая за ним, лишь хмыкнул. Это было так жалко.       Но Кагуя никак не отреагировала, словно его здесь вообще не было. Она даже не глянула на истекающее кровью тело дедушки. Ей было абсолютно всё равно.       Её прожигающий взгляд был направлен только на Цунаде.       ― Вот мы и встретились, ― зловеще произнесла Кагуя.       От её голоса становилось не по себе.       Какаши продолжал наблюдать, так как сейчас совсем не он вёл бой. Но он не мог отрицать удивление. Он даже и предполагать не мог, что Кагуя — сестра Цунаде.       Хината уже не знала, как успокоить сердце. Наруто, стоящий впереди, тоже был напряжён, и казалось, если дотронешься до него — обожжёшься. Она понимала, что сейчас все в таком состоянии. Но Хинату пугало не это. Она боялась, что может произойти что-то ещё похуже, ведь, судя по всему, этому кошмару действительно конца нет.       Цунаде всё ещё не могла до конца осознать, что перед ней стоит её сестра. Ей никогда не говорили о ней, даже как о той, что не выжила. Сенджу всегда считала, что у неё есть только брат. Хотя она так считала и сейчас.       ― Действительно, ― Цунаде старалась держаться, ― наконец-то.       Кагуя прекрасно ощущала её страх и недоумение. Цунаде за сегодня пережила слишком многое. Сейчас любая мелочь может её сокрушить, а тут такое потрясение.       Кагуя обязательно выяснит с ней всё. И сделает это намного быстрее, чем глупый дедушка. Сейчас нужно решить ещё одну, как считала Кагуя, назойливую проблему.       ― Ты, ― она внезапно повернулась к Обито, ― кажется, ты хотел тут кое с кем поквитаться, разве нет?       Все повернулись в его сторону. Обито лишь серьёзно посмотрел на неё, чувствуя, как его прожигает взглядом Какаши, которому также было интересно от него что-то услышать.       ― Это не самое лучшее место, ― процедил Обито.       Кагуя лишь хмыкнула.       ― Видимо, не настолько сильна твоя месть. ― Она медленно повернулась и посмотрела на Какаши. ― Хотя… Будь я на твоём месте, его в живых бы уже не было.       Хатаке прекрасно понял, что ей обо всём известно. Обито просто продажная тварь. Погнался за той, кто дала больше возможностей. Он лишь непреклонно смотрел на неё в ответ, словно говоря, что правда на его стороне.       Но вот Цунаде совсем не понимала. И не собиралась это терпеть.       ― О чём ты? ― требовательно спросила она.       ― У этих двоих очень трагическая история, из-за которой один другого никак не может прибить, ― лениво ответила Кагуя.       Её невозмутимости мог позавидовать любой. Казалось, её совсем не напрягала обстановка. Кагуя бесстрашно пришла сюда, как к себе домой, и была единственной, кто чувствовал себя комфортно.       Мадара и Нагато вмиг изменились. Стали максимально кроткими и тихими. Было видно, что эта женщина держит их в ежовых рукавицах. Но ни один из них не мог скрыть злорадства, когда Кагуя подняла тему прошлого Обито и Какаши.       ― Не думаю, что об этом стоит здесь говорить, ― предупреждающе промолвил Какаши.       ― Да будет вам, ― усмехнулась Кагуя и вновь повернулась к Обито. ― Не хочешь поворошить прошлое, а?       Обито лишь крепче сжал в руках оружие. Нет. Он не хотел. И Какаши тоже. Но вот Кагуя явно решила развлечься, полностью игнорируя этих двоих.       …Это был обычный день. Обито, как всегда, опаздывал и знал, что сейчас напарники вновь будут отчитывать его. Он никогда не отличался пунктуальностью…       Он приближался к месту встречи. Какаши уже хмурился, скрестив руки на груди. А Рин…       Рин никогда не злилась. Она всегда прощала и не осуждала. Рин была невероятно доброй и понимающей. Обито уже давно проявлял к ней симпатию, но та, казалось, всё выше возводила рамки…       Все трое были отрядом в одном из участков. Они, несмотря на некоторые стычки Какаши и Обито, очень хорошо срабатывались. Просто один был ужасно взбалмошным, а второй — максимально прямолинейным. Но