Алевтина. (2 часть)

– Мои друзья будут пропадать, умирать, а я – жить себе спокойнешенько?!. Нет, так жить я не хочу!.. Я не намерена больше терять друзей!.. – пронзительно звучал голос Дуни. Кругом алый мрак. Небо чернее самой тьмы. Все кругом мертво. Нет ни малейшего ветерочка. Алевтина стоит посреди поля, устланного алым снегом. Алый снег красными хлопьями опускается на землю… А может это и не снег вовсе?.. Из алого мрака постепенно оформляется фигура – Дуня стоит перед Алевтиной. На ней разорванными клоками свисает одежда, ее русые волосы страшно растрепаны; она поднимает опущенную голову – ее измятое лицо заплакано и искажено будто от боли… глаза – безжизненны. «… Почему ты не ушла со мною?» - ее обветренные губы не шевелились. Голос звучал вне ее… Темнота. И снова голос: - Я же говорила тебе – беги подальше, чтоб только пятки сверкали!.. – укоряла Аксинья. Перед Алевтиной из мрака появилось дерево – огромная ива. А на ней распятое, пригвожденное изуродованное тело женщины. – «… Ты помнишь?.. Я назначила ей встречу…» - сказала она. Из-за кровавого дерева вышла девушка. Хрупкая невысокая, в длинном балахоне и платке. Девушка окинула взглядом кровавую иву, а затем обернулась к Алевтине и смотрела на нее в упор… В алом сумраке проступили черты Ани. Она сбросила одежды, и, абсолютно нагая, медленно приближалась. Ее рот беззвучно шевелился, в тщетных попытках что-либо изречь. Приближаясь к Алевтине, она тянула к ней руки, в немой просьбе о помощи. Шаг за шагом ее белое тело серело, кожа покрывалась пятнами от яда… Вот уже впали щеки, посинели, сморщились губы… Алевтина не могла двинуться. Липкий алый мрак сковал ее. Анна приближалась… Ближе и ближе… И вот, мертвые глаза блеснули немым укором. Руки мертвой опустились на плечи, переползли на шею Алевтины… и сомкнулись стальными тисками!.. - Проснись! Проснись!.. – во мраке требовательно звучал голос Рогеллека. Алевтина, вздрогнув и вскрикнув, словно ужаленная, резко поднялась. Как же ей было душно! Еще содрогаясь от ужаса, она бешено озиралась по сторонам. Рогеллек присел рядом с нею на кровати и еще где-то с минуту, потирая ее плечо назидательно и успокаивающе продолжал увещевать, что это был просто ночной кошмар… просто ночной кошмар. - Я отворил окно… Теперь здесь должно стать немного посвежее… - заметил он, обращая внимание, что девушка понемногу приходит в себя. - Похоже, я Вас разбудила… - успокаиваясь, попыталась посмеяться она. – Извините… Не сговариваясь, они одновременно взглянули на соседнюю кровать, что предназначалась цирюльнику и Алевтина не без удивления увидела, что та была абсолютно не тронута. - Как видите, извиняться Вам не в чем. – с улыбкой заметил Рогеллек и отошел от кровати девушки. Сама же Алевтина встала с постели – снова предаваться сну она боялась, ведь там ее подстерегал кошмар. Она прошлась по комнате из стороны в сторону и в глаза ей бросилось то, что на столе лежали листы с записями, чернильница и перо. Работа явно была прервана неожиданно – строка обрывалась на полуслове. - Это Ваше? – спросила очевидное Алевтина. - Да… - Рогеллек подошел к столу и несколько суетливо собрал листы в аккуратную стопку, попутно внимательно осматривая последнюю страницу. – Видите-ли, пришла в голову одна идея… Не смог заснуть, пока не записал… Так и потерял счет времени… - Понимаю. – Одобрительно кивнула Алевтина. Такие «причуды» ей были весьма знакомы. – А почему без света? Не боитесь зрение испортить? - Не боюсь. – Спокойно и уверенно ответил тот. При этом он смерил ее странным взглядом, от чего девушке стало как-то не по себе – почему-то вспомнилась его необычная трансформация, когда он был без сознания. – Так уж повелось, мои глаза прекрасно видят в темноте… - Ясно… - выдохнула Алевтина и улыбнулась – Повезло Вам, что ни говори!.. Такая реакция удивила цирюльника, но тот промолчал в ответ. - Ну-с… - она потянулась и зевнула. – А что б и мне немного не поработать? С этими словами она уверенно продефилировала к