Глава 3
12 января 2020 г., 17:29
Часть 2
Миранда сидела в комнате ожидания, стараясь не думать о том, почему она очутилась здесь одна на неудобном пластиковом стуле. Она беспомощно пошевелилась. Казалось, что ее жизнь каким-то образом в миг вышла из-под контроля. Ее муж подал на развод. Она влюбилась, сама того не осознавая. Она наступила на мечту своего самого близкого друга, чтобы сохранить свою работу, оттолкнула свою недавно признанную любовь. И еще была причина, по которой она боролась со слезами в парижской больничной палате, после того, как ее любовь ушла от нее, она увидела, как молодая женщина рухнула на землю и чуть не умерла у нее на глазах. Забавно, как мало ее волновали три первых события, пока она была сосредоточена сейчас на четвертом. Откинув с глаз выбившуюся прядь волос, Миранда уже не в первый раз задумалась, не было ли ошибкой пожертвовать личными отношениями ради карьеры. То, чего она достигла в своей профессиональной жизни, никто не мог превзойти. Она революционизировала индустрию моды практически одна. Ей потребовалось много лет, чтобы создать себе репутацию, сделать карьеру. Достигнув вершины, она пообещала себе, что никогда добровольно не откажется от руля, пока не будет готова. Она кормила свою душу похвалами, которые получала благодаря "Подиуму", обожание было неоспоримым наркотиком. Но целовать Андреа, чувствуя, как девушка отвечает так страстно, так открыто, было окном в реальность, более неотразимую, чем любые наркотики. Миранда поняла, что в тот момент, когда они поцеловались, она наконец осознала необходимость личной жизни и включения в нее особого человека. Хотя ее личная и профессиональная жизнь часто пересекались, как же иначе, когда Миранда проводила большую часть времени за работой, редактор четко обозначила эти границы в ее сознании. Самым заметным разделением, которое она придумала, было то, что она не позволяла своим личным отношениям отвлекать ее от профессиональных амбиций. Это было правило, которое она создала еще задолго до своего первого брака. Так что представьте себе ее удивление, когда она обнаружила, что наблюдает за своей подчиненной с очень личной целью. Миранда пыталась бороться со своими чувствами. Она обращалась с девушкой так же резко и с таким же презрением, как и с любым другим помощником. Однако Андреа не уволилась, а Миранда не смогла ее уволить. Вместо этого она начала сомневаться в своем самом важном правиле. А потом настал день, когда Миранда поскользнулась, шагая по мраморному полу Элиас-Кларка. Во многих отношениях это был тревожный звонок. Хотя она никогда бы в этом не призналась, она ударилась головой. Не то чтобы она действительно помнила, как это сделала. Не то чтобы она действительно пострадала от удара или даже от легкой головной боли после падения. Однако она, должно быть, ударилась головой, потому что, как только Андреа появилась рядом с ней, намереваясь заботиться о ней, она почувствовала головокружение и одышку. После этого она не могла не замечать девушку. Она также не могла бороться с желанием дарить ей вещи, красивые вещи. Потому что девушка, внезапно поняла Миранда, была очень красива. Она не собиралась уступать своему желанию заставить девушку улыбнуться. В конце концов, тратить время на размышления о своей помощнице было абсурдно. И все же, сколько бы раз она ни старалась отвлечься от этих сверкающих глаз и соблазнительной фигуры (и, о, какой чудесный сюрприз, когда она обнаружила, что у девушки то есть изгибы, ранее скрытые под этими объемными свитерами), Миранда не могла перестать думать о ней. Помощница. Гораздо, гораздо более молодая женщина. Однажды утром, когда она проснулась с улыбкой на губах и с улыбкой Андреа перед ее мысленным взором, она поняла, что хочет заставить Андреа направить эту улыбку на нее. Ради нее. Для нее. Благодаря ей. И не только потому, что Андреа считала частью своей работы улыбаться своему боссу. Наряды, которыми она одаривала Андреа, не произвели желаемого эффекта. Молодая женщина казалась слишком ошеломленной. Слишком