при этом они были лучшими друзьями. Уже не одно дело было успешно завершено…       Время шло, и каждый смог повысить звание. Теперь они выполняли более сложные задания и ловили преступников намного сильнее. Любовь Обито к Рин росла. Он не знал, почему чувства не утихали, но эта девушка до дрожи ему нравилась…       Но ему было суждено стать третьим лишним. Обито не был слеп и видел, как Рин смотрит на Какаши. Он определённо нравился ей. И пусть она всегда была доброжелательна к Обито и всегда приходила ему на помощь, её отношение к Хатаке невозможно было не заметить.       Обито смирился. Через боль, но всё же смог. Но он не мог простить Какаши, который явно видел, что Рин испытывала к нему чувства, и полностью игнорировал её. Между ними были только рабочие отношения. И Обито еле сдерживался, чтобы не врезать Какаши за такое поведение с Рин.       Это было наверное самое сложное задание. Министерство Образования заминировал сбежавший из тюрьмы террорист. Преступник пропал, и прямо сейчас они втроём пытались его поймать…       В этот раз операцией управлял Какаши. Он быстро распределил действия каждого. Рин он приказал проверить крышу, Обито было отведено всё западное крыло. Какаши направился в центр.       Обито, всё прочесав, ничего не нашёл. Преступника здесь не было. Он явно получал удовольствие, водя их за нос. Но не успел он дойти до лифта, как почувствовал, что его сзади начали душить. Быстро скооперировавшись, Обито перекинул нападавшего через себя.       Он смог довольно быстро его повязать. Но это не конец. Перед тем как передать того команде офицеров, он услышал от него лишь одну фразу:       ― Со вторым тебе никогда не справиться.       В тот же момент с верхних этажей прозвучал выстрел…       Обито сорвался со всех ног. Он пытался связаться с Рин и Какаши по рации, но никто из них не отвечал. Внутри стало зарождаться ужасное, липкое чувство страха…       Обито изо всех сил быстро поднялся на крышу. И тут мир в один момент замер. Обито отрешённо смотрел вперёд и не мог пошевелиться. Прямо перед ним в руках Какаши истекала кровью Рин. Она была ранена ножом. И тот самый нож продолжал держать вонзённым в её тело Какаши…       Обито не верил. Он знал, что Какаши нелюдим и всегда старался контактировать с ними меньше всего. Он вечно их критиковал и всегда говорил им уйти из органов. И его явно раздражала привязанность Рин. Но Обито никогда не подумал бы, что он на самом деле сотворит что-то подобное.       Рука в тот же момент сжала пистолет. Обито направился прямиком к ним. И тут его ждало второе потрясение. Он не успел и слова сказать, как Какаши резко потянулся рукой назад и в один момент направил на него ствол. В следующую секунду плечо Обито пронзила острая боль от застрявшей там пули.       Это было два предательства подряд. Обито опустился на колени, смотря на бывшего друга перед собой. Он не успел ничего сделать, как на крышу поднялся отряд. Он не слышал, о чём они говорили. К нему также подошёл один из коллег, спрашивая о состоянии и помогая подняться. Обито не видел, как выносили на руках Рин. Он не видел, куда делся Какаши. У него перед глазами стояло только то, как друг в буквальном смысле вонзил нож в спину дорогому ему человеку.       Это была невыносимая боль. Обито рыдал. Его крик, полный горечи, был слышен на всю больницу. Им не удалось спасти Рин. Все запомнили её доблестным полицейским, который отдал жизнь на миссии. Но только Обито знал, что она погибла от рук товарища. Но не мог этого никому сказать. Никто бы не поверил…       Какаши ничего не было за то, что он сделал. Как бы Обито ни пытался доказать, что он убил Рин, все считали, что тот сошёл с ума. Обито не удивлялся. Он знал, что всё это только из-за того, что у Какаши с полицией связи крепче…       В один день его товарищ стал самым главным врагом жизни. Обито поклялся отомстить. Он никогда его не простит. Он заставит его пережить такую же боль. Нет, даже намного сильнее…       Кагуя, казалось, получала неописуемое удовольствие, рассказывая эту историю. Именно к ней в своё время пришёл Обито за помощью. Она, как никто, знала те события во всех подробностях.       