своей сумке с планшетом-блокнотом. - Все же, я бы настоятельно советовал Вам отдохнуть. Вы измотаны… - назидательно изрек Рогеллек. - Думаю, сегодня я уже не смогу уснуть… - с наигранной бодростью в голосе отмахнулась Алевтина. - Так страшно было?.. – проницательно, тихо и необычайно проникновенно прозвучали его слова. Алевтина замерла на полпути, сжав в руках планшет и карандаш; ее невидящий взгляд устремился на строки в блокноте, будто бы, глядя на них она могла что-то различить. - Страшно… - задумчиво, тихо и грустно, наконец ответила она искренне, но обернувшись к цирюльнику вновь натянула улыбку. – Но, очевидно, я это заслужила… В этот момент ее поймал взгляд антрацитовых идеально черных глаз. Эти глаза были наполнены бездонной обволакивающей тьмой, которая тут же поглотила Алевтину. Ей показалось, будто земля ушла из-под ног, но она не упала, а плавно погрузилась в забвение… Эта тьма совсем не пугала. Она была теплой и приносящей покой…

***

Когда Алевтина проснулась, комната уже была полностью залита солнечным светом позднего утра. Приподнявшись на кровати, девушка сонно и с удивлением озиралась вокруг. Ей было странно, как легко и непонятно она уснула после ночного кошмара, на сей раз ей ничего не снилось и потому чувствовала она себя отдохнувшей. Спросонок девица не торопилась вылезать из-под теплого одеяла. Однако, мыль о том, что она проспала непростительно долго все больше и больше начали занимать ее сознание. Тому не мало способствовало то обстоятельство, что Алевтина обнаружила себя одной в полностью убранной комнате. Стол был чист, кровать напротив так и осталась по всей видимости не тронутой, а сума Рогеллека, как и сам ее хозяин в комнате отсутствовали. Неудивительно, что первой мыслью девушки было то, что ее спутник оставил ее спокойно спать, а сам тем временем, покинул постоялый двор и отправился в путь. Надо сказать мысль эта ее несколько опечалила, и все же она бы совсем не удивилась такому раскладу. « В самом деле, - думала она – кто я для него, что бы дожидаться меня и продолжать путь вместе? К тому же, тот факт, что благодаря ему эту ночь я провела под крышей да в тепле, и еще выспалась в придачу – не мало говорит о его благородстве, заботе и порядочности. Надо бы и мне честь знать…» Она прибрала за собою постель, оделась, кое-как заплела волосы, и так как, по ее мнению, торопиться ей было, в сущности, некуда, она нашла в своей сумке кробочек с зубным порошком, щетку и мензурку-стакан. Спустившись на первый этаж, Алевтина на всякий случай осведомилась у трактирщика о том, не видел ли тот ее спутника. - Как же, видел, милсдарыня. Еще света не было, – я тады проснулся шобы… ну это… до ветру сходить, - а тут он и выходит со двора с собранной сумой. Поприветствовал меня, сказал Вас не будить до поры… Да и ушел… Ну а я-то што: «Ясное дело, - говорю – комната на сутки уплочена, солдатня спит… Не буду милсдарыню беспокоить…» Хотел было спросить, что передать-де -Вам то бишь, - так его уже и след простыл… Слова хозяина двора окончательно уверили девушку в правильности ее догадки. Она вышла на двор, набрала воды и, отойдя в сторонку, принялась наводить порядок в ротовой полости. За сим любопытным занятием ее и застали врасплох. - Доброе утро… - раздалось дружелюбно сзади. В этот момент Алевтина как раз набрала воды в рот, чтобы прополоскать его и чуть было не подавилась от неожиданности. Так с наполненными водой щеками она воровато обернулась, подозрительным взглядом окинула необычайно приветливую по утру физиономию Рогеллека, и сплюнула в сторонку. - И Вам того же… - коротко ответила она, набирая в рот еще немного воды и шумно полоская, показывая тем самым свое недовольство по поводу того, как бессовестно тихо подобрался к ней цирюльник. - Позвольте поинтересоваться, чем Вы занимаетесь? - М-м-м… - красноречиво изрекла Алевтина, отсалютовав почти пустым стаканом с водой. Не менее красноречиво сплюнула. – Вот решила зубы почистить… - пояснила она в ответ на