Брат лучшего друга

После уроков Чимин сидит в небольшой кладовой среди запыленного, всеми давно забытого школьного инвентаря и внимательно слушает план друга, в котором ему отведена главная роль. Хотя Тэхён столько раз повторил каждый пункт, что Пак может пересказать наизусть, даже если его разбудят среди ночи и потребуют расписать всё в подробностях. — Давай по порядку, — вздыхает Чимин, пытаясь навести порядок в голове, — вы с Чонгуком сидите в пустом классе, я «случайно» его запираю. Ты делаешь все свои дела, а через двадцать минут я отпираю дверь, так? Мин удовлетворённо кивает. Его идея кажется Паку весьма сомнительной, о чём он и сообщает. — Тебе не кажется, что это подозрительно? — Почему? Тэхён искренне недоумевает. Чимин пожимает плечами, рисуя пальцем на покрытом пылью столе. — Этот приём давно всем известен. Чонгук сразу поймёт, что всё неслучайно. Мин снисходительно улыбается и приобнимает друга за плечи, краем глаза замечая сотворённую Паком надпись («Ю+Ч», верх оригинальности). — Разве не в этом вся прелесть? Приём, который затёрт до дыр в кинематографе, в жизни будет казаться счастливым стечением обстоятельств. — Вау, Чонгук, мы с тобой остались только вдвоём. Ого, да ещё и дверь закрыта, как же так, — хмыкает парень, не особо впечатлившись. Он всё ещё не до конца понимает, почему нельзя было пригласить Чонгука на свидание, как это делают обычные люди. — Ладно, пойдём. Они неприметно сидят в мужском туалете и ждут около получаса, пока учителя и ученики разойдутся по своим делам и осядут, освободив им целый коридор третьего этажа с кучей пустующих классов. Почти столько же они ждут, пока Чон Чонгук притащит свою задницу в назначенный Мином класс. Тогда Тэхён церемонно вручает другу раздобытые каким-то чудом ключи и телефон, чтобы ничего не отвлекало в столь интимный момент, трусцой пересекает коридор, красноречивыми взглядами подталкивает Чимина действовать и скрывается за дверью. А Паку совсем не весело. Он весь антоним слова «веселье». Парень кривится. Остаются лишь они: коридор, Чимин и старые потёртые ключи. Перспектива быть наказанным, если их вдруг поймают, тоже не особо воодушевляет, но отступать уже поздно, поэтому Чимин старается действовать тихо, быстро и осторожно. Замок торжественно щёлкает, оповещая о том, что пока всё идёт по плану. Можно ненадолго выдохнуть. Пак оказывается совсем не готов к тому, что через несколько минут на весь коридор неожиданно закричит Бейонсе. Чёрт бы побрал Тэхёна и его звонок. Парень достаёт чужой телефон и дрожащими от адреналина пальцами принимает вызов. — Да? — отвечает он, укрывшись в туалете, чтобы разговор и общая задумка не стали достоянием общественности. — Чимин, ты? Пак недоуменно хмурится и отстраняет телефон, глядя на дисплей. Красноречивая надпись «Хён» падает на плечи могильной плитой. Ну почему именно сейчас? Позориться перед Юнги становится неприятной традицией. Знал бы, что звонит он, — не взял бы. Ну ладно, может быть и взял, но совсем при других обстоятельствах и с другого телефона. Парень прикрывает глаза и делает глубокий вдох, затем медленно выдыхает. Это не успокаивает, наоборот, волнение подкатывает к горлу мерзким комом. «Ну пиздец», — крутится в голове. Только этого ему сейчас не хватало. — Да, это я. — А где Тэхён? Снова на дополнительных? — В точку, — подтверждает Пак. Вдруг сейчас повезёт, ну пожалуйста… — Ну-ну, — голос Юнги пропитан скептицизмом. — И домой вы не едете? Чимин пожимает плечами, будто старший может его видеть. Спохватившись, отвечает: — Скорее всего. На том конце слышится тяжёлый вздох. — Хватит тратить моё время. Я либо еду с тобой, либо вам обоим будет очень плохо. Ты же этого не хочешь, верно? Чимин мотает головой. Юнги всё ещё