Обито, в свою очередь, опустив голову, лишь позволил рассказать Кагуе эту ужасную историю, вновь возвращаясь в то время.       А вот реакция Какаши была неожиданной. С каждым словом его лицо искажалось в ужасном непонимании. Он слушал версию Обито от лица Кагуи и просто недоумевал.       ― Теперь всё ясно… ― усмехнулся Хатаке.       Кагуя, опьянённая историей, внезапно посерьёзнела, посмотрев на него.       ― О чём ты?       ― Кто бы мог подумать… ― Какаши еле сдержался, чтобы не засмеяться. ― Насколько же ты оказался внушаем?       ― Что? ― Обито подозрительно прищурился.       Больше он не мог молчать. Обито думал, что Какаши хоть немного раскается или хотя бы сделает вид. Но он перешёл все границы.       ― Я просто поражаюсь… ― Какаши действительно начало пробивать на смех. ― Неужели за всё это время не дошло, что тебя водят вокруг пальца? Тебе накрутили весь этот бред, чтобы просто использовать тебя, как будет нужно.       ― Какаши, кажется, ты забываешься… ― Обито старался держать себя в руках, но вот пистолет сжал сильнее. ― Я видел своими глазами.       ― Серьёзно? Ты…       ― Мне нет смысла с тобой ни о чём разговаривать, Какаши, ― перебил Обито. ― А тебе нет смысла оправдываться.       Какаши лишь наигранно понимающе промычал.       ― Ну да, прости. ― Хатаке кивнул и вызывающе посмотрел на него. ― Как же я мог забыть. Помнится, раньше ты тоже никогда не слушал меня. Учихи всегда были твердолобыми.       Тут уже выступил Мадара. Он не мог потерпеть такого отношения. Мадара всегда превозносил свой клан и принадлежность к нему.       ― Попрошу не раскрывать свой рот в сторону Учих, ― с нескрываемой угрозой произнёс вмиг принявший серьёзное лицо Мадара. ― А то…       ― Тебя это тоже касается.       Саске вновь привлёк внимание к себе. Его триггерило, когда Мадара начинал заливать что-то об Учихах.       Все смотрели на Саске, который показался совсем с другой стороны. Сакура готова была поклясться, что никогда не видела пусть и негативных, но столько эмоций на лице Учихи.       ― Не прикрывайся нашей фамилией, ― таким же угрожающим тоном произнёс Саске. ― То, что ты из Учих, лишь неудачно сложившиеся обстоятельства.       Наруто чувствовал, что друг на грани. Он хорошо знал эту интонацию. После такого никто из жертв не выживал. А сейчас Саске придётся титаническими усилиями сдержаться, ведь многие могут пострадать.       Мадара перевёл удивлённый взгляд на Саске. Это уже не смешно.       ― Саске, ты явно забываешься. Я глава Учиха, и…       ― Пока тебя не признает весь клан, ты ― никто, ― не меняя тона, перебил его Саске, чтобы тот не распинался. ― А я никогда этого не позволю.       ― Да как ты…       ― Умолкни!       Кагуе явно поднадоели эти разборки. Главным её недостатком была инфантильность: ей жутко не понравилось, что её сдвинуло на второй план семейство Учих. Ведь по всем правилам главная здесь она.       ― Госпожа Кагуя, простите мою оплошность. ― Поклонившись, Мадара даже сел обратно.       Но Кагуя даже не смотрела на него. Она вновь повернулась к своей главной цели.       ― Цунаде, ― спокойно обратилась она к ней, заставляя ту выпрямиться, ― мы же на такие, как они, верно?       ― Что ты имеешь в виду?       Цунаде напряглась. Ей было жутко от неё. Она вообще не воспринимала Кагую как сестру. Перед ней стоял чужой человек, который, к сожалению, слишком тесно с ней связан.       ― Давай не будем, подобно этим мужланам, делить шкуру не убитого медведя и просто изберём лучшее решение?       Цунаде, несмотря на шок, впала в ступор. Её начинали уже бесить эти странные фразы Кагуи.       ― Что ты вообще несёшь? ― Цунаде требовала нормального разговора.       ― Не понимаешь, значит… ― Кагуя усмехнулась и вновь посерьёзнела. ― Ключ Сенджу. Отдай его.       Цунаде, казалось, задохнулась от такой наглости и напора. Кагуя сказала это настолько поверхностно и легко, будто не понимала суть просьбы.       ― Не думаю, что ты знаешь, как с ним обращаться, ― на свой страх и риск Цунаде говорила, как есть.       Кагуя восприняла это заявление как недоверие к её персоне. Цунаде не видела в ней ту, кто могла бы управлять этими документами. Это очень подорвало самолюбие Кагуи.       ― Вот, значит, как… ― неоднозначно протянула та.       Кагуя хмыкнула собственным мыслям, после чего посмотрела на Цунаде исподлобья.       ― Не отдашь, да? ― даже немного игриво переспросила Кагуя.       Цунаде видела, как та играет. Её маска была покрыта трещинами. Сенджу никогда не поведётся на этот спектакль.       ― И речи быть не может.       Теперь Кагуя вдоволь познала, каково это, когда тебя отшивают. Всю жизнь получавшая всё, что хочет, она не знала, как реагировать на отказ. Она тряхнула головой, а после стала вальяжно ходить возле Мадары.       ― Госпожа Кагуя! ― тот сиюминутно обратился к ней, видя, что та закипает. ― Не тратьте своё драгоценное время. Оно того не стоит. Я могу…       ― Что ты можешь? ― перебив того голосом, полным презрения, спросил Саске. ― Пресмыкаться перед ней?       Саске ― единственный человек здесь, который хотел всё закончить одним выстрелом. Он уже не мог находиться в этом месте. Обстановка вокруг не пугала, а уже просто раздражала его.       ― Этот наглец перешёл все грани! ― не выдержав, возмутился Нагато.       Тут уже не сдержался Какаши. Он вновь прыснул от смеха и посмотрел на него.       ― Шестёрке можно говорить без разрешения?       Какаши видел, как этой фразой вывел его из себя. Он был удовлетворён результатом, зная, что, как бы Нагато ни направлял своё оружие, пока Мадара не прикажет, он не выстрелит. А Мадара не прикажет, потому что ему не позволяет это сделать Кагуя.       А наблюдавший за всем этим Наруто, в свою очередь, хотел пустить пулю как раз им обоим. Он на удивление был здесь самым благоразумным. Наруто знал, что нужно выждать подходящий момент, как и учил Какаши. Но, видимо, наставник первым забил на все правила. Они с Саске просто рыли им всем могилу.       ― Лучше быть шестёркой, чем предателем.       Обито прекрасно видел эту провокацию. Но его тошнило от уверенного вида Хатаке. Он не менялся. В любой ситуации, какой бы опасной она ни была, Какаши всегда будет себя вести так вольно. Как бы он ни хотел стереть эту усмешку с лица бывшего напарника.       ― Обито…       ― Да заткнитесь вы уже все!       Голос Кагуи раздался эхом. Она всё же сорвалась. Сейчас она была действительно опасной, ведь не ручалась за свои действия и могла поступить опрометчиво. Не пересчитать, скольких людей она лишила жизни просто из-за того, что они портили ей настроение.       Кагуя устало села в кресло, где раньше сидел Хаширама.       ― Как же вы мне все надоели…       Кагуя стала массировать виски, пытаясь привести себя в порядок. И всё же она не хотела больше здесь оставаться. Кагуя решила закончить всё своим словом.       Но перед этим она решила дать Сенджу последний шанс.       ― Цунаде, ― она посмотрела сестре прямо в глаза, ― это был твой окончательный ответ.       Цунаде, видимо, заразилась от Какаши и так же усмехнулась. Неужели за пять минут ответ мог измениться? Да она никогда в жизни не доверит ей документы Сенджу. Мадара прав ― Кагуя просто теряла здесь время. Цунаде непоколебима.       ― Несомненно, ― со всей серьёзностью ответила Сенджу.       Кагуя лишь понимающе кивнула. Внутри она невероятно злорадствовала, ведь Цунаде ещё не знала, что не нужно было ей переходить дорогу.       ― Что ж…       Кагуя встала и обвела всех присутствующих взглядом. Она была зла. Кагуя не могла простить отказ своей просьбе. А сестра в один миг стала бельмом на глазу. Но, скрыв это за ядовитой улыбкой, Кагуя повернулась к охране, приказав стальным голосом:       ― Расстрелять.       В один момент в помещении, в котором царила мёртвая тишина, начался хаос. В ту же секунду звуки от ужасной перестрелки стали разноситься на весь этаж.       Кагую и Мадару в один миг окружила охрана, что продвигала их к выходу. И Кагуя не могла не радоваться такой картине. Мадара лишь восхищался ею, говоря, что её идея была гениальной. Хотя где-то в глубине души он всё же хотел лично всё выяснить с племянником, но сейчас осознал, что избавиться от него сейчас даже лучше.       Все разделились. Сакура стала отдаляться от Хинаты, так как следовала за Саске, который, прикрывая её, отходил в другую сторону.       Всё же преимущество на их стороне. Из людей Мадары оставалось совсем ничего. Покончить с ними будет делом ещё нескольких минут. Все понимали, что им дали команду стрелять только для того, чтобы Кагуя успела скрыться.       Но Саске не мог отпустить Мадару. Он видел, как тот быстро покидал помещение, и понимал, что должен это сделать. Он убьёт его до того, как тот сможет сбежать. Но Саске и не предполагал, что его внезапно принятое решение будет иметь такие страшные последствия.       Произошло непоправимое.       Саске в одну секунду нацелился на Мадару. Тот не заметил, но это увидел стоящий рядом Нагато.       Перезарядив оружие, он, оскалившись, нацелился. Но не на Саске. На стоящую рядом Сакуру. Нагато давно понял слабые места парней. Нет смысла стрелять в них. Он знал цель намного лучше.       Саске никогда не реагировал так быстро. Увидев, как на Сакуру нацелились, он в один миг оказался возле неё. Сакура также поняла, что сейчас может произойти, и стала вырываться, но Саске держал до боли сильно.       ― Нет, Саске!       Сакуре стало невероятно страшно. Она слёзно стала его умолять, но он не слышал. Саске крепко прижал Сакуру к себе, закрывая её спиной.       На весь зал прозвучало три выстрела подряд.       И все попали в цель.       Сакура в нечеловеческом испуге застыла в руках Саске. Тот продолжал крепко её держать, прикрыв голову Харуно рукой.       Вдруг Сакура осознала, что во время и после выстрелов Саске ничуть не сдвинулся. Никакой реакции не было. Успокаивая себя этим, она несмело открыла глаза, смотря на него, и почувствовала невероятное облегчение. С ним всё в порядке.       Но тут на весь зал послышался крик Хинаты. Просто зверский крик, полный страха. Сакура повернулась к ней, и ей стало не по себе. Хината была белая как лист. В глазах отражалась невероятная боль. Хинату изо всех сил сдерживал такой же ошарашенный Наруто, так как та упорно рвалась в сторону Сакуры.       Харуно и Саске переглянулись, а потом резко посмотрели назад.       Она рывком поднялась, но так и застыла на месте. Всё тело затрясло. Сакура стала на автомате качать отрицательно головой, пытаясь оттянуть осознание того, что произошло.       Перед ней спиной стояла Цунаде. Она настолько непоколебимо держалась на ногах, что, казалось, ничего не произошло. Но Сакура прекрасно видела три пулевых ранения в её теле. Та начала резко кашлять и схватилась за живот.       Как бы Цунаде ни пыталась, но долго устоять не смогла. Она прижала руку к ранам и, сильно зажмурившись от боли, упала прямо напротив тела Хаширамы.       ― Цунаде!       Слёзы вмиг полились из глаз. Сакура резко упала на колени, закрыв рот руками от истошного вопля.       Хината неизвестно каким образом смогла вырваться из хватки Наруто. Они с Сакурой молниеносно подбежали к Цунаде, окружая её с двух сторон.       Какаши изменился в лице. Он наблюдал за раненой Цунаде и сходящих с ума девушек вокруг неё, и у него внутри словно что-то сломалось.       Всё произошло в одну секунду.       