недоуменный и изумленный взгляд Рогеллека. - Какой интересный запах… - повел своим породистым носом Рогеллек. – Перечная мята и… - Обыкновенный тальк… - усмехнулась девушка, преподнося цирюльнику белую «чудо-смесь». - Надо же… - он и интересом взял щепоть порошка и растер ее между большим и указательным пальцами. – Мне еще не доводилось видеть столь сильно измельченный тальк. И эта смесь… - Ее совсем не сложно делать – заверила Алевтина. – Есть правда немного хитростей, но в общем и целом – все просто. Если хотите, дам рецепт. - Да Вы просто кладезь… К тому же щедрый. Что ж, в таком случае ловлю Вас на слове и буду очень признателен… - он вернул коробок девушке. При этом он не сводил с нее внимательного и странного взгляда, улавливающего каждое движение. - Я, наверное, кажусь Вам странной… - по-своему истолковала его внимание Алевтина. Опустив глаза, она промокнула влажные губы тряпицей, что в данный момент выполняла функции полотенца. - Скорее, удивительной… - не промедлил с ответом цирюльник. – Доселе мало кто из людей на моей памяти отличался сознательностью и относился с должным вниманием к личной гигиене. – Усмехнулся тут же он. Поднялся легкий ветерок и нос Алевтины защекотал духмяный аромат трав. - Шалфей?.. – повела она носом, так как недавно делал это Рогеллек. - Да… - усмехнулся Рогеллек, любовно взглянув на полную торбу у себя на плече. – Видите ли, через несколько верст к северу отсюда есть деревня, где живет один мой знакомый – весьма недурственный травник. Собственно, я и решил немного поторговать с ним, дабы восполнить утраченные запасы. - Правда?.. Здорово. – Алевтина отвела взгляд. – Я бы тоже была бы не прочь «восполнить запасы»… - с нескрываемой завистью вздохнула она. - В таком случае, Вам повезло... – Алевтина подняла на Рогеллека заинтригованный и удивленный взгляд. – В отличии от меня, Вам не придется совершать лишнего путешествия… - с наигранной завистью изрек цирюльник. Алевтина округлила голубые глаза, а ее брови взметнулись вверх: - Вы… Вы со мною поделитесь? В ответ цирюльник хитро улыбнулся, что красноречивее любых слов обозначало положительный ответ. - Но… Но мне нечем заплатить… Вам… за них… - промелькнувший было проблеск надежды в голубых глазах тут же потух. – Так что… - Так что мне ничего не остается, как поделиться с Вами даром… - все с той же улыбкой отвечал Рогеллек. - Но… - Кхм, прошу прощения… - тут же перебил он девушку. – Мне весьма неловко прерывать нашу дискуссию, однако, я бы хотел сменить тему и сообщить Вам кое о чем более насущном… Дело в том, что на обратном пути я имел возможность встретиться с отрядом дворфов – вероятно из наемных отрядов. По ближайшему рассмотрению они мне показались весьма достойными спутниками. К тому же, их отряд как раз направляется в Альмер. Так вот, мне довелось поговорить с их командиром, и тот любезно согласился сопроводить нас. - Нас?.. То есть Вы договорились и обо мне? – все с тем же недоумением и удивлением переспросила Алевтина. - Именно… Посему, вынужден поторопить Вас. Отряд не будет останавливаться здесь на постой, но по моей просьбе, они организовали привал у большака неподалеку… - Я поняла… - спохватилась Алевтина. – У меня все уже собрано, нужно только сумки из комнаты забрать… - Я… Я не знаю, как благодарить Вас… - Полагаю, в пути у нас будет достаточно времени, чтобы обсудить этот вопрос, как, впрочем, и многие другие… А пока что… Не теряя времени, Алевтина скрылась в трактире, и очень скоро выпорхнула оттуда с вещами. Как и обещал цирюльник, у дороги их ждал отряд дворфов. Все они были как на подбор коренастыми бородачами, снаряженными в среднетяжелые доспехи и при оружии – словом, издали все были похожи друг на друга. Отряд так же был снаряжен двумя телегами, наполненными каким-то грузом, однако же, можно было умоститься на одной из тех телег – и даже с каким-не каким комфортом – при должном желании. Уже издали до Алевтины и Рогеллека доносились крики и отборная ругань – словно бы дворфы