Брат лучшего друга

— У меня есть идея! Чимину это очень, очень не нравится. Идеи Тэхёна не заканчиваются ничем хорошим. Никогда. Это константа, нерушимая, устойчивая, непоколебимая — как угодно, факт остаётся фактом. В голове драгоценного друга беспорядок, юношеский максимализм и немного сквозит. Своя волна, которую Чимин однажды сумел поймать в первом классе и ловит до сих пор. И уж если в мозгах появляются какие-то замыслы, а извилины загораются и искрят, то это означает одно: Чимин либо опозорится, либо будет сходить с ума от переживаний. — Ты уверен? — робко интересуется Пак, на что Тэхён часто кивает, словно китайский болванчик. Ничего не остаётся, кроме как принять идею как данность. — Ладно. Хорошо. Просто прекрасно. Он внимательно слушает Тэхёна, который расписывает всё в мельчайших подробностях, и изредка кивает. Оконное стекло мужского туалета, в котором они прогуливают урок, неприятно нагревается от палящего весеннего солнца, Пак отодвигается от него подальше. План до смешного прост: завтра, после уроков, Тэхён затащит ничего не подозревающего Чонгука в свободный класс, в котором Чимину необходимо будет их закрыть. Общая беда должна сблизить, и там, по прогнозам Мина, они перейдут на новый уровень их пока не существующих отношений. — Не лучший вариант для свидания. Чимин не особо уверен, что то, что идеально работало в романах, фильмах и манхвах, которые Тэ зачитывал до дыр, так же идеально сработает в реальной жизни. Это явно что-то из разряда фантастики, однако Чимин своё мнение держит при себе, чтобы не обидеть друга. — У нас всё получится, — заверяет Тэ, и Пак слабо кивает. Хотелось бы ему хоть каплю такой же уверенности.

🌸 🌸 🌸

После уроков Чимин ждёт на крыльце задержавшегося где-то Тэхёна, чтобы вместе пойти домой. Постепенно школьный двор пустеет, ученики расходятся по домам, а Мина как не было, так и нет. Чимин скучающе изучает пыльную дорогу за железным ограждением, подпирая стену. Когда Тэхён всё же выходит из школы, а Чимин собирается облегчённо выдохнуть, друг взволнованно объявляет: — Кажется, у меня там что-то назревает. Можешь сказать Юнги, что я на дополнительных? — Зачем? — Гуки ему отчего-то поперек горла стоит. Хён скоро приедет, довезёт тебя до дома. — Чего?.. Внутренности Чимина ухают вниз. Перспектива оказаться наедине с Юнги в замкнутом пространстве, где они будут находиться даже ближе, чем на расстоянии вытянутой руки, одновременно радует и ужасает. Внутри расползается липкое волнение. Пак успевает лишь открыть рот, чтобы выразить своё бурное несогласие, но Тэхён уже скрывается за дверью, пожелав другу удачи. Предатель! Чимин растеряно озирается по сторонам, во дворе всё так же пусто, только цветы в клумбах сочувственно качаются от лёгкого ветра. Хочется удавиться. Быть влюблённым в Юнги на протяжении нескольких лет не совсем то, чего Чимин хотел в своей жизни, но он ничуть не жалеет. Он сразу понял, что что-то не так, когда вместо того, чтобы засматриваться на красивую девичью грудь, стал пялиться на крепкие мальчишечьи задницы. А когда он впервые встретил Юнги, то всё — совсем пропал. Через пару минут к школьным воротам подъезжает юнгиевский «Шевроле», Мин коротко сигналит, опускает стекло и чуть высовывается в окно. Пак вымученно выдыхает, стараясь принять как можно более беззаботный вид. На негнущихся ногах он покидает школьный двор, словно на казнь, садится в машину и пристёгивается, устроив свой рюкзак на коленях и мельком взглянув на Мина. Тот даже в жаркую погоду в потасканном худи, чёрных джинсах и кедах. Сверкает новыми серьгами и выбеленными волосами, заставляя сердце Чимина сделать кульбит. — Где Тэхён? — задаёт Юнги тот самый вопрос, которого Чимин боялся больше всего. — На дополнительных, — уверенно лжёт Пак. По крайней мере, ему так кажется. — Да? Младший кивает. Юнги смотрит с подозрительным прищуром, уши Чимина краснеют, а сам он заинтересованно ковыряет торчащую из брюк нитку. Как можно так безответственно шить вещи… Юнги усмехается, качает головой и заводит двигатель. До дома Чимина едут молча. Пытаясь себя занять, Пак играет с радио, перескакивая с одной станции на другую. Тейлор Свифт хрипит сквозь помехи, сменяется на Monsta X, а затем всё просто шипит. Где-то там ведущий желает хорошего дня. О, тут и на испанском есть. Как весело. — Прекращай, — бурчит Юнги, когда девушка надрывно поёт о безответной любви (Чимин не знает испанского, но чувствует на интуитивном уровне). — Ладно, — младший одёргивает руку, смиренно поджав губы. Мимо в сплошном потоке тянутся здания, деревья и люди, пока Юнги не заворачивает на тихую улочку. Машина выезжает на обочину около двора Пака и останавливается. Чимин отстёгивает ремень, благодарит Юнги и собирается закончить свои мучения, но замирает на месте, когда Мин произносит: — В следующий раз скажи мне как есть, ладно? — Что? — Пак недоуменно смотрит на старшего. — Ты совсем не умеешь врать. Чимин краснеет и не может сказать ни слова, будто его поймали на чём-то постыдном. Юнги треплет парня по волосам. — Пока, мелочь. Пак выбирается наружу, чувствуя себя самым настоящим идиотом. Он смотрит вслед машине, пока та не скрывается за поворотом. Юнги давно стал его личной проблемой.