его не видит. — Чтобы через пять минут был в моей машине. Я не от хорошего настроения лишний круг наворачиваю тут. Просят сначала, а потом они не едут, видите ли. Всё понятно? — Да, — робко отвечает Пак. — Вот и отлично. Мин сбрасывает трубку, а Чимин не знает, что делать. Снова он оказывается между двух огней и не знает, какой потушить первым. В любом случае оставшееся пламя проглотит его и даже не подавится. На чаше весов Тэхён и Чонгук, которых нужно освободить через пятнадцать минут, и Юнги, который вот-вот приедет. И раздумывая над тем, что он сделал не так в этой жизни, чтобы докатиться до такого, Чимин впервые между Юнги и Тэхёном выбирает Юнги. Получить от старшего — идея ну такая себе. А уж с другом он как-нибудь помирится. Чимин осторожно выходит из своего «убежища», сканируя взглядом коридор. Убедившись, что он так же пуст, Пак выглядывает в окно, и внутри распаляется паника, потому что около ворот паркуется весьма знакомая машина. Мозг в стрессовой ситуации начинает барахлить, и Чимин не находит ничего лучше, чем аккуратно отпереть дверь и кинуть ключи на подоконник. Остаётся надеяться, что Тэхён смог заболтать Чона настолько, что тот даже не заметил, что произошла некая махинация. В машину Чимин садится слегка встревоженный, это не скрывается от Юнги. — Привет, хён, — Пак пытается выдавить из себя милую улыбку. Выглядит, будто лицо свело судорогой. — Что-то случилось? — хмурится старший. — Нет, нет. Всё нормально, — отмахивается Чимин. — Поехали? Юнги смотрит, нет, прожигает Пака нечитаемым взглядом долгое время, и парню начинает казаться, будто его макушка загорелась. Во время поездки в салоне повисает тишина, не считая тихого бормотания радио. Разговор не клеится, но вряд ли Чимин смог бы в таком состоянии хоть как-то его поддерживать. Остаётся надеяться, что с Тэхёном всё будет в порядке (хотя, в данной ситуации Чимин склонен больше жалеть Чонгука, нежели своего лучшего друга). Когда они проезжают поворот, ведущий на улицу младшего, парень озадачено смотрит на Юнги. — Тэ сказал, что вы собирались заниматься после уроков, — поясняет Мин, заметив в глазах немой вопрос. — А, да?.. То есть, конечно же, да… Мы… Собирались заниматься… Чимин медленно моргает, пытаясь сохранить самообладание. Сейчас он одновременно готов провалиться от стыда под землю и задушить Мина младшего голыми руками. — Подождёшь его у нас. Он же не с Чонгуком? Чимин отрицательно машет головой. — Нет, что ты… не с Чонгуком. Только сейчас Чимин понимает, что они с Юнги будут наедине. Одни-одинёшеньки в просторной квартире — и никого больше. Это волнует. Хотя кого он обманывает, наверняка они разойдутся по комнатам и Пак будет ждать Тэхёна в гордом одиночестве. А затем убьёт и получит успокоение. Как бы там ни было, Чимин будет знать, что там, за стеной, находится объект его воздыханий. Этого достаточно, чтобы сердце нервно билось в такт какого-нибудь DnB. Парень не может выбросить мысль из головы до тех самых пор, пока не переступает порог квартиры Минов. — Надеюсь, ты не против пообедать рамёном? — спрашивает Юнги, заглядывая в кухонный шкафчик. — Не против, — уверяет Чимин и нехотя отводит взгляд от подтянутой фигуры старшего, усаживаясь на стул и оглядывая кухню, в которой бывал, кажется, сотни раз. — Отлично. Мин роется среди посуды, достаёт небольшую кастрюлю, набирает в неё воду и ставит на плиту. — Как с учёбой? — интересуется он, регулируя огонь. И это всё? А как же нравоучения? Стремление убедить вычеркнуть Чонгука из своей жизни и жизни брата? Что ж, меньше нервов и попыток придумать отговорку. — Хорошо. Готовлюсь к экзаменам, не тратя времени на любовь и всякие глупости, — усмехается Пак. — Слушай, — вздыхает Юнги, поворачивается к нему и