решили посостязаться на сколько глубоки их познания в бранном словце. Впрочем, то было бы весьма впечатляющим зрелищем. Об изобретательности и изощренности ругани дворфов ходили легенды. Алевтина вопросительно взглянула на Рогеллека, но тот лишь пожал плечами, в знак того, что и сам не представляет с чего дворфы так возбудились. Но когда спутники подошли ближе, ситуация более-менее прояснилась. Оказалось, у одной из телег треснули обода на колесах, причем сразу на трех. Тщетные попытки хоть немного снизить ущерб от поломки путем подгонки колодок обернулись неудачей, а для некоторых и отдавленными руками-ногами – кто что не успел вовремя убрать. В том числе и по этому поводу были сочинены такие ругательства, что на секунду даже Рогеллек покраснел, хотя доселе он реагировал на брань уж через чур спокойно, если не безразлично. - Вот дерьмо!.. А! Вот и ты!.. – встретил путников дворф-воевода со внушительной черной бородой, заплетенной в изысканные косы. На его правом глазу красовался весьма примечательный шрам, однако же, каким-то чудом, глаз был цел и прекрасно видел. Дворф поровнялся с парочкой и окинул их быстрым взглядом. – Я так понимаю, это и есть твоя спутница? – обращался он к Рогеллеку. - Именно. – Коротко ответил Рогеллек. - Алевтина. – Представилась она. - Хм-м-м… - воевода нахмурился, вперив внимательный взгляд их-под густых черных бровей на девушку. – Мазель, а мы с Вами нигде раньше не встречались? Алевтина в удивлении отрицательно замотала головой: - Не думаю… - улыбнулась она. А потом задумалась… А ведь и правда – было в этом крепыше что-то знакомое. В этот момент что-то скрипнуло и грохнуло, что породило новую волну ругательств – это сломалось четвертое колесо. - Да что ж за дьявольщина такая! – разорялся воевода, перемежовывая каждое слово ругательством. – Как видите, дорогие мои, хрен мы куда теперь двинемся! – дворф смачно сплюнул. - Вы позволите взглянуть?.. – спросила Алевтина воеводу. Тот сделал кислую мину: - Да на что там глазеть-то… Итак все ясно. Сломались колеса, язви их! Теперь уж без плотника никуда… А по сему, придется, похоже нам на энтом постоялом дворе задержаться…Чтоб его… - А все ж, позвольте… Он недовольно крякнул: - Да идите… глядите, что уж там… Хоть заглядитесь. – С этими словами воевода вместе с парой солдат удалились в сторону того самого постоялого двора. Не иначе, как обсудить условия постоя. Рогеллека они забрали с собою в качестве сопровождающего. Алевтина же принялась за осмотр телеги. Дворфы-роботяги, что совсем недавно мучились с нею, устроились на отдых – стоило лишь их командиру скрыться из виду. Посему, Алевтина провела осмотр без лишних помех, который выявил весьма неутешительные выводы. Неутешительные, но не неразрешимые. Тут вдруг ее окликнули, причем так неожиданно, что Алевтина чуть было не ударилась головою о дышло. - Глян-тко, глянь!.. Точно она! - Твоя правда!.. Эй-эй! Мазель-чародейка! Стоило Алевтине обернуться, как у нее чуть сердце в пятки не забилось, ибо эти две физиономии она узнала сразу. - Вы!? – только и произнесла она в удивлении. Те почти синхронно кивнули (ни дать – ни взять – двое из ларца). «А если эти двое здесь, значит и третий тоже…» - Алевтина в смятении не знала куда податься. Двое же дворфов, казалось, абсолютно не замечая ее замешательства широко улыбаясь, являя на свет ряды желтоватых зубов, абсолютно непринужденно продолжали беседу. - Так какими судьбами Вас к нам занесло, мазель-чародейка? - Да вот занесло… - Эге… А у нас тута вон какое дело… - кивнул один из них на бедную телегу. А затем с подозрением глянул на девицу. - Да уж вижу… - Алевтина сделала вид, что не заметила красноречивый взгляд дворфа. - Так раз уж Вы тута, мазель-чародейка… Мож подмогнете там магией какой… - предложил второй дворф, что был попростодушней своего товарища. Алевтина призадумалась. - Посмотрим… Может и подмогну… Кабы были тут материалы… да некоторый инструмент… может, даже и магии не понадобиться… Двое товарищей