Все сюжеты расправы просто исчезли в один момент.       Какаши резко развернулся и, направив пистолет, без размышлений всадил пулю прямо в голову Нагато.       Это было второе потрясение.       Какаши даже не моргнул. Он вмиг перечеркнул все свои планы мести этому человеку. Такой урод заслуживает только такой смерти. Какаши не мог позволить, чтобы он жил даже ещё день.       Обито, видя всё это, явно замешкался. Он понимал, что нужно как можно быстрее исчезнуть. Они были в минусе, а он не мог допустить ещё одной смерти.       В один момент в помещении прогремел взрыв, после чего вокруг стал появляться дым. Воспользовавшись замешательством других, Обито быстро покинул это место. Но всё же можно было заметить его неоднозначный взгляд, направленный на Какаши.       ― Цунаде, Цунаде, ты слышишь меня?..       Вокруг был хаос. Дым попадал в глаза, заставляя их слезиться. Нужно было как можно скорее уходить.       ― Цунаде, пожалуйста, ответь…       Сенджу ничего не чувствовала. Тело окаменело. Ощущения были похожи на очень сильный наркоз. Она полузакрытыми глазами смотрела на размывающийся потолок. До неё, словно сквозь воду, доходили невнятные слова. На самом деле это были невероятно громкие крики, но она уже не могла этого знать.       ― Цунаде, перестань. Это не смешно…       Она не жалела, что закрыла Саске. Все рисковали ради неё, и это было меньшее, что могла сделать она. А ещё Цунаде верила, что Саске не оставит Сакуру. Даже сейчас, видя, как он без раздумий кинулся закрыть Сакуру от пуль, она в очередной раз в этом убедилась. Так же как и Наруто — Хинату. Раньше сомневалась. Но сейчас всё иначе. Она доверяла им. Своим поступком Цунаде навсегда избавилась от стереотипа вечной вражды с Учихами. Она словила пулю за одного из них.       ― Ну же, Цунаде, всё закончилось. Давай скорее поедем домой?..       Цунаде лежала, чувствуя, как в глазах начинает темнеть. Именно так и угасает жизнь. Она видела силуэты и, хоть они уже начинали размываться, прекрасно различала Хинату и Сакуру. И неизменно она чувствовала невероятную любовь к ним. Как же она может жалеть?       ― Цунаде, пожалуйста, скажи что-то…       Только сейчас Сенджу осознала, что она была счастлива, несмотря на всё, что происходило в её жизни. Цунаде нашла свою главную поддержку. Она обрела двух дочерей, как мечтала с Даном.       ― Пожалуйста, помогите. Спасите её, умоляю…       Ей часто снились сны о её счастливой жизни, где они вместе с Сакурой и Хинатой живут, не беспокоясь обо всех этих проблемах. Где они принадлежат самим себе. Где все их мечты реальны. И сейчас она не видела никого, кроме девушек перед собой. Цунаде осознала, что такому сну была бы рада, пусть он и продлится вечно.       ― Цунаде!       Сакура и Хината сели в машину скорой помощи, когда Сенджу положили на кушетку. Обе взяли её за руки, несильно тряся.       ― Цунаде, пожалуйста, очнись, умоляю… ― невнятно кричала Хината, у которой, казалось, сейчас остановится сердце.       Ей было больно смотреть на Цунаде. Она не могла принять её потерю. Она не верила. Хината знала, что это страшный сон. Цунаде выкарабкается. Обязательно. Она никогда их не оставит. Она же обещала.       Сакура уже задыхалась от слёз. Она видела, как Цунаде реагировала вначале на её слова, — именно поэтому пыталась до неё докричаться. Сакура мёртвой хваткой вцепилась в руку Сенджу, после чего прильнула к ней щекой.       ― Цунаде, не бросай меня, умоляю… ― тихо, словно мантру, проговаривала Сакура.       И тут произошло непоправимое. То, чего нельзя было предотвратить.       Цунаде не отвечала. Её рука потяжелела и стала остывать.       Девушки с замершими сердцами резко посмотрели на неё.       Этот момент был неизбежен. Время истекло.       Глаза Цунаде навечно закрылись.       Стрелка перевалила двенадцать часов ночи.       На улице наступило шестнадцатое октября.