опирается на стоящую позади столешницу. — Ты же знаешь, что я совсем не это имел в виду? — А что тогда? — Просто… Я в твоём возрасте был ничем не лучше Тэхёна. Мне тоже не сиделось на месте, и я постоянно попадал в неприятности. Но Тэ одержим Чонгуком… — Он просто влюблён! — восклицает Чимин, едва не приподнимаясь со стула от несправедливости. — Разве ты никогда не влюблялся? Версия Тэхёна с бывшим Юнги казалось поначалу смешной и абсурдной, но Пак и не знает, что думать. Старший с Чоном не знаком близко, да он его и не видел никогда! Откуда же такая странная неприязнь? Словно Великая Китайская стена — не проломить и не разрушить. — Чонгук, он… хороший человек, у него душа добрая. Я видел, как он подкармливал бездомных котов около школы. Да и в волейбол играет отлично, несколько медалей выиграл… Правда с математикой проблемы, но это поправимо! Да и вообще, он красивый… наверное. Чимин как-то не задумывался об этом, просто Чонгук… Ну это просто Чонгук. Он не в его вкусе — вот и всё. В его вкусе упрямые ворчливые блондины, которые смотрят так проникновенно, что пальцы на ногах поджимаются и в горле пересыхает. Каким бы добродушным и всепрощающим ни был Чимин, он не настолько наивен, чтобы думать, будто эта слабая реклама хоть как-то сможет переубедить Юнги. Но попытаться стоит. Мин раздражается лишь больше. Что ж, не переубедил. — Тэхён преданно бегает за ним и тебя за собой таскает. Просто я боюсь, что и ты тоже… Он замолкает. — Что «тоже»? — робко спрашивает Чимин. Атмосфера становится какой-то странной и хрупкой, будто лёд под ногами хрустит. — Ничего, — обрывает Юнги и возвращается к готовке, агрессивно орудуя ложкой. Чонгук добрый, Чонгук спортивный, Чонгук красивый… Чонгук то, Чонгук это. Может, Юнги тоже добрый! Он переводит бабушек через дорогу и также кормит бездомных кошек, иногда завозит корм в приют, этого недостаточно? Он всегда уступает место в автобусе, в конце концов! И не менее спортивный! В старшей школе он играл в баскетбол как богом целованный и выиграл столько кубков и медалей, что Чону даже и не снилось. Да, забросил, как только поступил, и теперь не сможет даже три круга пробежать без одышки. Но два ведь сможет! Красивый… неужели настолько? Мин никогда не сомневался в своей привлекательности, но слова Чимина — удар под дых, и его самооценка разбивает лицо об асфальт. Мин считает до десяти, пытаясь остыть. Внутри всё кипит, как чёртов рамён в этой чёртовой кастрюле. Считает до двадцати… Больше они не говорят ни слова. Вскоре кухня заполняется ароматом еды, и только сейчас Чимин понимает, насколько голоден. Он помогает накрыть на стол, попутно отвечая на вопросы Юнги о планах на будущее. Постепенно градус обстановки снижается. После довольно молчаливого обеда они моют посуду вместе и смеются с забавных историй старшего о студенческой жизни. И кажется, будто и не было ничего. Тэхён приходит примерно через час и застаёт парней в гостиной на диване, когда те смотрят какое-то глупое теле-шоу, пытаясь убить время. Даже не в разных комнатах. И даже не в разных углах дивана. Чимин едва дышал всё это время и едва ли обратил внимание на телевизор, полностью утонув в теплоте тела Юнги, который здесь, прямо под боком. Если Паку суждено закаменеть и не чувствовать рук и ног… что ж, это того стоит. — Чимин-а, я должен тебе рассказать кое-что важное! — Тэхён хватает друга за руку с намерением затащить к себе в комнату. — О том, как решал задачки быстрее всех? — усмехается Юнги и пересекает попытку брата на корню, приобняв Пака за талию и притянув к себе. Чимин ощущает спиной грудь Мина и задерживает дыхание. Таким образом он скоро задохнётся. — Я был бы несказанно рад, если бы ты оставил Чимина в покое и поел. Я отвечаю за