переглянулись: - Да есть, есть у нас усе. – Выдали они. – Тута целый груз такого добра – товар, стало быть, для одного купца из Альмера. А мы его, значиться, охраняем… Алевтина внимательно слушала их. - Я так понимаю, это «добро» трогать не положено… - хитро прищурилась она. - Верно, не положено… Однако-сь, я чаго думаю… - почесал в затылке один из дворфов. – Инструменту и материалу - целый воз. Взять немного – заказчик-то и не заметит… - А ежели ж, мы тута совсем застрянем, товару тамошный купец и вовсе не дождется… - добавил его товарищ. Алевтина одобрительно кивнула. - Итак, значит, одолжим немного инструментов и запчастей? Дворфы вновь переглянулись: - Оно, конечно, нам не труд – дело обычное… Только вот, мазель-чародейка, Вы точно справитесь?.. - Потому как, ежели мы столько добра зазря переведем, нам головы-то пооткрутят… Да и Вам несдобровать… - Справлюсь! – твердо ответила Алевтина. – Впрочем, я не говорила, что справлюсь одна. Будете помогать… На том и порешили. Солнце уже начало отклоняться на запад, но до вечера было еше далеко. Как раз тогда-то и вернулись Воевода и Рогеллек. - Так, подъем, бездельники! – гаркнул он. – Собераем скарб и… - тут он осекся, увидев телегу. – Это что ешшо такое? Воевода обошел телегу вокруг. Поглядел и так, и эдак. Дошел до второй телеги, осмотрел – и вернулся обратно… - Ну? – грозно шмыгнул носом воевода, окидывая взглядом ехидно ухмыляющихся солдат. – Хто из вас, черти, отличился, а?.. Не, ты поглянь сюда, цирюльник! Мы там, значит, с корчмарем «ля-ля»… Уламывали его и так, и сяк… Сто потов согнали, а энти черти… Хех! - Воевода не смог сдержать довольного смешка. – Ну дык, хто из вас?.. - Вот она… - один из пехотинцев тыкнул пальцем на Алевтину, пристроившуюся рядом с костерком в компании дворфов. Девушку, к слову, было не узнать. Вся она была так изгваздана в грязи, что вполне сошла бы за чудище лесное. Причем, очень довольное. Впрочем, на фоне таких же пехотинцев-дворфов, она смотрелась весьма гармонично. - А что это сразу я? – наигранно вскинулась девица, красноречиво окинув взором всех присутствующих. – Уж не думаете ли вы, милостивые господа, что я одна смогла бы управиться с такой махиной? – она лукаво пощурилась. – Не-е-ет, если уж на то пошло, то все здесь отличились… Дворфы, явно польщенные ее речами, заулыбались еще шире и загоготали, пока их смех не прервал сам воевода. - Вот оно как! Усе, значится, отличились… Хорошо… Вот и получите… Все!.. Не будет вам постою, поняли!.. Ну чаго вылупились? Собираем манатки и шагом марш!.. Началась суета. Дворфы спешно, но весьма слаженно начали сборы, а тем временем воевода подошел к Алевтине. - М-да, устроили Вы нам… хех, сюрприз… - Да причем здесь я? Я ж говорю мне помогали… - Да ладно! Знаю я энтих оболдуев. Кабы они что смыслили в плотничестве, думается мы б и не задумывались о постое… Чаго смотришь? Думаешь, я не понял откудыть вы матерьял для новых-то колес надыбали?.. - воевода искоса глянул на Алевтину, затем поморщился. – Чес-слово, ты б хоть умылась что ль… Тут недалече ручей текеть – родник, стал быть. Мы тама давече бордюки наполнили. Водица там, студена, конечно… Но все-тки… - Понятно… Но разве мы не торопимся? - Да что уж там, погодим, куды деваться. Авось, в пути, не дай то боги, еще что-нито переломиться… Тьфу!.. Ну чаго вылупилася? Бегом к ручью, а то и правда оставим тут. Алевтина улыбнулась, поклонилась в благодарственном жесте и на некоторое время скрылась в указанном ей направлении. - А воевода не врал… - стуча зубами, произнесла сама себе она. – Водичка-то и впрямь «студена» - аж руки ноют. Тем не менее, ей все ж удалось привести себя в более-менее приличный вид. Когда ж она вернулась, ее встретил воевода в компании тех самых знакомых ей с деревни «Верещуга» двух дворфов. Судя по их довольным физиономиям, и хмурому лицу воеводы они ему явно поведали что-то такое, о чем ведать – по оскороносному мнению девицы – ему не надо бы. - …Так вот оно где я тебя видел! – встретил он ее