нерешительной. Миранда подумывала о том, чтобы закончить дарить подарки, но ей действительно нравилось смотреть, как Андреа двигается, одетая в дизайнерские вещи. Поэтому она продолжала потакать своей прихоти одевать свою привлекательную помощницу. Валентино, Шанель, Диор, Донна Каран, Армани, Гуччи, Майкл Корс, даже винтажный Оскар де ла Рента, Миранда выбирала каждую деталь с осторожностью. Хотя редактор могла бы обойтись без вереницы подарков из вечерних платьев и подходящих туфель, и никто не посмел бы ее расспрашивать, она знала, что языки болтают. Или станут болтать. Ей нравилось видеть эту девушку обновленной. В этих нарядах обычно скромная девушка исчезала, сменившись сексуальной, вызывающей красавицей. Андреа стала меняться. Элегантная, чувственная и уверенная в себе, Андреа демонстрировала качества, которые все больше привлекали к ней Миранду. Она даже решила больше не пугать девушку, вместо этого направляя все свои острые комментарии и едва сдерживаемые колкости в сторону Эмили. Ее помощница, казалось, ничего не замечала, и Миранда могла наблюдать за Андреа, не опасаясь, что это великолепное создание исчезнет из-за суровой деловой персоны Миранды. Все еще желая чаще видеть эту светящуюся улыбку, Миранда начала оставлять девушке букеты. Она сама заказывала их каждую неделю, выбирая цветочные композиции, которые говорили о жизнерадостности и живости. Именно тогда она начала получать эти очаровательные улыбки. В течение нескольких бесконечных моментов каждую неделю Андреа сосредотачивалась исключительно на ней, искренняя благодарность Миранде светилась в ее глазах. Это заставляло ее хотеть проводить больше времени с девушкой. Чтобы заставить ее улыбнуться по другим причинам. Такие желания почти захлестнули ее однажды днем, когда она ждала Андреа, которая должна была принести ей результаты нескольких фотосессий. Миранда ненавидела саму мысль о том, что девушка слишком быстро покинет ее. Это направило ее действия на то, чтобы заказать обед для них обеих. Присутствие Андреа рядом с ней успокаивало ее так, как она редко себя чувствовала. Поэтому она стала организовывать больше совместных трапез, больше времени, которое они могли проводить вместе. Миранда воспользовалась информацией, накопленной за несколько месяцев прослушивания беспрерывной болтовни Андреа, находясь в своем кабинете. Похоже, она знала многие кулинарные пристрастия девушки. Миранду забавляло изумление молодой женщины каждый раз, когда перед ней появлялось одно из ее любимых блюд. Как и в случае с одеждой и цветами, Миранда предпочла не объяснять свои действия. Правда заключалась в том, что Андреа была глотком свежего воздуха, и Миранде хотелось вдохнуть ее сущность. Редактор не собиралась целовать девушку. По крайней мере, пока. Она выработала своего рода доверительные отношения с Андреа, помогая молодой женщине чувствовать себя более комфортно в ее присутствии. Что касается щекотливой ситуации с ее браком, она уже давно всерьез подумывала о разводе. Хотя это казалось абсурдным. У нее не было никаких гарантий, что Андреа ответит ей взаимностью. Самым разумным было подождать, впустить Андреа все больше и больше и посмотреть, что получится, прежде чем предпринимать какие-либо действия. Однако, когда она почувствовала тело Андреа так близко к себе, тепло обжигающее ее, она не могла сопротивляться. Поэтому она поцеловала эту соблазнительную молодую женщину. Неужели это было так ужасно, что Миранда хотела устранить угрозу своему существованию, прежде чем полностью сосредоточиться на Андреа, на том, что заставляла ее чувствовать ее молодая помощница? Миранда вздохнула. Проблема заключалась в том, что ее логичный, продуманный план строительства прочного фундамента зарождающихся отношений рухнул, не успев подготовить ее к такому исходу. Был ли кто-нибудь готов к любви? Это заставило ее взглянуть на свою жизнь по-другому. И когда она по-настоящему взглянула, ей пришлось признать, что ее брак закончился, уже очень давно закончился. Тем не менее она не могла отрицать, что получение