тебя, пока родители в отпуске, не разочаровывай меня. Тэхён недовольно морщится и показывает брату язык, но тем не менее скрывается на кухне и гремит посудой. Чимин неуверенно накрывает руку Юнги своей и оборачивается, едва не сталкиваясь со старшим носами и встречаясь с тёплыми глазами цвета тёмного дуба. Юнги тяжело сглатывает, Чимин как заколдованный следит за движением кадыка. Вот если бы наклониться совсем немного и… Старший делает глубокий вдох и отстраняется, а Пак стремительно краснеет. — Я… Я пойду к Тэхёну… — сообщает он. — Ладно, — кивает Юнги, отводя взгляд. Чимин на негнущихся ногах уходит на кухню и садится напротив Тэхёна, который активно набивает рот едой. Руки мелко подрагивают. — Что это на него вдруг нашло? — тихо интересуется Чимин, Тэ пожимает плечами. — Он какой-то странный сегодня. Чимин решает не заострять на этом особого внимания, хотя, на секунду, как так просто игнорировать такие вещи? Его сердце неистово бьётся каждый раз, когда Пак вспоминает тёплую руку Юнги на своей талии и… боже, этот кадык… Разве это не одержимость? — А как у вас с Чонгуком? Парень решает отвлечься. К тому же, ему действительно интересно, чем закончилась эта безумная затея. Глаза Тэхёна загораются, и на лице сияет довольная улыбка. — Всё было так прекрасно! — восторженно мямлит он с набитым ртом, лапша разлетается по столу. Чимин заботливо подаёт салфетку. — Мы долго болтали об аниме, поэтому ушли даже позже, чем я планировал. — Ты не предупредил, что Юнги приедет за тобой. — Совершенно вылетело из головы, прости, — кается друг, но сожаления в его голосе нет ни капли. Чимин немного разочарован. Он столько нервов потратил на то, чтобы выполнить план более-менее сносно, но в итоге вышло так, что его работа оказалась совсем ненужной. — Я пригласил его поиграть в плейстейшн на этих выходных. — Вы такие задроты, — Чимин со слабой улыбкой качает головой. Тэхён фыркает, однако ничуть не обижается. — Возможно. — Мин кладёт грязную посуду в раковину. — Пойдём делать уроки. Юнги не простит мне, если я из-за Чонгука заброшу учёбу и ещё тебя за собой потяну. Удивительно, но они действительно идут делать уроки, а потом, когда забивают свои головы формулами и правилами до тошноты, выползают из комнаты Тэхёна и пьют чай. Юнги решает присоединиться. Тэ заставляет Чимина сесть рядом с братом, даже не пытаясь слушать слабые возражения, а сам садится напротив. Пак не может спокойно сидеть на месте, потому что, чёрт возьми, их бёдра почти соприкасаются! За столом царит непринуждённая атмосфера, парни смеются с шуток Тэхёна (Юнги иногда закатывает глаза) и болтают о всяких глупостях. Чимин собирается домой, когда за окном начинает темнеть. — Я подвезу тебя, — говорит Мин тоном, не терпящим возражений, и уходит в коридор. Чимин с Тэхёном удивлённо переглядываются, второй пожимает плечами. Этот день кажется Чимину настоящей сказкой. Вот ещё немного, совсем чуть-чуть, и он проснётся… парень никогда не получал от старшего столько внимания. Пак чувствует себя невероятно счастливым, даже если и не знает причину такой невиданной щедрости. Он согласен оставаться в сладком неведении. — Ты сегодня слишком добрый, — говорит Пак, когда они подъезжают к его дому. — Настроение хорошее. — Отчего же? — Будешь таким любопытным, я откушу тебе ухо, — шуточно предупреждает Мин. — Мне дорого моё ухо, — Чимин хватается за него, будто пытается спрятать от Юнги. Старший улыбается, обнажая дёсна. улыбается самой прекрасной улыбкой на свете. — Боже, ты такой ребёнок. — Ещё какой. До встречи, Мин Юнги-ши. Младший щёлкает парня по носу и, хихикнув, вылезает из машины. Юнги округляет от удивления глаза и остаётся один. Дома Чимин падает на кровать и чувствует себя безмерно влюблённым.