пронзительным взглядом. – Правду говорят, что у вас людей память куриная… У Алевтины засосало под ложечкой. Не найдя, что сказать она молча слушала, а тот продолжал: - Так это ты, стал быть, та самая «чародейка», о которой энти дурни мне все ухи прожужжали. Мол, своими чарами-марами Барнука – мойго погонятого – завалила… Знакомое имя тут же пробудило в памяти красочные воспоминания и о таверне «Веселый фонарь», и о храпящем на выбитой двери пьяном дворфе, и разухабистую пьяную компашку, у которых ненароком Алевтина оказалась в недолгом, но отнюдь не приятном плену… «Так это их воевода… - все внутри Алевтины будто ухнуло вниз. – Похоже, у меня снова получилось все попортить одним лишь своим присутствием…» Девушка уже было приготовилась к гневным обвинениям. - Да, это, похоже, была я… - самоотверженно призналась она… и тут же потеряла дар речи, потому что в тот же момент воевода заливисто загоготал и смачно (и весьма больно) хлопнул ее по плечу. - Ну даешь, едрена мать!.. – наконец смог выговорить он, вытирая слезинки. – А я гадал, хто это ж за «чародейка» эфтакая, что энтого пьянчугу от водяры отучила. Все хотел, понимаешь, руку ей пожать… К слову… - Алевтина еле сдержалась, чтоб не пискнуть, от такого крепкого рукопожатия. Ей даже показалось, что в ладони что-то хрустнуло… Впрочем, все обошлось… - Правильно я говорю, всякого настигнет в свой черед и благодарность, и расплата… Спасибо табе. А то ж бывало, он как нажрется – Барнук-то – так спасу от яго нет. Только и успевай жалобы да депеши получать, язви их!.. А тут – глядь, ей-бо не вру – сам не верю! – ентот оболдуй на водяру и глядеть боиться. Как глянеть нечайно – так тут же у кусты… Так что, удружила, девка… или как там к тебе обращаться полагается-то, «чародейка»? «Сударыня»? - Да «девка» сойдет. – махнула она рукой и неуверенно улыбнулась - Меня Алевтиной, зовут. - Во как, по-просту, значится, величать… Энто хорошо. – Улыбался воевода. – Слухай, - через некоторое время произнес он тихо. – Тут такое дело… - он воровато оглянулся и позвал девушку – подь за мной… Они дошли до второй телеги. Дворф недолго покопался в ней и достал сверок. - Понимаешь, тут какое дело… - неуверенно начал он, явно смущаясь… - Тогда, в «Верещуге», я – стыдно признаться – и сам перебрал… Он развернул сверток, являя взору Алевтины шерстяное клетчатое одеяло. - Ребяты говорили, я тады на улице заснул и ежели б не та добрая душа, что одолжила мне его, отморозил бы я сабе гузно так, что и… вобщем, не разговаривали б мы сейчас… Так я это к чему… Может ты случайно видала того, кто одеяльце-то мне одолжил… А то не хорошо, как-то. Вернуть надо бы… должок-то. Алевтина, все то время обалдевшим взглядом изучающая знакомое одеяло, не веря ни своим ушам, ни глазам, наконец-то смогла кое-как упорядочить информацию в голове и все осознать, тем не менее все еще дивясь невероятному совпадению. - Что ж… - по-заговорчески улыбнувшись, произнесла она. – Можете считать, что Вы нашли того, кого искали. Воевода сначала непонимающе глянул на девицу, но тут же смекнул что к чему. И не избежать бы бедным ручкам и плечам Алевтины дружеских похлопываний, пожиманий и объятий, как словно из ниоткуда возникший Рогеллек вновь явился для девушки спасением, отвлекшим на себя внимание воеводы и сообщившим ему, что де его отряд готов и ждет дальнейших указаний. Недовольно кряхтя, воевода отправился отдавать распоряжения. - Должен сказать, Вы не перестаете удивлять… - произнес Рогеллек, стоило им остаться с Алевтиной наедине. – Можно подумать, Вы знаете все на свете… Алевтина усмехнулась и слегка зарделась: - Это большое преувеличение, уверяю Вас… Вы прекрасно знаете – все знать не-воз-мож-но. - И все же… - Всего лишь удачно сложившиеся обстоятельства, где мои знания действительно могли пригодиться. Ловкость рук… и капелька таланта. - Всего лишь капелька? - Всего лишь… - Ну! В Путь! – объявил воевода. Его возглас подхватили несколько дворфов и экипаж действительно двинулся в путь.