документов о разводе все еще причиняло ей боль. Она никогда не воспринимала доказательства своих неудач хорошо. Ее чувства к Андреа были так уникальны, так глубоки, что Миранда почувствовала, как ее захлестывает непреодолимая лавина эмоций. Она должна была сопротивляться. Она должна была отчитать Андреа за случайное прикосновение губ в самолете, которое привело к интенсивному, изменяющему жизнь поцелую, который они вскоре разделили, но она просто не могла контролировать себя. Ей пришлось уступить своим чувствам. Как приятно чувствовать, как губы Андреа отвечают ей. Как волнующе. Однако время было выбрано неверно. Миранда не хотела использовать Андреа. Она определенно не хотела причинить ей боль. Миранда пока не могла свободно выражать свои чувства. Если Миранда хотела обнажить свою душу, а вопреки мнению многих, она не продала ее дьяволу, она хотела убедиться, что это произойдет, когда они обе будут готовы и смогут быть вместе. Переворот, который попытался совершить Ирв, только еще больше осложнил дело. Молодая женщина была такой чувствительной, такой открытой. Миранда попыталась объяснить политиканство в издательском бизнесе, маневрирование, которое она осуществила, чтобы сохранить свою работу. Она слишком поздно поняла, насколько неадекватным было ее объяснение. Андреа ушла, намереваясь не возвращаться, придерживаясь своего чувства справедливости и ощущая необходимость защищать Найджела единственным доступным ей способом, уходя. Миранда сомневалась, что Андреа понимала, насколько эффективно ее действия причинили вред редактору. Миранда намеревалась последовать за девушкой. Вот почему она наблюдала за Андреа, когда та пересекла улицу, бросила телефон в фонтан и рухнула в агонии на асфальт. Ее агония стала агонией Миранды, когда ужас наслоился на отчаяние.***
Звук катящейся каталки вывел Миранду из задумчивости. Она внимательно наблюдала, как Андреа вкатили в комнату. Она выглядела такой бледной. Миранда повернулась к медику за информацией. - Она должна скоро проснуться, но она будет дезориентирована. Она может есть только кусочки льда. Мы попробуем жидкость через несколько часов. На ужин твердую пищу. Необходимо, чтобы она встала и походила пару раз сегодня. Это поможет запустить кишечник. Ей капают лекарства, но позже мы переключим ее на обезболивающие таблетки. Скорее всего ее выпишут завтра утром. Миранда согласно кивнула и осталась одна со своей спящей красавицей. Андреа страдала острым холециститом. Болезнь была настолько прогрессирующей, что ее желчный пузырь чуть не разорвался. К счастью, не было обнаружено камней в желчных протоках, которые могли бы еще больше усложнить течение болезни. Лапароскопическая холецистэктомия удалила больной желчный пузырь. Знание того, что в наши дни это банальная процедура, не уменьшало ужаса видеть Андреа недееспособной. Она всегда казалась такой энергичной, такой сильной, такой жизнерадостной. Не сейчас, правда. Даже зная, что Андреа снова будет на ногах в течение недели, она не могла заглушить ужас, который испытала Миранда, наблюдая, как Андреа схватилась за ребра и упала на землю. Она знала, что Андреа молода и идеалистична. Чувство порядочности заставило бы молодую женщину снова покинуть Миранду, если бы редактор не приняла решительных мер. Если только Миранда не дала бы Андреа веских причин остаться с ней. Такая честность подкрепляла некоторые из главных причин, по которым Миранда влюбилась в девушку: Андреа придерживалась своих принципов, даже если это могло в конечном итоге причинить ей боль. У Миранды не было много времени, чтобы вернуть доверие Андреа. Удивительно, сколько времени потребовалось, чтобы построить доверие, и как быстро оно могло быть разрушено. Однако редактор была настроена решительно. Она не сможет жить дальше без этой улыбки, украшающей ее дни. Она определенно не собиралась лишаться возможности и дальше пробовать эти губы на вкус. Возможно, время было неподходящим, но ее намерения были такими. Миранда убедит Андреа, что она должна остаться в жизни редактора. Это все.