🌸 🌸 🌸

Вечером Чимин заваливается к Тэхёну в комнату и обиженно кидает в него пачкой чипсов, сожалея, что под рукой не оказывается ничего тяжёлого. Он расстроен, подавлен и самую малость обижен. О таких вещах нужно предупреждать заранее, желательно за месяц и в письменном виде. В комнате Мина младшего творится настоящая анархия. На полках несколько медалей и фигурки героев Марвел расставлены по фэншуй — единственное чистое место. Стол завален карандашами, тетрадями и манхвами. Несколько открыты, кажется, он читает их одновременно. На стене куча полароидных фотографий: вот они на школьной экскурсии, потные и уставшие после подъёма в горку к водопаду. «Чимин-а, встань так, будто вода льётся у тебя изо рта, а я её пью!» Вот они кривляются в дурацких очках, которые купили на Намдэмуне во время очередного похода по окрестностям. А вот они в парке Ханган, в руках Чимина рожок с мороженым, а Тэхён удивительным образом сумел запихать его себе в рот. Фотография немного размытая, потому что Мин начал давиться. Пак отводит взгляд от фотографий. Стул едва держится, чтобы не завалиться назад от количества вещей на спинке. Упаковки и кружки повсюду, Чимину приходится обходить их, как на минном поле. «Это моё душевное равновесие и самовыражение!» «Это свалка, Тэхён» — Давай, расскажи мне, ради чего я прикрывал тебя на этот раз? — требует Пак, сдерживаясь, чтобы не добавить «и снова выставил себя тупицей перед Юнги». Среди всеобщего хаоса парень едва находит кресло-мешок когда-то жёлтого цвета и усаживается на него. Рядом на полу Тэхён терзает пачку в попытке открыть, но та никак не поддаётся. Пак внутренне злорадствует. — Гук попросил помочь с математикой. — А ты тут при чём? Тэхён оскорблённо выдыхает, приложив руку к груди, будто эта фраза ранила его прямо в сердце. — Вообще-то я всегда мог воспользоваться интернетом, пока он не видел. Пак хмыкает. Другого он и не ожидал. — А как ваша поездка с Юнги-хёном? — интересуется Мин, невинно хлопая ресницами. — Он не поверил ни единому моему слову. — Я знаю. Допрашивал меня, когда я вернулся. — Признался? — Конечно же нет. Никогда не понимал, что ты в нём нашёл. Разве он не староват для тебя? — Он старше всего на три года, — такие разговоры всегда заставляли Чимина смущаться. Он окончит школу в этом году и поступит туда же, где учится Юнги. Пак не видит в этом никакой проблемы. — Хочешь, чтобы я нашёл кого-нибудь вроде Чонгука? — Гук младше всего на год, у нас с ним идеальная совместимость, гороскопы не врут! — Тэхён просто сияет от счастья. — В следующий раз нужно спросить его номер. — Сдался тебе этот прыщавый подросток. Голос Юнги звучит словно гром среди ясного неба. Парни удивлённо оборачиваются. — Хён! — возмущённо вопит Мин младший. — Сколько ты успел подслушать? Чимина тоже волнует этот вопрос. Даже больше, чем Тэхёна. — А вам есть что скрывать? — Юнги выгибает бровь, скрестив руки и оперевшись плечом о дверной косяк. — У нас с Чимином свои секреты, в которые тебя не посвящали! И вообще, я посмотрю, что ты скажешь, когда этот «прыщавый подросток» станет настоящим мужчиной! Юнги насмешливо фыркает, и Тэхён кидает в брата подушку, от которой тот благополучно уворачивается. — Все через это проходят, — продолжает Тэхён. — Мы с Чимином тоже ещё подростки. — Лучше бы готовились к выпускным экзаменам вместо того, чтобы тратить время на любовь и всякие глупости. От слов старшего Чимину становится грустно. Он понимает, что Юнги в какой-то степени прав, но вряд ли Чонгук для Тэхёна всего лишь временное увлечение. Он так и сочится любовью. — А что в этом плохого? — спрашивает Пак, встречаясь со старшим взглядом (и стойко его выдерживая, за что мысленно себя хвалит). Юнги молчит, не прерывая зрительного контакта, пока громкий вскрик Тэхёна не заставляет парней вздрогнуть. — Я не виноват, что брат Чонгука разбил тебе сердце! — Да не разбивал он мне сердце, Господи, — недовольно возражает Юнги, закатывая глаза. — Ты не любишь его, потому что его брат — твой бывший, верно? — не унимается Тэхён. — Во-первых, его троюродный брат был моим бывшим. Во-вторых, это было несколько лет назад, Тэ. Это самая наиглупейшая причина, по которой я могу не любить Чонгука. Этот спор может продолжаться вечно, но Тэхён сыт по горло. Которая по счёту эта ссора за неделю? Парень просто хочет любить и быть любимым, плевать на все аргументы брата. Нелогичные и абсурдные, между прочим. Поэтому пора переходить к тяжелой артиллерии. — Чимин-а, действуй! Пак кивает, со вздохом поднимаясь с места. — Прости, Юнги-хён. В какой-то степени ему действительно жаль. Пак выталкивает удивленного Мина за пределы тэхёновой комнаты и запирает дверь изнутри. — Завтра попробую пригласить Чонгука на свидание, — оповещает Тэхён. Чимин лишь обречённо вздыхает.