***

Следующие несколько дней, по ощущениям Алевтины, пронеслись невероятно стремительно. То ли от того, что девушка привыкла к темпам и особенностям поездки, то ли компания подобралась на редкость интересная. Знания Алевтины в области инженерии еще не раз пригодились путникам в пути, оттого в дружине к девушке бытовало уважение и интерес. Сам воевода не раз намекал ей, что хотел бы иметь такого «умельца» в своем отряде. Впрочем, намеки были настолько тонкие, что Алевтина не воспринимала их всерьез, либо делала вид, что не воспринимала. Все же в отношении Альмера, города, куда стекаются мастера разных ремесел и профессий, она питала немалые надежды. Впрочем, воевода, судя по его «тонким» намекам, был бы не прочь иметь в своей дружине и такого толкового лекаря, как Рогеллек. За все время путешествия, поистине феноменальные знания в травничестве и лекарском деле спасали отряд от многих неприятностей и недугов, кои могли приключиться в пути. А приключалось их не мало. Начиная с того, что провиант в пути порою может быть слегка недостаточно лучшего качества… Заканчивая весенней погодой с ее обманчивым солнышком, под которым так и тянет распахнуть теплые одежды. И тут же обдаст разгоряченное тело холодным ветерком, сыростью и мокротой. Не успеешь опомниться – а нос уже хлюпает, голова ходуном ходит и пробирает озноб. И это лишь один аспект из целого спектра опасностей коварной весны. Рогеллек мог безошибочно определить недуг и практически тут же подобрать от него средство, что не в малой степени способствовало скорейшему выздоровлению захворавшего. Такая скорость и точность не могла не восхищать Алевтину. До такого уровня ей далеко! - Слухай, - обратился воевода к Алевтине, когда их отряд остановился на ночевку – ты вроде как баяла, мол дело хочешь в Альмере завести… - Все так…- Алевтина подбросила в костер хворосту и обернулась. - Так вот я что подумал… Девка ты, конечно, толковая, не спорю. Только вот, нелегко тебе придется сразу вот так из ничего делать свое дело. Это, ты уж поверь… Знаю, о чем говорю… Я ж так понимаю, у тебя там ни знакомых, ни родственников… Ай, не отвечай!.. Итак догадываюсь, что нет. А посему… Раз уж тебе сдался энтот Альмер, позволь хоть немногим пособить тебе. Не раз ты, да и твой спутник, нас выручали… Да и у меня перед тобой должок… В общем, держи… - воевода протянул Алевтине бумагу, сложенную вчетверо. - Письмо? – девушка вопросительно взглянула на воеводу, развернув ее. - Да. Понимаешь, в Альмере брат мой живет, Мигоем звать. Кузнецом там служит… Вот, стал-быть, принеси ему энто письмо. Скажи, мол с приветом от брата. Я ему там в письме-то все хорошенько изложил, так что он и приютит, и поможет на первых порах. Ты, главное, не робей. Он мужик-то добрый, хоть и упрямый, что твой баран… Прямо как ты… Хе-хе… Ты мне как раз его напомнила… - просмеялся воевода. - Я… Я даже не знаю как… - И даже не начинай! – оборвал девушку воевода. – Я ж сказал – энто моя благодарность. У нас дворфов так принято: сладили тебе добро – отплати сторицей. А посему захлопни челюсть, спрячь письмо и смотри не потеряй, поняла! - Поняла… - Алевтина крепко обняла воеводу, да так неожиданно, что тот только заахал, после чего еще некоторое время все не мог придумать что сказать, а потому, сделав наигранный грозный вид, поспешил удалиться по своим делам. - Что ни говори, а Вам благоволит удача… Заручиться поддержкой в незнакомом городе – редкая и ценная возможность. - Рогеллек появился словно из ниоткуда. – Прошу прощения, я ненароком услышал Ваш разговор. – Ответил он на весьма красноречивое удивление девушки… - Можно ли составить Вам компанию? - Ну конечно же… Садитесь. Алевтина слегка подвинулась на поваленном сухостое, что служил ей скамейкой, тем самым уступая место. - Благодарю… - он умостился рядом с ней. – Итак, не сегодня завтра мы будем в Альмере… Поистине, в увлекательной компании время летит стремительно. - Это точно. - Вы, кажется, говорили, что хотели открыть свое дело в Альмере. Должен сказать, заявление весьма претенциозное. Можно ли полюбопытствовать, а чем именно вы планируете там заняться? Алевтина слегка опустила глаза в задумчивости: - Извините… - произнесла она помолчав. – Но… боюсь пока я не могу этого сказать… Не поймите меня неправильно, не то, чтобы я секретничала или что-то в этом роде, просто… Просто то, чем я действительно хочу заняться находиться в проекте… А пока… пока что, думаю, буду по мелочи помогать мастеровым. Как видите, в инженерном деле, я кое-что смыслю, а мастерам хороший инструмент и полезная «приспособа» никогда не повредит… - она вздохнула. – Я ужасно путано изъясняюсь… извините. Рогеллек внимательно смотрел на нее, казалось, следил за каждым изменением мимики и загадочно улыбался. - Зато искренне… - проговорил он.- Впрочем, думаю, суть я уловил… И, честно говоря, Вы меня заинтриговали. Надеюсь, что когда-нибудь мне доведется увидеть, как ваш «проект» претвориться в жизнь. - Я тоже… надеюсь увидеть это. – Алевтина мечтательно взглянула на небо, которое, увы, было облачным. Но даже через облака нет-нет, да и проблеснет светящаяся точечка звезды. - А Вы? – она с улыбкой взглянула на цирюльника. – Я так понимаю, в Альмере Вы собираетесь открыть цирюльню? Рогеллек усмехнулся. - Вы очень близки к истине. И все же, она в том, что в Альмере у меня уже есть цирюльня и магазин. - Вот как… - Алевтина задумалась, в нерешительности задать еще один вопрос, но цирюльник ее опередил. - Полагаю, Вам интересно, что могло побудить меня покинуть цирюльню в зимне-весенний период?.. Необходимость. Видите ли, год назад я с одним своим коллегой по цеху, скажем так, вели переписку. Этот человек живет в горах, далеко в середине материка на севере, и занимается селекцией растений. Прекрасный специалист, должен сказать… Так вот он вывел уникальный сорт некоторых лекарственных растений, коими великодушно обещал поделиться и со мной. Однако, хранение их требовали особого ухода, а посему, мы условились, что я самолично отправлюсь за травами… Да и, честно признаться, мне самому было ужасно интересно взглянуть на его сад и теплицы… И, должен сказать, я был впечатлен. - Ух ты… - Алевтина слушала цирюльника с интересом, воображая себе сказочный зимний сад в горах… Но тут ей стало ужасно неловко и стыдно. – Погодите… Так это… Те, растения, что я выкинула… Это были… - В том числе и они… - подтвердил Рогеллек, продолжая все так же загадочно улыбаться. - Мне… мне очень жаль… - Оставьте. Мы ведь, кажется, уже прояснили этот момент… - Это правда… - опустив голову, грустно заметила Алевтина. – В любом бы случае пришлось избавиться от растений, какими бы редкими они не были. Ах, действительно, досадно, что так получилось… - Факт. Однако, почему-то особенной досады я не ощущаю. Кто знает, если бы не Вы, все могло обернуться гораздо досаднее… Алевтина вновь зарделась: - Мы, кажется, уже прояснили этот вопрос… - Действительно… - И как же Вы теперь? Вернетесь с пустыми руками? - Ну почему же, далеко не с пустыми… - Ах, точно! Тот травник, к которому, вы тогда ходили, когда мы гостили на постоялом дворе. - Верно. Так что, о обо мне уж точно беспокоиться не стоит… А насчет Вас… - Рогеллек помолчал, призадумался, устремив на некоторое время взгляд на землю. – Хм, честно говоря, воевода опередил меня… В пути Вы показали себя весьма надежным спутником, смыслящим не только в инженерном, но и в целительском деле. Посему я думал предложить Вам приют и даже работу с оплатой в моей цирюльне хотя бы на первое время… Но, Вы ведь уже приняли решение, так? – на лице Рогеллека появилась проницательная улыбка. - Так… Честно говоря, я не ожидала этого. Мне очень приятно, правда… Однако, позвольте мне быть честной с Вами… - она тоже улыбнулась, но снисходительно и грустно. – Все же в большей степени я смыслю в инженерном деле, в медицине же – я любитель, профан, что пользуется исключительно рецептурными знаниями. Это правда, я понимаю кое-что и в смесях и травах, но лишь потому, что неплохо разбираюсь в химии, в силу той же заинтересованности в инженерном деле и в том деле, которое я задумала… которое находится на перекрестке данных наук… Ой… Ну вот, опять меня начинает заносить… Простите. - Ну вот, - хитро усмехнулся Рогеллек, - а я уж было уши навострил, в надежде, что Вы проболтаетесь о своей задумке. -Нет уж… Слишком рано… И, насчет работы в цирюльне… - Я Вас услышал… Что ж, мне остается лишь искренне пожелать Вам успехов и… Надеюсь, мы с Вами еще встретимся… - Я тоже…